Этот разговор с Марией Беляковой – человеком, для которого франчайзинг давно стал не просто бизнесом, а способом объединять, развивать и усиливать других. Она основатель и ключевой архитектор бизнес-сообщества по франчайзингу YARDS community – уникальной в России и СНГ платформы для действующих и будущих франчайзеров, где предприниматели обмениваются опытом, получают не только знания и поддержку, но и мощный импульс для личного и профессионального роста.

Под руководством Марии и при участии сооснователя сообщества Артура Шарифуллина YARDS community превратилось в одну из немногих площадок с открытыми обсуждениями и реально работающей поддержкой в области франчайзинга в русскоязычном пространстве. Главная особенность сообщества – реальная вовлечённость участников и насыщенное практическое наполнение. Здесь регулярно проходят офлайн– и онлайн-встречи, мастер-майнды, воркшопы и круги обмена опытом, на которых разбирают живые кейсы и делятся работающими инструментами развития франчайзинга. Это место добровольной поддержки, нетворкинга и современных проектов между франчайзерами из разных регионов. А экспертные сессии и доступ к сообществу профессионалов делают YARDS точкой притяжения для всех, кто ценит честный обмен знаниями и реальные истории роста. Мария Белякова – признанный эксперт в области франчайзинга, более пяти лет управляющий партнёр компании «Франч Брокер» и первый франчайзи-партнёр с топовым офисом и отличными результатами по упаковке и продажам франшиз.

Мария – предприниматель с 15-летним опытом в организации деловых и массовых мероприятий численностью до 20 000 человек. Её агентство было награждено памятной медалью и грамотой от Президента РФ за значительный вклад в подготовку и проведение XXII Олимпийских зимних игр.

В интервью говорим о том, зачем бизнесу смысл и ценности, как работает обмен опытом между регионами, как запускалось комьюнити и почему ставка на практиков важнее теорий. Это история о создании среды, в которой франчайзеры становятся сильнее вместе, и о людях, которые делают это возможным.

– Мария, давайте начнём с самого начала – с детства. Часто именно в ранние годы проявляются первые предпринимательские черты или случаются запоминающиеся истории, которые потом остаются с нами на всю жизнь. Какой была Ваша семья? Какие события особенно повлияли на Ваш характер и путь в жизни?

– Я родилась в Чапаевске – небольшом городке в Самарской области. Родители у меня медики с большим стажем. У нас большая многодетная семья, нас у родителей семь детей: пять мальчишек и две девочки. Я четвёртая: до меня трое и после меня трое. Это сыграло ключевую роль в моей жизни. Три младших брата всё детство были на моём попечении: я о них заботилась, контролировала, пока родители были на работе. При этом передо мной тоже трое детей. Поэтому я знаю, и что такое быть младшей, и что такое быть старшей, – своеобразная золотая середина. И я рада, что у меня есть понимание обеих ролей, что сочетаю в себе эти качества.

Мама и папа у меня 1948 и 1949 года рождения. Папа – детдомовский, свой род по его линии я совсем не знаю. Бабушка и дедушка с маминой стороны служили и воевали. Бабушка была медсестрой. Дедушка – Прилепин Степан Пантелеевич – настоящий герой. Он был призван на срочную службу ещё в 1939 году, где выучился на радиста. Это и определило его дальнейшую судьбу. В августе 1941 года его вновь призвали в Красную Армию и отправили на передовую. Он стал командиром телефонного взвода отдельной роты связи Центрального фронта.

Опытные радисты в те годы ценились особенно: радиоэфир войны был насыщен до предела – от переговоров экипажей танков до голосов партизан и агитационных трансляций для врага. На самых горячих направлениях дед всегда держал связь с Москвой, выполняя боевые задания, отражая вражеские атаки и удерживая плацдармы. Победу он встретил в Берлине, в самом эпицентре событий. Военное командование высоко ценило его мастерство, находчивость и смелость. За свои заслуги он был награждён орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны I степени и медалями. После войны дедушка жил в Самаре, скончался в 2005 году. Его история – часть нашей семейной памяти и гордости.

Мама с папой росли в послевоенные годы, и это, конечно, наложило отпечаток и на их характер, и на то, как они воспитывали нас. Родители – большие трудоголики. Поскольку родители были заняты большую часть времени на работе – нужно было кормить большую семью, – многое ложилось на плечи детей. У нас было наставничество внутри семьи: старшие воспитывали младших. Это была просто данность, по-другому не получалось. Поэтому мы все достаточно рано повзрослели ментально и личностно. И это внутреннее чувство заботы о людях, готовность помочь есть у всех нас с детства. Мы с самого начала приобрели сильную степень ответственности за себя и свои действия, а также за других. Это очень важный фактор, который в моей жизни сыграл основополагающую роль. Потому что предпринимательство – это тоже в первую очередь умение брать ответственность на себя за всё, что ты делаешь.

Если говорить о роли мамы в семье, она была направляющей. Женщина с характером, которая старалась в жизни всё успеть: создать большую семью, сделать карьеру, отработав в медицине около 30 лет, получить два высших образования – по основной специальности – генетик, по второй – учитель химии и биологии. У меня часто спрашивают: «В кого ты такая?» Ответ очевиден. По характеру и даже по отношению к событиям я взяла мамины черты. От неё у меня стержень и опора на себя. Всё, что было в жизни моей мамы, всегда проходило через призму позитива. Какие бы трудности ни встречались на пути, она говорила: «Нет безвыходных ситуаций. Нужно просто подумать, и выход всегда найдётся». Это её любимая фраза. В студенчестве, когда у неё уже было трое детей, она умудрялась и учиться, и работать. Хотя по тем законам студентам нельзя было устраиваться официально. Но стипендии не хватало, и она подрабатывала везде, где только можно: человек, который всегда находил способ справиться с ситуацией.

Мама – прекрасный оратор, всегда была лидером мнений, её любили коллеги. Сейчас ей 76 лет, и по сей день она остаётся для меня примером. То, как она выглядит, как себя ведёт и позиционирует, вызывает восхищение. Её узнают всегда издалека. Она любит ярко-красный цвет в нарядах, ногти – под стать. Всё отражает её стойкий несдающийся характер.

Папы в 2005 году не стало, это была огромная потеря для меня и нашей большой семьи. Папа был человеком, который меня всегда поддерживал, оберегал и заботился. Он построил очень хорошую карьеру в области судебно-медицинской экспертизы. Те, кто в теме, понимают: это соединение медицины и юриспруденции. Всё моё детство прошло в этом окружении. В доме постоянно звучали медицинские термины, было много книг по анатомии, латыни. Я читала эту литературу с раннего возраста. Разговоры тоже были о работе. К нам приходили врачи, судьи, прокуроры. Всё это, естественно, наложило свой отпечаток. Я пропитывалась этой атмосферой и, честно говоря, поняла: я туда точно не хочу.

Мама, конечно, очень желала, чтобы кто-то из детей стал медиком. Но никто из нас семерых не выбрал эту стезю. Однако то направление, куда я пошла, тоже про помощь людям. Я закончила Самарский университет по специальности «социолог» и узкой допспециализации – «социальная психология». Я выбрала это, чтобы делать жизнь людей и общества в целом лучше.

Когда училась, ещё не до конца осознавала свой внутренний посыл. А сейчас понимаю: я двигалась по зову души. И теперь, оглядываясь назад, точно вижу, что я работаю по образованию на 100%. Просто это осознание пришло позже.

Ещё важный факт про маму. У неё есть награда от Президента РФ – орден «Родительская слава». За то, что она достойно воспитала семерых детей. Этот орден она получила одной из первых в Самарской области, когда их только начали вручать в России. Для нас это очень почётно. Про нашу семью много писали в газетах, в администрации города Похвистнево, куда мы позже переехали, даже висят наши фотографии, это приятно.

В нашей семье у каждого свой путь. Старший брат – военный, всю жизнь прослужил на Черноморском флоте. Ещё один брат пишет иконы для храмов и монастырей. Сейчас он в Волгограде пишет иконы для собора, до этого работал в Ярославле. Некоторые его иконы мироточат. Он посвятил этому всю жизнь, живёт в келье.

Мы все выросли очень разные, и в каждом своя уникальность.

– Расскажите немного о себе в детстве. Какими чертами Вы отличались? В такой большой семье наверняка было много ярких моментов: шалости, смешные случаи, братско-сестринские интриги. Поделитесь чем-нибудь, что передаёт атмосферу Вашего детства.

– У меня с детства был скорее мальчишеский характер. Так получилось, что в раннем возрасте у меня почти не было подруг, только друзья-мальчишки. Мама часто говорила: «Маша, к тебе опять толпа пацанов пришла, зовут на футбол». Я была ярым игроком: организовывала турниры во дворе, любила погонять мяч, падать и вставать, дальше бежать, забивать голы. А потом обязательно была церемония награждения. Я сама придумывала какие-то символические призы, приносила из дома вкусняшки. Мне было важно создать вокруг этого маленький праздник. Ещё мы играли в классические детские игры, например в казаки-разбойники, выбивалы, прятки. Это была жизнь в движении.

