Я решил включить это личное размышление о «Звездных войнах», потому что в нем содержатся элементы всех глав, которые включены в «Психологию в кино». Если вы читали внимательно, то поняли, что «Звездные войны» как торжество добра над злом или лекарство от культурных ран, нанесенных войной во Вьетнаме, не что иное, как примеры интерпретаций, представленных во второй главе. И хотя в далекой-далекой галактике нет специалистов в области психического здоровья, насколько далеко наставничество Оби-Вана в отношении Люка от заботливых психотерапевтов, которых мы обсуждали в третьей главе? Личные ценности Лукаса говорят о параллелях между творцами и их искусством (глава 4), тогда как успех «Звездных войн» как с точки зрения кассовых сборов, так и в плане общественного признания представляет собой интригующий феномен, имеющий прямую связь с предпочтениями аудитории (глава 5). В шестой главе исследуются нарративный и эмоциональный аспекты фильмов, которые я ощутил особенно остро после первого просмотра фильма в кинотеатре. На протяжении многих лет я продолжал подвергать анализу сагу «Звездных войн» и размышлять о ее содержании, героях и прочем (глава 7), которые в конечном итоге оказали значительное влияние на мою жизнь и сыграли важную роль в развитии моей личности (главы 8 и 9). Схема 10.2 отражает все эти важные символические измерения.
Все эти аспекты важны и взаимосвязаны между собой. Хотя методы отдельных дисциплин имеют тенденцию сосредоточиваться на одном элементе за раз, я надеюсь, что междисциплинарный подход, который я использовал в этой книге, продемонстрирует, что эти части в ходе исследования переплетаются воедино.
Схема 10.2. Символическая активность в фильмах (расширенная)
Зрители взаимодействуют с фильмами. Хотя мне кажется, что «Звездные войны» – пример отличного фильма, я знаю, что есть люди, которые так точно не считают. В разные моменты жизни одни киноленты говорят с нами на одном языке, а другие не оставляют ничего после просмотра. Я посмотрел мелодраму «До свидания, дорогая» тем же летом, когда вышла и «Новая надежда», но ничего об увиденном на том сеансе совершенно не помню. В фильме Герберта Росса про любовную интрижку между актером-неудачником и одинокой домовладелицей просто не было того, что могло бы вдохновить на размышления десятилетнего парнишку.
Кинематографисты взаимодействуют со своими фильмами. Сценаристы пишут диалоги, актеры играют, а операторы фиксируют все это на камеру, чтоб затем из всего этого получилась кинокартина. Не каждый режиссер смог бы снять «Звездные войны» такими, какими мы их знаем. Для этого потребовался Джордж Лукас и его личная увлеченность своими идеями (не говоря уже об угрюмости Харрисона Форда, ставшей отличительной чертой Хана Соло, харизме Джеймса Эрла Джонса, который дал свой голос Дарту Вейдеру, и одержимости команды по спецэффектам желанием сделать модель «Звезды Смерти» так, чтобы она выглядела размером с Луну).
Зрители взаимодействуют с кинематографистами. Тестовый показ или премьера фильма – это место встречи создателей фильма и зрителя, пусть не лицом к лицу, а символическое. Тем не менее эта косвенная связь весьма мощная. Я боготворил Лукаса – человека, которого никогда не встречал в своей реальной жизни. Некоторые фанаты позже яростно высказывались в его адрес, когда он внес значительные изменения в полюбившуюся им франшизу. Сам Лукас, похоже, стал относиться к своей аудитории двойственно: он был благодарен поклонникам за любовь к своему детищу, но в то же время отчаянно защищался, когда кто-то ему говорил, что нужно делать.
В центре рисунка 10.2 видно, как различные уровни психологической обработки взаимодействуют друг с другом. Затронутая в «Звездных войнах» тема о превосходстве интуиции над рациональностью заставила меня в какой-то момент жизни научиться доверять своей интуиции. Я вижу проявление этой темы в сцене, где Люк уничтожает «Звезду Смерти». Однако, прежде чем сделать такую интерпретацию, я должен понимать, что технически происходит в сцене (некоторые кадры и ракурсы камеры предназначены для имитации субъективной точки зрения Люка, а голос о «доверии к Силе» исходит не от кого-то сидящего за спиной Люка, а является голосом Оби-Вана, звучащим в голове героя). И конечно же, я должен иметь возможность видеть то, что происходит на экране, чтобы затем сложить все воедино.
Все части и процессы сочетаются друг с другом. Чем больше признания получит эта параллель (например, чем больше экспериментаторы уделяют внимание эстетике и чем больше критики учитывают реальный опыт зрителей), тем богаче и более наполненным будет любое исследование психологии и кинематографа.