Вы ведь помните, что я выросла в Лос-Анджелесе? Богатые частные школы, знаменитости, богема. Скандалы, интриги, измены. Если чего-то не знали журналы, то это точно знали дети. Поэтому в школе, особенно в старших классах, девчонки с удовольствием обсуждали личную жизнь своих соседей, друзей семьи или даже собственных родителей.

Я слушала эти разговоры и приходила в ужас! Неужели у всех этих людей напрочь отсутствует мораль и нравственность? Как можно спать с сестрой жены! Как можно подставить собственного брата? В моей голове все это не укладывалось.

На контрасте с этими страстями у меня была совершенно обычная семья. Мама и папа всегда были верны друг другу (насколько мне было известно), отлично ладили и вообще были образцовой парой. Я почти не помню их ссор, хотя я точно знаю, что они были. Просто родители от меня это тщательно скрывали.

Как-то раз, уже ближе к выпуску из школы, я вернулась домой раньше положенного и услышала просто чудовищный скандал. Не помню его содержание, но тарелки там точно били. Я сбежала в шоке, долго переживала и была уверена, что родители точно разведутся. Но на следующий день все было как прежде. И я об этом забыла.

Естественно, когда я повзрослела и поняла, какими отвратительными бывают люди, стала проще ко всему относиться. Но одна установка у меня в голове засела навсегда: я никогда не прощу измену и не изменю сама. И все эти годы я была верна своему слову. До той воскресной ночи.

Наутро понедельника я чувствовала себя отвратительно. Чувство вины перед Оливером, стыд перед Райаном и разочарование в самой себе. Мне казалось, что уж со мной таких скандалов не случится. Но мы давно выяснили, что я про себя ничегошеньки не знаю.

От рефлексии меня не спасали даже занятия: все мои мысли были заняты самобичеванием. И в довершение всего вечером понедельника Оливер прислал СМС, что возвращается на следующий день, поскольку часть назначенных встреч отменилась. Пришлось забивать на домашку и нестись домой – наводить порядок. За прошедшие полторы недели я была в квартире всего пару-тройку раз, так когда же я умудрилась устроить такой хаос? Генеральная уборка заняла полночи, но очистить еще и мозг она не смогла. В голове непрерывно крутились одни и те же вопросы.

Как теперь вести себя с Райаном? Зачем вообще я это сделала? Что я на самом деле к нему чувствую?

Столько вопросов, и все без ответов. Как бы мне пригодился сейчас мой терапевт!

Кросс так и не прислал ни одного сообщения – за последнее время такого ни разу не было. Я понимала, что в его поведении нет ничего странного и из нас двоих именно мне стоило заводить разговор первой. Но, прежде чем идти к нему, нужно понять, что именно говорить. А с этим были явные проблемы.

Во вторник Оливер прилетал утренним рейсом, и я так соскучилась, что решила прогулять занятия. Мы никогда раньше не расставались на столь долгий срок, поэтому мне хотелось его удивить. Я приготовила вкусный и легкий обед, навела марафет и предвкушала секс-марафон по случаю воссоединения.

Ох, это сладкое воссоединение! Все должно было произойти как в кино: он входит в дверь, отбрасывает чемодан и сразу начинает раздеваться. Я тоже торопливо избавляюсь от одежды и остаюсь в восхитительном белье. Он с животным рыком набрасывается на меня, срывает трусики и берет прямо на обеденном столе.

Но вы ведь в курсе, что жизнь – это не кино?

Я услышала звук ключей в замке, отбросила телефон и поспешила к двери.

– Ты вернулся! – радостно воскликнула я, стоило Оливеру переступить порог. – Я так скучала!

Я кинулась ему на шею, он крепко обнял и устало ответил:

– Я тоже скучал, Сэм!

– Я приготовила обед! Севиче, вино и нарезка фруктов. Гавайские мотивы, но не слишком тяжелое. Я знаю, что ты не любишь плотно есть после самолета.

– Звучит очень вкусно, но я воздержусь.

– Что-то случилось? Плохой перелет? – Я озабоченно всмотрелось в его лицо. Оливер выглядел очень помятым.

