– Шеф Макгэррити, – доложил Робертсон, отвлекаясь от пульта управления.

Митчелл снял трубку.

– Митчелл? Мы нашли микроавтобус похитителей рядом с болотом Вайани, – с ликованием сообщил Макгэррити. – Сейчас поеду туда с розыскными собаками. Встретимся на перекрестке Уолнат-Три.

– У Макгэррити все на мази, – положив трубку, сказал Митчелл Румеру. – Он нашел микроавтобус. То есть нашел кто-то из его людей, но обставят все так, будто это был лично Макгэррити.

– И в микроавтобусе, разумеется, пусто? Старый болван не понимает, что это не упрощает, а усложняет дело? По крайней мере, мы знали, какая у них машина. Теперь не знаем. Он не собирается взять с собой фоторепортера из газеты, с которым совершенно случайно столкнулся по пути?

– Упомянул только собак-ищеек.

– А что собаки будут нюхать?

Митчелл развел руками. Румер тоже. Через несколько минут появился Дженкинс.

– Дженкинс, вы не могли бы позвать Луизу?

Луиза мигом явилась.

– Нам понадобится какая-нибудь вещь – например, что-нибудь из одежды девушек.

– Не понимаю, – замялась Луиза.

– Нужно дать понюхать ищейкам, чтобы знали, кого искать.

– А, – сообразила горничная. – Тогда лучше всего подойдут ночные рубашки, – с ноткой неодобрения произнесла она, как будто девушки расхаживали в ночных рубашках целыми днями.

– Положите каждую в отдельный пластиковый пакет и постарайтесь особо не дотрагиваться до них.

На перекрестке Уолнат-Три их дожидались легковая полицейская машина и небольшой фургон. Макгэррити стоял у легковой. Этот бойкий коротышка источал дружелюбие и переставал улыбаться, лишь когда выступал против коррупции в высших эшелонах власти. Для начальника полиции он был крайне некомпетентен, но являлся непревзойденным – и коррумпированным – политиканом, благодаря чему и стал начальником полиции. Он пожал руки Митчеллу и Румеру с теплотой и искренностью готовящегося к перевыборам кандидата, коим и являлся.

– Несказанно рад наконец познакомиться с вами лично, джентльмены. Слышал о вас много хорошего. – Похоже, он забыл, что совсем недавно заявлял, будто местная полиция от них натерпелась. – Спасибо за неоценимую помощь и за то, что приехали. Это Рон Стюарт из «Геральд». – Он указал в открытое окно машины, за которым сидел, обвешавшись фотокамерами, какой-то мужчина. – Случайно встретил его по пути.

Митчелл поперхнулся и закашлялся.

– Перекурил, – извинился он.

– Сам злоупотребляю. За рулем наш кинолог. Водитель фургона – его коллега. Будьте добры, следуйте за нами.

Через пять миль они достигли поворота – одного из многих – на болота Вайани. Густые кроны деревьев, нижние ветви которых почти задевали голову, плохо пропускали солнечный свет, из-за чего казалось, что на дворе зимний вечер. Резко повысилась влажность, в ноздрях защекотало от кисловатых болотных миазмов. Атмосфера была нездоровой – по крайней мере, так казалось поначалу, – но на болоте жили люди, испытывающие отвращение к тому, что принято называть цивилизацией, и совершенно не страдали.

Дорога становилась все более изрытой и ухабистой, ехать дальше было почти невозможно. Но тут они преодолели слепой поворот и наткнулись на брошенный микроавтобус.

Первым делом, разумеется, приступили к фотосъемке, позаботившись о том, чтобы Макгэррити присутствовал в каждом кадре. Он позировал, по-хозяйски положив руку на капот. Закончив съемку, фотограф приспособил к камере фонарик и потянулся было к задней двери, но Румер довольно жестко перехватил его руку:

– А ну стойте!

– В чем дело?

– Первый раз снимаете криминальную хронику? Смажете отпечатки пальцев, вот в чем дело. – Румер посмотрел на Макгэррити. – Дактилоскописты скоро приедут?

– Должны. Они сейчас на другом деле. Дон, проверь, как у них дела, – скомандовал Макгэррити водителю, и тот схватился за рацию.

Очевидно, Макгэррити даже не пришло в голову сразу пригласить специалистов по отпечаткам пальцев.

Из фургона выпустили собак. Румер с Митчеллом открыли пластиковые пакеты и дали собакам понюхать ночные рубашки.

– Что у вас тут? – спросил Макгэррити.

– Ночные рубашки похищенных девушек. Решили, что вам понадобятся их личные вещи, чтобы собакам было на что ориентироваться.

– Разумеется. Но ночные рубашки?!

