Будущее никогда не бывает таким, каким мы его себе представляем. Все так называемые предсказатели обычно отделываются настолько туманными прогнозами, что их можно трактовать и так, и эдак. Конечно, что-то сбывается, что-то нет. 50 на 50. Потому что общие тенденция развития, в принципе, схожи. И предсказать, скажем, появление новых научных открытий несложно. Хотя, например, в 80-х мобильные телефоны описывали только писатели-фантасты. А ведь они уже были созданы. Но вот распад СССР или войну в Ираке разве можно было предвидеть? И сегодня любители темы предсказаний шерстят всякие там пророчества Ванги и других «ясновидящих», с пеной у рта доказывая, что Нострадамус предвидел и Вторую мировую войну, и прочие ужасы. Может быть, не будем спорить. И все же настоящие предсказания или прогнозы можно сделать, только имея хорошую подготовку, опыт, знания на уровне эксперта, а главное – полный доступ к разного рода информации. Так работают аналитики в экономике. Поэтому предвидеть мировой кризис получилось. А вот методы борьбы с этим самым кризисом найти…

Одним словом, будущее изменить в настоящем вряд ли получится. Но иногда очень хочется…

Москва, год 1977, 25 января

В кабинете начальника Аналитического управления КГБ СССР генерал-майора Леонова сидела весьма разношерстная компания…. И хотя все собравшиеся были в штатском, несколько человек имели военную выправку и сидели за большим столом в центре кабинета прямо, будто аршин проглотили. Еще трое были похожи на каких-то ученых – таких на Западе называют «яйцеголовыми». Но самыми неожиданными посетителями этого кабинета были подростки – пятеро мальчишек в возрасте от 12 до 14 лет. Что они делали в таком кабинете и вообще в Аналитическом управлении Комитета государственной безопасности – эту загадку не смог разгадать молоденький лейтенант, выписывавший пацанам пропуска.

Начальник управления генерал-майор КГБ Леонов, сидя в своем кресле, с улыбкой оглядел всех собравшихся. Потом вышел из-за стола и подошел к окну. И уже оттуда, повернувшись к своим гостям, начал говорить.

– Итак, наши дорогие юные, точнее, уже взрослые пришельцы, не будем тянуть кота за известные всем подробности. Судя по тому, что все вы здесь, наши сотрудники провели с вами установочные беседы. При этом частично раскрыли всем вам суть того, что происходит. Ну и то, что мы понимаем, кто вы на самом деле. Но вот пока мы еще не понимаем, откуда вы. Вернее, я не совсем точно сформулировал – из какой именно страны вы прибыли. Мы этот вопрос еще не проработали досконально.

Он сделал паузу, еще раз оглядел всех, сидящих за узким столом переговоров. Затем продолжил.

– Для начала представлюсь – генерал-майор Николай Сергеевич Леонов, начальник Аналитического управления КГБ СССР. Рядом со мной сидят сотрудники Научно-исследовательский институт чародейства и волшебства, сокращенно – НИИ ЧАВО. Не улыбайтесь, я понимаю, что Стругацких вы читали. На самом деле это никакой не институт – просто секретная лаборатория при Комитете. Или воинская часть №10003. Итак, представляю вам моих сотрудников – Валерий Валентинович Кустов, Владимир Иванович Сафонов и Сергей Алексеевич Вронский. Их по праву можно назвать волшебниками. Потому что это не обычные люди, они умеют то, что мы с вами не умеем. Например, читать мысли, предсказывать будущее…

– Простите, товарищ генерал-майор, – поднялся со своего места крепенький парнишка. – Как раз будущее мы можем предсказать намного точнее ваших уважаемых сотрудников.

– Спасибо, Виктор. Ты сиди, сиди. Но ты не совсем прав. И сейчас вам Сергей Александрович объяснит почему. А его слова подтвердит один из вас – Максим Зверев. Но вначале разрешите вас друг с другом все же познакомить. Итак, волшебников вы увидели. Если по-научному, то эти люди называются биоэнергетиками.

– Аааа, экстрасенсы, – кивнул тот же парнишка.

– Как-как? Интересное слово, надо будет запомнить. Экстра… Понятно, сенсорные способности экстра-класса. Что ж, слово необычное, но неплохое, запоминающееся. В общем, идем дальше. Своих кураторов вы знаете, но каждый своего, поэтому еще раз их представлю. Начальник особой группы «Омега» майор КГБ Виктор Игоревич Шардин. Его заместитель, оперативный сотрудник группы, капитан КГБ Сергей Колесниченко. Кстати, свои капитанские звездочки он заслужил, спасая тебя, Максим.

