Ночью после вечеринки я простояла в душе, наверное, час. Все терлась мочалкой, стирая непрошеные прикосновения. Потом я вернулась в комнату, оставила включенным свет и забралась под одеяло. Закрыла глаза, но так и не уснула. Мозг зачем-то все прокручивал и прокручивал неприятные воспоминания, заставляя сердце чаще биться от страха. Я сделала в дневнике длинную запись, надеясь, что, как и раньше, все неприятное сотрется из мыслей. Но как бы не так! Я проворочалась почти до рассвета и кое-как забылась беспокойным сном, в котором меня вновь щупал этот урод.

Весь четверг я клевала носом на лекциях и с трудом продержалась до обеда. Вместо посиделок с однокурсницами в столовой я вернулась к себе в надежде поспать. Но не тут-то было! Мозг будто издевался, вновь возвращая в тот момент. Ночью все повторилось.

Поход на вечеринку Стива подарил мне бессонницу. Стоило закрыть глаза, как я вновь чувствовала руки того мерзкого хоккеиста, шарящие по моему телу и задирающие подол платья. Умом-то я понимала, что ничего страшного не произошло, ни мне, ни Райану даже кулаки в ход пустить не пришлось. Но мозг… Сколько бы записей в дневнике я ни сделала, предательский мозг все равно подсовывал вслед за событиями среды остальные подобные случаи. А их в моей жизни было предостаточно!

Да, мне повезло, и за всю бурную школьную жизнь меня никто не изнасиловал, но пару раз нас прерывали за секунду до. И все эти годы я помнила события, но не эмоции тех дней. Наверное, это моя защитная реакция. В любом случае я считала, что эти моменты уже никак не могут на меня повлиять. Но как же я ошибалась.

В пятницу, как никогда, мне требовалась помощь Бетти, но ее морской кругосветный круиз был в самом разгаре и прерывать его проблемами мне казалось неправильным. Равно как и звонить Оливеру. Нет, ну правда, зачем его беспокоить? Разговор с ним мне вряд ли поможет, зато он будет переживать и мучиться весь остаток командировки. Или, чего доброго, сорвется ко мне и заработает проблемы на работе, и я потом буду чувствовать себя виноватой. Нет, нужно найти другой способ приободриться.

* * *

Стучать в дверь Райана Кросса самой и второй раз за неделю мне все еще было неловко, тем более что я шла к нему с очень эгоистичными намерениями. Ну а что мне оставалась делать? Лидия не ответила (наверное, была на смене), а встречаться с Чедом без нее мне не хотелось. Так что оставался единственный человек.

Райан открыл не сразу, а когда все же появился в дверях, был непривычно хмур.

– Привет! Ты хоть когда-нибудь одеваешься? – пошутила я, увидев парня без футболки. Мне показалось, что это должно разрядить обстановку. Но Кросс хмуриться не перестал.

– Прости, Сэм, я занят, – устало проговорил он.

Я заглянула ему через плечо и увидела на мониторе начатую презентацию.

– Сражаешься с «Пауэр Поинтом»? – Он кивнул, и я продолжила: – Хочешь, помогу? Я известный виртуоз слайдов и анимации.

– Ну если тебе нечем заняться в пятницу вечером, то проходи.

Райан махнул рукой, приглашая внутрь, а сам пошел за футболкой.

Я уверенным шагом направилась к столу, плюхнулась в кресло и вгляделась в монитор.

– Какой ужас! Все элементы на разных расстояниях друг от друга. Ничего не отцентровано. У меня бы от такой презентации глаз задергался. Когда она тебе нужна?

– В понедельник нужно сдать отчет по стажировке. Мы делали проекты в группах. И вот… – Он махнул в сторону экрана. – Нужно представить его публике.

– Ответственно! – впечатлилась я. – Не переживай, сделаю в лучшем виде! У тебя хоть какой-то план есть?

– Ага, вон на бумажке написан. А уже готовый кусок приведешь в порядок? – умоляюще произнес Райан.

– Разумеется! – улыбнулась я. – Доверься профессионалу.

Первые текстовые слайды сложности не представляли – достаточно было аккуратно выровнять все блоки, так что особого впечатления мои умения на парня не произвели. Но когда я сделала слайд с фотографиями всей команды, красиво обрезав их в кружочки без использования графических редакторов, Райан даже присвистнул.

– Где ты научилась таким фокусам? Для меня это просто какая-то черная магия!

– Ага… Магия вне Хогвартса, – хихикнула я. – Все это я освоила, пока работала в агентстве.

– А зачем тебе там презентации? Отчитываться по окончанию контрактов?

– По-твоему, у Портера бюрократический ад? Мы и так пишем регулярные отчеты, зачем еще и презентации? Нет, бюрократический ад – это большинство моих контрактов. Там-то я всему и научилась.

Я не видела выражение лица Райана у себя за спиной, но была уверена, что его глаза горят любопытством.

– В агентстве я была «серой мышкой». Тихой девочкой из бухгалтерии. Внимательной секретаршей в приемной. Ответственной сотрудницей в отделе почты. Боже, кем я только не работала, но все роли как одна – самые незаметные сотрудницы в офисе. Чтобы тихо слушать и записывать.