Макгэррити был непревзойденным мастером заметать следы. Тем не менее стало понятно, что этот аспект поисков тоже был им упущен.

Собаки мигом взяли след. Натянув поводки до предела, они двинулись по изрытой тропинке – полноценная дорога в этом месте резко обрывалась. Через сто ярдов путь преградила вода. Водоем не являлся частью болота, это был медленный, извилистый, грязный ручеек шириной от силы в двадцать футов. Неподалеку был вкопан колышек для швартовки, на противоположном берегу виднелся такой же, а рядом с ним колыхалось древнее корявое плавательное средство, которое язык не поворачивался назвать лодкой. Внешне оно напоминало огромный гроб c квадратным обрубком на месте носа. Этот утлый челн, иначе не назовешь, был привязан к обоим колышкам длиннющим мотком каната.

Кинологи подтянули лодку и с оправданной осторожностью погрузились в нее вместе с собаками, которые продолжали вести себя весьма активно. Но стоило им очутиться на другом берегу, как оживление сошло на нет, и после нескольких бесцельных кругов собаки понуро улеглись на землю.

– Вот незадача, – раздался рядом незнакомый голос. – След-то, видать, остыл.

Четверо мужчин, оставшихся на ближнем берегу, повернулись на голос. Перед ними стоял какой-то чудак в новенькой панаме с клетчатой лентой, в блестящих кожаных сапогах с голенищами выше колен (вероятно, для защиты от змей) и в обносках, будто снятых с огородного пугала.

– Кого ловите? – спросил незнакомец.

– Разыскиваем, – осторожно поправил его Макгэррити.

– Законники, что ль?

– Начальник полиции Макгэррити.

– Заслуженный, вне всякого сомнения. Что же, шеф, вы тут воду в ступе толчете. На этой стороне след горячий, на той – холодный. Ваша добыча смылась где-то посередине.

– Вы их видели? – с подозрением спросил Макгэррити.

– Ха! Значит, их было больше одного, а? Нет, сэр. Я только сейчас подошел. Но если бы я прятался от полиции, то поступил бы именно так. Давно известный трюк. Выходишь на середину речки, проходишь полмили, а то и целую милю, хоть по течению, хоть против. В этот ручей впадают десятки других. Можно свернуть в любой и зайти еще на милю в болото, даже не коснувшись твердой земли. Вы их будете до второго пришествия искать, шеф.

– Какова глубина этого ручья?

– Дюймов пятнадцать от силы.

– Тогда зачем лодка? В ваших сапогах можно пройти по воде и даже ног не промочить.

Незнакомец выглядел почти шокированным:

– Нет, сэр. Каждое утро у меня уходит час на то, чтобы почистить этих зверюг. – Видимо, он имел в виду свои сапоги. – Кроме того, здесь водятся мокасиновые змеи[9]. – Похоже, у него было стойкое отвращение к змеям. – А в сезон дождей вода поднимается вот досюда, – он дотронулся до груди. – Тут-то лодочка и пригождается.

Макгэррити позвал кинологов обратно.

– А может где-нибудь на болоте сесть вертолет? – спросил Митчелл незнакомца.

– Еще бы! Тут твердой земли больше, чем мягкой. Много полянок. Но вертолетов ни разу не видал.

Кинологи с собаками выгрузились из лодки. Оставив незнакомца стряхивать невидимую грязь с сапог, группа вернулась к микроавтобусу.

– Минутку, – попросил Митчелл. – Мне тут кое-что в голову пришло.

Он открыл пластиковые пакеты и снова дал собакам понюхать ночные рубашки. Затем прошел назад по колдобинам, мимо полицейских машин, и позвал кинологов за собой. Те послушались, несмотря на рьяные протесты собак.

Но примерно через двадцать ярдов собаки перестали сопротивляться. Они заскулили и натянули поводки. Следующие двадцать ярдов они буквально тащили кинологов за собой, затем остановились, навернули несколько кругов и разочарованно уселись на землю. Митчелл нагнулся и осмотрел дорогу. Подошли остальные члены группы.

– Что тут? – спросил Макгэррити.

– Вот что. – Митчелл указал на землю. – Была еще одна машина. Вот следы задних колес. Она разворачивалась. Похитители знали, что мы пустим по следу собак. Не нужно быть гением, чтобы догадаться. Поэтому они пронесли девушек на руках примерно двадцать ярдов, чтобы нарушить след, а потом снова опустили их на землю.

– Блестящая догадка, мистер Митчелл, просто блестящая. – Вопреки своим словам, Макгэррити вовсе не выглядел довольным. – Значит, пташки упорхнули? А мы теперь понятия не имеем, на чем их увезли.