Макс Зверев, который впервые услышал эту информация, пристально посмотрела на капитана. Тот улыбнулся в ответ.

– Идем дальше. Мы решили все же включить в нашу группу тех людей, которые были направлены нами в прошлом году в Днепропетровск для расследования загадочного и необычного явления. Это мы снова про Максима Зверева, днепропетровского школьника, с которого, собственно, и началась наша история. Наша и ваша, ребята, точнее, товарищи. Так вот, это наши сотрудники – капитан Виталий Краснощек, специалист по силовым контактам и капитан Александр Маринкевич – наш информационный гений. Любую информацию, которая есть на планете Земля, достанет и выложит мне на стол. Ну что ж, а теперь познакомлю вас друг с другом. И первый – это, конечно, Максим Зверев. Первый, которого мы заметили и с которого все началось.

– Ну, товарищ генерал-майор, вы меня долго не замечали. Да и не могли заметить – ничего сверхъестественного я не совершал, – решил прервать монолог генерала Макс.

– А твой подвиг в сберкассе? Представляете – одиннадцатилетний пионер уложил двух матерых рецидивистов, причем, один из которых – мастер спорта по вольной борьбе. Так вот, мастер этот угодил в больницу, а второй, вооруженный пистолетом – на кладбище.

– Таки да, ничего сверхъестественного, мальчик немного пошалил, – заметил худощавый, но довольно жилистый юноша, сидевший рядом с Максом.

– Ну, так сложились обстоятельства, надо было реагировать, вот я и «засветился». Я так или иначе бы это сделал, просто эти урки подвернулись. А так долго бы вы меня замечали, товарищ генерал… – гнул свою линию Зверев.

– Ладно-ладно, Зверев, мы тебе благодарны и за проявленную инициативу, и за помощь, и за то, что сразу пошел на контакт. Итак, сержант армии Донецкой народной республики, бывший украинский журналист Максим Зверев попал к нам из 2016 года в результате полученной контузии во время боевых действий на Донбассе. О которых мы еще поговорим отдельно. Но он пришел к нам не первый. Первым был Виктор Уткин, из Ленинграда.

Крепенький парнишка лет четырнадцати снова поднялся со своего места и театрально поклонился.

– Спасибо, Виктор, за быструю реакцию. Уткин пришел к нам из 2019 года, по времени «там» стартовал сюда последним, но появился здесь первым. Почему мы сразу к нему не проявили интерес? Виктор в своем времени занимал должность начальника главка в Министерстве юстиции и его кандидатура даже рассматривалась на пост министра. Поэтому у нас он очень резво начал свою деятельность в своем новом, точнее, молодом теле. Кстати, в нем он появился благодаря тому, что спас одну девочку от маньяка и убийцы. И, между прочим, это сделал не взрослый Виктор, а его, так сказать, предшественник. То есть, маленький Витя Уткин, без присутствия в сознании его же, но взрослого. Потом, потом все детали поясню, – замахал руками генерал на пытавшихся задавать вопросы ребят.

Леонов снова сделал паузу, затем продолжил.

– Итак, сейчас только краткое знакомство. Так вот, Витя наш и с Чурбановым – заместителем министра внутренних дел СССР – познакомился, и с самим министром, Щелоковым, и даже наш Генеральный секретарь ЦК КПССС Леонид Ильич Брежнев его в Кремле лично наградил. Герой! Но потом, пользуясь своей феноменальной памятью, которая нам еще ой как пригодится, Виктор Уткин стал записывать песни – из тех, что действительно стали петь в Союзе, но позже. И выдавать за свои. Так что очень быстро прославился, как юный гений. Ведь его песни стали петь Людмила Сенчина, Эдита Пьеха, Михаил Боярский, Лев Лещенко и даже Иосиф Кобзон. Мы сейчас немного умерили пыл «гения», – Леонов выделил слово «гений» и, посмотрев на Уткина, саркастически улыбнулся.

Уткин немного сник. Генерал продолжил.

– Потому что гениальность Уткина нам нужна на другом поприще. Но к этому мы еще вернемся. Идем дальше. Рядом с Максимом Зверевым сидит Михаил Филькенштейн по кличке Филин. Ему 14 лет, на самом деле – 46. Бывший рецидивист, «катала», эмигрировал в Израиль. Мастер единоборств, специализируется на системе «крав-мага». Попал к нам в результате артобстрела Хайфы с палестинских территорий. Да, кстати, все вы к нам попали из так называемых горячих точек в период обострений военных или гражданских конфликтов. Виктора Уткина понесло в Испанию, решил поехать в Барселону и очень не вовремя – Каталония решила отделиться от Испании. Мадрид, естественно, такое своеволие не стерпел. И там сейчас происходят события, подобные тем, что стали ранее происходить в Украине, из которой к нам прибыли Максим Зверев, и его боевой товарищ Кёсиро Токугава. Вот он, – Леонов указал на мальчика японской внешности.

