Вовка очень хотел обнять Роки. Он чувствовал, что и она готова сделать то же. Их глаза не отрывались друг от друга, и этого хватало. Взгляды говорили сами за себя. Это тоже было похоже на сказку. Еще десять минут назад Кротов даже подумать не мог, что этот страшный день вдруг превратится в самый лучший. Среди смертей, крови и ужаса словно появился отдельный оазис счастья, накрывший их. Однако долго это счастье продолжаться не могло – жизнь вернула его в реальность. Его коммуникатор вдруг ожил и начал сжимать руку.

Вовка очнулся. Вокруг ничего не изменилось: пленники застыли в нелепых позах и старались незаметно расправить застывшее тело, а ходившие между ними мертвецы равнодушно пресекали их попытки изменить позу. Стрельба совсем стихла, лишь иногда гремел одинокий выстрел игольника.

– Прикрой меня, – прошептал он. Роки тоже очнулась. Глаза стали серьезными.

– Что случилось? – чуть шевеля губами, спросила она.

– Вызов.

Роки удивленно вскинула брови. Вовка и сам был удивлен. Баград Крим предупредил их во время подготовки, что во время проведения церемонии общей сети во Дворце ее не будет. Империя должна была видеть только то, что транслировали официально. Но сейчас коммуникатор тревожно бился, опровергая это. Неужели включили? Тогда отсюда пойдут тысячи сообщений, и Цивилизованные Миры взорвутся. Если это так, то Нифлянцы уже ничего не боятся и считают себя победителями. Но Роки отрицательно покачала головой и шепнула:

– У меня связи нет.

Потом покрутила головой, высматривая караульных, и опять шепнула:

– Сейчас пройдет вот этот мертвец, и у тебя будет полминуты.

Вовка и сам определил это. Пока мертвец пройдет до места, где он разворачивается, ему нужно успеть. Он расправил плечи и сделал страдальческое лицо, такое же, как у сидевших рядом. Боец с драконом на плече прошел мимо. Щитки у мертвецов были закрыты, и понять, куда он смотрит, невозможно. Поэтому Вовка дождался, пока тот пройдет несколько шагов, потом наклонился и прижал руку к животу. Набросил на нее порванную полу костюма и коснулся экрана. Крохотная голограмма всплыла над коммуникатором. Снежа! Вовка сразу убавил звук и приглушил цвет. Голограмма стала почти прозрачной.

– Кротов, ничего не отвечай! – сразу предупредила его Снежа. – Мы вас видим. Мы внизу в центре управления дворца. Теперь покажи, что ты меня слышишь и понимаешь.

Вовка шевельнул пальцами по полупрозрачной виртуальной панели. Он знал, что сейчас у Снежи на голограмме пошли его слова.

– Отлично, – обрадовалась Снежа. – Теперь отключись, сейчас мертвец пойдет обратно.

Он отключился, поднял голову и сложил руки за головой. Роки с надеждой смотрела на него.

– Начали говорить, – беззвучно прошептал он. Роки прочитала по губам, и глаза ее вспыхнули. Появилась надежда. Интересно, как они смогли связаться со мной? – подумал Вовка. Но сейчас это было не главное, и он отбросил эту мысль. Он порадовался, что придумал это: отправить группу в подземелье дворца. Может, это спасет их жизнь. Конечно, тогда он думал о другом – о спасении Гелии.

Как только мертвец прошел их, все повторилось. Опять говорила только Снежа.

– Кротов, смотри план.

Перед ним появилась крохотная прозрачная голограмма места, где они сидели.

– Красным горит колонна, – продолжила девушка. – Там есть проход внутрь. Мы можем открыть его отсюда. Надо придумать, как вам добраться туда. Только быстро.

Вовка опять отключился и стал высматривать колонну, которую видел на плане. Он нашел её. От них метров сто двадцать. Метраж, показанный Снежей, совпадал с реальным. Для него это секунд десять. Пока вскочит, пока наберет скорость. Ну, а для Роки – с учетом того, что ноги и руки у нее уже затекли, – секунд двадцать, а то и больше. Невыполнимо. Их расстреляют прямо на старте. Слишком много мертвецов вокруг. И отвлечь этих роботов ничем не удастся. У них приказ, и они будут выполнять его, даже умирая. Он помнил, как в Академии рассказывали, что они воюют даже с оторванной рукой или ногой, пока не истекут кровью.

Мертвец шагал, словно заведенный. Он опять прошел мимо Вовки, который повторил манипуляции, и Снежа сразу спросила:

– Получится?

Вовка уже понял, что шагающий мертвец не расслышит его шепот, и заговорил:

– Нет. Вы же сами видите. Попробуйте рассчитать нам маршрут, чтобы уклониться от игольников.

– Мы уже сделали, – вздохнула Снежа. – Тоже не проходит. Вы везде бежите в зоне поражения. Сейчас рассчитываем, что можем сделать, если мы появимся в зале.

– Не вздумайте. Перестреляют как в тире.

