Основатель компании TWIN Игорь Калинин в этом интервью делится секретами успешного бизнеса в IT-сфере, рассказывает о важности нестандартного мышления и о том, как с помощью франшизы выйти на международный уровень.

На сегодняшний день TWIN – один из лидеров на российском рынке искусственного интеллекта и автоматизации бизнес-коммуникаций. Компания с 2016 года разрабатывает голосовых и чат-ботов нового поколения, признана резидентом Сколково, а её франшиза работает более чем в 30 странах мира, объединяет свыше 2000 франчайзи и планирует в скором времени увеличить это количество до 5000. Платформа TWIN позволяет запускать бизнес даже без глубоких технических знаний, обеспечивает обучение, наставничество и круглосуточную поддержку партнёров, а также предоставляет готовые бизнес-решения для банков, страховых компаний, e-commerce и сервисных индустрий. Основная задача TWIN – автоматизация всех коммуникаций, чтобы люди могли больше времени посвящать творчеству и созданию новых идей.

Игорь Калинин – не только IT-предприниматель, но и спортсмен, президент Благотворительного общественного фонда «СВОИ ДЕТИ», член Союза тхэквондо (WTF) Свердловской области, известен как эксперт по внедрению инноваций и омниканальных коммуникаций. Его жизненный путь – от сельского мальчишки и первых спортивных успехов до создания успешного бизнеса глобального масштаба – подтверждает важность нестандартного подхода, стратегического мышления и личной ответственности за развитие отрасли и своих людей.

– Игорь, приветствуем Вас! Давайте начнём мы с истории Вашей семьи. Расскажите, кем были Ваши родители, как они Вас воспитывали, какие качества прививали?

– Я родился в небольшом посёлке под названием Сарана. Он находится в Красноуфимском районе Свердловской области. В конце 1980-х там проживало около 10 000 человек.

Жители были староверами, людьми трудолюбивыми и верующими. Мои бабушка с дедушкой – тоже: они верили в Бога и работали на земле. А вообще, в тех местах, где я родился, были большие леса, и лет 200 назад мои предки, видимо, заготавливали древесный уголь для заводов Демидовых.

Прадедушка у меня воевал в Гражданскую и Великую Отечественную. Оба дедушки были штурмовиками, получили ранения, но выжили и дошли до Берлина, заслужили много наград. Про них в детстве было много интересных историй, они у нас передаются из уст в уста. И так как мой отец в юности увлекался съёмкой, осталось много их фотографий.

По роду деятельности папа у меня рабочий. Он пробовал себя на разных управленческих должностях: был директором, возглавлял цеха. Но эти роли его не вдохновляли. Ему не нравилось руководить людьми. Он прирождённый, трудолюбивый и талантливый рабочий. Ему больше по душе трудиться самому.

Мама же, напротив, обладает качествами руководителя. В 16 лет, окончив девять классов, она поступила в педагогическое училище. После учёбы вернулась в родной посёлок и возглавила местный детский сад. То есть в неполные 18 лет уже стала руководителем, и под её началом работали повара, нянечки, воспитатели.

Я ходил в этот детский сад и помню, как стоял там у печки в углу за плохое поведение. Но было интересно наблюдать за её работой. В общем, мама всегда стремилась что-то организовать, руководить другими. В этом она отличается от папы, который любит всё делать сам, своими руками. Потом она ушла из детского сада и стала учителем.

Семья у нас весёлая. Мы очень гостеприимные, любим угощать. Поэтому мои друзья могут приезжать к родителям. Это для всех комфортно, всем нравится.

Я в семье не один, у меня есть сестра. Она по характеру больше похожа на папу. После окончания вуза проработала всю жизнь в банке. То есть это достаточно исполнительный и требовательный к себе работник. Но тоже не руководитель и не организатор.

Я же – наоборот. Ещё в детском садике и школе мне нравилось что-нибудь организовывать. И я всегда хотел стать лидером – человеком, вокруг которого кипит жизнь и крутится много людей и дел.

Моя сестра получила аттестат с отличием, окончила музыкальную школу. А у меня была плохая история с учёбой. Школу я окончил хоть и без троек, но не был прилежным учеником. Периодически прогуливал и не делал домашние задания. Всё потому, что я постоянно работал.

Денег в семье не хватало, и мне нужно было помогать папе. Он трудился в нескольких местах, но тогда платили копейки. Когда-то в посёлке был большой завод, но он развалился в советское время. Поэтому хорошее место с высокой зарплатой найти было практически невозможно. В итоге мои родители переехали в Якутск, а я остался жить с бабушкой – шестой-восьмой классы в школе были просто мной провалены.

Таким образом, важный факт моей жизни – это то, что я с детства постоянно работал. Думаю, в этом есть свои плюсы и минусы. С одной стороны, хорошо, когда ты не боишься трудностей. А с другой – в какие-то моменты уже не ищешь лёгких путей, а выбираешь более сложный.

Например, ситуация: человек хочет подняться на восьмой этаж и думает, подождать ему лифт или идти по лестнице. И я здесь скорее сделаю то, что будет быстрее, не задумываясь о потраченных усилиях. То есть мне легче скорее начать двигаться, чем немного подождать лучших условий.

– Можете рассказать, как именно Вы зарабатывали в школьные годы? Чем занимались?

– Я как-то папе сказал, что могу не только после школы работать, но и на переменах что-нибудь делать. Тогда он стал мне оптом привозить жвачки из города. Я начал их продавать ребятам и очень неплохо зарабатывал на этом. А потом стал торговать и брелоками.

У меня был единственный дипломат с одной тетрадкой, потому что в школе не было ни учебников, ни других вещей. То есть вот эту тетрадку мне раз в полгода дарила моя крёстная, а у нас их негде было взять. Помню, у меня три года была одна большая синяя тетрадь 96 листов.

И вот, в дипломате у меня лежала эта тетрадь, ручка, а всё остальное было забито жвачками и вырученными за них деньгами. Школа была большая, и я стоял около доски с расписанием, где всегда толпились люди. А оно как раз висело около учительской, и когда мама проходила мимо, то всегда закрывала лицо книгой и говорила мне: «Когда же ты это закончишь? Так нельзя!»

Мне нравилось продавать, при этом одновременно я любил и спорт. Где-то с шестого класса я занимался тхэквондо и выступал на соревнованиях. А ещё увлекался хоккеем, потому что это мне тоже нравилось, мой дядя был хоккеистом. В этом спорте я играл в сборной и потом хотел продолжить карьеру. Но в институте на спортфаке узнал, что тренировки там платные. Зато тхэквондо было бесплатным – и тогда я сосредоточился на нём.

