Я быстро осмотрелся – похоже, раны получили все, кроме меня. Все Высшие висели в воздухе. Сфера возвращала к жизни своих избалованных детей. Надо срочно исчезать, но на меня, открыв пасти и выпучив глаза, смотрели Рангуны. Я сейчас точно герой. Не сомневаюсь в том, что если сейчас уйду в переход, мгновенно превращусь из героя в козла, обманувшего их в лучших чувствах. Наверняка, они еще ни разу не видели Рангуна, в упор расстреливавшего Высшего. Это смелость запредельного уровня, граничащая с безумием. Ну а Высших, пытающихся убить таких же Высших, они видят каждый день. Поэтому я картинно помахал своим зрителям, развернулся и нагло пошел к выходу. А чего мне бояться? Страж меня уже остановил, снова убивать его подопечных я не собираюсь. Все, я свободен. Ну а для других опасностей у меня теперь есть оружие. Я не сомневался в том, что его бывший хозяин не побежит за мной. Кто захочет связываться с героем? Тем более с таким отмороженным?

Шагнул в переход я только тогда, когда отошел от Пьяной Звезды метров пятьдесят. Город слишком густонаселен, чтобы заметить даже такое происшествие, как драка Высших. Оно взволновало только посетителей заведения. Я зашел в зализанную, со скругленными углами арку прохода во внутренний двор дома-муравейника, а вышел уже в почти таком же, но в другом районе. В том, где я начинал утро. Сфера перенесла меня прямо к штаб-квартире Идлива. Надеюсь, в этот раз ничего не помешает. Я осмотрелся – никто не заметил, как я появился? На меня никто не смотрел. Если кто и видел, то не обратил внимания. Высшие то и дело отправляют своих слуг Рангунов через переход. А то, что не появлялись двери, так, может, просто не заметил. Идти сразу к Идливу неразумно. Как я ему объясню свои приключения? Тем более высока вероятность, что его могли прикончить те Сангиры. Надо сначала немного осмотреться.

Я заказал сумку такую же, какую видел у торговцев наверху, на базаре. Она мгновенно появилась у моих ног. Забросил туда подаренное оружие и направился в ближайшее заведение, где можно посидеть. Как раз напротив находился местный аналог нашего кафе. Его вывеска со сменяющимися аппетитными блюдами призывно светилась. Я прошел через слабоосвещенную улицу-ущелье и зашел в заведение больше похожее на пещеру. Полумрак, лишь небольшая подсветка у столов. Но зато жарко и сухо. Даже веял настоящий горячий ветерок. Отличное место для расслабления рептилий. Посетителей немного. Заняты всего несколько столов, приткнувшихся к стенам вдоль закругленного длинного зала. Я выбрал стол недалеко от входа. Окно здесь одно, только во входной двери. Рангуны не любят окна. А мне хотелось видеть дом Идлива. Он как раз напротив. Я заказал обычный кусок холодного мяса и большую чашку бульона – то, что я съел в Пьяной Звезде, там и сгорело в той киношной битве – сейчас я опять хотел есть.

Сразу расспрашивать официанта – темно-зеленую усталую рептилию – я не стал. Пусть сначала принесет еду. Я ждал заказ, а сам все время поглядывал на дверь. Хорошо бы, если бы сейчас вдруг зашел кто-нибудь из бойцов Идлива. Из тех, кого я уже знал. Понятно, что никто не появился. Случайности бывают только плохие. Закон подлости действует во всех мирах. Я принюхался. На меня повеяло чем-то знакомым, где-то я уже встречал этот запах.

– Это ты?!

Я обернулся. Передо мной стояла самка. Та самая, что предлагала мне себя вчера в Пьяной Звезде. Так вот откуда этот запах, его ни с чем нельзя спутать. Блин, я правильно подумал – случайности бывают только с отрицательным знаком. Мне совсем не нужен здесь свидетель моих приключений. А судя по интонации, она меня точно видела. Неужели и сегодня? Но вряд ли. Я шагнул сюда через переход, а она должна добираться транспортом. Не успела бы. Я успокоился и кивнул:

– Я.