Наверное, именно благодаря общению с мальчишками и тремя младшими братьями, которые всегда были рядом, у меня и сформировался такой характер. И по сей день моё окружение в основном состоит из мужчин. Женщины тоже, конечно, присутствуют, но в основном такие же по духу, как я, – энергичные и активные.

Есть несколько историй, которые особенно запомнились. Например, однажды родители отвели нас с братом в детский сад. Обычно они передавали нас воспитателям лично. Но в тот день мама очень торопилась на совещание. Поэтому довела только до калитки и сказала: «Дочь, мне нужно бежать, пожалуйста, дойдите сами, вы же всё знаете, вон дверь – два шага пройти, там завтрак сейчас будет вкусный». Мне тогда было шесть лет, а брату четыре года.

Когда мама ушла, я вдруг говорю: «А давай не пойдём в садик?» Он спрашивает: «А что будем делать?» – «Что-нибудь придумаем. Это же так интересно – быть как взрослые, сами по себе. Будем исследовать город. Мы же никогда без родителей не гуляли далеко», – отвечаю я. Брат сомневался, вдруг нас будут искать. Но я об этом тогда не думала. Сама идея приключения меня сильно вдохновила. В итоге мы сбежали и бродили по улицам, смотрели, как живёт город. Полдня пролетели незаметно. Только когда проголодались, поняли, что времени прошло уже много, а мы маленькие и не знаем, где можно поесть. Даже удивительно, почему на нас тогда никто не обратил внимание и не отвёл в милицию.

Некоторое время спустя мы дошли до какой-то стройки, где увидели рабочих, заливающих гудрон. У них лежали бутерброды с колбасой. Мы подошли и попросили, чтобы они нас накормили. До сих пор помню, это были самые вкусные бутерброды в моей жизни. Потом мы ещё погуляли, и, когда начало темнеть, я сказала брату: «Пора домой».

Мы называли прохожим наш адрес и спрашивали, как пройти к дому. В итоге почти сами нашли дорогу. В те годы ни телефонов, ни GPS не было, но мы как-то добрались. А дома нас уже ждали милиция, мама, соседи и весь двор. Все были в панике. Мама, конечно, сначала обрадовалась, потом расплакалась. Она говорила: «Я уже думала, вас украли». В поисках нас люди прочёсывали ближайшие районы, подключили специальные службы. Только тогда я поняла всю серьёзность того, что мы натворили.

Позже была и другая похожая история. Мы выехали с семьёй на пикник. Я тоже была ещё маленькая, лет семи. Начали с братом играть в прятки. В лесу это особенно весело. Я зашла слишком далеко и потерялась. Стало темнеть, мне было по-настоящему страшно, потому что лес большой. Потом вышла на какую-то дорогу, увидела женщину, которая собирала ягоды. Она спросила: «Девочка, ты откуда?» – «Я потерялась», – говорю. В итоге она отвела меня в милицию, а там уже стоит мама вся в слезах. Все снова меня искали, я опять заставила родителей понервничать. И это второй сильный эпизод, который отложился у меня в памяти.

Если честно, я всегда была немного хулиганкой с бойцовским характером. В начальной школе дралась с мальчишками, с куклами играть было неинтересно. Мои детские фотографии почти все с синяками. В младшем школьном возрасте мы часто гуляли сами по себе. Родители не знали, где мы, и слава богу. Лазали по стройкам, заброшкам, помогали рабочим, таскали кирпичи.

А в третьем классе мы переехали в другой город – Похвистнево. Он находится на краю Самарской области. Там я жила и училась до 11-го класса. Главной мечтой того времени для меня стало пение. Я стремилась выйти на сцену, хотелось участвовать в шоу-бизнесе. Однако в музыкальной школе у нас учили только играть на фортепиано и скрипке. Мне это было неинтересно, я хотела петь и искала для этого любые возможности. Участвовала в школьном хоре, потом пошла обучаться игре на гитаре только ради того, чтобы можно было петь под аккомпанемент. И это оказалось очень полезным навыком, который пригодился в студенчестве. Я жила в общежитии и была креативной разносторонней девушкой, душой компании. Всегда с гитарой наперевес. Меня часто называли «рубаха-парень», потому что я очень бойкая, всегда в окружении мальчишек. Рок-фестивали, концерты – всё это было моё. Слушала «Наше радио», ездила на популярные тогда фесты – «Крылья», «Рок над Волгой». До сих пор очень люблю эту культуру.

Но научиться петь профессионально и поставить голос получилось только позже, лет в 30. До этого семья, дети, бизнес не позволяли заняться воплощением мечты. Хотя я уже и работала в шоу-бизнесе, но всегда оставалась «серым кардиналом» за кулисами. Мне же хотелось не просто организовывать мероприятия, а самой стоять с микрофоном.

Когда я начала петь, сначала это было очень криво и мимо нот. У меня не было музыкального образования, но я пошла на уроки вокала. Начала заниматься, потом закрепила всё практикой в караоке, а следом случились и выступления на сцене. Мечта сбылась. И это дало мне внутреннюю опору: я исполнила то, что когда-то давно очень хотела.

– Как в Вашей жизни формировалось отношение к деньгам, особенно в раннем возрасте в условиях большой семьи? Каким был первый заработок?

– У меня детство и отрочество прошло в помощи семье. Все старшие на тот момент уже уехали, и я осталась самой взрослой из детей в доме. Родители постоянно были на работе. Плюс у нас, как и у всех тогда, была дача. Варили варенье, крутили банки на зиму, готовили соленья. У нас всегда был волшебный погреб, где можно было в течение года зайти и набрать много вкусного, что сами заготовили с лета. Мама говорила, что, когда в семье много детей, это самый простой способ прокормить всех. Поэтому нужно сажать картошку и другие овощи, поливать, пропалывать, собирать ягоду и делать заготовки. Я тоже во всём этом участвовала, и до поступления в университет у меня просто не оставалось времени на что-то другое. Существовало своеобразное распределение: родители зарабатывают, дети помогают по дому. Я просыпалась, готовила на всех. К приходу взрослых вечером у меня уже всё убрано, постирано, поглажено, дети накормлены, уложены, уроки сделаны. Я была братьям как вторая мама. В нашей семье никогда не было машины: ни у папы, ни у мамы. Для меня это тоже тогда была мечтой – научиться водить. Очень хотелось быть самостоятельной. Вообще, в детстве у меня было много фантазий. Но больше всего стремилась в шоу-бизнес. Грезила о сцене, звёздах, масштабах. У меня в комнате висели плакаты, я вырезала их из журналов вроде Cool Girl. Обвешивала всю стену фотографиями селебрити. Это была моя визуализация: я точно знала, что хочу быть рядом с этим миром и что он наверняка будет в моей жизни. Хотя вслух об этом не говорила, в маленьком городе это восприняли бы странно.

В Похвистнево, конечно, развивать таланты было сложно. Городок маленький, население всего 20–25 тысяч человек. Но я и там находила, как проявлять себя. У знакомых была камера. Они снимали свадьбы и семейные праздники. Мне это было интересно, поэтому я придумывала сценарии, проводила импровизированные интервью. Делала себе микрофон с надписью «Первый канал» и подходила со словами: «Здравствуйте, с вами Первый канал. Расскажите, как вам праздник, что вы пожелаете имениннице?» Этот первый опыт я уже тогда воспринимала всерьёз, как будто действительно работаю в кадре.

Потом я сама начала снимать. Училась выстраивать картинку, думала, какие песни поставить на фон, как смонтировать видео. Например, сделала ролик ко дню рождения мамы. Уже тогда я вжилась в роль человека у микрофона рядом со звёздами. Сейчас я понимаю, что всё это было неслучайно. Я очень внимательно наблюдаю за тем, где проявляются сильные стороны у моих детей. Ведь то, что заложено в детстве, можно развить во взрослой жизни.

Итак, до 17 лет я полностью была погружена в дом, воспитание младших, помощь по хозяйству. Можно сказать, рано повзрослела. Когда же я приехала в Самару, поступила в университет, я очень остро почувствовала разницу между собой и другими студентами. Особенно это было заметно в общежитии. Те, кто учился с нами из городских семей, были иными. Мы называли их «домашние» – милые, аккуратные, без опыта самостоятельной жизни. А мы – «общаговские», и это было очень заметно. Такое ощущение, что параллельно существовали два разных клана.

Студенческая жизнь у меня была очень активной и насыщенной. Когда я уехала в Самару, у меня появилось желание выглядеть и одеваться по-другому. Уже тогда начала немного иначе смотреть на мир. Я ведь приехала из маленького городка, ничего особенно не видела, нигде не путешествовала. Я впервые побывала на море в 23 года и помню, как удивилась, что оно такое солёное на вкус. У нас просто не было возможности куда-то ездить. В многодетной семье денег на это попросту нет. Поэтому я не избалованный впечатлениями человек. И, наверное, именно по этой причине у меня до сих пор внутри огромная тяга к поездкам, к новому. Мне хочется двигаться, посещать разные города и страны, видеть мир, напитываться им.