Ещё я любил ездить на машине. В свои 10–11 лет у меня был мотоцикл, как у многих в деревне. А у папы была машина, и мне нравилось заниматься развозом корма для животных. Это было моё увлечение и заработок.

То есть к нам приезжал грузовик и привозил сразу много этого комбикорма. Папа расфасовывал его в мешки, пока я был в школе. Потом я приходил, грузил их в машину и развозил по деревням. Доставлял каким-то бабулькам, которые получали пенсию и могли заплатить за эти услуги.

Так что в детстве у меня учёбы было немного, а всё время я тратил на спорт, работу и бизнес-хобби. Кстати, все эти сферы деятельности у меня присутствуют до сих пор. Я веду насыщенную жизнь. Потому что, видимо, что в детстве заложили, то и остаётся до конца. А лень во мне не закладывали.

– На самом деле, это очень интересно – прослеживать, как с детства формировался характер и как это отразилось в будущем, к каким успехам привело. Но давайте продолжим следовать по порядку событий. Вы оканчиваете школу и куда решаете пойти дальше?

– Я пошёл в школу рано и окончил её в 16 лет в 1995 году. А в то время всех ребят, кто шёл в армию, забирали в Чечню. Были первая и вторая чеченские кампании. Мама у меня не хотела, чтобы я воевал, а мне было, если честно, всё равно. Я всегда уповаю на волю Господа, поэтому принимаю любое развитие событий.

Тогда я пошёл в военкомат, и они мне сказали, что при всех моих достижениях в Чечню меня не отправят, а запишут в Кремлёвский полк. И для этого весь 10–11 класс я должен буду посещать какие-то военкоматы и курсы, чтобы подготовиться служить именно там. Я обрадовался, потому что у меня был родственник-военный, и я был не против связать свою судьбу с такой карьерой. Но мама сказала: «Никуда не пойдёшь, потому что 99%, что тебя заберут в Чечню и обратно ты уже не вернёшься».

Так что оставался один путь – поступить в вуз. И я пошёл в Екатеринбургский педагогический университет на военную кафедру. Окончил и стал лейтенантом запаса мотострелковых войск. Вообще, когда я поступил в свой первый вуз, у меня началась другая жизнь. Мне захотелось очень много учиться.

Но тогда я был сильно сосредоточен на спорте. То есть я бросил хоккей и стал серьёзно заниматься тхэквондо. Выиграл пару хороших соревнований. А у меня всегда было желание стать каким-то выдающимся человеком, который бы делал то, что могут лишь единицы. Вот как олимпийские чемпионы и чемпионы мира, например. Хотелось быть тем, кто, превозмогая свои боли и страдания, прикладывает усилия и получает результат, который практически никому не доступен. Это мне всегда нравилось.

Однако, чтобы стать таким человеком, к сожалению, недостаточно только упорства и трудолюбия. Нужен талант. Да, я понимаю, что, например, какой-нибудь Магси Богз при росте 160 сантиметров может быть в баскетболе самым выдающимся игроком, но он такой один, и второго такого нет. Поэтому надеяться, что с таким же ростом удастся повторить его успех, – это, скорее всего, утопия.

Бывает, что люди имеют талант, но не имеют трудолюбия. Тогда тоже ничего выдающегося не получается. Поэтому необходимо и то и другое. И это правило работает в любых направлениях деятельности: будь ты учёный, спортсмен или предприниматель. Но я всё же надеялся на чудо и занимался тхэквондо до 27 лет. И только с возрастом помудрел и понял, что это, видимо, просто не моё.

Кстати, вот в этом моменте трудолюбие для меня оказалось плохим качеством, потому что не позволяло принять правильное решение вовремя. То есть ты воспитан так, что работу надо делать до конца, и поэтому тянешь до последнего в надежде, что у тебя получится. А по итогу просто теряешь время зря.

Тогда я научился слушать тех, кто рядом. Иногда, если ты что-то не знаешь, понимающие люди могут тебе посоветовать, и это очень спасает. Поэтому, если ты не одиночка, хорошая команда тебе поможет чего-то добиться. Даже если в чём-то глупый, то они тебя точно вытащат. Так что в этом плане я себя считаю игроком не индивидуальным, а командным.

У меня сын точно такой же сейчас. Он занимается каратэ, и я вижу, что ему сложно работать один на один. Но эта история закаляет характер. А вот когда ты проигрываешь в команде, то это воспринимается гораздо проще.

– Очень мудрые мысли. Значит, Вы получили педагогическое образование, но на этом не остановились?

– Да. В первом институте всё было весело и замечательно, но начал я очень плохо, и меня даже хотели отчислить. При этом я обладаю способностью со временем втягиваться в процесс и выбиваться в лидеры. Поэтому оканчивал этот вуз я уже одним из лучших студентов, собрав множество наград в учёбе и спорте. Это было в 1999-м году.

После этого мне захотелось учиться дальше, но я пошёл работать тренером по тхэквондо. Это была «Школа олимпийского резерва». Я два года там преподавал детям, а потом решил продолжить учёбу. Мне было интересно, как управлять процессами, руководить людьми, поэтому с 2001 до 2003 года я учился в Академии государственной службы.

Потом меня заинтересовали финансы, и я окончил Уральский экономический университет. А с 2007 по 2010 год я стал аспирантом и окончил Уральский федеральный университет на кафедре социологии управления. Получил степень кандидата социологических наук.

На этом я закончил с учёбой. Потому что уже пропал интерес, и я посчитал, что слишком много всего перезаканчивал. Что снова двигаюсь куда-то не туда. И вот последние лет восемь даже не читаю никакие книги по бизнесу. Не только потому, что нет времени, а просто я понял, что там практически всё одно и то же. Однотипные авторы.

Поэтому сейчас я надеюсь, что у Артура получится хорошая книга, прикладная, где каждый сможет найти что-то полезное для себя. Я бы лично хотел, чтобы читатели с помощью этой книги больше поняли о нашей компании TWIN. Потому что в этом проекте очень многое зависит от партнёров. Если они успешны, то и мы успешны, мы растём. То есть для масштабирования нашего IT-бизнеса важно, чтобы был партнёр, который захочет открыть своё дело. И мы всегда об этом говорим.

– Вот Вы упомянули, что работали тренером. А как развивалась Ваша карьера дальше?

– Пару лет я учил детей тхэквондо, а потом стал помощником одного из директоров крупной организации в Екатеринбурге. Отработал у него пять лет. И всё, с 2006 года я занялся бизнесом и открыл свою первую компанию под названием «Сокора».

Потом один коллега мне говорит: «Есть такие ребята, которые упаковывают франшизу». А я спрашиваю: «Как это?» Он мне объяснил, в чём суть, я сразу понял, что это прикольная история, и попросил познакомить с ними. Тогда в Екатеринбург прилетел Артём Захаров, товарищ Артура. И мы пытались масштабировать первый бизнес именно через франшизу. Сделали 17 продаж, и мне эта тема очень понравилась.