– Кто-то упорхнул, это точно, – сказал Румер. – Но возможно, лишь один или двое. Наверное, они отправились за вертолетом.

– За вертолетом? – Шеф Макгэррити едва держался на плаву даже на мелководье рассуждений.

– Возможно, это двойная ловушка, – с трудом скрывая раздражение глупостью начальника полиции, объяснил Митчелл. – Они могли проделать тот же трюк в обратном направлении и снова посадить девушек в микроавтобус. Может быть, они до сих пор где-то на болоте ждут вертолета. Тот старикан утверждал, что среди болот есть достаточно твердые полянки, где вертолет спокойно сядет.

Макгэррити понимающе кивнул и сделал вид, что глубоко задумался. Он чувствовал, что пора ему внести свой решающий вклад в дело.

– Болото отменяется. Без толку здесь слоняться. Нужно проработать версию с вертолетом.

– И как нам ее проработать? – спросил Митчелл.

– Оставьте это мне.

– Мистер Макгэррити, это не слишком-то справедливо, – заметил Румер. – Мы всецело доверились вам. Разве мы не заслуживаем чего-нибудь взамен?

– Что ж… – Макгэррити снова сделал вид, что размышляет, испытывая тайное удовлетворение от того, что его о чем-то попросили, на что Румер и рассчитывал. – Если вертолет не прилетит, то им не на чем будет отсюда смыться, так?

– Совершенно верно, – самым серьезным тоном подтвердил Румер.

– Я расставлю снайперов с этой стороны болота. Сбить низко летящий вертолет – простейшая задача.

– Я бы на вашем месте не стал, – сказал Митчелл.

– И я тоже. – Румер покачал головой. – Убийство не поощряется законом.

– Убийство? – уставился на них Макгэррити. – Какое еще убийство?

– Самое обыкновенное, – ответил Митчелл. – Из винтовки или пулемета можно случайно застрелить тех, кто в вертолете. Даже если получится просто его сбить, пассажиры с большой долей вероятности погибнут при падении. Пусть даже они преступники, но их следует судить по закону. А пилот почти наверняка окажется гражданским, выполняющим приказы бандитов под дулом пистолета. – (Об этом Макгэррити, конечно же, не подумал.) – Это не добавит нам популярности.

Макгэррити скривился. Одна мысль об утрате популярности перед грядущими выборами заставила его внутренне побледнеть.

– Тогда что нам делать, черт побери?

– Будь я проклят, если знаю, – прямо ответил Румер. – Можете поставить наблюдателей. Или пригнать свой вертолет, чтобы отправиться в погоню, когда за похитителями прилетят. Если прилетят. Мы можем только гадать.

– Но нам здесь точно делать нечего, – добавил Митчелл. – Мы и так пропустили несколько встреч. Будем на связи.

По дороге к шоссе Румер спросил:

– Как думаешь, может, из него хотя бы собаколов получится?

– За несколько месяцев бродячие собаки заполонят всю округу. Насколько ты веришь в план с вертолетом?

– Довольно сильно. Если бы они просто хотели поменять машины, не стали бы выкидывать все эти фокусы. Припарковали бы микроавтобус в любом укромном местечке. Отправляясь на болото, они хотели создать впечатление, что собираются надолго там залечь, но не рассчитывали, что мы сообразим – точнее, что ты сообразишь – пройти назад по тропе.

– Мы почти уверены, что пункт их назначения – «Морская ведьма». Мы почти уверены, что они полетят туда на вертолете. Какой вертолет и какого пилота ты бы взял?

– Одолжил бы у лорда Уорта. Его пилоты, скорее всего, единственные, кто знает точные координаты «Морской ведьмы», и только вертолеты с эмблемой «Уорт-Хадсон» не вызовут подозрений у персонала платформы. – Румер потянулся к рации, настроил волну и связался с особняком лорда Уорта. – Джим?

– На посту, мистер Румер.

– Мы возвращаемся. Разыщите адресную книжку лорда Уорта. Наверное, она где-то рядом в радиорубке. Перепишите имена и адреса пилотов его вертолетов. У сторожа на площадке есть радио?

– Да.

– Тогда и его запишите.

– Будет сделано.

– Все еще думаешь, что не стоит делиться нашими подозрениями с Ларсеном? – спросил Румер.

– Совершенно точно не стоит, – уверенно заявил Митчелл. – «Морская ведьма» для него как дитя, и он способен перегнуть палку, защищая ее от незваных гостей. Потом попробуй объяснить лорду Уорту, почему его дочери попали под перекрестный обстрел.

– Я бы не стал и пытаться, – с чувством ответил Румер.

– Да ты и сам потом места себе не найдешь, если Мелинде прострелят легкое.