– Ха, это правда. Слушать ты умеешь. И слышать. Мне в тебе это очень нравилось. – Райан почти дословно повторил фразу Оливера, сказанную в Орландо.

Мне мгновенно стало неуютно.

– Спасибо, мне приятно, – смущенно поблагодарила я и поспешила вернуться к рассказу про работу. – В общем, как-то раз меня отправили стажером в дизайнерскую фирму, где одна мадам тоже не любила делать презентации, зато очень любила посплетничать. Ради сбора информации мне приходилось выполнять за нее всю работу. А ее там было много! Через пару месяцев я могла с закрытыми глазами сбацать навороченный шаблон, так что весь офис завидовал. С тех пор прошли годы, но этот навык выручал меня не раз.

Я отредактировала последний готовый слайд и обратилась к плану.

– Так, что у нас дальше? Рафика чего? Райан, ты пишешь как курица лапой!

– Что тебе непонятно? Покажи!

Я не успела передать листок ему назад. Парень уже стоял у меня за спиной. Одной рукой он уперся в стол, вторую положил на спинку кресла. Наклонился, чтобы лучше видеть свои каракули. Его лицо оказалось в считаных дюймах от меня, а мое сердце забилось чаще. Мне казалось, что его стук настолько громкий, что услышал даже Райан.

Возможно, все так и было, потому что краем глаза я заметила, что он улыбнулся. Парень наклонился еще ниже, едва ли не касаясь моего уха губами. От такой близости у меня мурашки побежали по телу. Он втянул носом воздух и тихо спросил:

– Новые духи? Ты так приятно пахнешь!

«Ты так приятно пахнешь», – эхом отдалось у меня в ушах. Только голос этого эха принадлежал тому мерзкому хоккеисту. Мое сердце забилось еще чаще, только в этот раз от захлестнувшей волны паники и отвращения. Все мое тело напряглось, кажется, я даже дышать на мгновение перестала. Райан почувствовал, что во мне что-то изменилось. Отодвинулся и спросил:

– Сэм, ты чего? – В голосе слышалось недоумение.

– Мне… Я… – Моя попытка найти хоть какой-нибудь вразумительный ответ не увенчалась успехом. – Я разобрала, что ты тут написал. Где там лежат картинки с вашими интерфейсами?

– На рабочем столе. В папке с названием проекта, – растерянно ответил парень.

– Супер! По плану тут еще пять слайдов. Если не будешь меня отвлекать, то я справлюсь минут за двадцать.

Мне показалось, что Райан хотел что-то еще спросить, но в итоге не стал и просто вернулся на кровать.

Презентация действительно была закончена через двадцать минут. За это время я успокоилась, вновь расслабилась и хотела общаться дальше. Но Кросс закрылся. Он разговаривал, улыбался, но я заметила, что парень меня немного сторонится. Видимо, я напугала его своей реакцией.

Мы поболтали еще немного: обсудили новинки игр, сериал и какую-то ерунду. Но меня не покидало ощущение, что Райану некомфортно. Поэтому, когда разговоры «о погоде» закончились, я попрощалась и пошла к себе.

* * *

Исцеляющего эффекта визит к Райану не принес. Пришлось вспоминать, чему меня учила Бетти прошлой осенью, когда я точно так же боролась с бессонницей и кошмарами.

Самым действенным комбо были ароматерапия и легкое снотворное. Поскольку все мои аромасокровища хранились дома, пришлось прогуляться до ближайшего китайского магазинчика. Я раздобыла мисочку для фондю, крохотную свечку и масло бергамота, скачала на телефон звуки природы, закинулась снотворным и легла спать.

Уснуть-то мне удалось, но вместо прекрасного сна без сновидений я получила липкий сюрреалистичный кошмар, в котором я убегала от Уэйна, моего бывшего из колледжа. Да, он тоже как-то раз пытался меня изнасиловать.

Я вновь оказалась в том клубе. Меня слепили неоновые огни туалета. В ноздрях стояла мерзкая смесь запахов блевотины и одеколона Уэйна. Мой бывший прижимал меня к стене и нашептывал на ухо:

– Детка, ну давай! Мне нужно скинуть напряжение после выступления, – повторял он, задирая мою юбку. – Давай! Не ломайся!

– Милый, не надо! – Я пыталась мягко сопротивляться и убрать от себя его руки. – Ты же знаешь, что я бросила принимать таблетки. У нас нет презерватива.

– Сэм, ну давай! Я успею вытащить! Ну что ты ломаешься!

– Уэйн, я не хочу! Не надо! – Мой голос зазвучал тверже, и я попыталась его отодвинуть.

– Я сказал – мне это нужно! – зло проговорил он. Больно схватил меня за плечо, раздвигая коленом ноги. – Потерпи!

На мое счастье, кто-то забарабанил в дверь, и Уэйн отвлекся. Я выскользнула из-под него и бросилась на выход.

В реальности на этом все и закончилось. Я ушла из клуба, и, как выяснилось позже, мой парень нашел успокоение под другой юбкой. Но во сне Уэйн превратился в жуткого монстра и с рыком кинулся за мной. И дальше меня ждала беготня по бесконечным неоновым лабиринтам. Я хотела проснуться, но не могла. Стучалась в закрытые двери, пыталась разбить залепленные окна, но лабиринт не хотел меня отпускать.