Потом я оттуда ушёл, хотя «Сокора» до сих пор успешно работает. Но я выбрал другое направление, создав в 2016 году компанию «УРАЛИННОВАЦИЯ». И у нас даже вопроса не стояло, как мы будем масштабироваться. Естественно, через франшизу, потому что это был и остаётся самый удобный путь, чтобы дотянуться до своих единомышленников.

Так что я надеюсь, что у Артура всё будет замечательно, потому что его миссия и философия мне очень близки, и я их сильно разделяю. Когда он говорит о том, чтобы каждый человек в жизни попробовал себя в качестве предпринимателя, я с ним полностью согласен.

Есть даже такая фраза: «Не попробуешь – не узнаешь». И я часто её озвучиваю, но при этом надеюсь, что мои люди, которые управляют франшизой, не будут открывать свой бизнес, потому что они мне все очень дороги, мы – одна команда. Но если это всё же произойдёт, я буду только рад за них. Потому что это действительно круто – рискнуть и попробовать открыть своё дело.

Хотя, к сожалению, статистику никуда не денешь, и 100% людей точно уж не будут предпринимателями. Но всё-таки это стоит того, чтобы попробовать.

– Вы очень интересно рассказываете, и хотелось бы поподробнее узнать о Ваших первых шагах в бизнесе. Почему Вы вообще пошли туда? И как, например, выбирали нишу? То есть в первой компании это было что-то одно, а теперь Вы пришли совсем к другому направлению. Чем руководствовались, какими критериями?

– Скорее всего, решение пойти в бизнес было связано с моей природой, с тем, что было во мне заложено с рождения. То есть я, например, человек не ветреный, но увлекаемый. При этом у меня уже с детства был опыт предпринимательства – это мои жвачки и доставка. И мне нравилось это занятие, хотя я не видел в нём чего-то грандиозного.

Поэтому мой следующий опыт – это работа в большом бизнесе. Я тогда преподавал в Школе олимпийского резерва и сам хотел стать олимпийским чемпионом. Тренировался три раза в день и ещё вёл две группы. А чтобы как-то зарабатывать на жизнь, мне товарищи предложили поработать на развитии одного продукта, так как я человек коммуникабельный и неплохо могу выстраивать отношения.

Компания называлась «Новая кухня» и была лидером по производству салатов. Сегодня этот продукт можно увидеть в любых магазинах, но в 1999 году люди думали, что единственный способ получить салат – это приготовить его дома.

И вот ребята из Екатеринбурга очень классно смогли сделать этот бренд, когда ещё даже в Москве такого не было. Закупили много заграничного оборудования, чтобы можно было в больших объёмах быстро это всё готовить.

А мне предложили стать директором по продажам. То есть я должен был за короткий срок выстроить очень много отношений, чтобы продукция продавалась. Помню, что первый цех произвёл четыре килограмма салатов, упакованных в два пластиковых контейнера. И мне нужно было поехать и договориться со всеми магазинами в Екатеринбурге об их продаже.

А в городе работали только локальные местные ребята, московские не допускались на рынок. И когда я приезжал с ними разговаривать, то они крутили у виска и говорили: «Игорь, ну не может салат храниться два или четыре дня, такого не бывает. Потому что срок годности у любого домашнего салата максимум часа четыре».

Но мы-то использовали специальные добавки, которые увеличивали этот срок. И выпускали в то время 30 видов разных салатов! Потом я принимал на работу людей, которые должны были за 30 минут в любую точку города доставлять продукцию. Это был какой-то кошмар. Но я всё держал под контролем, чётко следуя хронометражу и соблюдая строгие дедлайны. А если человек не успевал уложиться в это время, я его сразу увольнял.

В итоге ровно через год компания уже продавала больше тонны салатов в месяц с рентабельностью минимум 1000 или 1600%. Ребята очень сильно поднялись. Но как раз в это время тренер меня убедил в том, что я всё-таки будущий олимпийский чемпион, а не человек, который гоняет с салатиками по Екатеринбургу. Тогда я пришёл к ребятам и объяснил, что не буду больше у них работать. Они очень возмутились, покрутили пальцем у виска и сказали, что мне не в спорте, а в бизнесе нужно быть. Пообещали, что дадут мне долю, лишь бы я не уходил.

А я всё-таки ушёл, потому что мне вскоре предстояло выступать на предолимпийском турнире, к которому я готовился два года. Это было очень важно, потому что если бы я там выиграл, то меня бы взяли на Олимпийские игры. Был 2002 год, и вот в городе Воронеже я получил жёсткий нокдаун, немного обалдев от того, что у меня выигрывает парень, которого я побеждал до этого пять раз. Получается, два года моих тренировок были впустую.

Я тогда очень разочаровался, впал в депрессию и не общался ни с кем полгода. Но потом отошёл и снова начал выступать. Победил этого парня на других соревнованиях и понял, что бывают разные случайности в жизни. Просто что-то пошло не так. Но я больше не захотел заниматься тхэквондо и решил, что пора что-то менять. Так что мой второй опыт в бизнесе – это продажа салатов. Причём здесь не я выбирал, а меня выбрали. Мне предложили, я попробовал, и получилось достаточно неплохо.

Примерно та же история у меня случилась и в третьем бизнес-опыте. Я тогда уходил с работы, где был помощником руководителя. И мне было без разницы, чем заниматься, лишь бы за что-то зацепиться. А мои друзья по первому вузу работали с натяжными потолками и предложили присоединиться к ним. Тогда мы и создали ту самую компанию «Сокора», о которой я упоминал выше.

В общем, я только спустя какое-то время понял, как определить нишу. А тогда мне было всё равно. Я просто понимал, что любой бизнес можно сделать размером с мир. То есть вообще любой, какой хочешь.

Вот хороший пример – это «Бабкины семечки». Раньше сидели люди с мешочками на углу любого города. Есть семечки, есть пакетик. Десять рублей дал, тебе насыпали, и ты пошёл их есть. Но какие-то креативные ребята запаковали это всё по уму и сказали, что бабки, которые семечки продают, в этих своих мешках ноги греют. И все перестали покупать у бабок. А сейчас такого вида торговли вообще уже нет, зато есть большой рынок семечек. И уверен, что те, кто это придумал, стали миллионерами.

Поэтому я считаю, что в принципе можно любой бизнес со своей командой переосмыслить и сделать многомиллионным. Вопрос только времени, сил и затрат.

Так вот, возвращаясь к вопросу. После потолков я уже определился со своей нишей, и мой следующий бизнес был связан с той тематикой, которую я продолжаю развивать и сейчас.

