Анна сидела напротив широкого монитора, в котором просматривала бесконечные строки кода, наполненные ошибками. Она всматривалась в них секунды, минуты и часы, но они стали для нее лишь бессмысленными белыми пикселями на черном полотне. Она чувствовала себя художником или писателем, который никак не может справиться с чертовым белым листом. И пусть перед ней был уже написанный код, а «экранное полотно» было черным, она понимала, каково это творческим людям – сталкиваться с блоками при попытке создать что-то новое.

Наверное, самая главная проблема в том, где она работала. Она все еще была программистом «Мэнсиса»: после инцидента Анне и остальным выжившим предложили вернуться на те же должности, но в другом офисе и с новой командой. Из всех сотрудников вернуться в «Мэнсис» согласились только Анна и Эвелин. Генерального директора Кристиана Вольфа отстранили от должности, а вместо него поставили нового человека из «БлэкРока».

Но на самом деле Анна согласилась на возвращение в «Мэнсис» не просто так. Определенно не ради того, чтобы помочь компании устранять ошибки в коде и оптимизировать работу сервиса. Она хотела вновь столкнуться с самой собой.

– Не хочешь пойти с нами на обед? – предложила Эвелин. – Познакомимся с новой командой получше.

Анна продолжала бессмысленно смотреть на строки кода.

– Спасибо, нет. – Она покачала головой. – Я хочу пробежаться по алгоритму, который анализирует, сколько времени и каким образом пользователь рассматривает части тела на фотографиях. Думаю, тут стоит оптимизировать код.

Эвелин хотела настоять, сказать что-то в духе: «Давай же перекусим, пообщаемся, отдохнем, а затем с новой силой соберемся на работу», – но она просто молча кивнула и покинула опенспейс, оставив девушку одну.

Анна поднялась и решила приготовить себе кофе. С помощью сенсорного экрана она выбрала латте с соленой карамелью, и вскоре большая машина наполнила небольшую чашку ароматным бодрящим напитком. Она подошла с чашкой к окну, всматриваясь в зимний Чикаго, наблюдая за крохотными, словно муравьи, людьми внизу, которые шли как можно быстрее, дабы укрыться от декабрьского предрождественского холода. Она подняла глаза и посмотрела на высотку возле Уиллис-тауэра. Небоскреб, в котором располагался предыдущий офис «Мэнсиса».

Каждый раз, когда она смотрела на интерьер офиса на пятнадцатом этаже стеклянного здания, то видела со стороны тот кошмар, который устроил Николас… и сама Анна в определенной степени. И как же руководство не подумало об этом? Может, лучше бы корпорация переехала на север Чикаго или вообще в соседние Миннесоту или Висконсин.

Она ощущала стыд и ответственность за произошедшее, хотя внутренний диалог убеждал ее в обратном: кто же мог подумать, что вульгарный образ окончательно переключит больной разум бывшего коллеги, потерявшегося между реальностью и снами? Дабы себя успокоить, она первое время поддерживала контакт с родственниками погибших сотрудников корпорации.

Высшее руководство «Мэнсиса» принесло крайне необычное извинение: помимо щедрых выплат компания предложила родственникам погибших оплатить покупку роботов с идентичными образами убитых коллег. Подобное предложение было закрытым и обсуждалось лично с родственниками каждого бывшего сотрудника «Мэнсиса». Родители Мэри Уинстон не выдержали и рассказали об этом СМИ; из всех изданий только «Фокс» и шоу Дункана Касла на «Иксе» согласились огласить данную историю, но она была лишь песчинкой в огромном «кратере» более важных новостей. Тем не менее все родственники ушедших, кроме семьи Уинстон, приняли предложение «Мэнсиса».

Когда же Анна в очередной раз навещала родных Майкла Понди и Джоша Бастера, то не смогла смириться с тем, что видела их ожившие копии. Спектр испытываемых эмоций был настолько широк, что она решила перестать навещать «оживших» коллег и их родственников, зато стала чаще видеться с родителями Мэри.

Поток мыслей прервал маленький темно-зеленый круглый робот на присосках, который чистил окна с противоположной стороны. Он напоминал обычный робот-пылесос, дизайн которого не менялся годами; единственное, он был сделан из современных материалов, благодаря которым мог спокойно работать при низких температурах. Перестав крутить в голове «фильм» с перестрелкой и захватом заложников, девушка вернулась к своему компьютеру, держа чашку кофе.

«Ну что же, готовы ли вы, мисс Эйрд, взглянуть в собственное отражение? Не в физическом, а цифровом зеркале», – подумала Анна и кликнула на личный профиль в базе данных пользователей «Мэнсиса».

