…Петя очнулся от яркого света – тот бил прямо в лицо. Он приподнялся, гадая, где он, что с ним случилось и почему он лежит на толстом ковре из листьев в каком-то странном месте. Место действительно было очень странное. Оно напоминало пещеру, но не каменную, а из веток. Ветки кленов росли так густо и склонялись так низко, что переплетались между собой, образуя уютную кленовую пещеру.

Хозяйка пещеры тоже заслуживала внимания. С первого взгляда казалось, что она похожа на человека. Но только с первого.

Три дочери Нощницы, как внезапно оказалось, были настоящими красавицами. Потому что их матушка представляла собой существо настолько жуткое, что у Пети не хватило бы слов, чтобы ее описать. Клыки и когти – неизменный атрибут – уже не вызывали сильных эмоций, но вот все остальное…

Не радовало взгляд лицо – живой, обтянутый бледной морщинистой кожей череп, с полным отсутствием носа, бровей и ресниц. Поражали глубоко посаженные ярко-желтые глаза и редкие светлые волосы. Все вместе рождало только одно желание – немедленно покинуть общество этой «красавицы».

При этом вид у нее был отрешенный: философский вид существа, измерявшего время не банальными годами, веками и тысячелетиями, а геологическими периодами. Существо с таким видом просто не могло подозревать о столь мизерных отрезках, как часы и минуты. Было в Нощнице что-то от вечных, заметаемых песками египетских пирамид, идолов древних славян и неповоротливых мамонтов.

Петя заморгал и пришел в себя окончательно. Рядом сопел Волк.

– Вы так желали меня видеть, что даже прошли в мой запасной портал, – чуть поклонилась Нощница. – Я к вашим услугам.

– Какой портал? – сразу же спросил любопытный Волк.

– Один из тех, через которые я путешествую между мирами и временами, – любезно пояснила Нощница. – Этой ночью я прогуливалась по территории Римской империи и увидела вас, друзья мои. Дочери тоже давно говорили о мальчике и зверушке, которые жаждут обсудить со мной какой-то важный вопрос. Я вас слушаю.

Петя осторожно огляделся. Пещера, где он оказался, была небольшая, но просторная и светлая. Довольно уютная.

– Итак? – повторила Нощница, и Петя опомнился.

– Простите, пожалуйста, за беспокойство. Нам действительно нужно задать вам несколько вопросов. Дело в том, что…

– Знаю, мой юный друг, не трудитесь пересказывать мне вашу историю. Пока вы спали, я позволила себе заглянуть в вашу память. Чрезвычайно любопытно, я вам скажу. Да и встречаемся мы с вами уже не в первый раз. Мальчик и зверушка. В лесу, возле избушки Бабы Яги. Я там гуляла, а вы испугались. – Неуловимым движением Нощница придвинулась к Пете и осторожно коснулась когтем волос. По всему телу мальчика пробежал невыносимый мертвящий холод.

– Разрешите осведомиться, – вдруг встрял Волк. – О вашей, так сказать, профессиональной деятельности. Я тут книжку одну нашел…

– Это? – Нощница подняла за уголок увесистый том в кожаном переплете. – Омерзительное чтиво. Меня здесь обозвали «вымирающей», можете себе представить? Я что, похожа на богинку[1] или трясовицу[2]? Вот про них уже тысячи лет ничего не слышно, но не пишут же, что они «вымирающие»! Да, друзья мои, в какой-то момент чаша моего терпения переполнилась, и эта книга стала последней каплей. Я решила переехать сюда, на болота, в тишину и покой. Как же я ошибалась…

– А тут вас кто-то беспокоит? – Петя попытался представить себе человека, который по доброй воле решится побеспокоить Нощницу. Не получилось. Потом он вспомнил, что они с Волком, как раз так и сделали. Стало как-то грустно.