В 2007 году мы создали компанию, которая называлась «Глобальная телесистема». Это был оператор фиксированной связи, который предоставляет услуги маленьким компаниям. Виртуальная АТС для бизнеса, назовём так. У нас было немного клиентов, пять основных: «Дубль ГИС», «Яндекс», американская компания «3М» и ещё парочка. Но больше всего мы работали с коллекторской компанией «Секвойя Интернэшнл».

Когда я пришёл в этот бизнес, то сразу встал вопрос о том, за счёт чего нам можно вырасти. И как раз для «Секвойя Интернэшнл» мы сделали тендер, в котором нужно было разработать систему автодозвона до всех должников, которые были у этой компании.

То есть мы предоставляли связь, а нужно было разработать такое понятие, как дайлер – это программа, которая сама набирает и сама сообщает должнику, какой у него долг на текущий момент.

Мы конкурировали тогда с «МегаФоном», ещё кем-то, но разработали эту программу довольно быстро. И в 2015 году появились такие звонки по России, когда должник поднимает трубку, а наш дайлер говорит, например: «Игорь Калинин, ваш долг – 5000 рублей, просьба вернуть такому-то банку».

Потом в «Секвойя Интернэшнл» нам ещё говорят: «А давайте сделаем робота, который разговаривает и сможет вести диалог». Мы задумались над этим. Нужны были разработчики, а я в моменте не знал, где их взять. При этом вёл тогда ещё один проект – наш благотворительный фонд под названием «Свои дети». Но это отдельная история.

Так вот, мы тогда поняли, что робот – это будет отдельный продукт. Поэтому в 2016 году выделили в это направление разработчиков и стали вести уже сразу два проекта. «Глобальная телесистема» предоставляла услуги связи, а компания «УРАЛИННОВАЦИЯ» – голосового бота.

Вот с этого момента начинается старт нашей текущей компании. То есть мы сконцентрировались на одной области и прошли вот такой путь: сначала «Глобальная телесистема», потом «УРАЛИННОВАЦИЯ» и теперь – компания TWIN.

– Очень впечатляющая история Вашего пути, конечно. И здорово, что Вы в итоге выбрали свою нишу и уже много лет планомерно развиваетесь в этом. Но всё-таки было бы интересно узнать подробнее и о Вашем первом бизнесе, я имею в виду компанию «Сокора». Ведь там у Вас был и первый опыт работы во франчайзинге.

– С этим бизнесом у меня тоже много классного было связано. В общем, мы занимались натяжными потолками, и тогда на рынке у нас было уже много конкурентов. Но мы верили в себя и считали, что это лишь вопрос времени – когда мы станем первыми.

Придумали тогда очень креативное решение. Я просто поехал и договорился со всеми магазинами в городе, чтобы в них стояли наши представители. Потому что мы провели опросы и по статистике сразу поняли, что 98% людей, которые меняют потолки, – это те, кто прежде меняли обои.

Так что в каждом строительном магазине, маленьком или большом, в отдел декора и обоев я поставил нашего человека. Его задача была одна – предложить потолки любому человеку, который туда зайдёт.

Вот так маленькая, никому не известная компания превратилась в течение двух лет в самую крупную и успешную на рынке. Потому что по факту мы просто поймали всех людей в городе. Нам не нужна была ни реклама, ни маркетинг, ничего. Просто договориться с магазинами и поставить туда нормальных людей.

Но вот дальше нужно было удержать позиции. Потому что наши конкуренты, когда поняли, как мы всех клиентов перехватили, тоже начали туда лезть. А мне тогда уже захотелось иметь полный цикл и контроль на производстве этих потолков. Поэтому, даже без знания английского языка, я решил купить самые передовые станки, которые на тот момент были только в Польше. Договорился с ребятами, и нам через Ганновер их привезли.

То есть все работали на китайском, а мы работали на европейском оборудовании, поэтому наши потолки начали, во-первых, очень быстро делаться, а во-вторых, они были более качественные. И так мы стали самыми крупными производителями.

Потом ещё была интересная история с Казанским заводом кожаных изделий. Это был единственный в России завод, который производил плёнку. Ассортимент там был небольшой, но зато цены низкие. И вот я съездил в Казань и договорился с парнями, чтобы выкупить у них всю плёнку на два месяца вперёд. Тогда все, кто до этого времени сколько лет закупались у них, приехали заключать контракты ко мне.

Конечно, это раздражало всю Россию, что какой-то выскочка из Екатеринбурга приехал и всё скупил. Но в итоге мы стали представителями этого завода, и все покупали у нас. Кстати, я предлагал им впоследствии расширить производство, но они не согласились.

А тем временем начался импорт плёнки из Китая. Конечно, я в этом тоже был не последний. Мы закупили там большую партию и по факту стали самым крупным поставщиком этого товара в России. Естественно, потом мне захотелось её производить прямо здесь. Я пригласил китайцев, и мы начали обсуждать строительство крупного завода, который бы покрывал хотя бы половину импорта всей плёнки. Но мне нужно было самому разобраться в технологии, так как я хотел самостоятельно контролировать этот завод.

Потом я купил разные маленькие станки, которые выпускают комплектующие. И мы стали делать историю ещё круче. Скупали отходы от пластиковых окон и делали детали из них. Это было очень прибыльно. Потому что на тот момент такие отходы просто выбрасывались. И кстати, это не я придумал, а мои ребята. У нас команда всегда думает. Так что я убеждён, что любой франчайзи будет успешен, если он либо сам талантлив, либо у него есть сильная команда.

– Да, это действительно мощный бизнес-опыт и во всём такой креативный подход. Очень интересно.

– Я всё это веду к тому, что возможности – везде. Вот, например, есть в России торговая марка AYASHI SPORT. Это мы её случайно создали, когда занимались плёнкой. То есть, когда из Китая пришли первые контейнеры с товаром, они были загружены не до конца. Потому что она же тяжёлая, по весу заполняла контейнер, а по объёму – нет.

И тогда мы в течение месяца сделали бренд, логотип и начали возить амуницию для тхэквондо в Россию. Стали конкурентами «Адидас», «Грин Хилл» и другим крупным компаниям, потому что я съездил в Китай и договорился со всеми заводами, которые занимались производством для этих поставщиков.

Так что на каждом шагу есть какие-то возможности. На эту тему я бы посоветовал прочитать книжку Тимура Горяева «Шпаргалки для боссов» (М., Альпина Паблишер, 2015). Очень клёво написанная, классная книга. Помогает многое переосмыслить.