Однако она стояла в нерешительности и вглядывалась в мою морду. «Не узнает? – догадался я. – Ну и отлично. Не зря мы с Ромкой трудились». Похоже, это действительно сделано хорошо. Не узнали охранники на входе, и вот теперь эта самка тоже. Но оказалось, что её провести сложнее. Она склонилась ко мне.

– Ты подрисовал себя, что ли? Зачем? Кое-как тебя узнала. Хорошо, что со спины сначала увидела. Я фигуры запоминаю очень хорошо.

И вдруг она на секунду замолчала, словно что-то увидела еще. Зрачок у нее расширился, заняв почти весь глаз. Потом она откинулась и выдала такое, что я опешил.

– Так это ты был сегодня там?! Опять?

– Ты про что?

– Не приставляйся! Я только сейчас это поняла! Что это ты. Конечно, двух таких сумасшедших быть не может.

Я махнул лапой, пытаясь её остановить, но она не унималась:

– Ну, ты даешь! Мне сейчас про тебя все уши прожужжали. Подружка звонила только полчаса назад.

Я усмехнулся – слава летит впереди героя. Самочка же никак не могла остановиться:

– Ты, правда, сумасшедший?

Я заметил, что возвращается официант, и схватил самку за лапу.

– Садись. Поговорим.

Она с готовностью плюхнулась в кресло напротив. Похоже, известный персонаж всегда пользуется популярностью у противоположного пола. Хоть у людей, хоть у рептилий. Как только я прикоснулся к самке, желание зашевелившееся, когда я уловил запах, стало нестерпимым.

– Прекрати завлекать меня!

Самочка заулыбалась, показывая прекрасные резцы и клыки. Будь я человеком, никогда не заговорил бы с такой особью. Одним укусом килограмм тела вырвет. Сейчас же она показалась мне очень милой. И вдруг в одно мгновение наваждение исчезло. Значит, я прав, она делает это специально.

– Всё, всё. Я больше не буду, – опять заулыбалась она. – Но скажи, это правда? То, что ты сегодня натворил?

Я осторожно задвинул сумку под стол, и знаком показал самке, чтобы она молчала. Мне не хотелось, чтобы кто-то ещё услышал, как она восторгается моими подвигами. Как только хмурый Рангун выставил заказ на стол и отошёл, я спросил соседку:

– Как тебя зовут?

– Гьири.

– Как ты тут оказалась?

– Я здесь живу.

– В том доме?

Я показал на двери. Там за окном светились фонари на доме Идлива.

– Да. Паршивая комнатка, но пока за неё платит Идлив, жить можно.

– Платит Идлив? Почему? Ты родственница?

Она ещё не начала отвечать, а я уже понял, что затупил. Ясно, почему платит – она на него работает. Ответ подтвердил мою догадку.

– Как почему? Ты же видел, я работаю в «Пьяной Звезде». Значит, на клан Идлива. Мы все здесь живём. Если уйду из Звезды, меня выкинут из жилья.

«Блин, как из фильма про мафию. Или как будто на Земле в девяностые». Крёстный отец даёт и работу, и кров. Я встряхнулся: меня это не касается, пусть живут, как хотят. Они даже не моей расы. Главное, о чём я должен думать, это о том, что в доме про меня знают все. И про сегодняшние дела, наверняка тоже. Но отступать некуда, если искать снова, можно протянуть ещё чёрт знает сколько дней.

– Так может, ты знаешь – Идлив сейчас в доме?

– Ну ты даёшь! Откуда я такое могу знать? Да и не хочу. Не надо лезть в дела бандитов. Я хочу ещё пожить. А тебе зачем?

Я не стал отвечать, вместо этого снова спросил:

– А ты не слышала, что тут произошло утром?