– Понимаете, юноша, у моей работы есть некая специфика. Как другие представители класса нечистой силы (интересно, кому пришло в голову нас так обозвать, я например, регулярно принимаю ванну), мы с дочерями работаем по ночам. Знаете, есть такие нехорошие люди, которые не спят. И не по долгу службы, а исключительно по собственной глупости. Ваш отец, например. – Петя дернулся. – Да-да, мой юный друг, ваш отец слишком впечатлительный перфекционист. Кто его заставляет писать отчеты по ночам, засиживаться в лаборатории глубоко за полночь, постоянно мысленно спорить с собственным начальником и, что гораздо хуже, с лаборантом? Он извел себя, всю семью и этого несчастного Капризова. Что же в результате? Мне, конечно, пришлось вмешаться. Надеюсь, после моего небольшого вмешательства он навсегда запомнит простое правило: ночью надо спать! Ничего личного, просто воспитательная методика.

Мальчик открыл было рот, чтобы высказать все, что он думает по поводу «воспитательных методик» Нощницы, но Волк решил вставить слово до того, как Петя нахамит древнему существу. Старость надо уважать. А если представитель старшего поколения вооружен внушительными клыками и когтями, нужно уважать вдвойне.

– Я правильно понимаю, что вы… э-э-э-э… воспитываете тех, кто не спит по ночам?

– Я их мучаю, – улыбнулась Нощница. – Давайте называть вещи своими именами. Но нет, неправильно. Я всех людей не люблю. Вы такие суетливые, такие шумные. Вы спрашиваете, почему вчера я совершала ночной моцион по кладбищу? Отвечу: там тихо… было. Пока вас не было… Все лежат себе спокойно. Спят вечным сном. А люди даже во сне суетятся, беспокоятся, мечутся. Мы с Кикиморой[3] иногда вместе работаем, она, правда, больше по детям специализируется, но не суть… Так вот. Я отвечаю за всяческие ночные мучения. Кошмары, боли, температуру могу наслать. В общем, делаю все, что в моих силах. Не люблю я вашу породу, дурные вы, люди. Так хочется спокойствия, одиночества.

– Поэтому вы и живете на болотах?

– Да, – кротко кивнула головой Нощница. – Поэтому. Жалко только, что соседей много. И, я вам доложу, соседи у меня пренеприятные.

– Знаете, мы когда к вам шли, – подал голос Петя, – никаких соседей не заметили.

– А Кот? – удивилась ожившая мифология. – Кот Баюн – это просто ужас, а не сосед. Вы, юноша, когда-нибудь жили в коммунальной квартире?

Петя отрицательно покачал головой.

– А ты, зверушка? Тоже нет? А вот я, когда переехала на эти болота, оказалась практически в коммунальной квартире. Каждый день и каждую ночь здесь или шатаются богатыри, или куда-нибудь крадется Кот. Если бы он еще крался, я бы могла понять. Тихо и бесшумно. Но нет! Баюн несется, как взбесившийся мамонт. Вот недавно был случай: прется, понимаете ли, по моим собственным болотам и тащит в зубах гуся. Гусь, естественно, отчаянно борется за жизнь и, поверьте, я была на его стороне, а Кот вопит, как потерпевший, рычит, плюется. А тапочки! Знаете, сколько раз этот ваш Котик нагло нападал на мои тапочки? А как он копает в шесть часов утра! Петя, ты знаешь, как копает Кот? – Петя кивнул. – Вот именно! Тогда ты должен меня понять. Как можно жить в такой обстановке? Если бы я хотела, чтобы у меня был кот, я бы завела себе кота. А тут он сам завелся.

Волк решил, что сейчас самый подходящий момент задать главный вопрос:

– А вы, случайно, не знаете, что там с Котом произошло? Говорят, он лишился магической силы.

Нощница фыркнула. Изо рта вылетел клуб тумана, поднялся вверх и превратился в огромного призрачного кота. Тот подмигнул левым глазом и растаял под потолком из листьев.

– Случайно знаю. Но и ты, Волк, тоже, не так ли? Кот Баюн ведь сейчас отсиживается в квартире у этого мальчика. – Нощница ткнула в Петю когтем. – Так что не стоит лукавить. Это сделала я. Воспользовалась, так сказать, моментом.

