– Куда ты теперь можешь уйти?

Ты теперь в клане. Об этом все знают. Если ты исчезнешь, вокруг начнут шептаться, что Идлив испугался. Прогнулся. И мы в момент потеряем уважение. Ты же знаешь, что все только и ждут, когда ты дашь слабину. Мало тут было Низших, так сейчас еще и банды Диких появились. Все хотят закрепиться на Птанели. Самый жирный кусок в этом мире.

Идлива понесло. В другое время я бы с удовольствием послушал его. Ведь можно узнать, что творится здесь на Птанели из первых рук. Но сейчас не до этого. Сначала я хотел услышать, как мы решим вопрос с Сангирами. Идлив же распалялся все больше:

– Эти сраные ящеры вообще распоясались. Но не им указывать, что мне делать. Было время, когда Рангуны всех этих ящериц в узде держали.

Страшный рык заглушил последние слова. И в тот же момент зал начал заполняться монстрами. Помещение сразу словно уменьшилось. Четыре огромных Сангира в одно мгновение разоружили охрану Идлива. Лишь один из Рангунов попробовал сопротивляться и за это сразу лишился головы. Я понял, что пора исчезать отсюда – дергающееся обезглавленное тело на полу ясно говорило об этом. Однако я медлил, сам не понимая почему. К своему удивлению, я почти не волновался. Страж не даст мне умереть, а то, что Сангиры натворят с Идливом и его Рангунами, меня не касалось. Надо уходить, – звенело у меня в мозгу, но я не двигался с места. Хорошо быть Высшим, – уже в который раз констатировал я. Зато остальные Рангуны явно нервничали. Краски на их телах побледнели. В углу зала вдруг проявилась дверь. Кто это еще? Оттуда появилась молодая рептилия. Рагун показал на меня и пискнул: «Это он!» После чего попытался быстро шагнуть обратно в тающую дверь. Однако было уже поздно. Дверь – проход для Рангунов – исчезла.

– Отпустите меня! Вы обещали! Они убьют меня…

Трясущийся Рангун-официант из «Пьяной Звезды» умоляюще переводил взгляд с одного ящера на другого. Однако те не обратили на мольбы никакого внимания. Они вообще не смотрели на доносчика. Я не удивился – обычное дело для этого мира: Высших не интересует жизнь представителей других каст. Мавр сделал свое дело, мавр может умереть. И страхи официанта тут же подтвердил Идлив. Он прошипел:

– Тебе конец, мальчишка…

 Тот рухнул на колени и задрожал. Мне стало жалко его. Но меня тут же отвлекли.

Сангир рыкнул на Идлива:

– Заткнись, червяк. С тобой мы разберемся отдельно. Я слышал твои последние слова.

Потом направился ко мне. Похоже, это и был тот самый ящер, которому я воткнул нож в горло. Правда, никакой раны у него не видно – Сфера прекрасный доктор. Теперь все внимание приковано ко мне. Зубастый Высший наклонился ко мне и радостно подтвердил:

– Да. Это ты. Наконец, я добрался до тебя, ничтожество.

Его когтистая лапа потянулась ко мне, но я резко отбил её, вскочил и снизу вверх прошипел ему в морду:

– От дерьма слышу! Ящерица бескрылая!

Не знаю, как перевела мои слова Сфера, но, похоже, смысл она передала точно. Потому что ящер даже онемел на миг. Потом все гигантские рептилии взревели и бросились ко мне. По моему опыту я знал, что у меня есть несколько секунд, пока вмешается Страж. Пока никому из Высших смерть не грозит, он будет бездействовать. Терять мне нечего – все равно сейчас обман раскроется, и я решился.

Снизу, без размаха, я ударил прямо в пасть ящера. Хоть Рангун и меньше Сангира, но не на много. Зубы ящера клацнули, и голову отбросило.

Но его это не остановило. Реакция у Сангира, что надо: лапа словно выстрелила мне в морду. Но и у тела Рангуна реакция не хуже. Тем более меня Ньеко не зря гоняли меня столько времени. Я уклонился от удара, пригнулся, нырнул в сторону и уже со спины атаковал Ящера. В прыжке оседлал его бугристую, с рудиментами гребня спину, и со всей силы снова воткнул мою «счастливую» финку в шею монстра. В этот раз я был готов к тому, что случится, и нож из рук не выпустил. Успел выдернуть его из раны прежде, чем мягкая невидимая лапа сдернула меня со спины рептилии и прижала к стене.