– Ага. Турбулентность. Нас серьезно трясло, и меня страшно укачало. Худшего полета у меня еще не было.

– Бедняга, – сочувственно улыбнулась я, хотя в душе ужасно расстроилась. Я так долго его ждала, так красочно представляла наше воссоединение, что несбывшиеся надежды весьма ощутимо кололи.

– Я вижу, ты расстроилась. Прости, Сэм! – Мерфи звучал виновато. – Но я готов реабилитироваться! Дай мне поспать пару часов, и буду в строю. А вечером сходим в ресторан. У меня есть повод для праздника!

– Здорово! – мгновенно воодушевилась я. Возможность выбраться куда-то с Оливером меня очень радовала. – А что мы будем праздновать?

– М-м-м! Это секрет! – загадочно улыбнулся он.

Но я так легко сдаваться не собиралась.

– Оливер, ты хочешь, чтобы я умерла от любопытства? – томно спросила я, подходя поближе и цепляя его за пуговичку. – Ты ведь знаешь, что я ненавижу такие сюрпризы!

– Сэм, так нечестно! – рассмеялся он. – Нельзя использовать свои женские чары, чтобы выведывать секреты!

– У каждого из нас свое оружие. – Я продолжила расстегивать пуговицы. – Ты снимаешь рубашку, я подключаю томный голос. И скажи, что это неправда?

Последние слова я выдохнула ему в шею, от чего на смуглой коже появились мурашки. Я решила закрепить успех парой поцелуев, а затем ногтями провела по его животу.

– Кажется, кто-то не так уж и устал, – хитро улыбнулась я и положила ладонь поверх его брюк. Чуть сжала, добившись сдавленного стона.

– Саманта, так нечестно, – едва слышно повторил мужчина.

– Но тебе же нравится! – воскликнула я и слегка прикусила его за шею. В ответ Оливер пробормотал что-то неразборчивое, подхватил меня под ягодицы и понес в спальню.

Да, иногда я умею добиваться своего.

* * *

Вечером мы и правда собирались на ужин в ресторан. Оливеру удалось забронировать столик в модном месте «Фостерс», про которое нам миллион раз говорила Лидия. Довольно необычный жест для Мерфи, поскольку он терпеть не мог все заведения, что рекомендовала нам моя дражайшая подруга. И честно говоря, его выбор заставлял меня волноваться. Я нутром чуяла, что Оливер хочет меня задобрить, а значит, его сюрприз может вызвать смешанные чувства.

– Оливер, мы уже практически собрались, может, ты все-таки скажешь, что мы празднуем? – невинным голосом поинтересовалась я, закончив красить губы.

– Сэм, ну потерпи! Умерь свое любопытство!

Я посмотрела в зеркало, как он застегивает свою традиционную белую рубашку, и шутливо спросила:

– Ты так сопротивляешься, что я начинаю волноваться. Мне может не понравиться твой сюрприз?

– С чего ты взяла? – искренне удивился мужчина.

– Потому что я слишком хорошо тебя знаю, – усмехнулась я. – Ты ведешь меня в «Фостерс»! Самый претенциозный ресторан этого года. Шеф-повар из Сингапура, молекулярная кухня и прочая вычурная фигня. Я хотела туда попасть летом, чтобы утереть Лидии нос. Но очереди были огромные, и ты сказал, что есть икринки и пенки не намерен. И тут вдруг столик уже заказан. Это явно неспроста.

– А разве я не могу просто сделать тебе приятное?

Я посмотрела на него в зеркало и покачала головой.

– Эх, ты и правда меня хорошо знаешь.

– Ну так? – Я повернулась к нему в предвкушении.

– Я летал на конференцию не просто так – меня повышают на работе.

– Серьезно? – Я искренне обрадовалась. – Это же круто! Ты определенно заслужил этого больше, чем Дейв и Фил. С последним проектом ты просто дневал и ночевал в офисе!

– Спасибо, Сэм! – Оливер улыбнулся, но как-то неуверенно.

– Есть подвох, да? – догадалась я, разглядывая его лицо.