Румер оставил эту реплику без ответа.

– Что, если мы ошибаемся насчет пилотов его светлости?

– Тогда оставим дело гениальному сыщику Макгэррити.

– Значит, лучше бы нам не ошибиться.

Они не ошиблись. Но опоздали.

Джон Кэмпбелл был заядлым рыболовом и заядлым книгоманом. Он давным-давно научился совмещать обе страсти. Полный рыбы ручей бежал всего в пяти шагах от его веранды. Кэмпбелл сидел в парусиновом шезлонге с зонтиком над головой и чередовал перелистывание страниц с потягиванием лески, когда перед ним появились Дюран и его подручный с чулками на головах и оружием в руках. Кэмпбелл вскочил, не выпуская книгу из рук.

– Вы кто такие? Чего вам надо?

– Тебя. Ты Кэмпбелл?

– Если и так, то что?

– Хотим, чтобы ты на нас поработал.

– Каким образом?

– Сгонял кое-куда на вертолете.

– Черта с два!

– Значит, ты точно Кэмпбелл. Пошли с нами.

Указывая пистолетами, бандиты заставили его встать между ними. Очутившись в прямой близости от пистолета Дюрана, Кэмпбелл рубанул бандита ребром ладони по запястью. Дюран крякнул от боли и выронил оружие, и через секунду они с Кэмпбеллом принялись бороться, лягаться и охаживать друг друга кулаками, полностью игнорируя спортивные правила. Они так крутились, что подручный Дюрана, подобравший пистолет, не имел возможности вмешаться из опасения случайно застрелить пилота. Но вскоре возможность представилась. Неспортивным, но эффективным ударом колена Кэмпбелл заставил Дюрана согнуться в три погибели, однако, падая, бандит инстинктивно успел схватить пилота за рубашку. Это и стало причиной поражения Кэмпбелла. Его затылок буквально напрашивался на удар рукоятью пистолета. Вырубив пилота, подручный Дюрана оттащил его, позволив главарю подняться на ноги. Однако разогнуться у того никак не получалось. Дюран сорвал с себя чулок, чтобы подышать свежим воздухом. Как ни удивительно, Дюран оказался латиноамериканцем с бледно-кофейным лицом, густой волнистой шевелюрой и тонкими усиками. Если бы не гримаса боли, исказившая лицо, его можно было бы даже счесть привлекательным. Распрямляясь дюйм за дюймом, он наконец перевел дух и вслух высказал все, что хотел бы сделать с Кэмпбеллом.

– В другой раз, мистер Дюран, – успокоил его подручный. – С больничной койки вертолетом особенно не поуправляешь.

Дюран неохотно согласился.

– Надеюсь, ты не слишком сильно его тюкнул?

– Совсем легонько.

– Свяжи его, заклей рот и завяжи глаза.

Дюрану осталось примерно двадцать градусов до полного выпрямления. Его подручный сходил к машине и вскоре вернулся с мотком веревки, липкой лентой и повязкой. Через три минуты они уже были в пути; накрытый ковриком Кэмпбелл по-прежнему лежал без сознания на полу сзади. Там же, опустив ноги на коврик, удобно уселся Дюран – вести машину он был пока не готов. Теперь оба бандита сняли с себя чулки: даже в известной свободными нравами Флориде люди в чулочных масках привлекали излишнее внимание.

Митчелл бегло просмотрел список имен и адресов, составленный Робертсоном.

– Годится. Но что за пометки напротив пяти имен?

– Надеюсь, вы не рассердитесь, – виновато произнес Робертсон. – Не хочу, чтобы вы подумали, будто я лезу не в свое дело, но я позвонил этим джентльменам и попросил их никуда не уходить до вашего звонка. Я предположил, что вы собираетесь им звонить, раз вам понадобились адреса.

Митчелл посмотрел на Румера:

– Почему ты об этом не подумал?

Румер ответил ему холодным взглядом и сказал Робертсону:

– Пожалуй, мне стоит взять вас в напарники. Что вам удалось выяснить?

– Один пилот дежурит в аэропорту. Остальные четверо по домам. Тот, кого я не пометил, – мистер Джон Кэмпбелл – не ответил на звонок. Я спросил об этом другого пилота, и он очень удивился. Сказал, что по вечерам мистер Кэмпбелл обычно рыбачит с веранды. Он холостяк и живет на отшибе.

– Логично, – заключил Румер. – Одинокий холостяк. У похитителей все разведано. То, что он не ответил на звонок, само по себе ничего не означает – вдруг он ушел на прогулку, в магазин или к друзьям, – однако…

– Да. «Однако» – это самое главное. – Митчелл собрался уходить, но задержался и спросил Робертсона: – А у сторожа вертолетной площадки есть телефон, помимо радио?

