Мне не нужно было открывать глаза, чтобы понять, что мы уже не в лесу.

По крайней мере, не там, где были раньше.

Кольвин провел языком по моей нижней губе, которую поймал своими зубами. Когда я отстранилась, он застонал.

– Платье, – сказала я, и меня бросило в жар. – Избавься от него.

В глазах принца вспыхнул золотой огонь, такой яркий среди темноты лесного домика. Кольвин учащенно дышал.

– Ты уверена?

– Сам знаешь, чего я хочу.

– Сомневаюсь, что ты все понимаешь. Если ты будешь принадлежать мне… – Он изогнул губы и медленно зашел мне за спину, откидывая волосы на плечо. Его пальцы с трепетом проследовали за локонами вниз по моей руке, а хриплые слова опаляющим жаром коснулись моего оголенного плеча. – То ты будешь исключительно моей.

– Я знаю, – сказала я, задыхаясь от самой этой мысли. Страх от того, что он подразумевал, померк перед растущим предвкушением.

Ловко, но в то же время медленно, давая мне время передумать, принц-дракон потянул за ленты моего корсета.

– Скажи мне это, огненная.

Каждый вздох, который должен был казаться свободнее по мере ослабления корсета, становился лишь тяжелее. Пальцы принца добрались до верха и медленно скользнули под ткань. Я подняла руки.

– Что я хочу, чтобы ты сделал меня своей?

Я повернулась, и ткань сползла по моей груди. Я опустила корсет на талию, потом на пол, к горе пышных юбок.

Еще никогда его глаза не сияли так ярко. Он внимательно смотрел, как я задираю и снимаю через голову сорочку.

– Принц. – Я позволила шелковой вещице соскользнуть с моих пальцев, а мои босые ноги коснулись его сапог. Схватив принца за рубашку и с треском оторвав пуговицы, я поднялась на носочки и сказала, касаясь губами его подбородка: – Ты говоришь так, будто не знаешь, что я тоже желаю сделать каждую клеточку твоего тела своей.

В следующее мгновение я оказалась в его объятиях. Он повернулся, укладывая нас на край его кровати.

Жадные губы поглощали меня: мой рот, подбородок, шею. Прикосновения его рук к моему телу были ненасытны. Принц задрожал, когда я прижала ногами его ягодицы, направляя возбужденную плоть, сдерживаемую тканью, туда, где так жаждала ее ощутить.

– Проклятье, ты так хороша!

– А ты все еще одет, – сказала я, зарываясь пальцами в его волосы, стоило ему опустить голову к моей груди.

Я застонала и позволила ему обвести языком каждый сосок, зубы чуть царапнули нежную кожу, а его дыхание сорвалось.

Я чуть оттолкнула Кольвина и воспользовалась моментом внезапности – а может, он все это мне позволил.

Принц перекатился на спину, огонь плясал в его глазах, когда я ослабила его шейный платок. Потом я скользнула рукой к его брюкам, чтобы высвободить член. Кольвин в это время возился с рубашкой. Он застонал, приподнимая меня и сажая себе на бедра. Я обхватила его, поражаясь, какой тяжестью он лег в мою ладонь.

Я не стала мешкать. Отчаянное желание нарастало во мне при одной мысли о том, чтобы поместить этого налитого кровью, набухшего красавца внутрь себя.

– Фия, – ахнул Кольвин.

Не обращая внимания на его возгласы, я встала на колени. Он внимательно наблюдал за тем, как я подвожу его ко входу во влагалище. Когда я потерлась о него, раскрываясь ему навстречу, принц выругался. Ресницы тенью легли на его скулы, пряди волос, выбившиеся из пучка, прильнули к распахнутым губам. Он не моргал.

Когда его головка скользнула внутрь, я застонала. Глаза Кольвина сверкнули, он посмотрел на меня, а потом снова опустил голову. Каждый мускул в его руках напрягся, будто он изо всех сил держался, пока я постепенно поглощала его, вбирая своим телом.

– Твою ж луну! – простонал он, чуть ли не заскулив, когда я остановилась, а он вошел чуть больше, чем наполовину.

Ткань его брюк царапала мне ягодицы, пальцами я впивалась ему в плечи, пока он все сильнее погружался в меня. Я хотела оседлать его полностью, нуждаясь в большем – но мне нужно было немного времени.

– Огненная моя… – Кольвин поцеловал меня в плечо, и это нежное прикосновение так не вязалось с его следующими словами. – Этот твой любовник… он был единственным?

– Да.

– С ним ты кричала? – Когда я не ответила, стараясь хоть что-то вымолвить, Кольвин прорычал: – Ответь мне.

– Нет, – крякнула я.