– Мне предложили возглавить разработку сайд-проекта. С нуля! Самому набрать команду, оборудовать офис и все прочее.

– С ума сойти! – Я открыла рот от изумления. – Это не просто повышение! Это же переход в высшую лигу! Теперь пусть твоя сестра только попробует сказать, что ты посредственность.

– О! Новый проект их неприятно удивит. – Оливер криво улыбнулся. Хоть он никогда не говорил об этом вслух, но всегда хотел показать семье, чего на самом деле стоит.

– Так в чем подвох? – повторила я.

– Новый офис откроют в Калифорнии. Там находятся другие разработчики, с которыми нам предстоит сотрудничать. Да и открыть офис в небольшом городке недалеко от Кремниевой долины дешевле, чем в Нью-Йорке.

– Ты уже согласился? – бесцветным голосом поинтересовалась я. Хотя не нужно быть экстрасенсом, чтобы заранее узнать ответ.

– Конечно! – воскликнул он. – Ты ведь понимаешь, что от такого предложения нельзя отказаться.

Я понимала. Разумеется, я все понимала.

– Это все?

– А ты чего ждал? – нахмурилась я. – Что я закачу скандал? Поэтому ты хотел отвести меня в людное место?

– И напоить шампанским, – рассмеялся Оливер.

– Мне его не подадут, ты забыл? – раздражение в голосе я даже не пыталась скрыть.

Повисла пауза. Я жевала губы и молчала, обдумывая услышанное и отчаянно стараясь повести себя как взрослый человек. Но, откровенно говоря, мне так осточертело быть вечно понимающей девушкой трудоголика. Надоело вечно проигрывать работе! Надоело!

– И когда намечен переезд?

– Пока непонятно, мы же только-только обсудили это с моим начальством и будущими партнерами. Месяца через два, наверное, будет уже что-то известно. Хотя бы город базирования сможем выбрать. – Мерфи стоял с пиджаком в руках и смотрел на мою напряженную спину. – Ты собралась? Я вызываю такси?

– А что будет с нами? – как можно более спокойно поинтересовалась я.

– Придется пожить какое-то время по отдельности, но вообще я надеялся, что ты поедешь со мной.

– Я учусь, Оливер! Как ты себе это представляешь? – Я развернулась к нему. По моим плотно сжатым губам Мерфи понял, что мы уже никуда не пойдем, и вновь повесил пиджак на вешалку.

– Ты могла бы перевестись. В ЛА и Сан-Франциско есть из чего выбрать.

– Отличный план, – саркастически отозвалась я. – А как в него вписываются мои процедуры?

– Будешь летать пару раз в неделю? – По его неуверенному ответу стало очевидно, что об этом он не подумал.

– Серьезно? Летать каждую неделю? На несколько дней? Может, проще не переезжать?

Ответа от Оливера, понятное дело, не последовало. А я уже завелась. У меня накопилось достаточно претензий, и пришло время их высказать.

– И что я там буду делать? У меня там никого нет, и ты прекрасно знаешь, что с новыми знакомствами у меня проблемы. Так что мне делать? Учиться и ждать тебя с работы?

– У тебя там есть родители, – осторожно проговорил Мерфи и заработал ледяной взгляд в ответ. – Я давно говорил, что пора им все рассказать.

– Родители… Великолепное развлечение.

– Если тебе не нравится мой план, предложи свой! – Оливер недовольно насупился и сложил руки на груди.

– У меня нет никакого плана! – вспылила я. – И откуда ему взяться? Я узнала обо всем только что, а у тебя было минимум шесть часов перелета, чтобы все продумать.

– И я продумал! – повысив голос, ответил он.

– Это в твоем представлении продуманный план? Пожить по отдельности, потом мне сменить университет и жить вместе? – Я понимала, что звучу как заезженная пластинка, но мое возмущение просто лишило меня способности адекватно мыслить. – И как в это вписывается, если я выберу Калифорнийский университет? Он в ЛА, ты – неизвестно где. В чем тогда различие?

– Мы будем в паре часов езды друг от друга.