– Я указал его в списке.

– Пожалуй, нам обоим стоит взять вас в напарники.

Митчелл и Румер осмотрели задний двор дома Кэмпбелла, не давая волю эмоциям. Шезлонг со сломанной ножкой лежал на боку. Зонтик валялся на траве, прикрывая раскрытую книгу. Удочка ушла в воду по рукоять и уплыла бы, не зацепись леска за корни прибрежного куста. Румер достал удочку, пока Митчелл бегал в дом: задняя дверь, как и передняя, была распахнута настежь. Митчелл нашел телефон и позвонил.

– Вертолетная площадка лорда Уорта, – ответили после первого же гудка. – Горри на проводе.

– Меня зовут Митчелл. У вас есть полицейская охрана?

– Мистер Митчелл? Друг лорда Уорта?

– Он самый.

– Здесь сержант Ропер.

– И все? Передайте ему трубку.

После долгой паузы раздался голос Ропера:

– Майк? Рад снова тебя слышать.

– Сержант, послушай, дело важное. Я звоню из дома Джона Кэмпбелла, одного из пилотов лорда Уорта. Его увезли силой, вероятно, те же люди, что похитили дочерей лорда Уорта. Объяснять некогда, но я уверен, что похитители едут к вам с целью угнать вертолет и заставить Кэмпбелла пилотировать. Их не меньше двух, возможно, трое. Все вооружены и опасны. Немедленно вызывай подкрепление. Если захватим этих бандитов, то расколем их – по крайней мере, мы с Румером, у тебя-то руки связаны, – узнаем, где держат девушек, и вызволим их.

– Сейчас же вызываю. А позже прикинусь, что ничего не видел.

Митчелл повесил трубку.

– Собираешься прибегнуть к пыткам ради информации? – спросил подошедший Румер.

– С удовольствием. А ты?

– Без удовольствия. Но подсоблю.

Догадки Митчелла и Румера снова оказались верны. Но они опять опоздали.

Митчелл приехал к вертолетной площадке лорда Уорта, не слишком обращая внимание на правила дорожного движения и других водителей, но, к своему огорчению, сразу понял, что спешка была ни к чему.

Их встретили пятеро: сторож Горри и четверо полицейских. Но встреча вышла безрадостной. Горри и сержант Ропер все еще растирали побывавшие в веревках запястья. Митчелл посмотрел на Ропера.

– Дайте угадаю, – устало произнес он. – На вас напали еще до того, как прибыло подкрепление.

– Точно. – Ропер был мрачнее тучи от злости. – Знаю, что оправдываться нелепо, но шансов на сопротивление у нас не было. Их машина тормознула вот здесь, прямо у сторожки. Водитель был один. Он постоянно чихал и прикрывал лицо огромной салфеткой.

– Чтобы вы потом его не опознали? – заметил Румер.

– Вот именно. Короче говоря, пока мы отвлеклись на него, из открытого окна сзади приказали не двигаться. А у меня руки были далеко от пистолета. Мы и застыли. Потом мне сказали выбросить пистолет. Этот парень стоял в пяти футах за моей спиной. Ну я и выбросил. Мертвый герой – плохой герой. Потом он приказал нам повернуться. У него на голове был чулок. Подошел водитель и связал нам руки за спиной. Удалось заметить, что он тоже был в чулке.

– Потом вам связали ноги и связали вас вместе, чтобы не добрались до телефона?

– В точку. Но телефоны их не беспокоили; они их расколошматили перед вылетом.

– Улетели сразу?

– Нет, – ответил Горри. – Через пять минут. Перед вылетом пилоты обязаны передать по радио полетный план. Вероятно, похитители заставили Кэмпбелла это сделать, чтобы все выглядело законно.

– Не вижу в этом смысла. Можно подать какой угодно план, а потом его не соблюдать. Сколько у них топлива?

– Вертолеты всегда заправлены под завязку. Это моя работа. Лорд Уорт так распорядился.

– Куда полетели похитители?

– Вон туда, – показал Горри, вытянув руку.

– Что ж, пташки упорхнули. Пожалуй, и нам пора.

– Вот так просто? – удивился Ропер.

– А что такого мы можем сделать, чего не может полиция?

– Для начала – вызвать авиацию.

– Зачем?

– Чтобы посадили вертолет.

– Почему-то многие убеждены, что летательные аппараты можно вот так взять и посадить, – вздохнул Митчелл. – Но что, если они откажутся приземляться?

– Тогда их собьют.

– Вместе с дочерьми лорда Уорта? Он вряд ли это оценит. А вы – тем более. Сколько копов потеряют работу – не перечесть.

– Дочери лорда Уорта?!