Автор там говорит, что в России можно заниматься хоть чем, потому что здесь никто ничего делать нормально не умеет. Возможностей огромное количество, просто бери и делай лучше, чем другие. Ты можешь взяться за что угодно, и у тебя это будет получаться. Я примерно такого же мнения. Считаю, что если ты можешь создавать лучшие услуги или производить более качественный продукт, если у тебя и твоей команды на это хватает мозгов и таланта, то ты всегда будешь успешен.

Вопрос только, будет ли этот успех на миллион прибыли в год, на 100 миллионов или на миллиард. Вот здесь важно уже быть более разборчивым предпринимателем. Потому что если ты хочешь зарабатывать большие деньги, то тебе важно найти очень правильную и качественную сферу. А если ты в неё не попал, то можешь сколько угодно вкладываться, но не получится добиться большого результата. Просто из-за того, что этот рынок сам по себе маленький.

Вот даже если мы посмотрим, чем занимаются наши олигархи, то увидим: нефть, золото, недвижимость. И такого не бывает, чтобы человек, допустим, на хлебобулочных изделиях стал номером один в мире. Хотя тоже есть разный тип людей. Но здесь уже важно изучать рынки, оценивать, прибегая к каким-то консалтинговым компаниям, исследованиям. То есть не просто делать, а хотя бы примерно понимать, какие результаты ты можешь получить.

Поэтому то, что мы с моим партнёром развиваем сегодня, – это рынок IT.

Он достаточно глобальный, объёмный, многомиллиардный. Развивается многократно от года к году. Но есть определённые нюансы. Нужно много инвестиций, чтобы на нём закрепиться. Потому что невозможно, вкладывая операционный доход, получить максимальный эффект. И в этом плане подходы уже будут немного другие.

Просто меня никогда не вдохновляло что-то маленькое. Почему я эти салаты с лёгкостью бросил? Да потому что они были только на уровне Екатеринбурга. Это неинтересно. А меня привлекает что-то масштабное.

Так что в этом я разделяю взгляды Артура. Поддерживаю, когда он стремится развивать своё направление и бизнес-процессы по миру. Ведь это очень классная история, когда ты можешь свой проект применить в разных странах и сделать из этого что-то глобальное. Меня это вдохновляет.

Поэтому, если бы я видел ограничения своей технологии на уровне города либо на уровне даже страны, скорее всего, я бы этим бизнесом не стал заниматься. Хочется чего-то большего. А вот зачем хочется? Я не знаю. При том что я не горделивый человек, и ради тщеславия мне это не нужно. Так что пока это сложный вопрос (смеётся).

Артур Ранасович:

– У меня то же самое. Возможно, так бывает потому, что по-другому просто нельзя. Мы не можем жить иначе. Всегда движемся вперёд, стремимся к чему-то большему. И это однозначно необходимая черта для ведения крупного бизнеса.

Игорь Калинин:

– Да, это, видимо, зависит от характера человека, его качеств. Например, мне раньше было важно продержаться дольше всех под водой. Зачем? Не знаю. Просто хотелось быть лучшим. То есть это не только в бизнесе проявляется, а везде. Если ты на турнике висишь, тебе надо больше всех подтянуться или провисеть. Я раньше, играя в футбол, мог чуть ли не умереть, лишь бы не проиграть.

Но сейчас у меня такого нет. Теперь я понимаю, что нужно выбирать, на чём концентрироваться, во что вкладываться, и не тратить попусту все силы на никому не нужное достигаторство. Я вообще часто размышляю об этом. И когда меня приглашают куда-нибудь в благотворительный фонд или школу, я очень часто говорю про то, что у нас не учат мечтать, не учат ставить цели.

То есть в образовании детей у нас нет вот этих базовых вещей, связанных с креативностью, с предпринимательским подходом. А это важная основа. Потому что если бы закладывали это на уровне школы, то был бы шанс у многих людей совсем иначе выстроить свою жизнь. И, например, не побояться попробовать себя в бизнесе.

– Продолжая тему обучения детей, расскажите подробнее про свой благотворительный фонд. На что направлена его деятельность? И как Вы вообще пришли к такому решению?

– Когда я понял, что уже точно не смогу быть выдающимся спортсменом, мне захотелось попробовать воспитать будущего чемпиона. Обычно тренеры так делают. Потому что есть шанс, что как наставник сможешь подготовить такого спортсмена, который чего-то добьётся. И ты будешь счастлив, раз смог вложить в него хоть капельку каких-то своих усилий, которые позволили ему стать тем, кем ты не стал.

Так вот, в 2007 году, когда я открыл свой первый бизнес, у меня была зарплата примерно 100 000 рублей. Ровно такая, чтобы я мог купить костюм марки Corneliani. Тогда за мной ничего не было, но я понимал, что мне необходимо выглядеть успешным.

На тот момент у меня был подарок от моего директора – дорогие часы, и я разговаривал в принципе как топ-менеджер какого-то крутого банка. Так что я приходил в магазины строительных компаний с многомиллиардной выручкой и вёл переговоры на равных. Это создавало правильное впечатление о нашей компании, мне верили.

А вот через два года моя зарплата была уже несколько миллионов рублей в месяц. И я подумал, что можно сделать что-то полезное. Тогда я занимался с ребятами, которые тоже стали тренерами, и меня вдруг посетила мысль, что можно найти чемпиона. Причём мне ещё с детской спортивной школы запомнилось, как там тренировались беспризорники. Они были очень классные бойцы, и их даже не нужно было ничем подбадривать. Поэтому я предложил найти в детских домах хороших тхэквондистов.

Мы начали искать, и нам в руководстве этих учреждений сказали, что идея отличная, но мы должны открыть благотворительный фонд, потому что без документов они нас допустить не могут. И мы просто взяли и открыли его. А название тоже было придумано случайно.

Я вообще был фанатом Алексея Серебрякова по разным бойцовским фильмам. И в 2008 году как раз вышла картина с его участием под названием «Свои дети». Там ещё снимались Алёна Бабенко и Лиза Арзамасова. Классный фильм про ушедшую из спорта фигуристку, которая преподавала уроки фортепиано в школе. Название это мне понравилось, и я дал его нашему фонду «Свои дети». Кстати, с Лизой Арзамасовой я лично знаком, мы периодически общаемся. Она была одним из идейных вдохновителей фонда и стала его именным членом.

А цель деятельности нашего проекта – досуговое воспитание детей. Например, если я спортсмен, я могу потратить своё время на то, чтобы провести тренировку. И сама идея у нас в том, чтобы не давать деньги, а отдавать время детям, если ты этого хочешь.

В этом году 22 марта нашему фонду официально исполнилось 15 лет. За это время мы провели более 10 000 разных мероприятий в детских домах. Начинали с тхэквондо, а сейчас тренируем по 24 видам спорта. Это и футбол, и самбо, и хоккей и т. д. Запускаются новые программы. Всё это направлено на то, чтобы любой ребёнок в детском доме мог каждую минуту быть вовлечён в какой-то новый вид положительного досуга.