Впрочем, можно было не указывать – все и так поняли, о ком говорит генерал.

– Кёсиро Токугава так же служил в армии Донецкой народной республики, в диверсионно-разведывательной группе, которой командовал сержант Максим Зверев. Вот только Максим, наверное, не знал, что Токугава на самом деле майор ГРУ, работал в Главном управлении агентурно-оперативной разведки, и был задействован в операции под кодовым названием «Северный ветер». То есть, наш коллега, который выполнял секретное задание в ДНР, имея прикрытия в виде разведчика ДРГ «Стикс».

Макс удивленно, словно в первый раз увидел, посмотрел на Костю-Японца. Тот улыбнулся в ответ и приложил палец к губам, мол, потом все объясню. Генерал это заметил и улыбнулся.

– Кёсиро в своем мальчишеском теле успел тут дров наломать, пришлось в Ростов целую «Альфу» вызывать и шороху там наводить. Хотя, нет, шороху на местное ворье Кёсиро, или, как его там называют, Костя-Японец, сам навел. На пару со своим отцом, бывшим сотрудником ГРУ. Они вдвоем отразили нападение целой банды. А мы уже так, порядок потом наводили.

И, наконец, последний из вас – Иван Громов из Волгограда. У него редкий талант, редкий даже для взрослого – он великолепно стреляет. Иван тоже в прошлом сотрудник ГРУ, снайпер. Попал сюда после того, как получил тяжелое ранение в Сирии летом 2018 года, где присутствуют – в будущем, разумеется – наши русские специалисты. Итак, вы все в сборе, познакомились и сейчас Сергей Алексеевич Вронский разъяснит вам все подробности, а главное – расскажет, зачем мы всех вас нашли, и зачем собрали здесь, – Леонов подошел к столу, за которым сидели все его гости, отодвинул свободный стул, который стоял с самого краю, и сел, как бы уравняв себя со всеми.

Невысокий пожилой мужчина в очках с пронзительным взглядом, сидевший рядом с генералом, не вставая со своего места, кивнул головой генералу и начал говорить.

– Сотрудники недавно созданной особой группы КГБ «Омега», а также сотрудники секретной лаборатории, которая занимается изучением и развитием экстрасенсорных способностей человека, конечно же, знают все, о чем я сейчас вам расскажу. Но в начале хочу уточнить вот что. Все мы, здесь собравшиеся, кроме, пока что вас, так сказать, гостей из будущего, служим своему государству, своей Родине – СССР. Но кроме руководителей государства есть еще группа людей, осуществляющих, так сказать, коррекцию этой реальности. Мягкую и незаметную. Точнее, контролирующая высшее руководство страны.

– Вы имеете ввиду криптократию? – снова не выдержал Виктор Уткин.

– Сразу видно, что человек побывал во властных структурах. Да, Виктор, я имею ввиду власть, которую никто не знает, не видит. Так сказать, теневое правительство, или, если точнее, неких управляющих, которые фактически руководят государством. Но, конечно же, вам я рассказывать подробности не буду, достаточно самого факта. Мы, то есть, я, Сергей Вронский, Валерий Кустов и Владимир Сафонов, сотрудники КГБ, точнее, секретного подразделения Минобороны под кодовым названием в/ч №10003 – мы не удивились тому, что произошел перенос вашего сознания из будущего в прошлое. С точки зрения квантовой физики такой процесс теоретически возможен. Так что в данном случае практика подтвердила теорию. Но сейчас не об этом.

Вронский посмотрел на генерала, то кивнул.

– Итак, мы приняли ваше появление, как некую константу и стали строить дальнейшие планы с учетом новых возможностей. А организация, о которой я упомянул, носит кодовое название «Комитет государственного контроля». Мы, члены этой организации, выполняем задания не только нашего непосредственного руководства, – Вронский сделал кивок в сторону Леонова, – но и руководства «Комитета». Точнее, не руководства, а… Как бы это выразиться? В общем, в Комитете нет главных, нет руководителей – для решения какой-то проблемы собирается кворум из специалистов, хорошо понимающих эту проблему и профессионально разбирающихся в методах ее решения. Так вот, с вашим появлением наша задача упрощается. Мы теперь точно будем знать, что, а главное – где конкретно произошли необратимые изменения. И кто конкретно в этом принимал участие. После чего, опять же, с вашей помощью, станем более четко корректировать нынешнюю реальность. Чтобы не допустить того, что стало вашей реальностью.