– Вот что делает с людьми работа в полиции, – вставил Румер. – Мозг совсем атрофировался. За кем, по-вашему, отправился вертолет?

Когда они отъехали от вертолетной площадки, Румер вытянул руку:

– «Вон туда», – сказал сторож. «Вон туда» – это на северо-запад, в направлении болота Вайани.

– Они отправились бы туда, даже если бы вылетели на юго-восток. – Митчелл остановил машину у телефонной будки. – Как у тебя получается Макгэррити?

Румер был талантливым пародистом.

– С голосом справлюсь, а вот с мыслительным процессом… Ладно, кое-что попробую.

Он не сказал, что именно собирается пробовать, потому что в этом не было нужды. Пробыв в будке две минуты, он вернулся в машину:

– Кэмпбелл подал полетный план до «Морской ведьмы».

– Вопросы задавали?

– Нет. Я сказал им, что какой-то болван допустил ошибку. Любой, кто знаком с Макгэррити, легко поймет, кем был этот болван.

Митчелл завел мотор и тут же выключил, потому что сработала рация. Митчелл взял трубку.

– Это Джим. Звонил вам уже дважды, пятнадцать минут назад и пять.

– Понял. Оба раза нас не было в машине. Опять плохие новости?

– Если не считать лорда Уорта плохими новостями, то нет. Его самолет садится через пятнадцать минут.

– Успеем.

– Он сказал, что поедет прямо домой.

– Послал за «роллсом»?

– Нет. Вероятно, хочет поговорить с вами с глазу на глаз. А потом, похоже, опять собирается уезжать. Приказал собрать ему дорожную сумку на неделю.

– Семь белых костюмов. – Митчелл положил трубку.

– Видимо, нам тоже придется паковать вещи, – заметил Румер.

Митчелл кивнул и снова завел мотор.

Расположившись на заднем сиденье их машины, лорд Уорт стал похож на самого себя. Он не источал привычного дружелюбия, но выглядел спокойным, вменяемым и в целом расслабленным. Он рассказал об успешной поездке в Вашингтон и получил заслуженные тактичные поздравления. Затем Румер доложил ему о том, что случилось в его отсутствие. Ответных поздравлений не последовало.

– Вы, разумеется, предупредили коммандера Ларсена о своих подозрениях?

– Это не подозрения, – ответил Митчелл. – Это уверенность. И никаких «разумеется», и «нет», мы его не предупредили. Вся ответственность на мне.

– Берете правосудие в свои руки, да? Хотя бы поделитесь со мной, почему так поступили.

– Вы лучше других знаете Ларсена. Знаете, что он считает «Морскую ведьму» своим детищем. Мы помним ваши рассказы о его сердитом и буйном нраве. По-вашему, такой человек, будучи предупрежден, не приготовит похитителям горячий прием? Шальные пули, рикошеты целей не выбирают. Вы ведь не хотите, чтобы ваши дочери остались на всю жизнь инвалидами? Мы считаем, уж лучше пусть похитители без кровопролития займут плацдарм.

– Ладно, – неохотно произнес лорд Уорт. – Но с этого момента подробно докладывайте мне о ваших намерениях и решениях.

Румер не без удовольствия отметил, что лорд Уорт не выразил желания отказаться от их бесплатных услуг.

– И больше никакого самоуправства, ясно?

Митчелл остановил машину и заглушил мотор. Удовольствие Румера сменилось тревогой. Митчелл повернулся на сиденье и посмотрел на лорда Уорта холодным расчетливым взглядом:

– Кто бы говорил!

– На что вы намекаете, сэр? – В ледяном тоне лорда Уорта слышались отголоски всех пятнадцати поколений горцев-аристократов.

– На то, что кто-то прошлой ночью вломился в военный арсенал, – без тени смущения парировал Митчелл. – Если бы мы с Румером были добропорядочными гражданами и законопослушными сыщиками, нам следовало бы упечь вас за решетку. Такое не сойдет с рук даже миллиардеру, учитывая нападение на охранников и их пленение. Мы с Джоном видели все своими глазами.

Когда возникала такая необходимость, Митчелл мог немного и приврать.

– Вы были там? – Лорд Уорт на миг потерял дар речи, что случалось крайне редко, но быстро пришел в себя. – Но меня-то там не было.

– Знаем. Также нам известно, что это вы дали добро на грабеж. Точнее, приказали совершить его.

– Вздор. Если вы действительно все видели, почему не вмешались?

– Мы с Джоном рисковые ребята, но на девятерых автоматчиков вдвоем не полезем.

Лорду Уорту пришлось прикусить язык. Цифры и факты сходились. Эти двое действительно были там.