Обжигающие слова принца сплетались с горячим и таким соблазнительным членом внутри меня.

– Хорошо, – яростно выдохнул он у моих губ. – Позволь мне стать первым.

Потом он обхватил меня за плечи и резко опустил на себя, заполняя меня своей невозможной длиной.

Я запрокинула голову, молчаливый крик застрял в горле.

Кольвин усмехнулся, хриплый звук пощекотал мне шею, когда он провел зубами по моему подбородку и горлу.

– Почувствуй меня. – Его губы коснулись нежного участка под моим подбородком, а крепкие ладони с силой впились в ягодицы. – Почувствуй каждый дюйм меня, луна тебя раздери.

А там было что чувствовать! Жжение потихоньку проходило, но все равно отвлекало. Кольвин осторожно намотал мои волосы на кулак и потянул, запрокидывая мою голову.

– Ты так прекрасно пульсируешь для меня, моя принцесса.

Прикосновение его губ к моей груди лишило меня остатков самообладания. Я снова вскрикнула – от удовольствия и боли, – когда его клыки пронзили чувствительную кожу.

Принц стонал и рычал. Рука все так же сжимала мой зад, тихонько направляя меня, а другой он держал меня за волосы у лопаток, не позволяя упасть.

Но я уже падала, погружаясь в темную головокружительную пропасть. От пламени свечей, освещавших домик, болели глаза. Распахнув их, я увидела, что принц перестал пить кровь из моей груди.

Я тряслась в его руках, совершенно открытая для него.

Он провел губами по моим губам, моя кровь растеклась по коже.

– Ты хотела бы поцеловать меня, Фия?

В ответ я сразу же прильнула к его губам, и, стоило нашим языкам соприкоснуться, по моему горлу потекла моя же кровь. Обхватив его лицо ладонями, я привлекла принца к себе, впиваясь зубами в его губы.

Но прежде, чем я смогла попробовать его на вкус, он отстранился и встал.

Затем со стоном повернулся и, не разъединяя нас, уложил меня на кровать.

– Что ты делаешь? – всхлипнула я, пытаясь сесть.

– Пробую тебя всю. – Кольвин забрался на кровать и сел на колени, откидываясь назад, его член блестел в свете луны, чуть покачиваясь. – Раскрой для меня эти сладкие бедра.

Я снова легла и выполнила то, что он сказал, а он стер с губ и щеки кровь.

Его глаза потемнели, став тусклым золотом.

– Иначе я кончу прямо сейчас, моя огненная. – Он больше ничего не сказал, только приподнял мои бедра, кладя ноги себе на плечи. Я приподняла таз, и принц коснулся меня носом. От одного жаркого дыхания я всхлипнула. – Проклятье, я слишком долго об этом мечтал.

Он открыл глаза, в которых плясал огонь, а потом медленно провел языком между моих ног.

Я застонала, от этих мучительных прикосновений мои бедра задрожали.

Принц повторил движения, снова и снова, наблюдая за моим растущим напряжением, пока, наконец, не скользнул языком глубже, лаская набухшую плоть и клитор.

Через три прикосновения я была на седьмом небе – дрожала, извивалась, стонала.

– А такое он с тобой делал? – поддразнил принц, когда я стала падать в бездну. – Он так же нежно смаковал тебя? Обожал тебя?

Я покачала головой, в ушах звенело, а бедра двигались принцу навстречу, нуждаясь в прикосновении его губ.

– Не знаю, верю ли я тебе, – сказал он, его голос звучал напряженно и даже враждебно. – Ты же ничего не говоришь.

Я дрожала всем телом, внутри меня распахнулась бездна. Мне нужно было лишь одно его прикосновение, я бы все что угодно за него отдала, но мне даже не пришлось врать.

– Ничего подобного.

– Хорошо.

Принц лизнул меня, но остановился как раз на нужном месте. Я уже собралась умолять его продолжить, когда он опалил мой клитор горячим дыханием.

И я взорвалась.

По моей коже прокатился рокочущий смех, собирая на ней мурашки. Я застонала и завертелась в его руках. Как только он меня отпустил, мои бедра напряглись, желая еще раз пережить пытку, которой он меня подверг.

Кольвин распахнул их, не успела я найти облегчение. Принц навис надо мной, словно башня, а ноги закинул себе на талию. Его ноздри широко раздулись, и он вошел в меня единым медленным толчком. Губы его разомкнулись с завораживающим стоном, глаза широко распахнулись.

Я содрогнулась, плотно обхватывая его, улыбнулась, когда он это почувствовал и погрузился как можно глубже.

– Проклятье, Фия! – Его глаза заволокло туманом, он остановился, тяжело выдохнул и тоже улыбнулся.

