Психиатр Глен Габбард в соавторстве с Крином Габбардом в 1999 году выпустил книгу «Психиатрия в кино». Она представляет собой всестороннее исследование различных способов взаимодействия психиатрии, психологии и психоанализа с кинематографом. В указателе перечислено более 450 художественных фильмов – от комедийной короткометражки 1906 года с забавным названием «Лечебница доктора Диппи» до фильмов 1998 года, в которых показаны те, кто занимается лечением психических заболеваний. Очевидно, что к психотерапии и психотерапевтам Голливуд уже давно неравнодушен.
Проведенный Габбардами исторический анализ экранных репрезентаций профессионалов в области психического здоровья показывает, как менялось отношение к ним с течением времени. На заре кинематографа, вплоть до Второй мировой войны, психиатры изображались в откровенно нереалистичной манере. Часто их изображали шарлатанами, используя сатиру, чтобы снизить медицинскую напыщенность (как, например, в немой короткометражке «Лечебница доктора Диппи» и классической комедии «Воспитание крошки»). В период 1940–1950 годов прошлого века психоанализ рассматривается все более серьезно, а конец 1950‐х – начало 1960-х и вовсе ознаменован как «золотой век» психиатрии в кино. В фильмах этого периода [ «Страх вырывается наружу» (1957), «Три лица Евы» (1957), «Дэвид и Лиза» (1962), биографический фильм «Фрейд: Тайная страсть» (1962)] психиатры и психологи предстают компетентными, сострадательными и даже симпатичными. В фильме «Дэвид и Лиза» доктор Суинфорд (сыграл Ховард Да Сильва) показан мудрым и заботливым, но в то же время ранимым и человечным персонажем, поскольку занимается лечением молодых пациентов.
Но «золотой век» длился недолго. В 1960–1970-е специалисты в области психического здоровья попали под шквал скептического отношения, которому подверглись все на тот момент устоявшиеся институты. Образ шарлатана вернулся на экраны, но на этот раз в более жесткой манере, а основные мотивы психиатрии стали объектами серьезной критики, например в оскароносном фильме «Пролетая над гнездом кукушки»[47].
Чтобы понять, под каким углом Голливуд смотрит на психологов, есть и другой способ – выявить паттерны. И речь идет не только о временных рамках, но и о типах персонажей, сформировавшихся с ходом времени. Основная триада кинематографических стереотипов о психологах – перед вами.
Доктор Диппи: для этого типа прежде всего характерна глупость в комичном изображении. Такие персонажи предназначены для того, чтобы над ними смеялись или считали их неумелыми. Классическими примерами являются доктор Монтегю (в исполнении Харви Кормена) в остросюжетной комедии Мела Брукса «Страх высоты» (1977) и доктор Марвин (сыграл Ричард Дрейфус) в другой комедии – «А как же Боб?» (1991).
Доктор Зло: этот стереотип изображает психологов, использующих свои знания о человеческом разуме, чтобы издеваться, манипулировать или причинять вред пациентам ради достижения собственных целей. Убийца и каннибал Ганнибал Лектер, сыгранный Энтони Хопкинсом в фильме «Молчание ягнят», стал каноническим примером Доктора Зло в современном кино. Луиза Флетчер в роли медсестры Рэтчед из картины «Пролетая над гнездом кукушки» поначалу кажется не такой уж и злой, но в ходе сюжета ее властные мотивы становятся все более явными. Доктор Коули в триллере «Остров проклятых», глава грозного приюта из 1950-х для умалишенных, оказывается воплощением образа Доктора Зло, несмотря на заявления о собственной прогрессивности. По сравнению с предыдущим типом такие специалисты выглядят весьма солидно, хотя их моральный компас явно не в порядке.
Доктор Чудесный: эти персонажи – воплощение компетентности, заботы и эффективности в лечении. Кажется, что границ в том, что они делают ради помощи своим пациентам, просто не существует. Хотя эти благородные персонажи чаще появлялись на экранах в период «золотого века», к нашему времени они не исчезли полностью. Так, доктор Бергер, сыгранный Джаддом Хёршем в киноленте «Обыкновенные люди» (1980), выступает эталоном такого психотерапевта. Добрый доктор не считает чем-то неуместным прийти к своему клиенту домой и провести экстренную консультацию. Ведь в конечном итоге именно его помощь поможет пациенту пройти через невероятную трансформацию.
К этому списку за прошедшие годы добавились и другие типы. За последние 20 лет в кино появилось множество воплощений такого типа, как Раненый целитель. Под этим имеют в виду профессионалов, у которых много общего с Доктором Чудесным и которые при этом не лишены собственных психологических проблем, мешающих их работе. В фильме «Умница Уилл Хантинг» доктор Шон Магуайр – тот самый Раненый целитель, который мужественно пытается лечить Уилла (Мэтт Дэймон), вместе с тем пытаясь бороться с горем из-за утраты жены. Подобные фильмы могут быть направлены на то, чтобы развенчать грандиозные представления о мнимом превосходстве врачей-психотерапевтов, показывая их личностями несовершенными и куда более человечными.