«Неуверенная», «недолюбленная», «одержимая», «целеустремленная», «отсутствие эмоциональной зрелости», «высокий интеллект», «стеснительная» – именно такие качества Анна видела в потоке кода и комментариев. Сложные блоки с ключевыми словами соединялись друг с другом, переплетаясь сложнейшими «цифровыми» узлами, образуя личность по имени Анна Эйрд.

Девушка решила копнуть глубже в собственный профиль и узнать подробности их совпадения с Марком. «Неготовность к здоровым отношениям», «идеализация партнера», «максимально четкий сформированный типаж», «зацикленность на поиске родственной души», «для генерации максимальной прибыли пользователю подходит план “Все включено”».

Чем глубже Анна копалась в собственном профиле и интерпретировала огромные куски информации, тем сильнее дрожали ее руки. Несмотря на то что она участвовала в разработке этого сервиса, она понимала, что забрела в запретную опасную зону.

Прогнозируемое развитие отношений пользователей «Анна Эйрд» и «Марк Браун» на основе анализа их персональных данных:

Предполагаемая модель поведения Анны Э. и Марка Б.: “абьюзер – жертва”. Психические профили пользователей показывают, что отношения будут полны страсти, сильной выработки гормонов дофамина, окситоцина, серотонина и эндорфинов, а также состоять из “эмоциональных качелей”: судя по психологическому профилю Марка Б., он будет то сближаться с Анной Э., то отдаляться. Из-за недолюбленности и предполагаемой детской травмы Анна Э. будет страдать, но сильнее привязываться к Марку Б.

Нейросеть, сгенерировавшая дальнейшее поведение пользователей Анны Э. и Марка Б., показала их скорый разрыв. На основе моделирования нейросети “Мэнсиса” с вероятностью 92,7 % Анна Э. приобретет андроида с внешностью Марка Б. Несмотря на запрет покупки андроида с внешностью, идентичной внешности человека, защитившего свой образ авторским правом, Анна Э. обратится к нашим неофициальным партнерам, чтобы получить голову с внешностью Марка Б. Также Анна Э. попытается компенсировать отсутствие партнера с помощью устройства вандрим, но ей не будет хватать присутствия настоящего Марка Б. Анна Э. попытается вернуть Марка Б. с помощью средства “МоноГамма” и нейронного импланта “Нейрро”. Дальнейшее точное поведение Анны Э. предсказать сложно из-за множества факторов, но с вероятностью 73,3 % Марк Б. окончательно уйдет из жизни Анны Э. В таком случае спустя некоторое время Анне Э. можно предложить снова оплатить услуги “Мэнсиса” и предоставить ей партнера, соответствующего ее желаемому типажу, чья модель поведения будет следовать той же схеме “абьюзер – жертва” для дальнейшего исполнения плана “Все включено”.

Примечание. План “Все включено” – план построения модели пользователя, при котором он пользуется максимально возможным спектром сервисов и услуг содружества корпораций, финансируемых фондами “БлэкРок”, “Вангард” и “Стейт Стрит” с целью генерации максимально возможной прибыли.

Дата заключения: 05.04.2033

Пятое апреля. День, когда Анна получила долгожданное уведомление о том, что «Мэнсис» нашел ее родственную душу… якобы. Переведя множество потоков данных на простой язык, Анна была шокирована прочитанным. «И какого черта я не посмотрела на саму себя с самого начала?» – пронеслось в ее голове. Со всей злости она кинула чашку с уже остывшим кофе в окно, оставив на нем коричневатую кляксу. Робот – мойщик окон с обратной стороны стал скользить к разливающемуся брызгами кофе, но бессмысленно: он был не на той стороне.

«Мы управляем технологиями или они управляют нами?» – пулей пронесся злополучный вопрос профессора Грина в голове Анны.

Алгоритм «Мэнсиса» мог помочь людям понять, что им нужна психологическая помощь, направить их в верное русло, но нет: корпорациям это не интересно. Озлобленной на весь мир Анне хотелось отомстить корпорации, но ее руки были связаны: весь код был максимально защищен от копирования. Она даже не могла нормально скопировать базу данных пользователей сервиса, как ее просил профессор Грин, потому что программные детекторы утечки заметят неладное. Одно дело, когда Анна скопировала профиль Марка, а другое дело – всех пользователей сервиса.

Внезапно во всем помещении вырубился свет. От неожиданного события девушка даже вздрогнула.

– Какого черта? – спросила она сама себя.

