– Ну вот и все, – удовлетворенно вздохнул Волк. – Осталось только саму Нощницу найти, и, считай, дело сделано.

– Да уж, всего-то, – поддакнул Петя, но Волк не заметил сарказма.

Пока же никакой Нощницы не наблюдалось. Болото постепенно сменялось твердеющей землей и редколесьем.

– Ты тоже это слышишь? – Волк внезапно остановился.

Петя слышал. Но что именно?

Шумели деревья. Бормотал соловей. Стрекотали цикады. Ветер… Ветер снова донес до друзей отголоски каких-то странных звуков. Пение? Молитва?

Петя с Волком, не сговариваясь, обошли чахлую березку и остановились перед кустарником. Здесь никого не было.

Но что-то же они оба слышали?

Волк аккуратно раздвинул ветки кустарника, и перед изумленными спутниками открылся вход в туннель.

Звуки стали отчетливее, при желании уже можно было различить отдельные слова.

Петя вопросительно посмотрел на Волка. Тот пожал плечами.

– Посмотрим? – уточнил он.

Теперь пришел Петин черед пожимать плечами. Собственно, вопрос относился к разряду риторических. Ни Петя, ни Волк не хотели, чтобы среди ночи отсюда вылезло что-нибудь незапланированное, но с плотоядными намерениями.

Вариант «сделать ноги, пока не поздно» ими почему-то даже не рассматривался.

Туннель был небольшим, с гладкими стенами, выложенными темно-синей плиткой, отчаянно скользящей под ногами. Петя спустился вниз и оказался в маленькой полукруглой пещере. Следом приземлился Волк. Теперь был слышен только звук падающих капель.

– Идем? – снова спросил Волк.

Петя сделал несколько шагов. Ничего не выскочило (не выползло, не вылетело) на них из полумрака пещеры. Идти было светло, казалось, стены излучают легкое голубоватое свечение. Петя и Волк прошли дальше, постепенно глаза привыкли к странному освещению, и стало видно, что от пещеры отходят несколько туннелей. В конце одного из них слабо брезжил свет.

– Может это она – Нощница? – спросил Петя.

– Я читал, что она живет на болоте, но чтобы в пещере… Не думаю.

Петя двинулся по туннелю, слыша за спиной сопение Волка. Почему-то это действовало на него умиротворяюще.

Туннель, вопреки ожиданию, не вывел друзей на поверхность.

Петя и Волк шли и шли, шли и шли, а вожделенного выхода все не было.

Со стен теперь постоянно текла вода, скапливаясь небольшими лужицами на полу. На этих лужах поочередно поскользнулись и Петя, и Волк. Под ногами и лапами чавкало, а путь то и дело преграждали груды камней. Теснота мешала принять вертикальное положение.

И вот, когда Петя уже собрался развернуться и топать обратно, они неожиданно куда-то вышли.

– Ура! – завопил мальчик, но Волк не был столь оптимистичен. Он принюхался. Огляделся. Глубокая ночь. Воздух влажный, и пахнет болотом. Гробовая тишина. Петя и Волк стояли на вершине холма. Далеко внизу сверкали яркие точки – кажется, это горели костры.

– Ура?

– Трава! – продолжал радоваться Петя. – Небо! Смотри, Волк, настоящее небо!

Небо было черным, с редким вкраплением звезд.

Беспокойство перешло в тихую панику, Волк ускорил шаги и обогнал Петю.

– Ты куда? – удивился тот, но припустил следом. – Что случилось? Почему ты бежишь?

Волк действительно уже почти бежал по холму. Он сам не знал почему. Просто ему здесь не нравилось, не нравилось до ломоты в висках. Все было каким-то неправильным: и воздух, и запахи, и пресловутая трава.

Что-то витало в воздухе, до боли знакомое и противное.

– Ой, е-е-е… – протянул Петя, но Волк уже и сам все видел.

Все пространство, насколько хватало взгляда, было покрыто сотнями геометрических фигур, залитых туманом. Впереди, тихое и огромное, лежало кладбище!

Из оцепенения Петю вывел Волк.