– А какой в этом смысл, черт его дери?! – Я вскочила со стула так резко, что он с грохотом опрокинутся на пол. – Ты сейчас сутками пропадаешь на работе! Мы видимся только по выходным. А тогда я вообще забуду, как ты выглядишь! Это открытие нового офиса и запуск проекта! Я ведь знаю тебя! Ты будешь спать в кабинете даже без дивана. И какой, скажи на милость, тогда смысл быть в двух часах от тебя?

– Я приложу максимум усилий, чтобы выходные всегда проводить вместе.

– Ой, не надо! – Я махнула на него рукой. – За полгода совместной жизни мы уже проходили это, и не раз. Между мной и работой ты всегда выбираешь работу. Всегда!

– Сэм, ты несправедлива, – попытался остановить меня Оливер.

– Тебе напомнить, как я сидела в ресторане одна три часа? Оливер, я все понимаю, ты любишь свою работу, но даже моему терпению приходит конец. И если здесь у меня есть хоть какие-то друзья и знакомые, то там я останусь одна. Совершенно, мать его, одна! А быть твоим Хатико я не подписывалась!

– Тебя никто и не просит! – выкрикнул Оливер. – Учись, гуляй, ходи на концерты! Знакомься с людьми, заведи себе хобби, в конце концов! Все это я говорил тебе уже миллион раз! Но ты плевать хотела на мои слова! Не моя вина, что ты прячешься от всего мира. Наоборот, я делал все, чтобы вытащить тебя из панциря. Но ты почему-то решила, что только я спасение от всех твоих проблем, вцепилась в меня и жить без меня не желаешь. И кто тебе виноват в этом, Сэм? Кто? Уж явно не я!

– Вцепилась? – Это слово резануло мой слух так, что меня перекосило. – Хочешь сказать, будто я какая-то рыба-прилипала? Ничего из себя не представляю и живу за твой счет?

– Сэм, я не это имел в виду! – Мерфи понял, что совершил ужасную ошибку. Он произнес слова, которые я чаще всего слышала в школе в свой адрес. И я всегда завожусь даже при легком намеке, что я прилипала.

– Что ты имел в виду? Что? – гневно бросила я в ответ. – Что я не в состоянии жить одна, а ты центр моей вселенной? – Он отрицательно покачал головой, что взбесило меня еще больше. – Тогда что ты имел в виду, черт подери? К твоему сведению, последние две недели я прекрасно обходилась и без тебя. Я вообще могу обходиться без тебя!

От последних слов Оливер дернулся как от пощечины.

– Саманта…

– Мой мир не крутится вокруг Оливера Мерфи! – яростно продолжила я. – У меня есть и друзья и хобби. Мне потребовалось много сил, чтобы наладить свою жизнь здесь. И ты хочешь, чтобы я бросила все это ради призрачной возможности видеться с тобой по выходным? Ты хочешь, чтобы я вновь испытала весь стресс адаптации на новом месте, чтобы быть в двух часах от твоей новой работы? Я бы согласилась, будь я уверена, что у меня будет моральная поддержка. Но ее не будет, потому что рядом не будет тебя.

– Но я буду рядом!

– Когда? – Я даже сжала кулаки от злости. – Полтора дня в неделю, и то не факт? Ты не можешь обещать мне большего, потому что ты любишь работу и горишь ей. А с этим новым проектом я скорее буду тебе мешать. Сейчас ты со мной не согласен, но ты знаешь – я права.

Я подняла стул, сняла с его спинки куртку и пошла к двери.

– Саманта, ты куда? – растерянно спросил Оливер.

– В общежитие. Мне завтра на учебу. Спокойной ночи, Оливер! И подумай о моих словах.

– Саманта, не уходи! Давай поговорим…

Но я покачала головой и все же вышла за дверь.

* * *

В самом начале отношений с Оливером мы практически не отлипали друг от друга. Проект, в который его взяли, развивался довольно медленно, свободного времени хватало, и все оно было посвящено мне. Мы периодически гуляли в парке, зависали дома и проводили ночи в постели. О да! Секс с Оливером воистину был лучшим лекарством от всех моих проблем. Прижимаясь к его обнаженному потному телу, я чувствовала себя самой счастливой и любимой, а я всю жизнь мечтала узнать, каково это. Да, депрессия не позволяла ответить Мерфи взаимностью в полной мере, но я искренне отдавала все то скудное тепло, что у меня было.