Сейчас все говорят: «Ты всё время с чемоданом, то в одном городе, то в другом». Но это потому, что я только во взрослом возрасте дорвалась до этих возможностей. У меня страсть к путешествиям. И это идёт с той самой мечты – увидеть хоть что-то за пределами Самарской области.

Первые деньги я заработала в 17 лет, когда начала учиться на социологическом факультете. Кафедра проводила опросы, а я участвовала в интервью и фокус-группах. Мне всегда нравилось общаться с людьми, слушать, выстраивать диалог. Эти первые шаги дали мне азы того, что я люблю и умею сейчас. Конечно, это было абсолютно не про бизнес. Тогда платили совсем немного, но это была хорошая прокачка себя. Я училась строить диалог с незнакомыми людьми, слушать, вести человека по теме, улавливать важное в его словах. Это был мой старт в коммуникациях, который дальше лёг в основу всего.

После университета я устроилась работать офис-менеджером. Это была моя первая настоящая работа. Я очень благодарна этому опыту. Поработала в найме около двух лет и точно поняла – это не моё. Но в первый год мне было интересно. Я работала в крупной компании из Санкт-Петербурга: составляла письма в госорганы, вела внутреннюю переписку, участвовала в подготовке мероприятий. Для меня это был абсолютно незнакомый мир – регламенты, деловая документация, особый язык, структура. Но я быстро разобралась. Тогда же у меня сформировались основы деловой коммуникации.

Плюс я всегда отличалась высокой грамотностью. В школе сильными предметами были языки: немецкий, английский и, конечно, русский. Поэтому, когда позже приходилось писать письма в мэрию, губернатору, в Госдуму, все несли их мне со словами: «Маша, проверь, пожалуйста». Я всегда следила, чтобы было написано правильно. Можно сказать, у меня глаз – «учительский скан». Если где-то ошибка, взгляд сразу цепляется. Я замечаю это даже в личных сообщениях, в мессенджерах, смс. Мне, конечно, не всегда просто, но я не говорю людям, что они пишут с ошибками, хотя внутри реагирую. Это профессиональная деформация, ничего не поделаешь. В старших классах мне даже доверяли проверять диктанты младших – и мне это очень нравилось.

– Как Вы пришли в ивент-сферу? Что стало для Вас поворотным моментом, когда Вы начали, наконец, работать со звёздами и создавать масштабные события? Расскажите про этот путь от первых инициатив до олимпийского огня.

– После работы офис-менеджером я устроилась в компанию, которая занималась жалюзи. Пришла туда с мыслью, что это ведь тоже про творчество – придумать, как будет выглядеть окно, как его оформить. У них было своё производство, и я предложила масштабироваться. Хотя на тот момент, если честно, совсем не понимала, что значит «масштабироваться». Я просто предложила: «А давайте таких точек будет больше!» Так прямо и сказала собственникам: «Возьмите меня, я этим займусь». Мне тогда было 22 года. Не помню, на какую должность пришла, но меня быстро поставили директором по развитию. За три месяца я открыла три точки в разных торговых центрах города. Помню, ездила, договаривалась с ТЦ, корректировала стоимость аренды, оформляла и украшала всё так, будто это были мои собственные точки. Вложила душу, силы, и в итоге мне за это заплатили намного меньше, чем я ожидала. Просто выдали обычную зарплату, никакой премии. Я же считала себя более ценным специалистом и ушла от них.

Позже, когда мы пересеклись с директором Михаилом, он сказал: «Мария, прошло уже пять лет, а мы тебя до сих пор вспоминаем. За три месяца ты сделала больше, чем люди за годы». Было очень приятно, но на тот момент я уже ушла в ивент-сферу.

Тогда я пришла в компанию ARLEKINO event. Это была организация моего будущего супруга. Я всегда мечтала работать в этой индустрии, и в итоге у нас состоялся такой диалог:

– Возьмите меня. Я вам что-нибудь придумаю, заработаю денег.

– А чем ты будешь заниматься? Нам не требуются сотрудники.

– Пока не знаю, но очень хочу у вас работать. Потому что вы – лучшее агентство в городе, а я хочу работать со звёздами.

– Но мы со звёздами не работаем.

– Значит, будете.

И действительно, всё получилось именно так. Меня взяли на небольшую ставку, и я открыла новое направление. Агентство тогда ещё не занималось детскими праздниками. И мы начали делать мероприятия для детей в премиальном сегменте. Не просто клоуны, а полноценные шоу с программами, костюмами, декорациями. Я поняла, что невыгодно брать артистов на аутсорсе и костюмы в аренду. Нужно всё своё: и костюмы, и сценарии. Поэтому поехала в Москву, набрала реквизита – всего, чего в Самаре тогда не было. Мы хорошо развили этот отдел, за полгода вышли на приличную прибыль. Как раз попали в новогодний сезон, и у нас работало по десять пар Дедов Морозов и Снегурочек. Все были в шоке. Просто пришла какая-то Мария и с нуля открыла прибыльное направление.

Через полгода я поняла, что мне стало скучно и тесно во всём этом великолепии. Я всё систематизировала и готова была делегировать, чтобы двигаться дальше. Стала заниматься уже взрослыми праздниками на коллективы от 100 до 300 человек. А потом и они стали казаться скучными. Захотелось чего-то большего. Я предложила начать делать мероприятия со звёздами. Все отвечали, что негде брать таких клиентов. Тогда я стала размышлять, где звёзды вообще могут быть востребованы? Конечно, в корпорациях.

Сначала мы отправляли предложения напрямую в крупные компании. Несколько заказов выиграли, но они были без приглашённых звёзд, просто большие мероприятия на тысячу человек. Мне же хотелось вау-эффекта. И тогда мы впервые выиграли тендер на организацию мероприятия с участием звезды и поработали с Олегом Газмановым и группой «Эскадрон».

Для меня это было особенное событие. Я помню, он сам сказал: «Вы, наверное, первый раз со звездой работаете?» Я сначала смутилась: «Почему вы так решили?» Подумала, может быть, выгляжу как-то не соответствующе. А он ответил: «Вы гиперзаботливая, такого обычно не бывает». Я действительно была на седьмом небе от счастья, ходила вокруг них, опекала, переживала обо всём – поесть, попить, подогреть чайку. Когда они потом ещё раз приезжали через пять лет, то вспомнили меня, что было очень приятно.

После этого мне стало очевидно, что в Самаре для меня тесно. Надо выходить на Россию. Тогда я впервые предложила участвовать в общероссийских тендерах. В то время это ещё было новинкой. Мы начали смотреть, что выкладывает, например, «Роснефть». И в одном из первых выигранных нами тендеров в рамках проведения большого мероприятия нам предстояло поработать со всемирно известной группой Boney M. Я увидела их – и у меня просто всё внутри перевернулось. Это же мировые звёзды!

Я поняла, что они могут стать нашим первым крутым кейсом, поэтому взялась за документацию. Сначала сама во всём разобралась. Позже наняла трёх бухгалтеров и создала с нуля тендерный отдел. То есть в компании, благодаря мне, появилась ещё одна инфраструктура, которая стала работать с высококлассными мероприятиями.

Мы провели всё профессионально, привезли из Лондона Boney M., и это был совершенно другой уровень. Общение на английском, организация, логистика – это был мой личный прорыв. С того момента мы стали работать на постоянной основе с крупными компаниями. В городе все уже знали ARLEKINO event, мы хорошо себя зарекомендовали. Причём изначально компания называлась просто ARLEKINO, я предложила добавить к названию event. Так звучало солиднее и интереснее.

И вот – главное событие: в 2014 году мы выиграли тендер на организацию эстафеты олимпийского огня, за которую получили потом медаль и грамоту с личной подписью президента Владимира Владимировича Путина. Это была грандиозная честь и огромная ответственность.

В конкуренции с другими городами-участниками мы выиграли четыре из пяти тендеров. Там были разные лоты: оформление, логистика, сопровождение. И когда мы победили, у нас была первая реакция: «Ааа!» – дикая смесь радости и волнения. Это мероприятие такого уровня! Это же означало – вписать себя в историю. Что-то, о чём потом будем рассказывать детям.

Опыт был колоссальный, но за этим стояла и огромная работа. Мы прошли настоящий путь – огонь, воду и медные трубы. По сравнению с этим, всё, что было до, казалось просто цветочками. Потому что организовывать мероприятие с Управлением делами Президента – это совершенно особенный опыт.

Не буду углубляться в детали, но скажу честно – этот опыт дал мне такую насмотренность и навыки, которые вряд ли можно получить где-то ещё. Прежде всего – умение реагировать за доли секунды. Например, есть не сутки на решение, а всего два часа. И неважно, день это или ночь. Просто за это время ты должен перевернуть мир, сделать невероятное. Я тогда окончательно поняла: невозможного в принципе не существует.