Анна обернулась и осмотрелась: все компьютеры в здании работали, но на запасных генераторах. В теории в таком случае скопировать данные проще, но вокруг камеры слежения и множество защитных программ. Это все равно что вынуть каплю из огромного океана в попытках высушить его. Анна старалась все меньше полагаться на эмоции, но больше на разум, поэтому спустя минуту метаний решила оставить ситуацию как есть и просто покинуть компанию навсегда.

Анна уже смирилась с тем, чтобы просто отпустить свой гнев на «Мэнсис», как она резко увидела зеленый потоковый свет, исходящий от робота – мойщика окон. Обернувшись на стену, куда падал свет, она увидела символ зеленого льва. Символ профессора Грина. Рядом с символом была надпись: «Это наш единственный шанс скопировать данные. Поможете нам?»

* * *

Профессор Грин, одетый в теплое пальто, сидел на скамейке в парке напротив замерзшего озера неподалеку от университета сомнологии. Он держал руки в теплых карманах и смотрел на скульптуру «Ода надежд», покрытую белой пеленой снега. Скульптура все так же стояла посередине озера и манила деталями, которые постепенно раскрывались все сильнее и сильнее. Мужчина уже, казалось бы, знал каждый дюйм этой скульптуры, даже мог бы ее воспроизвести в своих снах и без использования вандрима, но сегодня ему казалось, что в монументе есть нечто такое, чего не было в прошлый раз.

– Профессор? – Анна окликнула пожилого мужчину, после чего тот перестал всматриваться в монумент и обернулся к девушке. – Вы сегодня такой… обычный.

– О чем вы, мисс Эйрд?

– Просто сидите тихо и смотрите на монумент. Я думала, что вы будете готовить какой-нибудь десерт на холоде, – усмехнулась она.

– Разве? – Мужчина вытащил руку из правого кармана пальто и показал девушке, что крутит в руках спиннер. Маленькую вращающуюся игрушку, которая была популярна среди подростков пятнадцать лет назад, что вызвало у Анны широкую улыбку. – Порой я даже не знаю, что мне поделать такого необычного, чтобы не попадаться под строгие следящие алгоритма «Мэнсиса», вот и вспомнил, как на моих лекциях раньше студенты вертели эту штуку. Я надеюсь, что у вас с собой нет ножа? – мягко спросил он, пытаясь слегка пошутить.

– И телефона тоже. Я его оставила в номере отеля и включила сгенерированную запись, будто сейчас трахаюсь с красавцем. – Анна неловко сжала губы. – Простите меня за тот случай, я…

– Все в порядке, мисс Эйрд, – кивнул мужчина.

Анна вплотную подошла к мужчине и протянула ему маленькую флешку объемом в несколько терабайт.

– Благодарю. – Леон вытащил из левого кармана руку, сжал маленькое устройство и положил обратно к себе. – Это была сложная кропотливая работа. Я рад, что Дариус перед побегом из компании установил скрытые программы на серверах, которые активировались при выключении генераторов, а также смог подключиться к камерам в офисе, чтобы скрыть ваши действия. Вряд ли вы удивитесь, что он использовал технологию генерации видео в реальном времени, чтобы никто не заметил, как вы совершали кражу одних из самых ценных данных в мире. Мы, честно говоря, не знали, станете ли вы нам помогать.

– Но вы знали, что я найду информацию о себе и планах корпораций. Вы знали, что меня это разозлит так, что я захочу отомстить «Мэнсису», – настаивала девушка, которая присела на скамейку к профессору. – И именно в этот момент появились вы.

– Мы не знали, какой выбор вы сделаете. – Леон покачал головой. – Вы полностью «вышли» из алгоритма «Мэнсиса», когда исцелили свою детскую травму. Он не догадывается, что вы теперь будете строить совсем новую жизнь.

– Звучит, будто я вышла из «Матрицы», как в том фильме, про который вы мне рассказывали.

– Да, в этом что-то есть, – посмеялся старый мужчина, – кто знает, может быть, вы «избранная»?

– О, нет, – протянула Анна, – я просто хочу спокойно жить без всяких спасений миров и прочего.

– В немалой степени, мисс Эйрд, вы стали соучастником плана по спасению нас. Дариус вам крайне благодарен: эти данные помогут нам смоделировать более продвинутую нейросеть, чем у «Мэнсиса», и понять, как мы можем обыграть планы корпораций.

Девушка присела на скамейку рядом с профессором и стала осматривать монумент посередине озера.

– Вряд ли вы удивитесь, если я спрошу вас о том сне, что я видела. Получается, что вы меня обманули по поводу коллективного сна? Мне сказали, что я просто впала в кому, из которой я выбралась с помощью генеративного сна. Что это было?