Это зрелище застало меня врасплох, и я прислонила палец к его губам. Принц поцеловал его, потом просунул под меня руки и приподнял вместе с собой. Он сел на корточки, плечи его покрылись потом.

– Ты можешь снова оседлать меня.

Я обхватила руками его шею, прижимаясь грудью к его груди.

– Ты уже перестал ревновать?

– Вовсе нет. – Он крепко поцеловал меня, будто предупреждал. – Не играй со мной.

– Напротив, – прошептала я и улыбнулась, когда он нахмурился. Я стиснула его ногами. – Мне нравятся твои ненасытные пальцы.

– Я это понял.

– И мне нравится, когда ты во мне.

Он со стоном слизнул кровь с моего подбородка.

– Я чувствую.

– Но я не собираюсь трахать тебя, чтобы ты забыл кого-то другого, дракон. Ты просто лишишься всех этих милых штуковин на твоем теле, если я обнаружу их рядом с кем-то другим.

Принц поднял голову, встречаясь со мной взглядом. Его желание заполнило всю комнату, пока он двигался внутри меня.

– Принято, дикарка Фия. – Он приподнял мои бедра и широко улыбнулся, когда я снова полностью поглотила его. – Но давай проверим, насколько ты действительно дикая.

Я накрыла его рот поцелуем и склонилась над ним, желая гораздо большего. И я это получила. Втянула его губы ртом. Наши взгляды пересеклись, он смотрел на меня с вызовом, а потом я, наконец, погрузила зубы в его плоть. Казалось, мой принц не дышал. Он ждал, возможно, сомневаясь, что я правда это сделаю.

– Если ты считаешь, что мне не хватит мужества, что я не желаю этого, кровопиец… – Я втянула его кровь губами, наполняя рот. – Ты ошибаешься.

Он зарычал и перенес меня на кровать, прокусывая мою губу.

– Последний шанс, – предупредил он, и мы замерли, когда наша кровь смешалась – за секунды до того, как соединить наши судьбы навсегда.

Больше не было никаких других дорог. Несмотря на то что сказал Регин, мне было не за что и не за кого цепляться. Я не могла вернуться домой. Я откажусь от последней надежды на возвращение, за которую неосознанно цеплялась, как за щит. Я перестану сопротивляться узам, которые все равно одержали бы верх.

Да, я желала этого принца. Больше, чем желала.

Я отчаянно, смертельно нуждалась в нем. Закрыв глаза, я сглотнула ком в горле.

Белый шум заложил мне уши, опустошил разум, выдернул на поверхность все чувства, спрятанные под кожей.

Кольвин выругался, тесно прижался ко мне, положив руку на лопатки.

А потом он начал двигаться.

Так ритмично, что я лишилась рассудка. Он снова и снова вытаскивал из меня член и глубоко вонзался. Мои вскрики становились громче, сдерживаемые его ртом, волосы Кольвина запутались на моих пальцах. Он все сильнее вколачивался в меня.

Кровать тряслась, темнота озарилась светом.

Кольвин безжалостно проникал в меня. Он трахал меня, как зверь, которым и являлся, а я впивалась ногтями в его гладкую спину, позволяя яду, который я попробовала, пробудить каждую скрытую струну в моей душе.

Когда я открыла глаза и наши взгляды встретились, между нами мгновенно возникла связь, безболезненная, но неизбежная, которая тут же вознесла нас на пик удовольствия.

Весь огонь в лесном домике мигом погас. Остались лишь темнота и сияние звезд.

И они взорвались, когда Кольвин зарычал.

Он замер, пульсируя глубоко внутри меня. Стиснув зубы, он задрожал всем телом. Моя кожа гудела, и, вынырнув из этого чувства, я прильнула к принцу. Ногтями я оставила борозды на его теле, похожие на раны, мои пальцы намокли от его крови.

Комната закружилась, а мои легкие наполнились воздухом.

Его грудь тоже распирало от чувств. Принц приподнялся на руках, и волосы легли ему на лицо. Лента, которая сдерживала их, уже исчезла благодаря моим пальцам. Проведя ладонями по его спине, я поднесла их к своему рту и облизала.

Кольвин поднял взгляд от моей груди и посмотрел на губы. Его рот был в крови, и он распахнул губы, посмотрев на меня. Горячо выдохнул.

– Это будет длинная ночь.

– Точно. – Я улыбнулась и прижала палец к его нижней губе, не желая отпускать его. – Ты все еще такой твердый.

Кольвин прикусил мой палец, потом поцеловал его, прежде чем покинуть мое тело и постель.

Я глянула на его идеальный зад, пока он шел к кухне за графином воды. Я не хотела пить, пока он не принес его. И в горле вдруг пересохло. Член его, твердый, как камень, чуть покачивался, пока принц приближался ко мне, позволяя рассмотреть свое впечатляюще подтянутое тело.