Снежа снова отключилась. Вовка вернулся в позу пленника. Он потер затекшее плечо. Предплечьем почувствовал что-то твердое на груди. Он сразу вспомнил, что там – это контейнер. Память о Сапаренд. Он машинально потрогал его ладонью и закинул руки обратно за шею. «Бедная Саларви, так и не увидела в жизни ничего хорошего», – привычно подумал он. Неожиданно он зацепился за это. Похоже, мозг так и продолжал подсознательно выискивать способ побега. С каждой секундой Вовка все больше загорался этой идеей. Ведь может и получиться. Ну а если… Блин! Другого варианта все равно нет.

Он начал вспоминать, много ли там осталось черного порошка. И сразу понял, что для его плана наркотика там более чем достаточно. И, наверное, даже останется. Неужели его опять выручит вещь, принадлежавшая Сапаренд? Вовке даже показалось в этом что-то мистическое.

Охранник опять прошел мимо. Вовка заговорил первым:

– Я придумал. Больше говорить не будем. Смотрите за нами. Как только в зале начнется свалка, мы побежим. Будьте готовы встретить. Это единственный шанс. Не подведите.

– Что ты задумал?

Однако отвечать было некогда: мертвец возвращался, и Вовка снова уселся. Теперь надо было придумать, как всё это сделать, не привлекая к себе внимание, и самое главное, как самим уберечься от отравы.

***

– Готова?

Роки кивнула. Он опять горячо зашептал:

– Не забудь! Не открывать ни рот, ни нос. Ни в коем случае! Иначе смерть. Это главное.

Больше тянуть было нельзя. В дальнем углу пленников уже начали поднимать и строить. Похоже, собирались уводить. Вовка не сомневался куда их отправят – на переделку мозгов. Скоро все, кто здесь сидит, должны пополнить ряды мертвецов, чтобы с радостью пойти на смерть за хозяина.

Кротов дождался, когда мертвец протопал мимо, и вытащил контейнер. Нажал, туба открылась. Он взглянул на Роки, та сделала всё, как договорились. Оторванным от платья куском ткани она прикрыла рот и нос.

– Глаза! – шепнул Вовка, и та послушно зажмурилась.

– Всё, не дыши.

Кротов набрал полную грудь воздуха, замер и поднял левую руку перед грудью. Потом аккуратно вытряхнул небольшую горку порошка на рукав. Закрыл и сунул контейнер в карман. Приподнял руку выше и изо всех сил дунул на порошок. Чёрное облако взмыло вверх и поплыло вдоль ряда пленников. Чем выше оно поднималось, тем объёмнее становилось. Но Кротов этого уже не видел, он закрыл глаза и на ощупь стянул с себя костюм. Бросил его в сторону и коснулся коммуникатора. Сигнал ушёл к Снеже. Хотя он не сомневался, что его люди сейчас не отрывают глаз от голограммы, но чем чёрт не шутит. Теперь нужно было подождать. Это была самая уязвимая часть плана. То, что наркотик сработает, он не сомневался. Но как скоро? В прошлые разы они принимали его внутрь.

Он услышал, как шаги стража стали приближаться, а никакой реакции в зале не было. Скоро Роки не сможет терпеть, ей не хватит воздуха. Сам он ещё ничего не заметил. Организм легко компенсировал недостаток кислорода. Неужели он ошибся? Или порошок испортился? Но в этот момент он понял, что всё сработало. Совсем рядом раздался страшный, нечеловеческий крик, и кто-то вскочил. В крике с трудом угадывался клич охраны Императора. И тут же этот клич поддержали множество глоток. Офицеров охраны среди пленников было больше всего. Даже не подозревая об этом, Кротов повторил трюк Гелии на Эскито. Однако тут всё было в разы мощнее. И вещество, и последствия.

Он услышал, как закричал мертвец, но крик тут же оборвался. Кругом затопали, заорали, и все звуки смешались в страшную какофонию. Вовка схватил руку девушки и потянул за собой. Сам вскочил и открыл глаза. Иначе никак не получалось – бегать на слух он еще не научился.

Он не оглядывался и не останавливался. Как танк он тянул Роки за собой. Вовка сбивал не успевших отойти с ног, но не тормозил. Он уже поравнялся с той колонной, но никакой двери там не было. Вовка зло, от души выругался и начал сбавлять скорость.

– Что за хрень?!

Но тут же с двух сторон из-за колонны выскочили две фигуры в броне и с игольниками в руках. Кротов выдохнул. Одним из двоих был Зардерец. Он сразу начал стрелять куда-то в зал. Второй оказалась Ранза. Кротов узнал её, когда она закричала:

– Двери с той стороны! Быстро туда!

Потом, уже не так громко, добавила:

– Ну ты натворил, Кротов. Они голыми руками мертвецов рвут.

Но Вовка не стал оглядываться. Подобное он уже видел. Он потянул Роки, и они шагнули в ярко освещенный проем прохода.

– Дыши! – крикнул он, остановился и схватил девушку за плечи. Та загнанно дышала и улыбалась. И вдруг она тоже схватила его за плечи и потянула к себе. Они обнялись и нашли губы друг друга. Это был их первый поцелуй.