Когда работаешь с такими масштабными ответственными проектами, ты не имеешь права на ошибку. Вообще. Потому что это не только твоя репутация как профессионала, это – твоя совесть. Взялся? Значит, доводи. И себе самому ты не простишь, если сделаешь плохо. У меня по жизни высокая планка, и я ко всему так отношусь. Если берусь, значит, делаю больше, чем от меня ожидают. Я либо выкладываюсь, либо не берусь вообще.

Конечно, были моменты реальных перегрузок. Помню, что засыпала прямо за рулём на светофорах: стою и, пока идёт минута, отключаюсь. Просыпаюсь от сигналов машин сзади и еду дальше. Организм просто не справлялся, но внутренняя вовлечённость была такой, что остановиться было невозможно.

Однако я очень благодарна за этот опыт. Он закалил меня, показал, на что я способна. И открыл совершенно другие горизонты по возможностям, по взгляду на вещи, по силе. И, конечно, мы продолжаем заниматься мероприятиями до сих пор, уже более 15 лет.

– Вы много говорили о карьерных достижениях, об организации масштабных мероприятий. А как у Вас складывалась личная жизнь в этот период? Как Вы сочетали семью, детей и такую высокую нагрузку?

– Да, всё это происходило параллельно с работой в ивентах. Мы с супругом поженились в начале всей этой большой истории. Я искренне отношусь и к делу, и к браку. Поддержка мужа здесь играет огромную роль. Он даёт мне полную свободу. Не в смысле «делай что хочешь», а в смысле доверия. Более того, он часто подталкивает меня вперёд. Видит мой потенциал иногда даже больше, чем я сама. Супруг говорит: «Ты способна на большее, иди туда. У тебя все получится!» И я очень благодарна Дмитрию за поддержку, наставничество, опыт и веру в меня! Он всегда по жизни является моей незримой опорой, другом и мудрым советником в делах, семье, бизнесе, в любых жизненных обстоятельствах, и я это очень ценю!

Сейчас у нас трое детей: старшая – девочка и двое мальчиков-погодок. Когда меня спрашивают, как я всё успевала, я улыбаюсь. Постоянные командировки, плотный график – всё было по-прежнему, просто под другим соусом.

Опять же вспоминаю маму. Она получила два высших образования, сделала карьеру и воспитала семерых детей. Когда я думаю об этом, мне кажется, что с тремя детьми и одним образованием мне как будто даже дана фора. Поэтому я ко всему отношусь спокойно. На все подобные вопросы отвечаю, что есть внутреннее ощущение, видение и чувствование, как правильно. Это непросто, но у меня есть своё понимание, как держать этот баланс.

Когда дети были совсем маленькие, я поняла, что без помощи не справиться. Моя внутренняя энергия не позволяла сидеть дома. Я просто физически не могла находиться в декрете долго. Мне важно было оставаться активной, развиваться, продолжать реализацию в профессии. Поэтому я наняла няню – мы долго искали по знакомым и нашли своего по ценностям человека. Это было осознанное решение и, как я считаю, очень удачное.

У нас была не просто няня, а почти как та самая Арина Родионовна у Пушкина. Она работала у нас почти семь лет. Помогала не только с нашими маленькими детьми, но и по дому, с бытовыми мелочами, потом, когда они подросли, водила детей в ясли, детсад, подготовишки, школу и секции. Она была рядом в моменты, когда нужно было уехать на мероприятия, в командировки, на подготовку крупных проектов.

Наши с супругом родители в возрасте, живут в области – постоянно просить их приезжать не получалось, это физически и логистически было сложно. Поэтому её участие стало для нашей семьи настоящей опорой. Благодаря ей я могла не разрываться между домашними делами и рабочими задачами, а уверенно идти вперёд, зная, что дома всё под контролем и дети окружены заботой и теплом.

Организация массовых мероприятий – это очень ответственный бизнес. Обязательства не только перед заказчиком, но и перед огромным количеством людей. Поэтому, если ты уезжаешь на большое мероприятие, тебя может не быть дома неделю и больше. Обычно это события на тысячу человек, а порой и на целый стадион, где собираются пять-семь-десять тысяч человек. И ты несёшь ответственность перед каждым из них. Чтобы всё прошло идеально, нужно продумать море деталей: сценарий, логистику, безопасность, список ответственных людей на местах. Нужно договориться с экстренными службами – скорая, пожарные, охрана. Огромный пул задач, каждая из которых важна.

В такие моменты о своих детях думаешь меньше всего, потому что ты в максимальном фокусе и просто не можешь позволить себе отвлечься. Поэтому рядом обязательно должен быть человек, на которого можно полностью положиться. Без этого внутреннего тыла невозможно удержать баланс. И тут, я считаю, нам повезло. Мне кажется, нам сам Бог послал такую няню. Она появилась в нашей жизни как ответ на внутренний запрос – чтобы дети чувствовали любовь, заботу и стабильность, а мы могли спокойно заниматься реализацией себя и своих проектов. Её присутствие дало нам ту внутреннюю уверенность, которая позволила не только справляться с бытом, но и укрепить отношения в семье.

Потому что, когда ты всё время в работе, когда постоянные командировки, съёмки, проекты, легко можно потерять контакт с мужем. Не потому, что что-то не так, а просто потому, что исчезает время побыть «мужем и женой». Остаётся только «мама и папа», логистика и быт. А ведь это не всё. Иногда я ловила себя на том, что мы с мужем общаемся только о бизнесе. И я в какой-то момент говорила: «Слушай, а когда мы в последний раз про звёзды разговаривали?» Настолько всё закручивается вокруг дел, что забываешь: вы – не только партнёры, но ещё и пара. Чтобы снова почувствовать это и вернуться к себе как к мужчине и женщине, нам просто нужно иногда уехать. Отключиться, не думать про быт, задачи, графики. Мы стараемся хотя бы раз в полгода устраивать мини-отпуск на три дня без телефонов и рабочих чатов. Просто гулять, разговаривать ни о чём. Такой социальный детокс невероятно освежает отношения.

То же самое и с детьми. Когда долго находишься в разъездах, командировках, потом особенно важно устроить себе время, которое вы проводите вместе. Целую неделю просто быть рядом, играть, общаться, гулять, смеяться. Не только находиться вместе физически, а именно проживать это время всей семьёй, полноценно. Такие моменты – якоря, которые держат нас в балансе. Потому что, если в моменте ты вдруг чувствуешь, что где-то стало холоднее – с детьми, например, – болит душа. Ты понимаешь: начал реже их видеть, реже чувствовать. И это тяжело. Я честно скажу, особенно трудно, когда дети маленькие.

Я через многое прошла в этом смысле. Порой, особенно в сезон высокой загрузки, не видя детей по несколько недель, я не выдерживала. Были настоящие истерики. Я говорила: «Я устала. Зачем мне такая жизнь, если я постоянно в работе, а дети растут без меня?» Это было на слезах. Очень непростой период. Они были совсем крохи, и я приезжала, а кто-то из них уже говорит что-то новое или научился новому навыку. Ты как будто всё пропускаешь. Живёшь на высокой скорости, а моменты, которые важнее всего, пролетают мимо. В тот момент я поняла: нужно переворачивать свою жизнь. Начать осознанно выстраивать всё иначе.

Сейчас я уже по-другому смотрю на это. Даже тем, кто только заходит в бизнес, я говорю: своё дело – это круто, но нужно уметь правильно расставлять приоритеты. Особенно если у вас есть семья. Все говорят про баланс, а я пришла к выводу, что его не существует. Невозможно быть в балансе во всём одновременно. В любой момент, если ты держишь фокус на чём-то одном – будь то работа, дети, отношения, – что-то другое неизбежно проседает. Это закон жизни. Поэтому важно не стремиться к иллюзии идеального равновесия, а научиться осознанно удерживать эти точки, видеть, где сейчас твой фокус, и не забывать про остальное.

Помимо баланса с супругом, с детьми, существует ещё один баланс, самый тонкий и, пожалуй, самый недооценённый: это баланс с самой собой. Я человек, которому не часто, но нужно время на одиночество и тишину. Для этого уезжаю в горы. Обычно это что-то не слишком далёкое – Сочи или Абхазия. Провожу там двое суток. Полностью выключаю всё и остаюсь одна в горном лесном окружении. Я там проживаю то, что происходит сейчас. Слушаю себя: правильно ли я живу? Туда ли иду? Как выстроить свою стратегию дальше?

В такие моменты я возвращаюсь в состояние внутреннего ребёнка. И если мне это действительно откликается, меня начинает как будто «штормить» в хорошем смысле. Когда я понимаю – вот оно, пошёл процесс, я начинаю об этом больше думать, развивать, записывать в блокнот.