Другой характерной чертой психиатров из кино является необычайная склонность к сексуальным отношениям с пациентами. Этот тип можно назвать Доктор Секси или Доктор, Преступающий Черту. В психологических триллерах у психотерапевтов, занимающихся сексом со своими подопечными, присутствуют черты Доктора Зло, поскольку они являются холодными эксплуататорами, однако во многих фильмах для широкой аудитории такие терапевты обычно влюбляются в своих пациентов. Как правило, в кино женщины-терапевты молоды, сексуализированны (если говорить о стиле одежды) и одиноки. Влюбляясь в своих клиентов-мужчин, такие героини переживают личностную трансформацию. Классическим примером такого паттерна является фильм Хичкока «Завороженный» (1945). Более современная вариация запечатлена в мелодраме «Повелитель приливов» (1991), в которой психотерапевт доктор Лоуэнстайн (Барбара Стрейзанд) влюбляется в брата своей пациентки, а затем вовлекает его в курс лечения[48]. Очевидно, что как бы ни увлекала кинематографистов профессия психолога, их увлечение женщинами – желанными и желающими – все-таки перевешивает.
Как и в случае с психическими заболеваниями, получить более глубокое понимание репрезентации психотерапии возможно, если рассмотреть драматические истины, неизменно захватывающие воображение кинематографистов. Изучение мотивировки персонажей – один из вариантов достижения этой цели. Что движет этими героями? Существуют ли способы соотнести мотивы вымышленных терапевтов с мотивами настоящих?
Мы с коллегами провели систематическое исследование специалистов по психическому здоровью в кино[49]. Ради этого нам пришлось проанализировать двадцатку самых кассовых фильмов США 1990–1999 годов за каждый год. Мы выявили, что психологи, психотерапевты и психиатры фигурировали в 34 лентах, что составило 17 % от общего числа нашей выборки; всего к таковым относились 58 отдельных персонажей (см. приложение А на стр. 273). Затем мы рассмотрели, что движет каждым персонажем, выделив следующие категории: деньги/престиж, власть, любовь/похоть, самоисцеление или забота о других. Как правило, такие репрезентации одновременно отражают реальность и искажают ее.
Деньги/престиж (мотивация 52 % персонажей). В комическом фарсе «А как же Боб?» персонаж Ричарда Дрейфуса – эгоистичный доктор Марвин – слишком беспокоится о телевизионном продвижении своей последней книги по популярной психологии, не проявляя при этом особой заботы о невротике Бобе в исполнении Билла Мюррея. Как и многие другие профессии с относительно высоким уровнем престижа и заработной платы, специалисты в области психического здоровья рискуют оказаться на экране в образе жадных и алчных личностей. На самом деле многие настоящие врачи-психотерапевты считают, что их призвание – вносить вклад в общее благо. С этой точки зрения доктора Марвина можно рассматривать не в качестве юмористической карикатуры, а скорее, как кошмарное альтер-эго психотерапевта.
Тем не менее психиатрическая практика – это профессия, требующая большой подготовки и самоотдачи. Логично, что большинство практикующих врачей хотят получать достойную зарплату за свою работу. В то же время утверждается, что неспособность некоторых терапевтов относиться к тому, что они делают, просто как к работе, может привести к неэффективному лечению из-за отсутствия четко определенных границ. Бессердечие доктора Марвина достойно презрения, но разве его прекрасно обставленный офис и роскошный загородный дом сами по себе противоречат амбициям профессионального помощника?
Власть (мотивация 62 % персонажей). Триллер «Молчание ягнят» показывает смертельно опасную борьбу за власть с трех сторон – между доктором Чилтоном, коварным директором психиатрической больницы строгого режима, доктором Ганнибалом Лектером, блестящим психиатром, заключенным в тюрьму за убийство и каннибализм, и молодым агентом ФБР Клариссой Старлинг, пытающейся найти общий язык с обоими ради поимки серийного убийцы. Персонаж Лектера вызывает особую тревогу, ведь он опирается на широко распространенное мнение о том, что специалисты в области психиатрии обладают особой властью над человеческим разумом.
В то же время такие специалисты как представители социально санкционированных институтов все-таки обладают некоторой властью. Наиболее распространенные случаи врачебной недобросовестности в лечебных учреждениях связаны с превышением своих полномочий. С дидактической точки зрения образы доктора Чилтона и Ганнибала Лектера могут рассматриваться не только в качестве клеветы на добропорядочных психиатров, но и как пример гиперболизированного предостережения для профессионалов в области психического здоровья во всем мире.