Ящер зажал рану. Из-под когтей толчками пробивалась темная зеленая кровь. Его глаза затягивала мутная пелена. Я знал, что это ненадолго, сейчас в дело вступит Сфера, и он оживет. Остальные ящеры лишь на секунду опешили, но тут же зарычали и прыгнули ко мне. Я не стал ждать и ушел в переход.

Я не удержался на ногах и завалился. Слишком торопился, представляя свою комнату, и выбрал не то место. Под ноги попало кресло. Но, как оказалось, к лучшему: только я упал, как на том же месте возник новый объект. Я резко откатился в сторону и вскочил. Сангир уже сориентировался: развернулся в мою сторону и яростно зарычал. Он клацнул пастью и уверенно заявил:

– Ты мертвец.

 Ящер пинком откинул от себя обломки кресла и добавил:

– Ничто тебя не спасет. Сангиры не прощают.

Как будто я буду вымаливать их прощение. Но соперник выглядел реально страшно. Его когти и зубы не шли ни в какое сравнение с моими. Хотя Рангун тоже рептилия и относительно человека выглядит очень опасно, но против Сангира он слабоват. Даже зная, что умереть мне не дадут, я все равно почувствовал страх. Я знал, Страж вмешается только, когда я буду при смерти. Сам видел, как это бывает. Так что сильнейшая боль мне обеспечена. Но деваться некуда. Теперь он уже не отвяжется. И тут я рискнул. Была, не была – вдруг сработает? Я перехватил финку в левую руку, а правую протянул в сторону. Есть! Сработало. Рука качнулась под тяжестью меча, появившегося в когтях. Времени на выбор не было, и Сфера выкинула мне то, о чем мелькнула первая мысль – что-нибудь, чем я мог рубить ящера. В лапе у меня появился странный меч – с изогнутым вперед расширяющимся от эфеса клинком. Самое лучшее оружие для рубящих ударов. Я крутнул мечом в воздухе и почувствовал, что это мое. Оружие точно подогнано под мою руку. Сфера не ошибается. Теперь посмотрим, кто кого. Человеческая составляющая на мгновения покинула меня. Все мысли вытеснила холодная ярость. Я ринулся навстречу монстру. Тот нисколько не испугался моего оружия. Мы сшиблись.

Кровь летела из ран ящера, но он не обращал на это внимания. Я уже несколько раз попал клинком ему по лапам, но дотянуться до тела мне никак не удавалось. Я чувствовал, что проиграю: левая лапа почти не слушалась. Первый же удар Сангира, который я принял на предплечье, вывел её из строя. Немудрено – мне показалось, что меня ударили чугунной чушкой, которой разрушают дома. После первой же атаки я понял, что единственная возможность продержаться как можно дольше – это не подпускать ящера близко. Если он приблизится, меч станет бесполезен, а силой я против этой горы мышц, когтей и зубов ничего не сделаю. Даже счастливый нож не поможет. Придется или «умереть», чтобы нас остановил Страж, или надеяться на случай.

Еще через полминуты я понял, что ждать нечего. Какой тут может быть счастливый случай? Мы во дворце Принца на Рокаро, а тут к Высшему никто не войдет без его разрешения, даже если начнется пожар или землетрясение. Так что лучше мне получить смертельную рану, и все закончится. Это логично, но я почему-то не мог остановиться. Похоже, эмоции личности рептилии уже начали овладевать мной. Я рычал. Биться до конца! До смерти!

 Я вновь махнул своим железом, пытаясь отбить лапу врага, но сила удара оказалась уже не та. Меч не смог остановить атаку ящера. Когтистая лапа схватила меня за горло. Второй конечностью он перехватил мою кисть с мечом. Сразу же дернул меня на себя, и его зубы сдавили мою морду. Я выронил меч и финку и попытался вывернуться. Несмотря на страшную боль, сознание я не терял. Похоже, болевой порог рептилии намного выше. И вдруг челюсти разжались. Через секунду мои лапы тоже освободились. Я потряс головой, стряхивая кровь с глаз, и поймал лапой комбинезон ящера. Теперь я хотел вцепиться в него зубами. Но это не удалось. Тварь вырвалась и отпрыгнула. Я рванулся следом, но не смог сделать шаг. Кто-то вцепился в меня сзади. Я опять зарычал и попытался вывернуться.