Приезжаю из таких поездок всегда наполненной и заряженной, потому что я побыла одна. В жизни очень много социального взаимодействия – на работе, в общении с друзьями и знакомыми, дома. Остаться наедине с собой получается крайне редко. У меня такие состояния случаются примерно раз в полгода. Я начинаю чувствовать: пришло время. Нужно всё переосмыслить, остановиться, побыть в тишине и красивом месте, чтобы ничего не отвлекало.

И это, на мой взгляд, самое важное в жизни каждого человека. Наполненная мама и жена – это моя основа. Всё начинается с себя: если ты в ладу с собой, то и у близких всё складывается гармонично. Счастье – внутри, в тебе. Когда оно есть, становится легче и родным, и команде, и тебе самой. Потому что ты передаёшь это состояние, энергетически заряжаешь окружающих и начинаешь иначе воспринимать реальность – через позитив. Поэтому внутренний баланс, направленный вглубь души, – самый главный.

– Работа в ивент-бизнесе – это бесконечная гонка со множеством рисков и высоким уровнем стресса. Был ли в Вашей карьере момент, когда Вы почувствовали, что пора остановиться и пересмотреть путь?

– Да, действительно, в этом бизнесе мы несли ответственность не только перед заказчиками, но и перед государством. Практически на всех наших мероприятиях всегда присутствовали первые лица города и региона, СМИ.

Мы делали масштабные мероприятия и работали с разными звёздами: Кристиной Орбакайте, хором Турецкого, Денисом Майдановым, Евгением Плющенко и многими другими. Но уже было ощущение, что эта работа съедает всю мою жизнь. И, честно говоря, мне кажется, все, кто долго работает в ивентах, проживают свою жизнь на скорости в режиме ×10. В какой-то момент я поняла: больше так не могу.

В целом, занимаясь 15 лет одной и той же деятельностью, пусть даже такой многогранной, я несколько устала от этого.

Поэтому, когда наступила пандемия, я даже обрадовалась. Сказала супругу: «Слушай, я хоть отдохну». Мы тогда только купили за городом дом, и я впервые за долгое время просто сидела на веранде, пила чай со своей семьёй, и никто мне не звонил. Я вернулась в это состояние спокойствия, кайфа. Тогда мне не хотелось, чтобы оно заканчивалось.

Но через какое-то время я заскучала. Потому что я – проактивный человек. Мне нужно действовать. Я начала выть от скуки, от желания что-то делать. Но возвращаться в ивенты не хотелось. Даже сейчас, если бы мне сказали, что есть возможность снова заняться этим, – только если больше совсем нечем будет заниматься. Если я что-то делаю сегодня в плане организации больших мероприятий, то это эпизодически, например, раз в полгода мероприятия в рамках «Франч Брокер». Я помогаю, выстраиваю структуру, а дальше делегирую, и организацией занимается уже другой человек.

– Почему Вы, уже имея устойчивый, понятный, хоть и выматывающий ивент-бизнес, вдруг начали смотреть в сторону франчайзинга? Что стало поворотной точкой?

– В тот период я поняла: мне нужно что-то другое. И именно тогда я впервые серьёзно задумалась о франчайзинге. Пандемия многое изменила. Все массовые мероприятия отменили буквально за один день. А мы же никогда не занимались свадьбами или небольшими праздниками. Наш профиль – исключительно крупные корпоративные и государственные события: День города, масштабные фестивали, форумы. Всегда на тысячу человек и больше.

И когда стало понятно, что ближайшие годы нам в этой сфере вряд ли что-то светит, нужно было как-то переориентироваться. Потому что трое детей, обязательства, ответственность… И встал вопрос: где в новых обстоятельствах я смогу раскрыться как профессионал и человек?

Я начала присматриваться к возможностям именно во франчайзинге. Потому что на тот момент я честно себе призналась: кроме ивентов, я не знаю, что ещё умею делать профессионально. Да, я могла бы попробовать открыть кофейню или заняться каким-то другим новым направлением. Но понимала, что без опыта, скорее всего, набью себе шишки. Велика вероятность просто слить деньги, потратить много времени и столкнуться с массой подводных камней. Да, это могло бы быть интересно, но слишком затратно по ресурсам, финансам и по энергии, потому что я ничего об этом не знаю.

Тогда я решила, что самый разумный путь – купить уже готовый опыт, практическое обучение и поддержку основателя и головного офиса. А франчайзинг – как раз та самая модель, которая это позволяет. Ты можешь быстро войти в новый бизнес, опираясь на уже выстроенные процессы и чужой опыт. Это было моё первое осознанное понимание ценности франчайзинга. Случилось это как раз в 2020 году. Тогда я впервые начала серьёзно изучать рынок и смотреть, какие франшизы вообще существуют.

И к моему удивлению, абсолютно ничего не подходило под мой опыт и масштаб личности. Я сначала расстроилась. Потом подумала, что, может, просто ещё не нашла своё. Продолжила поиски, подписалась на всевозможные сайты, начала мониторить рынок, общалась по Zoom с представителями франшиз. Я серьёзно подошла к вопросу: провела огромное количество интервью, анализов, встреч.

В итоге это затянулось почти на полгода. Я действительно искала не просто проект на год-два, не вариант пересидеть пандемию, а что-то, во что смогу вложиться и расти в долгосрочной перспективе. Мне хотелось найти дело, которое станет основным направлением в моей жизни, профессии и бизнесе. Поэтому я так скрупулёзно и вдумчиво к этому отнеслась. Варианты с кофейней или салоном красоты мне были неинтересны. Это казалось слишком мелким. Важно было, чтобы дело действительно отзывалось внутри, соответствовало моим амбициям и опыту.

Я для себя чётко выделила три критерия, по которым собиралась выбирать франшизу. Первый – масштаб. Для меня это не просто красивое слово. Я пришла из среды крупных проектов, международных мероприятий и уже не могла мыслить рамками одного города. Мне хотелось системы, структуры, в которой заложен потенциал роста не только географически, но и по смыслу.

Второй критерий – это окружение. Общение с людьми, которые по уровню мышления, по мировоззрению на порядок выше или как минимум равны мне. Для меня это было принципиально важно. В том числе – кто основатель франшизы. Мне нужно было понимать, что я смогу у него учиться, что он мне откликается и как личность, и по ценностям.

Это оказалось довольно сложно. Не потому, что я обесцениваю чей-то опыт, у каждого он свой. Но у меня очень высокая насмотренность. За 15 лет в ивент-сфере я работала напрямую с первыми лицами крупных компаний, известными людьми, сильными управленцами. И, конечно, вбирала в себя их мышление, подходы, взгляд на жизнь и бизнес. У меня расширился кругозор, а вместе с ним и требования к людям, с которыми я хочу быть в одном пространстве.

Мне должно быть интересно с человеком не только говорить о бизнесе. Он должен быть мне близок по духу, по ценностям, должен откликаться внутренне. Это правило у меня и в подборе персонала было ключевым: человек должен быть релевантен не только по компетенциям, но и по душе. И именно так я формирую своё окружение – очень осознанно.

И третье – это возможности, которые даёт сама франшиза. Перспективы роста, как профессионального, так и личностного, шанс выйти на новый уровень себя. Хотелось, чтобы направление, в которое я иду, действительно открывало простор для гигантского развития. Мне важно было видеть в этом в перспективе масштабный путь, который можно развивать годами.

Конечно, сюда же входят и финансовые перспективы. Всё-таки я привыкла к определённому уровню – соответствующему доходу и качеству жизни. И это тоже было для меня важным критерием. Франшиза должна была откликаться и на этом уровне быть не только про смысл, но и про результат.

Я начала активно искать. Общалась с разными людьми, рассматривала многие варианты. Сначала, когда была жёсткая фаза пандемии и никуда нельзя было выезжать, я проводила онлайн-общение. Потом начала ездить в разные города, знакомиться с основателями лично.

Встречались франшизы, которые поначалу вроде бы откликались, казались интересными. Но стоило углубиться – и я понимала: что-то не то. Всё почти подходит, но в какой-то момент возникает ощущение, что это всё же не моё. Я всегда очень сильно реагирую на свои внутренние подсказки. Потому что сознание может сколько угодно включать логику, размышлять, взвешивать, а подсознание на уровне тела реагирует первым.

У меня есть одна личная особенность: если мне хочется человека обнять, значит, он мне подходит. Это про принятие, про доверие на уровне тела. А если такого импульса нет, значит, моё подсознание не принимает его. И практика показывает, что в таких случаях спустя время вскрывается вся подноготная. Человек может начать разлагать коллектив, вести себя некорректно, проявлять то, что было неочевидно вначале. И каждый раз я понимаю: сама себя обманула, когда не прислушалась. После нескольких таких случаев я просто сделала вывод – нужно себя слушать. Один раз, второй, третий – и становится очевидно, что это работает. Я больше не иду против себя. С франшизами была та же самая история. Вроде всё классно: и продукт, и упаковка, и перспективы. Но при этом что-то не то. Например, человек не тот, или атмосфера в коллективе не откликается. Я приезжала, смотрела и чувствовала: внешне всё выглядит привлекательно, но внутри – не моё. Причём это не всегда можно объяснить словами. Просто какая-то внутренняя чуйка, ощущение, что не совпадает. Я могла выйти со встречи либо вдохновлённой, либо, наоборот, с каким-то осадком. Внешне всё хорошо, а внутри – нет.