Но проект развивался, работы становилось больше, а Оливера все меньше. Он уставал, раздражался, мы периодически ссорились из-за сущей ерунды. Но примирительный секс и совместный сон помогали сгладить все неровности. А потом и здесь начался разлад.

Конечно же, я все понимала: сама была трудоголиком и прекрасно помнила, каково быть размазней после долгого рабочего дня. Но все знают, что понимать головой и чувствовать сердцем – не одно и то же! Я старалась вести себя по-взрослому и не закатывать скандалы из-за недостатка внимания, заталкивала свое недовольство поглубже и улыбалась. И как-то привыкла. Успокоилась. Искр больше не было, но остались тепло и уют. Я считала, что этого вполне достаточно. Главное, чтобы он хоть иногда был рядом.

Обманывать себя я могла бы еще очень долго – я в этом мастерица. До сегодняшнего разговора я даже себе не признавалась в том, что «хоть иногда» меня больше не устраивает и проигрывать работе я тоже больше не хочу. А тут высказала Оливеру. И, ей-богу, могла бы еще много чего наговорить, поддайся я на его уговоры остаться.

Почему же сейчас мне хватило духу произнести все вслух? Ответ на поверхности: я узнала, что может быть по-другому. Стоило помириться с Райаном, как его в моей жизни стало много. Даже слишком много. Его внимание ко мне и моим проблемам подкупало. А если начистоту, то я подсела на него как на наркотик. И каждой следующей дозы мне было мало.

А еще его энергия и желание все время чем-то заниматься заставляли и меня шевелиться. И пусть я брыкалась и утверждала, что никаких вечеринок мне больше не нужно, но на самом деле с удовольствием пошла бы еще раз с ним. Именно с ним. Как пара. Танцевала бы, веселилась, возможно, даже выпила немного. Потому что рядом с Райаном я чувствовала себя в безопасности.

За последние полторы недели именно Кросс был рядом во все сложные моменты. Да, Оливер объективно не смог бы мне помочь ни с ноутбуком, ни с кошмарами. Но если честно, я не хотела сообщать ему о своих проблемах еще и потому, что боялась опять проиграть работе. Боялась, что позвоню и натолкнусь на сухой ответ «я занят» или «позже», и тогда мне будет только больнее. Так что лучше и вовсе ему ни о чем не говорить – не придется разочаровываться.

И последнее, что бросалось в глаза, – как по-разному Райан и Оливер проявляли заботу. Кросс настойчивый, напористый, уверенный в своей правоте и готовый во что бы то ни стало мне ее доказать. А Мерфи совсем другой. Он может дать совет раз, попытаться уговорить второй, а третьего раза уже не будет. Он считает, что мы оба взрослые люди и если я чего-то делать не хочу, так и не нужно заставлять. Я ведь в состоянии сама решить, как мне жить.

Контраст Оливера и Райана был налицо. Молодость и зрелость. Совсем разное отношение к жизни. И с удивлением я поняла, что вариант Райана мне подходит больше.

* * *

Поездка в метро – отличное время для размышлений. И выводы, к которым я пришла, оказались весьма неожиданными. Не думала, что ссора из-за переезда в итоге может привести к мыслям о возникшем романтическом треугольнике. Никогда бы не подумала, что окажусь в подобной ситуации.

Я выходила из подземки и надеялась обнаружить, что за последние полтора часа Оливер мне звонил пару раз или хотя бы прислал десяток сообщений. Но меня ждало разочарование. Видимо, он решил дать мне время успокоиться, как делал это всегда. Но раньше в ссорах никогда на кону не стояли наши отношения. Никогда!

В памяти всплыл весь разговор, и я вновь завелась. Ну как он мог! Как он мог на все согласиться и поставить меня перед фактом. Так нечестно! Нечестно! Почему я должна перевернуть свою жизнь с ног на голову из-за его новой работы? С чего он вообще решил, что я на это соглашусь? Только потому, что я его девушка и люблю его?