– Игорь, очнись! – словно через вату пробились ко мне непонятные слова. Еще секунду они оставались тарабарщиной, но в следующее мгновение я их понял. И узнал голос. Ромка! В этот момент я услышал еще голос:

– Сангир! Во дворце Сангир!

Этот прекрасный противный голос я уже слышал много раз. Кровь все также заливала мне глаза, и я никак не мог разобрать, что там происходит. Но судя по звуку, драка продолжалась.

– Стой! Вернись! Дуэль!

Этот крик оказался последним. После этого все стихло. Я, наконец, смог смахнуть лапой кровь и разглядел, кто это прервал мою битву. Хотя, наверное, лучше сказать – мое избиение. Это оказались именно те, чьи голоса я только что слышал.

– Роман, быстро отойди от этого Рангуна!

В голосе Лардуес слышалось настоящее негодование.

– Никогда не смей прикасаться к этим созданиям.

Принцесса просто кипела презрением. Она бросилась к Ромке и попыталась оттащить его от меня.

– Отпусти! – отрывала она его руки. – Ты с ума, что ли сошел? Сейчас вызовем охрану, и они разберутся.

Я склонился к уху Ромки и прошептал:

– Не надо охрану, сделай так, чтобы она ушла. Потом поговорим.

Было ясно, что его способность сработала. Он даже в этой неразберихе разглядел, кто находится в личине рептилии.

– Лардуес, все, спасибо, дальше я сам справлюсь.

– Ты точно заболел. Как ты можешь справиться? Ты же видел, во что превратился твой дворец. Просто проходной двор! Во дворце Сваглов Сангир дерется с Рангуном! Это невообразимо!

Принцесса разошлась не на шутку. Ее гнев понятен. Я бы тоже озверел, если бы увидел такое. Ведь появление Высших другой расы в чужих владениях всегда должно согласовываться с хозяевами. И всегда обставлено кучей всяких дипломатических условий. А тут чужой нагло дерется с каким-то непонятным Рангуном. Поэтому она и не успокаивалась.

– За такое мало дуэли. Надо собирать Суд Кодекса. Ящеры совсем потеряли страх!

– Мне надо остаться с ним, – прямодушно заявил Ромка. Я понял, что сейчас станет только хуже. Так и произошло.

– Роман, ты что такое говоришь? Ты не ударился головой?

Она наконец смогла оторвать руки Ромки и ногой грубо оттолкнула меня.

– Рангун, ты арестован. Встань к стене, и вытяни лапы.

В этот раз голос просто дышал холодом. Понятно – только так принцесса Сваглов может разговаривать с Рангуном. Тем более заляпавшим кровью всю комнату Высшего Свагла. То, что Рангун ранен, и возможно умрет, её не волновало. Я понял, что Ромка отделаться от нее не сможет. Поэтому устало пробурчал, чтобы она шла куда-нибудь подальше и сбросил личину.

Наконец, я вознагражден за мои страдания. Чтобы увидеть такое выражение на лице высокомерной принцессы, стоило пострадать.

– Что?! Что это?!

У нее такой вид, словно её сейчас вырвет.

– Как это?! Как ты смог?!

Лаурдес никак не могла прийти в себя. Она повернулась к мальчишке и дрожащим голосом спросила:

– Это правда он?!

Тот усердно закивал, и накинулся на меня:

– Ты где был?! Ты почему мне ничего не сказал?! Я тебя убью!

Он действительно попытался ударить меня в живот. Я перехватил руку.

– Подожди. Давай с ней разберемся, потом поговорим.

– Ладно, – буркнул Ромка. – Но я тебя все равно изобью!

– Принцесса Лардуес, простите за беспокойство и спасибо за помощь. Дальше мы разберемся сами.

Я, конечно, ожидал всякого. Думал, что она взорвется и может даже вызвать меня на дуэль прямо здесь, но все оказалось совсем не так. Намного интереснее.

– Ты можешь превращаться в Рангуна?

Она спросила это совсем тихо. И это внезапное спокойствие напугало меня больше, чем её крики и ругань.

– Ну, конечно. Все могут, и я могу.

– Что, – переспросила она еще тише. – Что все могут?!

Мы с Ромкой переглянулись и уставились на нее.

– Ну, как… – я даже не знал, что сказать. – Ну, перестроить организм. Надеть личину. Сменить образ. Я не знаю, как это правильно называется. Ведь все Высшие это могут?!

В глазах принцессы мелькнул страх.

– Ты кто?!