– Ты про Высших? – тихо спросила она. Я кивнул:

– Да, про Сангиров.

– Молчи, – она быстро оглянулась, и прошептала: – Про это здесь говорить нельзя.

Значит, что-то было. И серьезное. Неужели всё-таки придётся искать новых бойцов?

– Слушай, Гьири, раз ты живёшь тут рядом, может, мы у тебя поговорим? Ты одна живёшь?

Мне край нужно попасть в дом обычным путем. Если я пройду туда через переход и попадусь, ни один Рангун со мной говорить не будет. Этот вариант, я оставлял на самый крайний случай. Я не ожидал, что моё предложение, Гьири истолкует по-своему:

– Ты хочешь меня снять?

Я удивленно вскинул на нее глаза, но тут же сориентировался и кивнул.

– Я не против. Деньги всегда нужны. Но в моей квартире будет дороже.

Вот как раз это меня волновало меньше всего. Хотя я и не собирался пользоваться её услугами, но заплачу я ей по-царски. Хорошо быть Высшим.

Квартира оказалась точно такой же, в какой вчера ночевал я. Похоже, все рядовые члены клана Идлива имели одинаковое жилье. Самочка Гьири, несмотря на кажущуюся «блондинистость», оказалась особой практичной. Как только мы вошли, она спросила:

– Могу я тебя как-нибудь называть? Или ты не хочешь?

Мне все равно, но мое настоящее имя пришло в голову первым.

– Зови меня Игор.

– Хорошее имя. Игор, тогда покажи монеты. Не обижайся. Если не заплатишь, с тебя Идлив долг все равно выбьет. Но это такая возня. Я не люблю.

– Да без проблем.

Кристалл Рангунской валютой я заполнил еще перед вчерашним походом в Звезду. И сумма там почти не уменьшилась. Я достал пластинку.

– Давай свой жетон.

И тут она меня опять удивила.

– А у тебя нет монет? Мне нужны наличные.

– Как это может быть?

Я знал, что на Птанели у каждого имелся личный кристалл-жетон. Кошелек и удостоверение личности сразу. Это Высшим ничего подобного не нужно. Все о тебе знает Сфера. И платить ни за что не нужно. Но остальные расы живут в обычных государствах.

– Ну, так получилось, – она явно не хотела об этом говорить. Не хочет, ну и не надо. Будут ей монеты.

– Можно я схожу в туалет, потом решим этот вопрос.

– Иди. Вон по коридору. А перевести в монеты можно в том кафе, где мы сидели.

– Без вопросов. Решим.

Где туалет, я знал и без указаний. Вчера ночевал в такой же конуре. Добыть монеты действительно не составило никакого труда. Я подставил ладонь, и тут же в ней оказалось то, что представил: кучка пластиковых пластин с картинками и номиналом. Уединялся я только для того, чтобы Гьири не увидела.

Когда я выдал ей пластинку с пятью монетами, зрачок у нее опять расширился. Она явно не ожидала такого. Сама она попросила три. Но отказываться она не стала. Быстро спрятала деньги в щель на комбинезоне и радостно заурчала.

– Ты мне нравишься! Я тебя так обслужу, что ты никогда не забудешь!

Я пожалел, что не дал больше. Радость её оказалась такой искренней, а мне это вообще ничего не стоило. Однако теперь наступал щекотливый момент. Интересно, как она воспримет то, что мне от нее ничего не нужно. Главное – проход в здание, я уже получил.

– Послушай, Гьири. Мне не нужны твои услуги, мне…

Договорить я не успел—я вдруг почувствовал, что страшно хочу эту жаркую самочку! Мне казалось, что даже пластинки на коже встали дыбом. Гьири мгновенно освободилась от комбинезона. Он соскользнул с нее и упал на пол. Голая самка прыгнула на меня; я зарычал и вонзил когти ей в спину. И тут же выгнулся: ее когти тоже вошли в мою плоть.