– Допустим, в вашей болтовне есть доля правды. Но как бы вы прицепили к этому делу меня?

– Не говорите глупости. Мы побывали на вашей вертолетной площадке. Видели, как приехал грузовик. Видели, как девять человек погрузили на один вертолет достаточно большое количество более чем смертоносного оружия. Затем один человек отогнал грузовик – армейский, разумеется, – обратно к арсеналу, откуда тот был украден. Остальные восемь сели на другой вертолет. Затем приехал микроавтобус с дюжиной вооруженных до зубов молодчиков, и те присоединились к предыдущей восьмерке. Мы с Джоном узнали аж пятерых – двоих из них мы когда-то лично упекли за решетку.

Румер взглянул на друга с восхищением, но Митчелл этого не увидел. Он смотрел прямо на лорда Уорта, и его тон был отнюдь не благосклонным.

– Мы оба были шокированы, узнав, что нефтяной магнат якшается с преступниками. У вас лоб вспотел, лорд Уорт. С чего бы это?

Лорд Уорт отказался посвящать их в причины своей внезапной потливости.

– А следом, как положено, появились вы на своем «роллсе». Лучшие кадры, что мы смогли записать на нашу инфракрасную камеру.

Румер поперхнулся, но его необычный кашель не привлек внимания лорда Уорта – тот уже весь покрылся испариной. Румер ни на миг не усомнился в том, что лорд Уорт поверил Митчеллу: все, сказанное напарником, было правдой, пусть и чуть приукрашенной, поэтому у лорда Уорта не было причин сомневаться в существовании выдуманной инфракрасной камеры.

– Честно говоря, мы подумывали сообщить в ближайший военный штаб. Они прислали бы бронемашины и, возможно, даже танк, против которого у ваших разбойничков не было бы ни единого шанса. Мы также думали перекрыть дорогу вашему «роллсу» и задержать вас до прибытия армии, – очевидно, что вертолеты не улетели бы без вас. Будучи задержанными, ваши бандиты, особенно те, у кого за плечами уже есть отсидки, без зазрения совести дали бы против вас все необходимые показания. Воровская честь – выдумки.

Если лорд Уорт и возражал против причисления себя к ворам, то ничем это не выдал.

– Но, взвесив все «за» и «против», мы решили так не поступать.

– Во имя всего святого, почему?

– Значит, вы признаетесь. – Митчелл тяжело вздохнул. – А сразу не могли? Зачем заставили меня все это сказать?

– Почему? – повторил лорд Уорт.

– Отчасти потому, что мы по-прежнему уважаем вас, хотя вы и признались в нарушении закона, – ответил Румер. – Но прежде всего потому, что не хотим, чтобы ваши дочери увидели отца за решеткой. Малоприятное зрелище, я вас уверяю. Оглядываясь назад, мы очень рады, что поступили так. По сравнению с похищением ваших дочерей ваши выходки за гранью закона – сущая мелочь.

– Надеюсь, подобных грешков больше не повторится, – сказал Митчелл, заводя мотор. – А также не будет глупых разговоров о том, следует нам брать правосудие в свои руки или не следует.

Лорд Уорт откинулся на спинку кресла в своем кабинете. Второй стакан бренди показался ему на вкус не хуже первого, – видимо, это был его день для бренди. Он не произнес ни слова за всю оставшуюся часть дороги до особняка, к счастью весьма короткую, поскольку лорду Уорту настоятельно требовалось принять что-нибудь общеукрепляющее. Не в первый раз он поймал себя на том, что мысленно благословляет своих похищенных дочерей.

– Полагаю, вы все еще готовы отправиться со мной на платформу? – откашлявшись, спросил он.

Митчелл уставился в свой стакан:

– Не припомню, чтобы мы вслух высказывали свои намерения на этот счет. Но кто-то должен присматривать за вами и вашими дочерьми.

Лорд Уорт нахмурился, почувствовав, что в их взаимоотношениях произошла существенная перемена. Он решил, что для восстановления баланса нужно возобновить их прежний статус «работник – работодатель».

– Мне кажется, пора дать нашему взаимодействию официальную основу, – сказал он. – Предлагаю вот что: вы предоставляете мне услуги профессиональных сыщиков, то есть фактически я становлюсь вашим клиентом. Любые ваши финансовые запросы будут…

Еще не успев договорить, лорд Уорт понял, что допустил ошибку.

– Не все можно купить за деньги, – сдержанно ответил Румер. – Например, нас – нельзя. По сути, вы предлагаете закрепить свое моральное превосходство на основании расхожего мнения: кто платит, тот и заказывает музыку. Мы не собираемся идти в кабалу и ограничивать свою свободу. Мы поняли, что вам все по карману, но к черту оплату. Сколько раз вам напоминать, что жизнь ваших дочерей не предмет для торга?