Я тогда очень много ездила. Полгода ушло на поиск. Честно перелопатила весь рынок. И в какой-то момент мне стало по-настоящему грустно. Пока однажды я не столкнулась с рекламой: «Франшиза по продаже франшиз». Думаю: «Так, интересно, такого я точно ещё не видела». Это что-то совсем новое, нестандартное. И главное – непонятное. А всё непонятное во мне всегда вызывает любопытство и почти детский азарт: «А что это вообще? Как это работает?» Именно это меня тогда и зацепило. Я списалась с ребятами, чтобы узнать больше, и приехала на встречу в Казань. Это было первое знакомство с компанией, с которой Артур в то время был в партнёрских отношениях. Мы тогда впервые и встретились.

И самое первое ощущение, когда я зашла – словно попала в особую ауру. Я увидела Артура, мы пообщались – и у меня сразу возник внутренний отклик. Просто захотелось рядом вместе развиваться. Я же говорила, что мне важен масштаб личности, мышление, многогранность. А у него очень широкий кругозор, глубокое ви́дение. Я поняла, что мне интересно, есть куда расти в этом окружении. Обратила внимание и на атмосферу в коллективе, на то, как сотрудники между собой общаются, как относятся к делу.

Это может звучать странно, но именно тогда я и привнесла в компанию традицию – обнимашки. Артур до сих пор с улыбкой вспоминает: «Мария, до вас у нас вообще никто не обнимался». А тут я, человек с широкой душой, приехала с конфетами. Привезла с собой целый пакет каких-то вкусняшек, всех обняла при встрече. И ребята потом говорили: «Вы такое впечатление на нас произвели! Мы, честно говоря, в лёгком шоке были. Ходили тут все и спрашивали друг у друга – откуда она взялась? Из Самары? Какая она интересная. Нам точно нужна такая».

А я ведь на тот момент ещё даже франшизу не купила, просто приехала на знакомство. И мне хватило буквально одного дня, чтобы всё внутри стало на свои места. Я поняла: я хочу здесь быть. После полугода поисков, скитаний, мытарств я наконец-то нашла своих людей. Нашла профессионалов, команду и то направление, которое полностью совпадает с моими тремя ключевыми критериями.

И ещё здесь сам по себе рынок даёт мне огромные возможности для развития. Это тоже важный фактор. Здесь есть возможность в хорошем смысле влиять на экономику, на мышление людей. Потому что франчайзинг – это про рост, про личностное и профессиональное. Это история о том, когда ты сам растёшь в бизнесе и ведёшь за собой других.

– Хочется понять, как дальше развивались события? Вы познакомились с командой, почувствовали внутренний отклик, нашли «своих». А что было потом?

– Когда я осознала масштаб перспектив, увидела потенциал франчайзинга в стране, меня охватило вдохновение. Я начала читать, вникать, смотреть аналитику по рынку и поняла: у нас в стране всё это пока в зачаточном состоянии. То есть поле для роста огромное. И вот тогда у меня загорелись глаза по-настоящему.

Я вернулась в Самару и без раздумий начала обустраивать офис. Спрашиваю: «Сколько нужно рабочих мест?» Мне говорят: «Ну, максимум два-четыре пока». А я в ответ: «Какие два-четыре? О чём вы вообще?» И сразу заказала десять рабочих столов. Я понимала, нет смысла думать мелко. Мы будем расти большими темпами, и я хочу быть к этому готова с самого начала.

Конечно, всё было не так просто. У меня тоже была своя адаптация, я этого не скрываю. Перейти из творческой среды в сферу продаж, а главное – в систему с жёсткой дисциплиной, чёткими регламентами и структурой… Это было настоящим вызовом. Я себя, честно говоря, ломала. И я всегда это ребятам рассказываю: у меня имелись свои устоявшиеся поведенческие паттерны. Представьте, больше 15 лет я работала с артистами, со звёздами. Там, по сути, никакой системы нет. Всё держится на людях – творческих, импульсивных, со своим ритмом жизни и работы.

Да, я сама по жизни человек очень ответственный. Для меня всегда было важно вовремя начать, отправить письмо, не опоздать. Это критично, если работаешь с государственными и крупными коммерческими структурами. Но при этом, когда ты взаимодействуешь с исполнителями – артистами, подрядчиками по сценическому оборудованию и т. д., – ты уже понимаешь, как всё устроено. Если звезда должна приехать к трём, значит, всем исполнителям сообщаешь: «Приезжайте к часу». Просто потому, что знаешь, как это работает, каковы риски.

Это не про обязательность, а про умение выстроить ситуацию с учётом реальности рынка. Но тут совсем другое. Здесь, если ты сказал, что встреча в восемь, – это значит ровно в восемь. Не на пять минут позже, не на десять минут раньше. И вот эта солдатская точность сначала меня «штормила». Я не могла привыкнуть. Для меня это было чем-то вроде армейского режима. Это не хорошо и не плохо, просто совершенно другой формат – и к нему нужно было адаптироваться.

Второй момент – это то, что я пришла в совершенно новую сферу. И здесь абсолютно другой аватар сотрудника. Потому что менеджер по продажам и ивент-менеджер по организации мероприятий – это небо и земля, вообще разные миры. Даже возраст совершенно иной. У меня в ивентах работали люди 30+, зрелые, опытные. А здесь, в продажах, – 18+, молодёжь. Основной костяк – до 25 лет. Это другая энергия, взгляды.

Я настолько иначе стала на всё смотреть, что даже проводить собеседования пришлось учиться заново. Когда ты общаешься с 18-летними, – это другой язык, иные скиллы, менталитет и мотивация. Нужно было их по-другому слушать, понимать. И я почувствовала: чтобы работать с такими ребятами, важно быть максимально гибкой, открытой и перестать мыслить категориями своей прошлой среды.

При этом я собрала действительно очень крутую, суперклассную команду. И снова всё строилось на моих ценностях. Для меня в человеке важна искренность, душевность, самоотдача. Я по жизни заботливый человек, как мама всем, это моя суть. И сотрудники, которые пришли в самом начале, стали моим настоящим костяком. Представьте, прошло уже пять лет, а они до сих пор со мной. Понятно, что некоторая текучка всегда есть, но ключевые люди, те, кто был с самого старта, остались. И я их обожаю. Они мне говорили: «Мария, мы когда только пришли, то сразу поняли: с вами мы надолго. Хоть в огонь, хоть в воду. Если тонуть, то вместе, но лучше, конечно, выплывать». Они вспоминали, как после собеседования молились, чтобы я им позвонила и пригласила на работу. Потому что, по их словам, я их сразу влюбила в себя своей искренностью и открытостью.

И действительно: моя команда как зеркало. Мне важно, чтобы сотрудники отражали мои ценности, душу, энергию. Поэтому у нас в офисе всегда тёплая атмосфера с юмором. Люди, когда приезжают к нам, часто говорят: «Какая у вас потрясающая свободная аура. И ведь вроде бы продажи, всё серьёзно, а уютно, как дома». Я на это всегда отвечаю просто: «Я подбирала команду так, чтобы мне самой с людьми было комфортно работать. Чтобы отношения складывались по-доброму, по-человечески». У нас всё построено на доверии и искренности. Сотрудникам всегда говорю: «Если у вас в голове какой-то "таракан" завёлся – не додумывайте, не накручивайте себя. Подойдите и скажите». Диалог – это лучшее решение.

В силу возраста моим ребятам часто бывает важно иметь рядом кого-то, кто поддержит. Иногда мы разговариваем даже про то, как себя с молодым человеком вести, как поступить в сложной ситуации. Я открыта к таким вопросам. Конечно, я соблюдаю границы, всё-таки я руководитель, но и друг в каком-то смысле тоже. И на разборах, и в ежедневной работе я стараюсь сохранять эту душевность, открытость. Потому что именно это и создаёт ту самую живую, настоящую атмосферу в офисе, где просто хорошо быть.

Люди приходят не только за деньгами. Зарплата может быть и не самой высокой, но если их здесь любят и ценят, если они ощущают, что их уважают и по-настоящему тепло относятся, тогда для них это становится чем-то большим, чем просто работа: как вторая семья. И тогда человек с удовольствием остаётся и на год, и на пять. Конечно, важно также выстраивать и другие опоры: систему, KPI, внутреннюю мотивацию, чтобы у сотрудника был интерес, желание достигать, развиваться. Одно без другого невозможно. Это как два крыла. Благодаря этому мы и выросли.