Мысленно я проигрывала варианты диалога с Оливером, утирала слезы и злилась еще больше. И даже круги по парку рядом с общежитием не принесли покоя: Оливер очнулся и закидывал меня сообщениями с просьбами встретиться и поговорить.

Я мечтала добраться до комнаты, обнять подушку и прорыдаться всласть. Но гадский лифт нарочно ехал ко мне слишком медленно, явно желая вывести меня из себя еще больше. Хотя куда уж больше!

Тренькнул звоночек, сообщая, что долгожданный лифт прибыл. Двери открылись, и я увидела Райана.

– Привет, Сэм! Откуда это ты такая красивая? – Парень осмотрел меня с ног до головы. – Красивая и заплаканная. Что случилось?

– Личная жизнь. – Я шагнула в лифт и вопросительно наклонила голову. – Ты выходишь?

Кросс кивнул и в один шаг оказался в коридоре. Я нажала свой этаж и грустно посмотрела ему вслед. Мне вдруг стало так обидно: он увидел мое зареванное лицо, ограничился одним вопросом и пошел по своим делам. Разве так поступают друзья?

И я в очередной раз расплакалась, только теперь уже от обиды.

– Ладно, парни меня простят. – Райан просочился в почти закрывшиеся двери и встал рядом. – Не могу я бросить даму плачущей. Даже если она неприветливая и грубит.

– Можешь идти куда шел, – огрызнулась я, всхлипывая. – Твоя помощь мне не нужна!

– Ну да, и взгляд твой прожег мне спину случайно, – улыбнулся он. – Я довольно хорошо знаю девчонок, и тебя в частности, чтобы понять: оставлю тебя одну сейчас – и подпишу нашей дружбе смертный приговор. А мне она пока дорога. Так что случилось?

Я обиженно сопела и молчала.

– Сэм, я же вернулся. Чего ты на меня дуешься? Не я испортил тебе настроение, но зато я хочу его поправить.

Парень легонько толкнул меня локтем в бок. Я вздохнула и вынужденно признала свое поведение ужасно глупым.

– Прости, мне не следовало тебе грубить, – пробормотала я. – И спасибо, что вернулся.

– Другое дело! – Райан широко улыбнулся и в третий раз повторил свой вопрос: – Так что случилось?

– Бойфренд вернулся из командировки с новостями. И мне эти новости не понравились. Мы поругались перед самым походом в ресторан. Поэтому я такая красивая и заплаканная.

– И что же там за новости?

– Новая работа. – Я вздохнула. Наверное, не следовало вдаваться в подробности, ведь Райан мог догадаться, что речь о его дяде. Но мне так хотелось выговориться, поэтому я рискнула продолжить: – Ему предложили работу в другом городе. Почти на другом конце страны! И он согласился. Не обсудил это со мной, а сразу согласился. А для меня у него был заготовлен отличный план: немного пожить по отдельности, потом перевестись в университет поближе и снова жить вместе. Правда ведь отличный план? – с сарказмом закончила я.

– Ну не самый плохой, – ответил парень, за что заработал мой гневный взгляд. – Ну серьезно, не самый плохой же. Но тебе он не нравится. Почему?

– А разве не очевидно? – воскликнула я. – Мне предлагают бросить с трудом склеенную жизнь и отправиться вслед за ним. Это же нечестно!

– Почему?

– Алло, Райан! Ты что, меня не слышишь?

– Прекрасно слышу, – усмехнулся он. – Но все равно не понимаю. По мне, его план – нормальный план для пары. Вполне себе компромисс. Да, не идеальный, но и не самый плохой. Он ведь вполне мог сказать, что вам придется расстаться. Разве это не хуже?

– Ты просто его не знаешь! – Я топнула ногой в сердцах. – Переезд с ним в другой город из-за работы равносилен расставанию. Он трудоголик! На новом месте от будет ночевать в офисе, и я забуду, как он выглядит. В один прекрасный момент я устану делить его с работой, и мы разойдемся. И я останусь совершенно одна в чужом городе.