Потому что у тех, кто живёт в доме, такого досуга достаточно. Они могут пойти в кино с родителями или с друзьями. Пойти в музей, на концерт. А в детском доме такого нет. И у детей там возникают разные мысли, которые становятся иногда проблемами для будущего воспитания. Но мы вот эту проблему как раз решаем. Кстати, в своё время, когда у нас были трудности, я даже планировал закрывать фонд. Но ребята сказали, что готовы там и бесплатно работать. Вот такая, получается, история.

– Да, помощь детям – это очень важное и нужное дело. Здорово, что Вы уже столько лет этим занимаетесь! А теперь давайте вернёмся к Вашей компании TWIN. Расскажите подробнее про этот бизнес. Какова Ваша философия, ценности?

– Когда я управлял своей первой компанией, у меня было больше пятисот сотрудников, которых я вообще не знал. Принимал их и увольнял по десятку в месяц. А мне всегда хотелось, чтобы бизнес был маленький, но с хорошей рентабельностью.

Поэтому, создавая TWIN, мы с моим партнёром Димой сразу же задумывали, что будем только вендором. И, имея небольшую команду, всегда будем оставаться инженерами-разработчиками. Сегодня у нас работает не более 100 человек. То есть сама компания у нас небольшая, а вот партнёрская сетка обширная.

Мы всегда осознанно строим взаимозависимость между партнёрами и вендором. Соблюдаем определённые правила. Их суть в том, что вендор никогда не занимается продажами собственноручно, а партнёр не занимается разработками. Тем самым мы хотели бы создавать и дальше вот именно такое сотрудничество, когда есть небольшая команда очень продвинутых инженеров и большое количество тех, кто на этой идее может себе заработать денег. Вот это именно сама концепция, идея реализации нашей технологии.

Сейчас в компанию у нас приходят от трёх до пяти новых людей в год. Всё выстроено таким образом, что нового человека принимает вся команда. То есть HR может его подобрать, но ответственность за него берут все. С ним проводят до пяти собеседований, где каждый должен принять решение: подходит он или нет. Такая коллективная ответственность создает возможность приёма более качественного сотрудника. Этот подход у нас был изначально и сохраняется до сих пор.

Например, для приёма на работу инженера у нас всегда есть два условия.

Первое – он должен работать только в одной компании. Поэтому либо ты сразу говоришь, есть ли у тебя какие-то сторонние вещи, и заканчиваешь их, либо будь готов к увольнению, как только мы о чём-то таком узнаем. Потому что мы приверженцы такого подхода, что концентрироваться нужно в одном месте.

А второе условие – это любить ту работу, которой ты занимаешься. Если она тебя не вдохновляет, ты можешь прийти и легко уволиться. Мы тебе готовы заплатить за месяц вперёд, но только чтобы ты ушёл из проекта. Потому что нам не нужны люди, приходящие только ради высокой зарплаты. Здесь очень важно, чтобы инженер, который создаёт что-то новое, любил то, что он делает.

У нас и сама атмосфера всегда дружелюбная. Хотя мы очень распределённая команда и больше половины не живут в России. А что касается ценностей, главное – это чтобы каждый человек в команде был «свой». Поэтому и отбор такой серьёзный. Вот если это свой, то всё – тут есть любовь, комфорт, всё отлично. А если не свой, то, проведя пять собеседований, мы это 100% поймём. Поэтому нам важно учитывать чутьё каждого сотрудника.

В общем, по такому принципу мы принимаем людей и сторонники пока сохранять эту систему, чтобы всё-таки инженеры оставались инженерами. Хотя понятно, что больше 100 человек – это история строительства другого подхода. Но я в этом плане, честно говоря, плох. Я больше фаундер – тот, кто создаёт и строит компанию. А здесь уже нужен профессиональный менеджер, управленец. И думаю, в скором времени он у нас появится.

– А как Вы придумали название своей компании?

– Изначально у прототипа было название «Робобаба», но, конечно, понятно, что это был не бренд. Потом мы придумали «Сыроежкин». И даже первые логотипы у нас были с такой бирюзовой кофточкой и рожицей с золотыми волосами, как у Серёжи Сыроежкина.

Сама идея у меня была в том, чтобы на форумах и выставках всегда использовать двойников. То есть было два близнеца, которые нас позиционировали как создателей копии другого человека.

А название мы вообще разрабатывали втроём. Я, Дмитрий Рыков – это тоже фаундер проекта – и Сергей Ячменёв, которого я очень ценю за его вкус в IT-вещах, экспертности и дальновидности. Мы поняли, что «Сыроежкин» нам не подходит и нужно что-то другое. Тогда я просто слово «близнец» в интернете перевёл как «twin». Подумал, что я и сам близнец по знаку зодиака, и мы же близнецов делаем рабочих.

Идея всем понравилась, так что мы и оставили это название.

– Понятно, что у Вас IT-компания, много разных направлений, но можете для понимания читателя рассказать, чем конкретно Вы занимаетесь? Какими проектами?

– Я думаю, что можно за основу взять пример CRM-системы. Мы очень часто себя с ней сравниваем. Мы подобны цифровой системе, которая позволяет любой компании автоматизировать бизнес-процессы с клиентом. Кроме того, автоматизировать коммуникацию. Под этим словом мы подразумеваем онлайн-общение через все каналы, которые присущи сегодня любому бизнесу. Это голосовая коммуникация, чаты и все виды нотификации сообщений.

Таким способом сегодня общается каждая компания, производящая продукт или услугу. Они это делают с помощью специалистов, которые посредством вот этих онлайн-коммуникаций могут на естественном языке донести качественные характеристики товара клиентам.

А мы являемся компанией, которая подменяет этих специалистов в виде людей на ботов, которые так же, как человек, могут вступать в общение. Поэтому мы уверены, что любой бизнес сможет автоматизировать свою коммуникацию с помощью нашей технологии.

Я очень часто привожу пример хорошо сделанных мобильных приложений.

Вот, допустим, Яндекс Go. Перевоз человека из точки А в точку Б. Десять лет назад требовался оператор, который принимал звонки с заказами. А сегодня это автоматизировано за счёт мобильного приложения. Можно сказать, что там теперь работают боты-кнопки, когда ты даёшь команду, а они выполняют какое-то действие: создают заказ или связывают с водителем.

Также можно привести примеры Wildberries и Ozon. Это хорошо сделанные сайты, где ты можешь купить услугу или любой продукт, не вступая в коммуникацию с человеком. Так что в этом плане уже есть бизнесы, которые неплохо автоматизировали процесс продаж. А наша компания как раз помогает в этом вопросе.