– Подождите, но если вы… мы сейчас изменим эту реальность, то нашей реальности просто не будет? – снова не выдержал Уткин.

– Да, интересная теория, но, похоже, практика скажется и на нас, – поддержал его молчавший до этого Иван Громов.

Вронский снял очки, прищурился и с интересом осмотрел всех «попаданцев». Кёсиро Токугава, Михаил Филькенштейн и Максим Зверев молчали. Японец просто принимал все, как должное, Филин сразу согласился на любые действия, а Максим…

В этот момент Вронский произнес его имя.

– У нас есть подтверждение теории изменения реальности, которое произвел ваш, так сказать, коллега, Максим Зверев. Похоже, только он из всей вашей компании имеет возможность перемещаться обратно. Что и доказал совершенно недавно. Максим, хочешь рассказать?

Макс посмотрел на экстрасенса и покачал головой.

– Нет, Сергей Алексеевич, Вы уж сами расскажите… Я еще не во всем разобрался…

Вронский улыбнулся.

– Понятно. Кстати, твое последнее перемещение в другое время моими коллегами, Валерий Валентиновичем и Владимиром Ивановичем, не было зафиксировано. Так что твой рассказ о попадании в себя восемнадцатилетнего требует отдельного изучения. Но сейчас не об этом. Итак, друзья мои, Максим Зверев попал обратно, в свое, так сказать, время, точнее, в 2016 год. И знаете, что увидел?

Сергей Алексеевич сделал многозначительную паузу. Все, даже офицеры КГБ вопросительно смотрели на легендарного Мерлина.

– Так вот, Зверев попал в Украину. Но в другую. Не в ту, из которой он попал сюда, в СССР. Вернее, не совсем в ту.

– Как это? –удивился майор Шардин. – А в какую? То есть, я хотел спросить – чем она отличалась от изначальной?

Вронский улыбнулся.

– Да, на первый взгляд, почти ничем. И распад СССР случился, после чего Украина стала независимой, и война гражданская там произошла… Потом, потом подробности, товарищи офицеры. – жестом остановил Мерлин вопросы, которые готов был снова задавать Шардин. – Так вот, все вроде бы было так же. С маленькой поправочкой.

– Наверное, Украина на этот раз не ссорилась с Россией? – подал внезапно голос сидевший, как каменное изваяние Кёсиро Токугава.

– Знаете, Костя, – Вронский назвал японца так, как его все время называли его друзья, – вы удивительно догадливы. Но не только это. Ведь в той Украине, из которой Зверев попал к нам, всё же произошел государственный переворот. После чего и началась гражданская война. Новая власть откровенных националистов послала армию на подавление восстания на Донбассе. Там отказались подчиняться путчистам.

– А куда делась законная власть? Кто там у них правил – гетман? – на этот раз вопрос задал Сергей Колесниченко.

– Правил у них президент. И его свергли, после чего он бежал в Россию. Но вот в новой Украине, куда из нашего времени переместился Зверев, этого президента вообще не было!

– Как это – не было? А кто был? – снова спросил Витя Уткин. – Насколько я помню, все было так, как вы рассказываете. Там был президентом Виктор Янукович, он сейчас… то есть, тогда, в моей истории, бежал в Ростов и там, кажется, и живет… то, есть, жил.

Вронский покачал головой.

– А вот здесь как раз и кроется, на мой взгляд, эффект бабочки для Украины. Вы же помните рассказ Брэдбэри? В том варианте прошлого, в которое попал Максим, Януковича вообще не оказалось. Он тщательно проверил все новостные архивы и не нашел ни единого упоминания о таком человеке. Правильно, Максим?

Зверь кивнул.

– Да, не было Януковича. Никогда. Президентом Украины стала Юлия Тимошенко, и, когда случился Майдан…

Макс заметил удивленные глаза генерал-майора Леонова и поправился.

– …когда случился государственный переворот на Украине, начиная с протестов на главной площади Киева – Майдане Независимости, президент Тимошенко не стала терпеть всю эту вакханалию. Она отдала приказ милиции применять жесткие меры, а когда у так называемых мирных протестующих появилось внезапно оружие, милиция сразу же стала стрелять на поражение в ответ на любые агрессивные действия.

– Поверить не могу… Граждане с оружием стреляют в милиционеров? – покачал головой Леонов.

– Вы еще многого не можете себе представить, товарищ генерал-майор, – сказал Вронский. – Не можете и не должны. Потому что мы, я надеюсь, этого уже не допустим. Но продолжай, Максим.

