Кто ты?

Хладнокровный убийца или жертва,

у которой не хватило терпения?

– Куда мы идем?

Юстас двигается чуть впереди, заискивающе улыбается и зовет за собой. Он решительно шагает и совсем не настроен отвечать, поэтому слегка пожимает плечами, намекая на то, что Вильгельм слишком отстал. Тот едва поспевает за ним, постоянно оглядывается и боится нарваться на комендантов: все-таки за прогулки по ночам может серьезно влететь.

«Норне» петляет коридорами, тянет за собой, словно засасывает в водоворот. Вильгельм постоянно ежится от холода. Они спускаются по винтовой лестнице с резными коваными перилами. Все в академии уже спят, ни звука не доносится из соседних коридоров и блоков. Академия будто вымерла – настолько тихо не было даже в общежитии, из которого они выбирались.

– Увидишь, – легко бросает Юстас и тянет Вильгельма за рукав, вынуждая поторопиться. – Давай поскорее, что ж ты ногами еле перебираешь?

Он говорит тепло, а от этого не страшно идти вслед за ним. Вильгельм уверенно перескакивает с одной ступеньки на другую так, словно предвкушает невероятное приключение. Чем ниже они спускаются, тем холоднее становится. Январские ночи особенно морозные в Норвегии, и ветерок заползает в невидимые щели оконных рам и стен. Сквозняк покусывает за плечи, забирается под свитер, чуть обжигает кожу.

– Далеко еще? – Вильгельм чуть задыхается, спрыгивая с последней ступеньки.

– Почти пришли.

Они оказываются у длинного коридора, который упирается в единственную дверь, а узкие окна еле освещают пространство. Ламп здесь нет. Луну заволокли тучи, поэтому она не дарит своего света. Темно и зябко. Вильгельм чуть морщится, когда они ступают дальше по каменному неровному полу.

Эта часть академии выглядит заброшенной. Он ни разу здесь не был и не уверен, что хотел бы побывать. Но Юстас уверенно идет, и Вильгельм все еще воспринимает это как приключение, хотя тревога уже забирается под ребра, сворачиваясь там клубком.

Но Юстасу Вильгельм доверяет безоговорочно. Он слепо следует за ним, не пытаясь воспротивиться. Даже ранние пары следующим утром не помеха – выспаться можно в любой другой день.

– Что это за место?

Они подходят к большой двери, и Юстас тянет тяжелую ручку на себя. Им открывается небольшой захламленный амбар. По стенам тянутся полки с разной утварью и средствами, над камином висят давно неработающие астрономические часы. На расчищенном по центру столе стоят три свечи, обмотанные белой нитью, вокруг разлита вода. Краем глаза Вильгельм замечает, что такая же нить висит тонким браслетом на запястье Юстаса.

Дверь за ними захлопывается с тяжелым грохотом, и тревога внутри начинает по-волчьи выть.

– Прости, – слышится уже почти над самым ухом.

Вильгельм не успевает даже обернуться. Юстас жестко обхватывает его шею рукой и перекрывает кислород.