Итак, я с самого первого дня моего прихода во франчайзинг проявляла себя очень активно. И Артур, можно сказать, лично меня взращивал как партнёра. Он сам проводил обучение. У меня даже сохранились фотографии с первого дня обучения в Казани, когда я только начала впитывать азы франчайзинга. Всё только начиналось. И когда Артур сообщил, что запускает свой проект, он сказал: «Мария, я хочу, чтобы ты стала нашим первым франчайзи-партнёром "Франч Брокер". Ты – идеальный партнёр, и мне важно, чтобы именно ты была первой». И мы начали обкатывать всю систему с нуля.

Офис в Самаре активно развивался, сотрудники, которые были со мной с самого начала, выросли. Кто-то стал руководителем отдела продаж, кто-то возглавил отдел запуска – это естественный рост. Я очень горжусь тем, каких высот они достигли.

А дальше мне самой стало интересно пройти путь уже не только франчайзи, но и франчайзера. Я захотела понять, как это – запускать с нуля партнёров, помогать другим встраиваться в систему. Это было осознанное решение, мне хотелось передавать этот опыт предпринимателям. Таким образом, я создала отдел запуска франчайзи-партнёров и лично запустила 70 франчайзи. Прошла через все этапы руководства запуском, прочувствовала весь спектр эмоций уже не как франчайзи, а как человек, стоящий у истоков франчайзингового проекта. Потом я поставила на своё место руководителя и передала ему управление.

Сейчас наш офис помогает франчайзерам не только продавать франшизы, но и запускать франчайзи-партнёров для многих сетей по всей стране. Мы активно делимся опытом, выстраиваем им процессы.

Для меня было неожиданным открытием, как сильно отличаются аватары франчайзи-партнёров. Когда франшизу покупает классический предприниматель – это одна история, всё предсказуемо. А вот когда её приобретает, например, учительница или топ-менеджер из Газпрома, который только что уволился, – это совсем другой формат. И мне было очень любопытно общаться с такими разными людьми, слушать, как они мыслят, с какими установками заходят в бизнес. Это дало мне очень мощное расширение кругозора.

Но при всей разности этих людей их многое объединяет. Было интересно наблюдать, как каждый из них пришёл к своему результату. И, честно говоря, в их историях я узнавала себя. Потому что, несмотря на разные старты, у нас у всех есть что-то общее – те самые ключевые моменты, которые в итоге привели к успеху. Слово «успех» может казаться громким, но именно так стоит назвать устойчивое и эффективное владение франшизой. И, конечно, можно сколько угодно обсуждать, что и как устроено у основателя франчайзинговой сети. Но суть в другом: есть конкретные аспекты, которые действительно помогают развиваться и выходить на новый уровень.

В первую очередь это про соблюдение регламентов. Про уважение к системе, в которую ты пришёл. Ведь я когда-то тоже вполне могла бы сказать: «Ребята, у меня медаль от президента Путина, за плечами 15 лет опыта в бизнесе, масштабные мероприятия, высокоуровневое окружение. Да что вы мне можете рассказать?» И, к сожалению, так многие и делают. Начинают спорить, доказывать, что и сами всё знают. А я в тот момент честно призналась: «Ваша тема для меня абсолютно новая. Я – первоклашка. Сажусь за парту и слушаю».

И только когда уже прошла всё на собственном опыте через трудности, слёзы, внутреннее сопротивление, которое бывает у каждого, – тогда я уже могла прийти и сказать: «Ребята, вот здесь можно улучшить. А тут давайте добавим. А может, вообще откроем новое направление?» Так, например, родилась идея заниматься видеопродакшеном для франчайзинговых сетей, потому что я понимала: это усиливает продажи.

Мой опыт в организации мероприятий, конечно, очень пригодился. Во «Франч Брокер» мы начали проводить регулярные масштабные конференции. Всегда порядка 200–300 человек гостей, желающих развиваться в сфере франчайзинга. На мероприятия приезжали предприниматели из разных уголков России и стран СНГ. Я тогда включилась во всё, помогала, выстраивала. А потом обучила и вырастила человека, передала процесс, и теперь конференции делают уже без меня. Я там теперь только выступаю как спикер.

Также мы начали проводить корпоративные мероприятия в рамках компании «Франч Брокер». Это массовые ивенты дважды в год (летом и зимой) численностью порядка 600 человек, которые стали уже тёплой доброй традицией для нас, наших сотрудников, партнёров и клиентов. Я снова включилась, начала всё организовывать. Несколько лет мы углублялись в эти ивенты, выстраивали, улучшали. А последнее мероприятие я снова отдала на реализацию тому человеку, которого обучила за эти годы. Сказала: «Вы уже всё знаете, умеете. Если что, я рядом, на связи, но теперь вы можете делать это сами». Мне важно было освободить фокус и идти дальше развиваться.

– Да, мы знаем, что дальнейшая работа – это создание бизнес-сообщества по франчайзингу YARDS community, которое отражает Ваше ви́дение. Расскажите подробнее, с чего началась эта идея? К чему Вы стремились, когда его запускали? Чем Ваше комьюнити отличается от других?

Кто вообще может быть частью этого сообщества? Зачем людям туда приходить? Что они получают не только в долгосрочной перспективе, но и сразу, моментально, на уровне ощущений, среды, поддержки? И, самое главное, что удерживает их внутри – какие ценности, смыслы? Очень хочется, чтобы Вы подробнее раскрыли именно эту часть.

– Тема комьюнити для меня очень личная. Ещё с 2017 года я мечтала о создании собственного сообщества. Какого именно – тогда не знала, но чётко ощущала: хочу, чтобы оно было. Видела себя в роли человека, который объединяет, создаёт пространство, где людям хочется быть. Мне важно было, чтобы в этом объединении была настоящая польза: и жизненная, и профессиональная. Я сама тогда заходила участником в разные бизнес-сообщества, наблюдала, как всё устроено, что работает, а что нет. Но всё равно понимала – моё будет другим! Со своим духом и атмосферой.

Максим Батырев, приехав однажды к нам в центральный офис, сказал: «Мария – это душа компании "Франч Брокер"». Не сердце, а именно душа. И мне это очень откликается. Потому что у меня свой особенный подход к бизнесу – через людей, эмоции, тепло. И комьюнити – это как бизнес-ребёнок, которого я давно вынашивала и мечтала реализовать.

В своё время мы даже думали создать сообщество по ивентам, но по каким-то причинам тогда не стали этого делать. Потом ещё и пандемия настала, всё отложилось. Но сама мысль о том, что комьюнити нужно, что оно должно быть, жила у меня всё это время.

И вот на одном из мероприятий появились первые звоночки, что сообщество по франчайзингу – это не просто идея, а вполне реальное направление. Я много выступала и выступаю на тему франчайзинга на различных конференциях, форумах, выставках. У меня всегда было невероятное желание делиться своим практическим опытом во франчайзинге. Хотелось просвещать, рассказывать, вдохновлять.

Но со временем я поняла, что есть и другие пути просвещения, более глубокие, чем сцена. Комьюнити – один из них. Когда ты выступаешь на мероприятии, у тебя есть короткий спич на 20–30 минут. Ты можешь посеять семя, вдохновить, дать импульс. Но дальше оно часто не прорастает. И меня это всегда немного расстраивало. Да, кто-то потом мог обратиться за консультацией или написать. Но это уже совсем другое: точечно, не системно. А мне хотелось помочь большому числу людей. Хотелось создать такую среду, где люди не просто услышали один раз и ушли, а где они могли бы оставаться, развиваться и расти вместе.

А идея, как это часто бывает, возникла из самой среды, из общения с франчайзерами. После одной из конференций мы сидели за обедом, и кто-то сказал: «Ребята, с вами так классно. Я в другом сообществе состою, и там такого нет». И добавляет: «Вы понимаете мои боли. Я только вхожу во франчайзинг, у меня много вопросов, страхов, а с вами я могу спокойно поговорить. Вы понимаете, что такое паушальный взнос и роялти. Вы проходили это и можете подсказать. С вами тепло. А есть ли у вас ещё где-то такое место, где вы общаетесь, кроме конференций?» И тогда кто-то сказал: «Надо создать. Надо что-то придумать».

Когда несколько человек с разных сторон начали подкидывать мне эту мысль, я улыбалась и говорила: «Сделаем, сделаем чуть позже», – но, честно говоря, сама в тот момент просто откладывала на потом, думала, что ещё не время.

Но когда со временем много людей начали мне говорить про это – что-то щёлкнуло! Причём это были уже те франчайзеры, кто имеет свою крупную франчайзинговую сеть, кто уже давно с нами. Я начала задумываться: а может, уже действительно пора? Но комьюнити – это же не просто создать чат. Это большая работа, в которую нужно максимально включаться.

Помните, как я говорила, что мне нравится, когда в том, куда ты идёшь, есть что-то новое, неизведанное, непонятное, но при этом масштабное. Во мне словно просыпается внутренний ребёнок: «О! Любопытно! Что-то интересное, необычное!» И я туда иду. Не потому, что знаю или не знаю как, а потому, что чувствую: это моё.