– Так вот. Тимошенко, как и в моей истории, не подписала так называемый ЗСТ – договор о зоне свободной торговли с Европой. Он был совершенно невыгоден ни Украине, ни России, но именно его через своих европейским вассалов Соединенные Штаты навязывали украинскому президенту. Удар был нацелен на Россию, прежде всего экономический, потому что после развала СССР многие партнерские отношения промышленных предприятий, да и целых отраслей некогда единой страны сохранились. Так вот, после неподписания этого договора Вашингтон инспирировал все эти так называемые протесты. А новый президент Тимошенко этих так называемых «мирных» протестующих с дубьем и «коктейлями Молотова» разогнала. Тем более, после того как те обзавелись автоматами и стали стрелять в милицию.

– И что тогда? Не было, получается, войны? – спросил Токугава.

– Увы, война произошла. Но не та, в которой мы с тобой, Костя, принимали участие. Я очнулся не под Авдеевкой, где меня шарахнуло снарядом, а во Львове. И война шла именно там. В Западной Украине!

– Вот это номер! Значит, западенцы не признали решение президента правильным? И начали свой Майдан! – уже не спросил, а констатировал факт Уткин.

– Нет, майданить они не начинали – сразу выступили с оружием против власти, – ответил Макс. – Разоружали воинские части, милицию, СБУ. Ну и, конечно же, Штаты подбросили кое-что. Но главное – в бунтующие Буковину, Галычину и Волынь ввела свои воинские подразделения Польша. Якобы миротворческий контингент. Само собой, вмешались вооруженные силы Украины. Кстати, имели полное право – ведь на западе Украины не просто протестовали, а стали стрелять. В общем, Тимошенко тоже отдала приказ начать антитеррористическую операцию. А с поляками ВСУ старались не ссориться, разграничив зоны ответственности.

–Так, а что же Янукович? Почему его не было? – не унимался Уткин.

– На этот вопрос могу вам ответить я, – внезапно поднялся со своего места капитан КГБ Александр Маринкевич.

– Я получил приказ непосредственно от генерала Леонова и провел расследование. Проверил все контакты мальчика, – он кивнул на Максима Зверева, – и проследил их деятельность. Так вот, как уже докладывал капитан Колесниченко, вор по кличке «Варган» – гражданин Варганов Виталий Владимирович – попытался напасть на Максима Зверева и Владимира Ивановича Сафонова. И капитан Колесниченко, страховавший Максима и нашего сотрудника, прострелил нападавшему руку. Но пока он оказывал раненному Максиму первую помощь, нападавший успел скрыться. Как оказалось, он по поручению вора в законе Степанова Александра Васильевича, по кличке «Шурик хромой» поехал на автобазу «Орджоникидзеуголь» в Енакиево. Там он имел контакт с директором автобазы. Как выяснили наши донецкие коллеги, директором автобазы непонятно каким образом стал некий Виктор Федорович Янукович, дважды судимый за хулиганство. При этом он также умудрился стать кандидатом в члены КПСС. Но дело не в этом. Варганов приехал требовать с Януковича старый долг, тот повел себя агрессивно и Варганов во время вспыхнувшей ссоры ножом нанес смертельное ранение Януковичу.

– Во как! Получается, Януковича просто не было в новой истории? – удивленно произнес Уткин. – Ну дела!

– Да, именно так, – снова взял слово Вронский. – Максим, сам того не желая, попав в прошлое, изменил будущее. Если бы не прокол с нападением на Зверева, Варганов не поехал бы в Енакиево. А самое главное – пресекая нападение вора в законе Фиксы на сберкассу Максим его убил. Если бы Фикса, он же гражданин Андрей Малахов, лично приехал бы к Януковичу, тот бы не стал брыкаться и заплатил долг. И все пошло бы по той колее, как и в первом варианте развития независимой Украины. Таким образом, блестяще подтвердилась теория о роли личности в истории.

– Но война все же произошла, – спокойно заметил Токугава.

– Правильно, дорогой коллега, никто не отменял ни геополитические процессы, ни всемирную историю. Противостояние сверхдержав в любом случае выливается в войны, тайные и явные. И в таких войнах воюют чужими руками. Украина, отделившись от СССР, изначально была обречена стать буфером между набирающей силу Российской Федерацией, и западным миром, прежде всего, в лице США.

– Но, получается, изменить ход истории можно? Если только один человек исчез, и такое произошло, то что будет… – Уткин не договорил.

Вронский внимательно посмотрел на всех.

– А вот именно поэтому мы вас всех здесь и собрали.