Любовь/похоть (мотивация 24 % персонажей). В квазипорнографической фантазии под названием «Основной инстинкт» вызывающе одетый полицейский психолог доктор Гарнер в исполнении актрисы Джинн Трипплхорн признается в любви детективу, который проходит у нее курс лечения. Причем чувства Гарнер не ослабевают даже после того, как он совершает над ней сексуальное насилие. Настоящих профессионалов такие образы обычно немало возмущают, поскольку сексуальные отношения между практикующими врачами и клиентами категорически запрещены этическими кодексами всех основных дисциплин.
Тем не менее в основе психоанализа лежат наблюдения Фрейда о том, что сексуальность является основным мотиватором человеческого поведения. И хотя в большинстве современных подходов к лечению сексуальность децентрализована, лечение психических заболеваний остается опытом весьма интимным. Большинство психологов отмечают, что испытывали сексуальное влечение хотя бы к одному клиенту (хотя лишь небольшой процент позволил своим желаниям зайти дальше своих мыслей). Как отмечает психоаналитик Маршалл Эдельсон, трудно забыть о важности эротических чувств в человеческих отношениях, если часто смотришь кино[50].
Самоисцеление (мотивация для 26 % персонажей). В фильме «Шестое чувство» М. Найта Шьямалана доктор Малкольм – успешный детский психолог, который после самоубийства одного из своих пациентов впадает в депрессию и испытывает такое сильное чувство вины, что его собственный брак начинает разрушаться. Эта вариация Раненого целителя также подчеркивает неудачу психотерапии.
Настоящие профессионалы в области психического здоровья также несовершенны. Идея того, что они имеют психологические и эмоциональные проблемы, определяющие их отношение к работе, отражается в таких концепциях, как контрперенос. Успешные специалисты должны находить способы решения, обхода или даже конструктивного использования своих эмоциональных проблем, чтобы стать лучше в своей работе. Неожиданная концовка «Шестого чувства», которая заставляет доктора Малкольма радикально пересмотреть свое место в мире, показывает реальные трудности и страхи терапевтов.
Забота о других (мотивация для 66 % персонажей). В криминальной комедии «Анализируй это» герой Билли Кристала доктор Собел сначала не хочет лечить своего клиента-мафиози, но в конце концов становится настолько преданным своему делу, что рискует жизнью, дабы помочь бандиту излечиться от своего жестокого прошлого. Хотя забота о других кажется более позитивной, чем другие мотивации, она также подвержена искажениям. Почти невероятная доброжелательность и самопожертвование некоторых кинопсихологов предъявляет бескорыстие как обязательное требование для вступления в профессию.
Если же посмотреть на это с другой стороны, забота о людях, пожалуй, единственное необходимое требование к специалистам в области психического здоровья (хотя и наличие только этого качества недостаточно). Наличие эмпатии считается важнейшим компонентом успешной терапии – и в какой-то степени это признают даже голливудские киноленты. Несмотря на преобладание заботы о других как мотивации у голливудских психотерапевтов, образ сверхчеловека-профессионала (он же Доктор Чудесный) в нашей выборке встречался довольно редко. Сочетание заботы о других со стремлением к самосовершенствованию – изначально, наверное, не самое плохое сочетание, которое можно заметить во многих фильмах (даже если это требует от зрителя закрыть глаза на художественные вольности, такие как невероятно эффективная психологическая консультация, которая проходит в разгар перестрелки).
Из всех видов психологического лечения в кино больше всего внимания мы уделили психотерапии. Отчасти это объясняется тем, что приватность и интимность психотерапии позволяет раскрыть темную сторону человеческой натуры, которая открыта как для деликатного, так и для непристойного обращения. Другие методы лечения не дают того же драматического флера. Однако фильм 1997 года «Лучше не бывает» стал первым крупным фильмом, в котором было показано эффективное лечение симптомов психического расстройства (обсессивно-компульсивного расстройства, или ОКР) с помощью лекарственных препаратов в амбулаторных условиях.
Когда на экран попадают другие аспекты психологии и психологического лечения, кроме психотерапии, они обычно показывают институциональное угнетение. Так, при изображении применения психиатрических препаратов в условиях стационара акцент делается исключительно на их седативном эффекте (как в драме «Прерванная жизнь»). Изредка встречается применение электросудорожной (или шоковой) терапии, но сцены с ее изображением всегда отличаются жестокостью (см. «Пролетая над гнездом кукушки»)[51]. Другая профессия, тесно связанная с психологической деятельностью и регулярно демонстрирующаяся в кино, – это криминальный профайлер, акцент в работе которого сделан на способности понять мышление серийных убийц и других преступников[52].
Привлекательность психотерапии в кино заключается не только в возможности исследовать провокационные темы, волнующие создателей кино и зрителей. Если присмотреться, то у психотерапии и художественного фильма есть много общего – в обоих случаях повествование строится на эмоциональных переживаниях, личных открытиях и нередко – на стремлении к улучшению жизни. Поэтому неудивительно, что психотерапия и кино так часто встречают друг друга.