– Каким моментом?

– Этот толстопопый ворюга решил наведаться в одно место, куда ему совершенно не стоило соваться, и украл кое-что очень и очень важное. Виноват Кот? Конечно, виноват. Воровать нехорошо. Беспокоить пожилых дам – это я не о себе, нечего ухмыляться! – тоже нехорошо. Вот и натравила на него шиповник. Пока наш ма-а-а-аленький бедненький котик продирался сквозь колючие кусты, он потерял кое-что очень важное. По-моему, вполне справедливый обмен. Он кое-что присвоил, он же кое-что потерял. И хватит. Не будем об этом.

– Подождите, подождите! – Волк замахал лапами, как ветряная мельница. – Но ведь стало только хуже! Теперь богатыри…

– Кому хуже? Мне? Лично мне стало только лучше. Как только богатыри узнали, что Кот Баюн отсутствует – признаюсь, что я им в этом немного помогла, – они сразу же нацелились на другие объекты. На Змея Горыныча, Лешего, Бабу Ягу. А мои болота они оставили в покое, ясно вам?

– Понимаете, Коту очень плохо. – Волк решил надвить на жалость. – Может быть, вы знаете…

– Ты хочешь спросить, как вернуть Коту его магические способности? Отвечу: понятия не имею. Я бы на твоем месте перестала протирать задницей мой ковер, и отправлялся бы прямиком к Коту. Он же вам не все рассказал, я так понимаю? Вот пусть и поведает, что он делал у замка Спящей Царевны и что оттуда утащил. Может быть, вы, три головы – не скажу, что умные, но уж какие есть, – до чего-нибудь и додумаетесь.

– А…

– Да, еще одно! Стоит запомнить: в нашем мире нет случайностей. Все имеет значение. Запомнил?

– Я…

– Что? Еще остались вопросы?

– Да. Я… Я вот что подумал. – Действительно, Петя вдруг как-то воодушевился. – Вы говорили про Змея Горыныча, и я вспомнил. Знаете, где сейчас Горыныч? Он уехал в отпуск. На воды. Там тишина, покой и отсутствие кошек с богатырями. Вот вы когда в последний раз были в отпуске?

– Как-то сразу и не припомню. – Нощница откровенно растерялась. Что-то подсчитала на когтях, подумала и вздохнула: – Если не ошибаюсь, где-то примерно три тысячи лет назад. Помню, познакомилась с одним мальчиком хорошим, тоже Петрушей[4] звали… Поехали с ним в Европу. Он там корабли учился строить, а я отдыхала.

– Вот! А я о чем! Между прочим, работать без выходных и отпусков очень вредно для здоровья! Депрессии там всякие, выгорания, стресс. Почему бы вам не выбрать тихое местечко? Где-нибудь в горах, например, у минерального источника. Отдохнуть, подлечиться… Я имею в виду, всякие процедуры косметические… Моя мама их очень уважает. Нет-нет, вы ничего не подумайте, вы выглядите гораздо моложе своих лет, просто… В общем, если понравится, то можно же и навсегда там поселиться!

Нощница задумалась. Петя и Волк затаили дыхание, чтобы не помешать мыслительному процессу. Процесс, правда, грозил затянуться. На какой-то момент Пете даже показалось, что Нощница задремала – сидя и с открытыми глазами. Кто ее знает, может быть, она и сидя спать может.

Наконец Нощница приняла решение.

– Всё! Так и быть. Отправляюсь в отпуск! А там, глядишь, и в самом деле найду себе какой-нибудь тихий уголок. А вы почему еще здесь? Ну-ка, быстро отправляйтесь домой. Давайте, давайте! Мне еще вещи собирать, дочек опять же… Ну, прощайте! Какие вы, люди, надоедливые! Противные! Надеюсь, что никогда больше не встретимся! Прощайте! А за идею спасибо, отблагодарю. Отцу своему передай, чтобы меньше нервничал, хорошо питался и спать ложился в десять часов вечера. Тогда я его больше не трону.