На двух свечах по обе стороны от кровати вспыхнуло пламя, стоило Кольвину щелкнуть пальцами. В камине тоже запылал огонь.

Я подивилась такой легкости и силе, которой он обладал. За фасадом из книг и обходительности, а также угрызениями совести за то, что он не мог контролировать, скрывалась настоящая мощь.

Когда он подошел к кровати, я села и жадно напилась из графина. Он терпеливо ждал. Потом тоже сделал глоток, прежде чем поставить графин на тумбочку и пройти вдоль кровати.

В глазах Кольвина вспыхнул хищный огонек, который не скрылся от меня. Принц остановился у изножья кровати, а я приподнялась на локтях, чтобы посмотреть, что он задумал.

– Раскрой ноги.

Он стоял передо мной, обхватив рукой член, темные волосы падали ему на плечи, а золотистые глаза были очерчены алым. У меня перехватило дыхание.

Он был каждым моим страхом и каждым желанием, о котором я даже не подозревала. Душа темнее ночи и сердце серого промозглого утра… Своим противоречивым характером он привязал меня к себе быстрее, чем это сделали узы.

Самодовольный густой голос подтверждал, что он знал это.

– Шире. Я хочу увидеть все полностью.

Я сделала так, как он велел, желая доставить ему удовольствие, ведь это будоражило и радовало меня.

– Прикоснись к себе, моя огненная. Прикоснись и…

Он выругался, когда я сделала это, а потом поднес пальцы к моему рту, чтобы я облизала их.

Следом он придвинул меня к краю кровати и развел мои колени в стороны, глядя на то, как я наблюдаю за ним.

– Фия, какая роскошь смотреть на тебя, – прошептал он, будто стараясь запомнить момент. – Эти голодные глаза. Эти волосы, как снег, что ложатся на твои соблазнительные груди. Ты так прекрасно истекаешь моим семенем и до сих пор такая набухшая…

Он задрожал и, задыхаясь, продолжил:

– Ты лишаешь меня самообладания, как никто другой.

Я не смогла ничего сказать, оставляя пространство для размышлений, пока мои пальцы соскользнули с губ.

Он заулыбался, приближаясь.

– Ты так нуждаешься во мне.

Я кивнула и застонала, когда головка вновь вошла в мое тело.

Он замер, а я завертелась, стараясь подобраться ближе, обхватить его полностью. Но он держал мои ноги, не позволяя этого.

– Сначала, моя ненасытная, есть кое-что, что я хочу узнать, и не смей врать…

Я нахмурилась, пребывая в отчаянии и нетерпении, но его собственнический взгляд дал мне понять, что он не смог забыть о мужчине, который приехал в такие дали, чтобы увидеть меня на балу в честь нашей помолвки.

– Нет смысла врать, но здесь нечего больше говорить.

– Нечего? – Принц изогнул бровь. – Значит, не он поцеловал тебя первым?

Мое лицо вдруг вспыхнуло, выдавая меня.

– Ты уже знаешь ответ.

В глазах принца поселилось удовольствие.

– И он не делал с тобой такого? – Кольвин отстранился, затем снова вонзился в меня, медленно уничтожая, все это время наблюдая, как трепещут мои ресницы. – У тебя не дрожали колени, не билось сердце, когда он засовывал в тебя свой недостойный член?

– И на это ты тоже знаешь ответ, – ахнула я, заскулив, когда он вышел из меня, оставив внутри лишь кончик. Я стиснула зубы, но принц только улыбнулся. Ошарашенная его поразительной красотой и невероятной величиной, я замерла.

Черты его лица смягчились, и он скользнул внутрь меня, чуть повернув шею и издав рокочущий стон.

– Тебе правда стоит быть осмотрительнее, огненная моя.

– О… – выдохнула я. – Да?

Став совершенно серьезным, он обхватил пальцами мои бедра, скользнул по животу, пробираясь выше, сжимая грудь.

– Когда ты так смотришь на меня, – грубо сказал он, – я не просто забываю, что я делаю, но и кто я такой.

Я схватила его за подбородок и поцеловала, потом заерзала на его члене. А когда он коснулся точки удовольствия, я ахнула.

– Тогда мне стоит напомнить тебе…

– Напомнить? – прошептал он с иронией, касаясь моих губ.

Я подняла ноги ему на бедра и подтянула принца к себе. Он выругался, теряя хватку и вонзаясь в меня, падая сверху. Обхватив его лицо ладонями и стиснув ногами торс, я произнесла, словно клятву:

– Я напомню тебе, что ты весь мой.