– Кого-то мне это напоминает, – едва слышно пробормотал парень, а мне сказал: – Мне кажется, ты драматизируешь!

– Ты мой друг или его? Какого черта ты его защищаешь!

– Сэм, я никого не защищаю. Я стараюсь оставаться непредвзятым. Ты хочешь, чтобы я помог разобраться в ситуации и найти выход, или тебе нужно, чтобы я бездумно его обругал? Предупреждаю: на второе ты зря надеешься.

Лифт остановился на нашем этаже. Я недовольно фыркнула на его слова, но гораздо спокойнее продолжила:

– Я повторюсь: он трудоголик. Мы живем вместе уже полгода, и я успела в полной мере это ощутить. Так что я не драматизирую. Я знаю, о чем говорю.

– Хм, а если ты все это знаешь, тогда почему еще живешь с ним? – задал вполне резонный вопрос Райан, выходя в коридор вслед за мной. – Тебя ситуация с работой явно не устраивает, но вы почему-то все еще вместе. Почему?

Я взяла паузу на раздумья. Кросс меня с ответом не торопил и целенаправленно шел на кухню. Из дверей сразу пошел к кофемашине, а я стянула с себя куртку и плюхнулась на ближайший стул.

– Потому что он хороший человек, – наконец-то произнесла я. – Если не считать любовь к работе, то он просто идеальный. Он многое сделал для меня. Помог выбраться из депрессии. Именно он сделал меня такой, какая я есть сейчас. И за это я ему безумно благодарна.

– М-да…

– Что это значит? – Меня озадачила его реакция.

– Это значит, что не такой ответ я ожидал услышать.

– А какой?

– Что у вас любовь, – усмехнулся Райан. – А что еще может заставить терпеть всякую фигню в партнере? Явно не благодарность. Отношения, построенные на благодарности, какая-то хрень собачья. И теперь я прекрасно понимаю, почему ты злишься.

– И почему же?

– Потому что благодарности недостаточно, чтобы менять комфортную жизнь на черт знает что. Даже любви не всегда хватает. Мой дядя расстался с невестой тоже из-за ее переезда. А как говорила мама, любовь там была неземная.

– И когда ты стал таким умным и проницательным? – поразилась я.

– Что сказать: я зрел не по годам! – хохотнул парень. – Но серьезно, Сэм! Если ты не хочешь, то совершенно не обязана менять свою жизнь в угоду кому-то. Даже если этот «кто-то» спас тебя от депрессии. Не думай, что я хочу вас рассорить. Нет! Просто я тоже знаю, о чем говорю. Твоя жизнь – только твоя.

Я молчала и кусала губы, обдумывая его слова.

Моя жизнь – только моя.

Так просто! И как я постоянно об этом забываю?

Может, все дело в том, что долгие годы моя жизнь, собственно, мне и не принадлежала? Папе, парню, работе. Все прошлые месяцы я упорно трудилась в кабинете психотерапевта, чтобы найти свой путь и научиться брать контроль над всем происходящим со мной. И я думала, что у меня получилось. А что, если я только притворялась? Что, если я сошлась с Оливером, только чтобы отдать ему контроль над собой. Я и за учебу взялась с его подачи. Это ведь даже Лидия заметила! А теперь… А теперь мне нравится Райан по той же причине? Он ведь обещал научить меня общаться с людьми, потому что сама я этого делать не хотела, и вообще всячески тормошил, заставлял двигаться.

Боже, неужели я действительно сама ничего не могу и ничего из себя не представляю?

– Ладно! Хватит грузиться! – Голос Райана отвлек меня, не позволив погрузиться в болото самобичевания еще глубже. Он поставил на стол чашки с кофе и сел напротив. – Лучше расскажи, Мия тебе ответила? Громко кричала капсом в письме?

– Боже! Точно! Я совсем об этом забыла! – Я хлопнула себя по лбу и полезла за телефоном. – Со своей бессонницей и возвращением бойфренда совсем из головы вылетело, что писала им!