Я понимаю, что комьюнити по франчайзингу – абсолютно уникальная история. И отсюда высокая степень ответственности. Потому что в этом сообществе не просто предприниматели, а франчайзеры, собственники сетевого бизнеса. А франчайзер, на мой взгляд, – это предприниматель, умноженный на 10 относительно классического предпринимателя.

Это уже совсем другое мышление, кругозор, картина мира, масштаб ощущений, подходов. Это люди, которые иначе смотрят на команду, работают с большой структурой, по-другому чувствуют рост.

Но прежде чем вообще запустить комьюнити, я провела собственное социологическое исследование, фокусно опросила 50 человек. Это были не просто предприниматели, а именно собственники франчайзинговых сетей. Для меня было важно всё: и актуальность идеи, и реальный запрос. Мне хотелось понять, что они ждут, чего им не хватает и каким они видят идеальное сообщество по франчайзингу. Каждое интервью длилось около полутора часов. Мы общались в Zoom, я всё фиксировала, выписывала основные тезисы, делала выводы. Получился очень ценный материал. И уже на его основе я сформировала пул задач, с которых предстояло начать. Так и стартовала активная работа.

Во-первых, я для себя чётко поняла: это действительно нужно. Это было первичное, самое главное осознание. Потому что, конечно, я могла бы просто опираться на своё внутреннее «хочу» – мол, мне хочется сообщество, значит, делаю, как чувствую. Но я считаю, что важно в первую очередь отталкиваться от потребностей людей, которые будут в этом сообществе состоять.

Да, я тоже давно во франчайзинге, у меня есть опыт построения сетей, развития отдела продаж франшиз, запуска и сопровождения франчайзи-партнёров, но это немного другой взгляд. Поэтому я сознательно обратилась к франчайзерам из разных ниш и с разным опытом: услышать их, почувствовать, чем они живут, чего ждут, что для них важно. Когда ты начинаешь организовывать что-то новое, ты в любом случае работаешь с тем, что хочет аудитория, на что откликается. А для меня это всегда первично. Ради чего мы всё делаем? Какая за этим стоит идея, какие смыслы? Так и родилась история франчайзинга по любви. Для меня это про любовь к людям, к делу, к росту. Это не просто красивая фраза, это то, что пронизывает весь мой подход.

Позже мы доработали эту концепцию и сделали девизом нашего бизнес-сообщества слоган «Франчайзинг по любви». Мы придерживаемся идеи, что франчайзинг по любви – это не просто деловая модель, но и пространство, где каждый участник этих бизнес-отношений (основатель-франчайзер и франчайзи-партнёр) вкладывает свою душу, усердно трудится, способствуя успешному сотрудничеству и общему прогрессу всей сети. Мы сравниваем это с отношениями в семье – муж и жена, папа/мама и взрослый ребёнок. Когда каждый слышит и понимает друг друга, всё происходит в диалоге, каждый вносит свою лепту в развитие этих отношений. Это взаимная ответственность и уважение друг друга. Именно тогда рождаются сильные сети, настоящие лидеры и происходит реальный рост.

Итак, определившись с идеологией и смыслами сообщества, важно было понять, что будет происходить внутри, как будет выстроено общение, чему конкретно мы будем учить наших резидентов-франчайзеров. Комьюнити – это не просто канал или группа, это пространство роста. Но поскольку компания «Франч Брокер» – кузница профессионалов франчайзинга и у нас работают только практики, я точно знала, кто будет делиться опытом и станет ядром сообщества.

Мы с Артуром Ранасовичем очень продуманно подошли ко всем вопросам. Представьте: как огранщик обрабатывает алмаз, чтобы тот стал бриллиантом, так и мы решили делать многогранную шлифовку каждого участника. Чтобы он рос, развивался, становился сильнее. И делать это с разных сторон: через обучение, поддержку, обмен опытом.

В первую очередь мы привлекли узкопрофильных специалистов по франчайзингу. Они обучают запуску сетей, работе с франчайзи-партнёрами, взаимодействию на разных этапах. Всё не в теории, а на практике. Мы разбираем реальные кейсы прямо на эфирах. Например, франчайзер приходит и говорит: «Я вчера пообщался с франчайзи-партнёром, чувствую, если сейчас отвечу не так – он сядет на шею. Как правильно выстроить диалог?» И мы разбираем, как отвечать, чтобы не потерять авторитет, но и не перегнуть. Мы обсуждаем узкие, конкретные темы, которые в открытом доступе нигде не найдёшь – ни в книгах, ни в интернете, ни у консультантов.

Кроме того, мы для себя чётко поняли: одного только франчайзинга мало. Чтобы быть сильным лидером, важно развивать и другие навыки: в первую очередь ораторское мастерство и психологическую устойчивость. Потому что психология – это база, основа основ мышления предпринимателя, особенно во франчайзинге, где каждый франчайзи-партнёр с совершенно разным бэкграундом, кругозором и картиной мира.

Поэтому у нас в сообществе появились «ресурсные субботы» – встречи, где мы говорим не про бизнес, а про внутреннюю опору, эмоциональный интеллект, силу слова. Мне важно, чтобы каждый участник понимал: ты заходишь во франчайзинг, значит, ты работаешь с очень ментально разными людьми. И чтобы понимать своих франчайзи-партнёров, нужно сначала научиться слышать и понимать себя, освоив для начала базовые инструменты эмоционального интеллекта.

Тут и личный бренд, который сейчас нужен абсолютно каждому. Без него сложно быть заметным, выстраивать доверие и привлекать франчайзи. Поэтому мы уделяем этому большое внимание: как говорить о себе и транслировать свои ценности.

Отдельный блок – маркетинг. Мы разбираем, как выстраивать маркетинговые стратегии, какие каналы использовать. Всё основано на реальных кейсах. Это не теория, а конкретные инструменты, которые участники могут сразу брать и внедрять в свои проекты.

И самое ценное, что все эксперты, которые выступают у нас в сообществе, – это не внешние теоретики, а практики, находящиеся в «операционке». Это люди, которые ежедневно запускают франчайзи, решают реальные задачи, общаются с партнёрами, живут франчайзингом. Их опыт актуальный и применимый здесь и сейчас.

Кроме того, у нас проходят онлайн-эфиры с амбассадорами – действующими собственниками крупных сетей. Это особый формат: они помогают новичкам, разбирают кейсы, отвечают на конкретные вопросы тех, кто только зашёл во франчайзинг или уже управляет 10–15 точками. Это прямой честный диалог, который даёт участникам реальную опору. Представьте, человек говорит: «У меня уже 50 партнёров, а я хочу вырасти до 200, как это сделать?» И здесь как раз и проявляется сила сообщества: в наставничестве, во «взаимоопылении». У нас своя кухня, свой «птичий язык», на котором мы говорим, потому что каждый проходит схожие этапы. Мы знаем, где и на каком уровне у франчайзера появляются боли и сложности. И именно это делает сообщество бесценным: ты не один. Ты в кругу людей, которые понимают тебя с полуслова. Особенно важно, что благодаря онлайн-формату мы объединяем людей со всей страны. Даже несмотря на разницу во времени в 6–8 часов, многие находят возможность подключиться и быть на связи.

Одна из ключевых составляющих нашего сообщества – это душевность. Та самая, о которой я уже говорила и которую я стараюсь привносить лично. Особенно ярко она ощущается на наших выездных мероприятиях – бизнес-стажировках в управляющие компании франчайзинговых сетей, бизнес-завтраках или бизнес-путешествиях в кругу единомышленников. Для меня это крайне важный формат. Ведь офлайн – это не просто про обмен опытом, это про живое эмоциональное вовлечение. Когда ты видишь глаза друг друга, обнимаешься, смеёшься, обсуждаешь кулуарно то, что не проговоришь на онлайн-эфирах. Это особая энергетика. Доверие, которое формируется не через экран, а через настоящее человеческое общение.

И для меня это особенно ценно. Конечно, очень многое даёт обратная связь после наших выездов. Когда ребята говорят: «Спасибо вам не только за профессиональные знания, а просто за то, что вы делаете для нас с душой, это такая классная перезагрузка в кругу единомышленников». Это правда важно. Ведь часто это не про бизнес, а про расширение горизонтов. Про то, чтобы просто почувствовать: «Можно по-другому».

– Мне кажется, тут очень хорошо закончить каким-то напутствием, возможно, одной фразой, которая всегда помогает. Если что-то случается, её вспоминаешь, и всё снова становится так, как должно быть.

– Моя любимая фраза – «Будь собой – все остальные роли уже заняты!» Эта фраза применима и к ведению бизнеса, и к жизни в целом. Всё вокруг строится на человеческих отношениях и на смыслах. Если ты действуешь в любой ситуации искренне, исходя из своих собственных внутренних ценностей, из того, что тебе действительно откликается, то и люди к тебе будут притягиваться зеркальные, такие же, как ты – настоящие, которые не играют какие-то другие роли, они играют только себя, и в этом большая сила и энергия для роста.

Сайт Марии Беляковой

Телеграм-канал бизнес-сообщества YARDS community

Сайт бизнес-сообщества YARDS community