Она быстро шагнула назад. Я развел руками.

– Я это я.

 Несколько секунд она безмолвно смотрела на меня. Потом приказала:

– Большая Проверка для Свагла Игоря.

Я напрягся, ожидая, что произойдет. Первую проверку я не помню. Я её не заметил. Похоже, Сфера проводит её незаметно для пациента. Я ждал напрасно. Я снова ничего не заметил.

– Сфера все равно считает тебя Сваглом…

Она подошла к целому креслу и рухнула в него.

– Молчите. Мне надо подумать.

Все-таки хорошо жить в Раю. Через двадцать минут мы с Ромкой сидели в моей столовой и завтракали. Хотя можно сказать, что Ромка завтракал, а я еще и обедал. Потому что стол с моего края заставлен блюдами. В то время как перед Ромкой стояла только чашка с какао и блюдце с большим куском торта. Мальчишка – есть мальчишка. Хоть и принц. Я еще в первый раз после восстановления нормального образа заметил, как разыгрывается аппетит. Сегодня же это просто невыносимо – под ложечкой у меня сосало. Я ел все подряд и никак не мог утолить чувство голода. Наверное, так и должно быть: ведь перестроенный организм все равно является моим телом. Только атомы лежат в другом порядке. А за последний час я потратил уйму энергии.

Принцесса Луардес сидела в кресле у стены и что-то обдумывала. Я замечал, что иногда она кидала на меня любопытный взгляд, но тут же прятала глаза. Я впервые видел эту высокомерную красавицу такой задумчивой. Обычно, встречая меня, она лишь презрительно кривила губы или орала:

– Дуэль!

Даже не верилось. Наконец, она стала походить на настоящую живую девушку. Похоже, она до сих пор не может поверить. Как и я. Несколько минут назад она объяснила, как на самом деле обстоят дела, и у меня глаза стали такими же, как у нее. Но сейчас я уже успокоился и тоже обдумывал все, что только что узнал. И что теперь с этим делать?

Теперь я сам мог спросить себя – кто я такой? Потому что никто из Высших не может принимать чужой образ. Эта мысль сначала никак не могла дойти до меня. Само восприятие Высших, с самого начала, еще на Земле, органично связано с этим. С возможностью перестройки организма, или просто превращениями. Принцесса Йелио была на моей памяти и хрустальным яйцом, и прекрасной девушкой, и прочим. Даже Рангун Ванька мог превращаться. И тренеры. Поэтому я считал это обычным делом. Для Сферы, где реальные чудеса еще чудесатее, превращения не должны быть чем-то необычным.

Так оно и есть. Сфера действительно может перестроить любой организм. И даже организм Высшего. Но только при угрозе его жизни, чтобы спасти. Но сам никто и никогда не пробовал такое. Эти действия запрещены Кодексом. Можно экспериментировать с любой другой кастой, но Высшим это делать нельзя. С самого детства, как только они осознают себя как личность, им вбивают в голову, что изменять организм нельзя. Это аморально и опасно. Любое изменение не остается без последствий, и можно запросто потерять свою идентичность. Перестать быть Высшим. Поэтому постоянно и проводится Проверка.

Как рассказала Лаурдес, вроде бы столетия назад Высшие действительно могли свободно перестраивать свой организм и превращаться в кого захочешь. Ну, конечно, не сами, а с помощью Сферы. Но потом что-то произошло какое-то ужасное событие. По слухам, тогда пришлось исключить из Сферы целую расу. Вся информация о тех делах закрыта. Великая Ассамблея Рас изменила Кодекс. Теперь Высшим нельзя носить личину.

И вот вдруг она сама видит это!

Похоже, для нее это шок гораздо больший, чем для меня. Известие о том, что только мы в этом мире делаем это, лишь на несколько минут выбило меня из колеи. И то лишь своей неожиданностью. А так – я как не понимал, каким образом все здесь устроено, так и не понимаю. Сфера так и осталась для меня чем-то вроде бога – исполнителя желаний. Принцессе принять нашу исключительность было труднее. Если ты всю жизнь считаешь себя самым совершенным созданием вселенной, и вдруг оказывается, что это не так. Оказывается, рядом есть те, кому дано больше. Они могут изменяться, и это ничем им не грозит. Поневоле испытаешь шок. И все-таки тут была какая-то неувязочка – ведь она уже видела нас в образе Рангунов. Почему же тогда не было такой реакции? Почему?