Я с некоторым волнением зашла в почту и обнаружила там письмо. Открыла и… Ничего смертельного не произошло: никто не ругался, не обзывался и не слал проклятий. В своем письме я извинилась, что так долго пропадала, и сказала, что в моей жизни случилось множество проблем, с которыми пришлось справляться в одиночку. Написала, что сейчас у меня все наладилось, я ужасно по ней соскучилась и хотела бы снова наладить контакт.

И оказалось, что Мия тоже скучала и очень рада моему письму. Девушка ответила, что прекрасно знает, что такое депрессия. В ее семье сталкивались с таким недугом, и она в курсе, насколько тяжело может проходить лечение. Так что все обиды были забыты.

Конечно, нам еще предстоял многочасовой разговор по видеосвязи, но это в будущем. А сейчас у меня будто камень с души свалился: ситуация, давившая на меня столько времени, так легко разрешилась. И почему я не написала ей раньше? Мне ведь и правда не хватало этой девчонки.

Я высказала свою готовность к многочасовому допросу вслух, и Райан одобрительно похлопал меня по плечу, как отец, гордый за свое дитя.

– А Ноа ты так и не написала? – поинтересовался парень. Я отрицательно покачала головой. – Сэм, ты же обещала!

– Было некогда, да и не уверена, что вообще стоит это делать.

– Мы ведь договаривались! – строго напомнил Кросс.

– Да, я помню! Но у нас все так сложно закончилось. Ты ведь помнишь, в день, когда приехали твои родители, мы собирались пойти в кино. Должны были помириться, после… – Я запнулась, не зная, как лучше напомнить компрометирующую ситуацию, не вдаваясь в подробности. – После недопонимания на его дне рождения. Но в итоге мы так и не поговорили, не помирились и расстались не пойми кем. И да, с тех пор прошел уже год. Но у всех людей разный срок давности столь личных ссор. Я не уверена, что этот ящик Пандоры вообще стоит открывать.

– Думаешь, он все еще обижается? – с сомнением спросил Райан.

– Тебе виднее, – усмехнулась я. – Он же твой лучший друг. А вообще, поставь себя на его место. Пока я не давала о себе знать – все было нормально. Но тут я всплыла, и… пусть романтических чувств и не осталось, но обида могла сохраниться. Ведь тогда я его обманула.

Парень из моих намеков ничего не понял, так что пришлось говорить буквально.

– Когда я отказалась от свидания с ним, он решил, что это из-за тебя. Что я так же, как и многие другие, предпочитаю Главного Красавчика. И я его заверила, что это не так. Что ты мне совершенно не интересен. И это было правдой… Какое-то время. А на своем дне рождения Ноа в очередной раз убедился, что был прав. А разбитое сердце может долго заживать. – Я вздохнула и отхлебнула кофе.

– Да, об этом я как-то забыл, – медленно проговорил Райан и тихо поинтересовался: – Но ты ведь не жалеешь?

Ох! От его вопроса меня бросило в жар. О чем на самом деле его вопрос? Мы ведь так успешно делали вид, что между нами ничего не произошло! Что я должна отвечать? Честно или продолжить поддерживать иллюзию отсутствия искр между нами?

– Нет, не жалею, – через ужасно долгую паузу ответила я и покраснела.

– Темнота обостряет все чувства. – Парень нахально мне подмигнул.

Скорее всего, я залилась краской еще больше, а по коже пробежали мурашки. Ну зачем? Ну зачем он поднял эту тему? Я так и не придумала, что ему ответить, но, слава богу, мне и не пришлось. На кухню зашел однокурсник Райана.

– Привет, ребята! У вас ничего перекусить нет? Не могу я существовать на одном кофе! – Парень прошаркал к кофемашине и принялся сканировать стенные шкафчики в поисках съестного.

– У меня в комнате есть остатки малинового кекса, – чересчур бодро отозвалась я. – Сейчас принесу!

– Сэм, ты моя спасительница! – воскликнул он. – Спасительница!

Я широко улыбнулась и поспешила за едой. И когда я вернулась, парни уже спорили о компьютерных играх. Мы доели кекс, распили кофе, поболтали и разошлись. К опасной теме разговор, естественно, больше не вернулся. И слава богу!