Важно ещё упомянуть о конкурентных преимуществах. И здесь я бы выделил тот факт, что мы, как инженеры, много времени потратили на создание собственного языка программирования. Это сегодня является нашей основной визитной карточкой, с помощью которой мы можем создавать более конкурентные продукты, чем другие компании. Причём реализуем это всё на базе своей платформы. Это тоже важный момент, потому что мы одна из немногих в России компаний, которые разрабатывают сервисы самостоятельно.

Тогда как многие другие сегодня пользуются таким понятием, как облачный продукт. Это когда ты берёшь несколько технологий у разных разработчиков и на их базе создаёшь своё. Получается, делаешь чужими руками.

В принципе, подход нормальный, но для большого бизнеса он не работает. Потому что ты уже не можешь поставить компаниям уровня «Аэрофлот», «Сбер» такое решение, раз тебе эта технология не принадлежит. Там уже обязательно нужно иметь свои лицензии, разработки. Поэтому такие крупные компании, как «Битрикс24», «1С», «СКБ Контур», разрабатывают своё. Они могут создавать любые ценности и делать более гибкие наценки.

Мы придерживаемся этого же принципа. У нас уже более 17 патентов, их можно посмотреть на сайте. И каждый год что-то новое разрабатываем и патентуем. Поэтому являемся не просто операционной, а технологической компанией, которая производит продукты для себя и рынка.

Так что здесь стоит учесть, что любой наш партнёр участвует не в перекупе уже перекупленного, а в реализации разрабатываемого. Потому что у нас есть право собственности на все наши технологии и изобретения.

Артур Ранасович:

– Я расскажу, как начиналось наше сотрудничество. Изначально, когда мы начали продавать компанию TWIN, то передали её нашему рязанскому офису. То есть мы с проектом познакомились, он показался очень интересным, перспективным, но глубоко мы не вникали. Передали им, и где-то за три месяца они продали десять франшиз. Это при том, что рязанские ребята ещё не сильно были прокачаны в продажах.

А когда мы уже познакомились с Игорем, он сразу сказал, что их задача – стать компанией номер один на рынке. Самой масштабной, глобальной в этой нише. Поэтому, если мы можем большое количество продаж обеспечить, то давайте двигаться.

И вот, видя, что даже рязанский офис делает хорошие продажи, я понял, что нужно выделять для этого уже наш отдел. Тогда мы сможем очень сильно усилиться и кратно вырасти. Выделили казанский отдел и за первый год продали там несколько сотен франшиз, а потом и того больше. Не помнишь, Игорь, сколько у нас было в пике?

Игорь Калинин:

– Где-то 320 или 350 франшиз. Это, конечно, классный результат. Но вообще, когда мы только сделали упаковку и начали продавать, меня не устроили продажи. Потому что у нас был план за пять лет продать не менее 5000 франшиз. И сейчас этот план не изменился.

Кстати, я недавно узнал, что компания «1С» в своё время развивалась так же. Они пытались развивать партнёрку через франшизу. А мы с ними в принципе схожи. То есть мы себя равняем с AmoCRM, «Битрикс24», «СКБ Контур». Это компании, которые развились до нескольких десятков тысяч партнёров.

Это классная история. Но всех их объединяют большие вложения. А у нас такого нет. Вообще, мне по жизни всегда приходилось работать с какими-то минимальными бюджетами и изыскивать способы, как при этом сделать максимальную прибыль. Поэтому здесь мы сделали основной упор на продажу франшизы как на возможность получить партнёра совершенно бесплатно.

Здесь возникает вопрос: а как это? В принципе, франшиза сама по себе на это отвечает. Если у тебя недостаточное финансирование, то за счёт развития франчайзи ты можешь получить масштабируемый эффект, делясь своим доходом с партнёром. Здесь нет ничего плохого. В этом плане мы честны друг перед другом.

Поэтому, развивая франшизу, мы создали сегодня параллельно действующие партнёрские программы. Они друг друга не убивают, а, наоборот, только дополняют, потому что там есть разные условия. Но франшиза – это наиболее эффективная и успешная точка входа для любого нашего партнёра. Потому что здесь мы даём то, чего нет в других наших каналах привлечения.

Конечно, самое главное нужно понимать, что если не будет успеха у партнёров, то не будет успеха и у нашей компании. А успехом я считаю выручку более миллиарда. Вот Артур со своей командой построил успешный бизнес, потому что он этот этап перешёл. Значит, он умеет управлять процессами, создавать их. И сейчас он уже на другом этапе развития находится.

А мы ещё не дошли до этого, не выстроили процесс. И сегодня у нас вся бизнес-модель рассчитана на то, что один партнёр приносит нам от восьми до двенадцати конечных пользователей. Для партнёра это чистый доход от 300 до 500 000 рублей, если мы говорим про Россию.

Обычно франчайзи менее амбициозны, чем вендоры. И для небольшого предпринимателя будет достаточно в два-три раза увеличить свой доход. Допустим, если раньше он зарабатывал от 150 до 200 000 рублей, то, работая с нами, эта сумма в среднем составит уже 300 000–500 000. Плюс мы славимся тем, что для работы с нами не нужно быть привязанным к офису, где, кроме ноутбука и телефона, тебе больше ничего не понадобится. Можешь жить и работать в любом месте, где тебе угодно.

Это такое принципиальное отличие нас от других франшиз, например от тех же «1С» и «СКБ Контур». Там ты должен посещать компанию, заниматься обновлениями, то есть обязательно присутствовать в офлайне. А у нас такого нет, и это значительное преимущество.

– Да, это очень здорово. А вот сейчас, уже с высоты своего опыта, какие бы советы Вы могли дать для начинающих франчайзеров? И что бы порекомендовали желающим купить франшизу?

– Тем, кто хочет свой бизнес масштабировать, я бы рекомендовал как можно раньше упаковаться и попробовать продавать франшизу. Необязательно делать это десятками, достаточно будет хотя бы нескольких продаж, чтобы посмотреть, как это работает. Примерно тот же совет для тех, кто покупает франшизу. Потому что чем быстрее вы протестируете себя в качестве предпринимателя, тем быстрее почувствуете, ваша это история или нет.

Вообще, франшиза создаёт важную ценность. Благодаря ей можно за очень небольшие деньги понять, кто ты. За очень небольшие. Потому что, например, мы в нашу компанию вложили более миллиарда двухсот миллионов рублей. То есть мы потратили очень много денег, чтобы она была. И любому предпринимателю потребуется вложить не один миллиард, чтобы сделать такую компанию, а ещё времени и сил нужно огромное количество.

А покупая франшизу, ты максимально быстро сможешь понять вообще, ты бизнесмен или нет, этот рынок твой или не твой, нравится тебе это или нет. Так что в этом плане это очень полезная история.