– Слушайте, слушайте, – подхватил Митчелл. – Я бы и сам не сумел выразить это лучше.

Лорд Уорт даже не нахмурился. Перемена в их взаимоотношениях, с грустью отметил он, оказалась гораздо серьезнее.

– Как пожелаете. Надо полагать, вам потребуется тщательная маскировка?

– Зачем? – удивился Митчелл.

Лорд Уорт потерял терпение:

– Вы сказали, что видели бывших заключенных, садящихся в вертолет. Если вы их узнали, разве они не узнают вас?

– Да мы их всех впервые видели!

– Но вы же сказали… – опешил лорд Уорт.

– Вы скормили нам столько лжи. А как насчет еще одной маленькой лжи во спасение? Давайте мы полетим с вами в качестве ваших… скажем, технических советников. Геологов или сейсмологов – без разницы, мы ни в том ни в другом ничего не смыслим. Просто нарядимся в деловые костюмы, напялим панамы, очки в роговой оправе, чтобы выглядеть учеными, и чемоданы захватим. – Митчелл сделал паузу. – А еще нам понадобится врач с полной аптечкой и большим запасом бинтов.

– Врач?

– Чтобы извлекать пули и штопать пулевые раны. Или вы настолько наивны, что думаете, будто на «Морской ведьме» ни у кого не сдадут нервы?

– Я презираю любые формы насилия.

– Не сомневаюсь. Поэтому вы среди ночи отправили на «Морскую ведьму» двадцать тяжело вооруженных молодчиков? Допустим, вы действительно презираете насилие. Но есть те, кому оно нравится. Сможете найти врача?

– Да хоть десять. Для большинства местных врачей изучение рентгеновских снимков лишь подработка, а основная работа – изучение своих банковских счетов. Есть у меня один на примете. Гриншоу. Семь лет отработал во Вьетнаме. Лучше не найдете.

– Попросите, чтобы захватил пару лишних белых халатов, – сказал Румер.

– Зачем? – удивился Митчелл.

– Мы ведь хотим выглядеть учеными?

Лорд Уорт снял телефонную трубку, обо всем договорился, положил трубку и сказал:

– Извините, но теперь мне нужно сделать несколько личных звонков из радиорубки.

Единственным поводом для возвращения домой у лорда Уорта была необходимость звонка Корралу. Он собирался попросить того анонимно намекнуть Бенсону, устроителю встречи на озере Тахо, что правительство планирует уничтожать любые иностранные корабли, приближающиеся к «Морской ведьме». Это было преувеличением, но, по мнению лорда Уорта, вполне простительным. Несмотря на обещания госсекретаря, лорд Уорт больше полагался на себя.

– Кому из нас пойти с вами? – спросил Митчелл.

– О чем вы? Или вам непонятно слово «личный»? – Лорд Уорт потемнел от злости. – Я не ребенок, чтобы мне указывали в моем собственном доме! Я ответственный человек!

– То есть вчерашней ночью вы вели себя ответственно? Послушайте, лорд Уорт, если вам не хочется, чтобы кто-либо из нас находился рядом, значит вы хотите что-то от нас утаить. – Митчелл многозначительно посмотрел на него. – Мне это не нравится. Либо вы замышляете нечто противозаконное, либо не доверяете нам.

– Это личный и крайне важный деловой звонок. Не вижу причин посвящать вас в подробности моего бизнеса.

– Согласен, – сказал Румер. – Вот только мы сомневаемся, что звонок деловой. Бизнес – последнее, о чем вы сейчас думаете.

Они с Митчеллом поднялись.

– Передавайте привет девушкам, если когда-нибудь их найдете.

– Это шантаж! Наглый шантаж!

Лорд Уорт быстро сопоставил важность звонка Корралу с важностью иметь при себе Митчелла и Румера. На решение ушло две секунды, и Коррал оказался даже не близко к финишной ленточке. Лорду Уорту было ясно, что сыщики блефуют, но указать им на это он не мог – существовал риск, что тогда они уйдут по-настоящему.

– Вынужден поддаться вашим угрозам, – с каменным лицом проговорил он. – Пакуйте чемоданы, я заеду за вами на «роллсе».

– Там паковать нечего, – ответил Митчелл. – Думаю, было бы гораздо вежливее, если бы мы подождали здесь, пока вы не будете готовы.

Лорд Уорт метнул в Митчелла испепеляющий взгляд:

– Думаете, стоит вам отвернуться, и я тут же кинусь к телефону?

– Разве не поразительно, что всех нас троих одновременно посетила одна и та же мысль? – с улыбкой парировал Митчелл.