Очнулся я в спальне. Тут нашлось единственное отличие от моей вчерашней квартиры: кровать походила не на ванну, а на полноценный бассейн. Черт! Почему я еще здесь? Я прекрасно помнил почему, но боялся в это поверить. Срань! Неужели это я творил? Картины безудержного секса вновь поплыли перед глазами, и я тут ощутил, что еще хочу. И еще я очень хотел есть! Съел бы целого барана или свинью! Я выругался. К черту! Все перепуталось в моей голове. Какие бараны? Какие свиньи? Я в мире Сферы, и в личине рептилии. И еще – я чокнутый извращенец!

– Сейчас, сейчас, не умирай. Я уже все несу,– голос из соседней комнаты заставил меня вздрогнуть. Гьири! Я сел и лихорадочно закрутил головой в поисках какой-нибудь накидки. Сейчас, когда сумасшествие закончилось, я не мог предстать перед самкой голым. Но в комнате ничего не было. Я вскочил. Но и на полу моего комбинезона тоже нет. Похоже, я скинул его на ходу, в коридоре. Я дернулся спрятаться за ложе, но было уже поздно – Гьири, тоже голая, откинула штору и вошла в спальню. Я непроизвольно прикрыл лапами свое причинное место. Рангунка несла огромный поднос, заставленный всякой едой. Даже сквозь стыд я почувствовал, что это именно то, чего я сейчас хочу больше всего.

Самочка увидела мою позу и страшно развеселилась:

– Ты что? Застеснялся? – она оскалилась, показывая свою прекрасную страшную улыбку. – Поздно уже. Я все видела. Иди, лучше возьми поднос.

Я сообразил, что выгляжу, действительно, глупо. Она права – стесняться надо было раньше. Потом мысленно плюнул, шагнул к краю кровати и забрал поднос.

Мы полулежали, опираясь спинами на борт кровати-бассейна, и без остановки поглощали все, что находилось на блюде. Я даже забыл, что хотел хорошенько отругать Гьири за то, что она со мной сотворила. Ведь даже Ромка бы, наверное, понял, что вся эта эпическая страсть, это дело её лап, или желез, или еще чего. Прямо сейчас мы лежим абсолютно голые, касаемся друг друга, но я не чувствую никакого влечения. Я опять вспомнил недавнее сжигающее чувство плотской похоти, и поежился. Черт, ведь так они тут из самцов могут веревки вить. Надо быть осторожнее. Почему же я ничего об этом не знаю? Ни один Рангун ни разу при мне не говорил о сексе. Или как правильнее – о спаривании? И сам я не встречал никакой информации подобного рода. Хотя если честно, то я и не интересовался такими делами. Наверняка и не стал бы смотреть. Зачем оно мне? Даже в страшном сне мне не приснилось бы, что я буду заниматься сексом в облике рептилии.

Самка хитро взглянула на меня, прожевала и вдруг спросила:

– Ты где так научился? У меня первый раз такое. Ты просто зверь.

Я чуть не подавился. «Что? Ей понравилось? А если сказать ей, что у меня это первый секс?» Ну, конечно, в таком виде. Чтобы не отвечать, я нарочно откусил здоровенный кусок мяса и показал на пасть – мол, прожую, потом. Секса у меня хватало. Особенно последнее время. В том доме, где нас держала Йелио, мы с Зумбой отрывались почти каждую ночь. Я вспомнил Ольгу. И вдруг я вспомнил, где секс был у нас похожим на сегодняшний. Это в тот раз на вышке, на Посту, когда одной железкой Ольга перебила целую кучу тварей. Тогда было похожее животное соитие. Я же тогда не знал, что Ольга уже начала перерождаться. Как только я вспомнил об Ольге, на душе сразу стало тоскливо. «Что я творю? Сволочь. Пришел сюда дело делать, а сам занимаюсь хрен знает чем».