Ещё для тех, кто продаёт франшизу, я бы посоветовал побольше стандартизировать свой бизнес. Чтобы были декларации, принципы, стандарты, а не просто что-то на словах. Это нужно не только для будущих бизнес-процессов своей компании, но и для передачи их франчайзи.

А тем, кто покупает, я бы ещё рекомендовал не бояться ошибок, не относиться к ним слишком критично. Потому что бизнес, как и жизнь, очень переменчив. Сегодня было плохо, а завтра будет хорошо. Кстати, вот недавно смотрел с ребёнком мультфильм, и там один персонаж сказал очень классную фразу. Её смысл в том, что нужно радоваться любому достижению, даже маленькому.

А в бизнесе же вообще редко случается удача. И я сам пытаюсь руководствоваться таким принципом позитивного взгляда на жизнь. Хотя и очень много разного негатива происходит вокруг, но я предлагаю искать во всём плюсы и стараться концентрироваться на положительных вещах.

– Вот Вы сейчас про ребёнка упомянули, и как раз было бы интересно узнать насчёт Ваших методов воспитания. Допустим, прививаете ли Вы детям какое-то бизнес-мышление, финансовую грамотность?

– Я стараюсь научить их нестандартно мыслить, чтобы умели что-то придумывать, создавать. Ведь это не врождённые навыки, а приобретённые. И в фонде я тоже хочу сделать такой курс по латеральному мышлению. Потому что это очень полезный навык. Не только для науки и творческих профессий. В бизнесе ты тоже ежедневно сталкиваешься с нестандартными ситуациями. И чем креативнее ты мыслишь, тем лучше решение сможешь найти. Поэтому для детей я даю больше таких развивающих вещей, где дважды два – точно не четыре.

А ещё, зная, что я постоянно всё делал руками, я стараюсь научить их больше думать. Потому что иногда ты начинаешь делать раньше, чем подумаешь. Но, по мне, гораздо эффективнее действовать наоборот. И в этом плане хочется, чтобы дети больше зарабатывали умом, а не физическим трудом. То есть с детства развивали свои когнитивные способности, а потом успешно смогли применить их в жизни.

– Да, это очень полезные навыки. Ещё хотелось бы узнать про Ваше окружение. Какую роль в Вашей жизни предпринимателя оно занимает?

– За последние годы я стал закрытым человеком, поэтому моё окружение – это семья и моя команда. Но я считаю классной историей разные сообщества. И если ты хочешь где-то отвлечься или получить полезные советы, то тебе туда.

Мне в своё время друг сказал одну фразу, которой я руководствуюсь по сей день. Что-то вроде: «Ты учись, учись, да не заучись». Это к тому, что ты можешь спрашивать советы у кого-то, это здорово, но ещё лучше прокладывать свою дорогу. То есть стараться не делать так, как тебе сказали, а проявить креативность и придумать что-то своё.

При этом зачастую сообщество мне позволяет взглянуть на какую-то проблему или вопрос совсем по-другому. Именно не сделать так, как они говорят, а посмотреть на свою ситуацию совершенно иным взглядом. И это, наверное, самое полезное, что можно взять от такого общения. Потому что у каждого всё-таки свой путь.

– Расскажите про Ваши дальнейшие планы. В бизнесе и, может быть, какие-то личные.

– Мы с Артуром планируем сделать так, чтобы каждый купивший нашу франшизу мог спокойно реализовывать её по всему миру, предоставлять эти услуги в Бразилии, Америке, Европе. Важно научить это делать, чтобы расширить возможности зарабатывать деньги на других рынках. И чтобы создать интересный опыт для работы за границей.

Дальше в плане – автоматизировать все коммуникации в мире, чтобы люди могли заниматься более творческими делами, больше придумывать и создавать.

А что касается личных целей – это родить десять детей. Я хочу, чтобы у меня была большая семья.

– Ого! Такого ещё точно никто не говорил. Это круто. Артур, может быть, Вы хотите добавить какие-то моменты? Что Вас впечатлило в TWIN?

Артур Ранасович:

– Мне в самом начале понравилось, когда мы познакомились с Игорем, что он очень заряжен по своему продукту. Максимально верит в него и в его будущее. Сильную очень команду сколотил вокруг себя.

И конечно, воодушевил глубиной своих мыслей, рассуждений на предмет бизнеса. У него такой философский подход, который со всех сторон ситуацию рассматривает. Но при этом есть и твёрдость в управлении.

Поэтому я верю, что у нас с компанией TWIN грандиозное совместное будущее. Мы вместе вышли уже и в международное направление. Это одна из первых наших франшиз, которая продаётся за рубеж, а не только в СНГ. Она действительно работает и в международном пространстве.

Кроме того, сейчас мы совместно открыли предприятие в Казахстане, чтобы выходить на рынки других стран. И впоследствии сделать нашу компанию родом из России мировым лидером в этой индустрии.

Игорь Калинин:

– Да, Артур сказал всё верно. Мы с ним хоть и самолёты разной сборки, но очень быстро обменялись сигналами и поняли, что мы друг другу свои.

Я Артура считаю очень мудрым человеком. В каких-то моментах он поступал спокойнее и правильнее, чем я, и не позволял конфликтным ситуациям серьёзно разгораться. Потому что у меня-то довольно холерический характер.

Например, в самом начале у нас не было опыта в продаже франшизы. А Артур на своих ошибках уже наработал определённое понимание. И он мне говорил: «Игорь, ну я могу сделать так, как ты считаешь нужным, но это будет ошибка».

Он как старший брат, наверное, позволял мне эти ошибки допустить, но присматривал за ними. Поступал мудро, хотя мог бы обидеться, показать свою гордыню и плюнуть на всё. Потом, конечно, из этих ситуаций были сделаны выводы, и мы в дальнейшем основывались на его опыте. А если ребята из моей команды хотели ещё раз что-то сделать неправильно, я им сразу говорил: «Артур так сказал, значит, так и будет».

Поэтому в этом плане я бы порекомендовал тем, кто упаковывается во франшизу, обязательно слушать мнение профессионалов.

Тебе, Артур, спасибо за твои советы и за приглашение принять участие в создании этой книги. Потому что вот эта история, когда обе стороны выигрывают, обе получают пользу, – это круто.

Кстати, с франшизами получается то же самое, win-win. Артур и команда зарабатывают, и мы зарабатываем. Это всегда классно, когда каждый получает то, что он хочет, и никто не остаётся в проигрыше. Немного компаний, кто вот так настроен.

Поэтому, когда кто-то меня спрашивает, где упаковываться, я всегда отвечаю: это только к Артуру, он – лучший.

Сайт франшизы TWIN

Телеграм-канал франшизы TWIN