– А что такое сны? – задумчиво спросил Леон. – Неважно, коллективные, осознанные или обыкновенные. Ученый-сомнолог Аллан Хоббс считал, что сновидения лишь побочный результат электрической деятельности мозга. В противовес ему Зигмунд Фрейд заявлял, что сны – это сказки, которые мозг рассказывает сам себе. Может, правда где-то посередине или где-то чуть дальше? Что, если сновидения – это действительно результат деятельности мозга, которая существует для того, чтобы рассказать самому себе сказку и открыть дверь в бессознательное? В таком случае коллективный сон – это история коллективного бессознательного, которую он рассказывает нескольким сновидцам. Важно, что это не просто набор случайностей, а именно история, которая доносит какую-то идею и чему-то учит. Например, помогает исцелить травму. Вы же видели сюжет с драмой, метафорами, неожиданными поворотами и кинематографичностью и, может быть, даже странными диалогами? Я часто задумываюсь о том, что сновидцы мало чем отличаются от актеров: и те, и те погружаются в историю, находясь в определенном образе, даже если во сне человек остается самим собой. В снах такая обстановка, что мы начинаем говорить немного странно, как будто в кино или театральной постановке. Причем чаще всего мы говорим или в стиле голливудского пафоса, или в духе абсурдных фильмов Дэвида Линча [11].

– Так это был действительно общий сон с Марком? Но меня же отключили от вандрима, и я впала в кому.

– Вам это заявила Кейт, она состоит в наших «рядах». Понимаете, мисс Эйрд, мы знали, что вы сделаете все, чтобы попасть в подсознание к вашему бывшему. Вопрос в том, как сделать так, чтобы об этом не догадались посторонние? Представляете, как бы вами заинтересовался «БлэкРок»? Поэтому мы обставили все так, чтобы ненужные люди не догадались, что произошло на самом деле. Например, сначала создали цепочку, благодаря которой в нужный момент времени к вам пришла детектив Уинтерс и спасла вас.

– То есть я правда была на грани смерти? – возмущенно спросила она.

– Успокойтесь, Анна. – Профессор был все так же безмятежен. – Мы за вами приглядывали, чтобы все прошло так, как нужно. Детектив спасла вас и отправила вас в больницу, а там уже Кейт провела все необходимые манипуляции, чтобы персонал больницы посчитал, что вы просто впали в кому. Никому и в голову не пришло, что вы были в коллективном сне. Она заботилась о вас, пока вы блуждали во внутреннем мире Марка, а также в собственном.

– Есть ли что-то, о чем вы не знали заранее? – Анна пожала плечами. – Как будто вы просчитали абсолютно все, что случится со мной.

– Мы не знали, проснетесь ли вы в принципе. – Леон сжал губы. – Это все зависело от вас.

– Если этот сон был действительно коллективным, а не просто генеративным, то… что я видела? Я видела иные версии себя, видела младшую версию. Черт побери, я видела Мэри!

Взгляд Леона резко сменился: он удивленно повернул голову к собеседнице и подозрительно на нее посмотрел.

– Мэри? – Анна впервые увидела, как профессор сильно удивился. – Не может быть! Кажется, я понял.

– Что именно?

– Помните, как я рассказывал о том, как у нас с моим сыном был коллективный сон? Он говорил, что не хочет просыпаться, потому что его мама – настоящая. Похоже, что душа Элизабет действительно посетила нас. Это была она, моя любимая Элизабет. Мы делали другие исследования по совместным снам, но я и не думал, что они приоткрывают завесу тайны в другой мир. Это уже за гранью современных технологий.

– В любом случае Мэри сказала, что человечество не должно массово узнать о коллективных снах. Рада, что попрощалась с ней настоящей.

– А я рад, что вы исцелились и проснулись.

– Но погодите. – Анна задумчиво посмотрела на профессора. – Я ведь убила Марка! Я вырвала его сердце.

– Вы действительно убили его. – Профессор Грин снова был спокоен. – Но вы вызвали клиническую смерть. Кейт же вам рассказала о том, что именно это произошло с мистером Брауном. К слову, вы для нас сделали полезное открытие: мы теперь больше знаем о том, что при убийстве в коллективном сне оба человека могут остаться в живых.

– Тогда почему ваш сын умер?

– Потому что Джаспер был слаб: его тело не выдержало, в отличие от сильного и крепкого тела вашего бывшего.

Девушка сильнее прислонилась к скамейке и снова стала молчаливо рассматривать мраморную скульптуру, покрытую снегом.

– Если уж мы заговорили про Мэри, – прервал молчание Леон, – то я должен вам кое в чем признаться. Вас это шокирует.

– Мне кажется, что вы меня уже ничем не сможете удивить.

– Мэри знала, что умрет, – тихо и неуверенно заявил он.