– У меня такое ощущение, – задумчиво сказала Гьири. – Что до этого я всю жизнь занималась этим неправильно.

Она посмотрела на меня и опять оскалилась.

– Смеешься, наверное? Думаешь, ничего себе профессионалка – ничего не умеет.

– Что-то не так? – я, наконец, прожевал. Спросил только чтобы поддержать беседу. Надо сворачиваться. Пора идти искать бойцов.

– Ты еще спрашиваешь? Да все не так. Еще ни один самец не делал со мной такое.

Что такое? Я даже испугался. Что я такое натворил? Несмотря на страсть, парализовавшую мою волю, я помнил почти все. И я не делал ничего такого, чего не делал с Ольгой. Да я и не такой выдумщик в этих делах, как некоторые. То, что страсть огненная, это да. Но виноват в этом совсем не я. Это тело Рангуна и её возбуждающий аромат. Не зная, что сказать, я просто отболтался:

– Да, все как обычно. Я всегда такой.

– Ничего себе – всегда такой! Я уже опять хочу. Давай повторим. Если у тебя нет денег, я согласна и так.

Вот тут я уже испугался по-настоящему. Если она сейчас опять включит свое колдовство, я точно могу зависнуть здесь надолго.

– Нет, нет! – быстро ответил я. – Не делай этого. В следующий раз. Пойми, у меня срочные дела. Если я их не сделаю, мне будет очень плохо.

– Вечно вы самцы со своими делами, – беззлобно сказала она. – Ладно, иди. Только доешь, а то упадешь еще где-нибудь.

Я выдохнул. Не стала включать свою приманку. И в то же время почувствовал досаду. С удивлением понял, что, несмотря на то, что я переживаю об Ольге, подсознательно мне хотелось повторить все, что недавно тут творилось. Черт! А ведь это, наверное, то самое, о чем говорила Йелио. Тело Рангуна начинает подминать под себя мои человеческие мозги. Надо срочно доделывать дела и превращаться. Не дай бог переступлю грань.

Но бросить недоеденную еду я не мог, силы мне еще понадобятся. Поэтому и не успел. Я еще жевал, когда запел сигнал гостя. Я вопросительно посмотрел на Гьири – кто?

– Не знаю. Сейчас посмотрю.

Она ушла. Через секунду вернулась и бросила мне мой комбинезон. Я схватил и сразу нащупал финку. На месте. Значит, все будет хорошо. Пропела дверь. Я прислушался. В крошечных конурах Идлива уединиться невозможно, так что я сразу разобрал, что пришла еще самка. «Наверное, соседка», – подумал я. Не одна же Гьири работает на этого босса. Судя по количеству раскрашенных самочек в Пьяной Звезде, их тут должен быть целый подъезд. Что они говорят, я разобрать все-таки не смог, но тон явно веселый. Не меня ли обсуждают? – усмехнулся я. Но возражать я бы не стал. Судя по реакции Гьири, мне можно гордиться.

Я уже оделся и доел все, а моя подруга так и не вернулась. Теперь они спорили. Да, в чем дело? Мне уже край надо уходить. И так задержался.

Гьири словно почувствовала мое нетерпение. Она откинула шторку и просунула голову.

– Игор, с тобой хотят поговорить. Выйдешь?

Вот этого я точно не ожидал. Поговорить? Со мной? О чем? Однако вместо этого я спросил:

– А кто там?

– Моя подруга.

Я не выдержал:

– Что ты ей рассказала?

Гьири сделала виноватую морду и зашептала:

– Я только немного похвасталась. Но она про тебя уже слышала. Ты не бойся, просто поговори. Она очень просит.

Ну, дела. Подруга, которая знает обо мне и хочет поговорить. Заинтриговала. Знакомых рептилий-самочек у меня точно нет.

– Ладно. Сейчас выйду. Только недолго. Мне надо уходить.

– Я ей уже сказала про это.