– «VESPASIAN HIC IACET FELIUS SEVERUS», – громко прочитал он. – «HIC SITUS TACEDONIUS STERNITURINFELIX ALIENO VULNERE». «Несчастный, он пал от удара, который был предназначен другому». Не понял…

– Ты знаешь латынь? – удивился Петя.

– Нет, тут на двух языках написано. Ничего не понимаю. Где мы очутились?

Петя тоже мало что понимал, и его это не вдохновляло.

– Странно, – продолжил рассуждать Волк. – Если я не ошибаюсь, это римское кладбище. Откуда здесь римляне?

Петя не успел задаться тем же вопросом, как тишину разорвал звук колокола. Один, два, три… Двенадцать.

Петя и Волк стояли посреди кладбища в двенадцать часов ночи.

Петя, до которого только сейчас дошел весь ужас их положения, истерически захихикал:

– Я надеюсь, сейчас из этих могилок не полезут… Ой, нет!

Надежда оказалась тщетной.

– На дерево! – рявкнул Волк, вдохновляя спутника личным примером. Там, где Петя только что стоял, земля задрожала, вздулась и лопнула. А из-под земли рывком вскинулась когтистая лапа. Несколько секунд она вслепую царапала землю вокруг, ничего не нацарапала и скрылась. Ненадолго. Мгновение спустя следом вылез весь ее владелец.

«На нашего Гошу похож». – подумал Петя.

Чуть раздвинув ветви старого дуба, мальчик завороженно наблюдал, как земля лопается, и на свет появляются целые полки «Гош» – белые скелеты в остатках золоченной формы. И медленно-медленно кладбище затягивал голубоватый туман, над поверхностью которого плавали могильные камни.

А из тумана поднимались фигуры…

Все, как один, подняли головы в сторону дерева, на котором укрывались Петя и Волк.

Словно ожидая чего-то. Словно, наблюдая…

На соседней ветке примостился Волк.

Такая, знаете ли, упитанная птичка, подумал Петя и нервно хихикнул. «Птичка» оказалась слишком увесистой, а дерево – слишком старым.

Будь проклят тот день, когда из шкафа вылез Волк в сопровождении Кота Баюна! Угораздило же связаться…

Петя прыгнул следом. И нос к носу столкнулся с жутким скелетообразным типом. Несколько секунд они таращились друг на друга (краем глаза Петя видел, как из каждой могилы поднималось похожее существо и начинало свое неторопливое движение).

Дробный стук зубов Волка не давал сосредоточиться, но, как ни странно, действовал успокаивающе.

Мертвец вскинул лапу, и, как по команде, все его сородичи повторили этот жест, указывая на живых.

– Мама! – заорал Петя.

– А-а-а-а! – солидарно завопил Волк, схватил напарника за шкирку, и друзья побежали прямо на скелетов. Похоже, те не ожидали такой наглости, потому что никак не среагировали. Петя с Волком успешно пронеслись сквозь строй несвежих «Гош» и вылетели на вершину холма. Скатились с него и заскочили в пещеру.

– И что теперь? – озвучил общую мысль Петя. Ответом ему стал протяжный, зловещий и унылый вой, раздавшийся прямо за спинами.

Друзья оглянулись.

От входа на Петю и Волка надвигался черный силуэт. И можно было различить, что это человек в надвинутом на лицо капюшоне.

Он двигался медленно, как в плохом сне, и совершенно бесшумно. Но самым страшным было его лицо, а, вернее, полное его отсутствие – на месте лица зияла черная дыра, из глубины которой на Петю и Волка взирали ярко-желтые горящие глаза.

Куда бежать и что делать вдруг резко перестало интересовать. Петя и Волк просто взяли ноги в руки и лапы в лапы и побежали.

После пяти минут бешеной гонки они увидели светло-серый четко очерченный полукруг:

– Туда! – простонал Волк. – Светает!

В лицо подул ветер, обещая скорое спасение.

– Выбрались! – стонал Петя. – Земля, блин! Земля!!!

Вой, летевший им вслед, красноречиво убеждал не сбавлять скорость.

Друзья бежали напролом, не зная куда, с хрустом проламываясь сквозь густой кустарник, каким-то чудом огибая деревья, ни разу ухитрились не споткнуться, как будто неслись над землей. И вдруг провалились куда-то в темноту, просто шагнули на очередную кочку и…