Однако он получился коротким. Кто-то заскочил вслед за ними и со всего маху ткнулся в спину Вовки. Кротов едва удержал всех троих. Он с удивлением разглядывал человека. Это был тот самый Центурион с Эскито, с которым он общался когда-то через голограмму. Старик ухватился за стену и, задыхаясь, судорожно вытолкнул из глотки несколько слов:

– Я… увидел. Ты бежишь. Надо за тобой… Ты везучий, Кротов…

– Вы почему еще здесь? – закричала Ранза. Она вбежала первой, следом заскочил Гаэтано, и плита двери бесшумно перекрыла проход.

– Быстро вниз! Надо уходить отсюда.

***

– Ничего себе! Круто вы устроились, – Вовка с интересом осматривал помещение. – Это тот самый центр, где Гелия встретилась с отцом Шакрана?

– Да, – подтвердила Снежа. – Резервный центр управления технологическими процессами Дворца. Здорово выручило. Всё видим и даже внутреннюю связь смогли включить.

– Понятно. Ты молодец, Снежа. Как ты додумалась взять в помощь людей Горраха?

– Это не я, – смутилась Снежа. – Потом расскажу. Сейчас не до этого. Иди, посмотри, что происходит наверху, в зале.

Вовка только что, в тоннеле, прошёл через целую толпу бойцов. Ранза подсказала, что это люди Шакрана. Вернее, его отца, Шусы Горраха. Поэтому Вовка и посчитал, что это придумала Снежа. Но сейчас действительно было не до рассказов, надо было срочно выбираться отсюда. И в перспективе убраться вообще с Цессии. Вовка хотел объяснить всем, что произошло, и даже начал говорить, но Снежа остановила его.

– Не надо. Мы всё видели. Мы же наблюдали за вами. Опять помог этот наркотик. Второй раз уже.

Да, этот чёрный порошок оказался прямо подарком богов. Вовка опять подумал, что тут какая-то мистика. Вещь Сапаренда снова помогла ему выжить. Словно она с того света приглядывала за ним.

То же самое Снежа сказала Кармадонцу, когда он хотел объясниться:

– Не надо. Все понятно. Мы видели, как вы бежали. Вам повезло.

Вовка подвёл итог:

– Ладно. Раз вы всё видели… Включай зал. Надо определиться, что у нас есть.

– Ужас, – прошептала Роки. Она стояла рядом с Кротовым и широко раскрытыми глазами смотрела на голограмму. – Вовка, неужели это всё от порошка?

Да, это был настоящий ужас. Вовка уже видел, как действует этот переработанный Кристалл. Тогда, в лаборатории сумасшедшего профессора, один обычный парень чуть не поубивал их всех. Поэтому Кротов ожидал увидеть что-то подобное. Но то, что происходило в зале, не укладывалось в человеческие понятия. У него даже слов не находилось, чтобы высказать своё отношение. Его давно уже нельзя было смутить видом крови и растерзанных тел. Он прошёл первую подобную инициацию ещё на Земле, в Чечне. И не счесть, сколько он видел трупов уже здесь, в космосе. Так что последствия ещё одного боя вряд ли могли его взволновать.

Но это он так считал до тех пор, пока голограмма не показала главный зал Дворца. Ощущение было такое, словно по залу прошлись гигантским миксером с тупыми лезвиями. Везде, куда доставала камера, валялись изуродованные трупы. Вперемешку – пленники и мертвецы. Последних можно было опознать по броне на фрагментах тел. Вовка даже не представлял, какая нужна сила, чтобы оторвать руку или голову человеку в бронекостюме. А таких тел было ничуть не меньше, чем тех, на которых были изорванные мундиры Охраны. Офицеры в большинстве умерли сами. Их скрюченные тела с искажёнными страданием лицами, в отличие от бойцов с драконом, были целыми. Похоже, с ними произошло то же, что и с тем парнем на Эскито. Организм сам прорвал себя. Мышцы не выдержали предельного напряжения.

Вовка понимал, что там произошло. Как только первые пленники вдохнули пыльцу порошка, они почувствовали неимоверный прилив сил. Ясно, что они сразу бросились на врагов. Начавшаяся схватка, похоже, заставила облако пыли разлететься еще шире. В зале было слишком много трупов. Вовка рассчитывал, что порошок достигнет только ближайших от него пленников. Но получилось так, как получилось. По времени он все рассчитал правильно – люди прожили примерно столько же, сколько несчастный парень тогда в лаборатории.

Вовка смотрел недолго. Через десяток секунд созерцания разорванных, разбросанных человеческих тел, целых и расчлененных, он страшно выругался и попросил:

– Снежа, убери это. Найди лучше Гелию. Как она там?

Он понимал, что сделал все это из-за отсутствия других вариантов. Альтернативой была или смерть, или превращение в мертвеца. Да и для других пленников, по большому счету, это был хороший выход. Наверняка никто из них не хотел становиться мертвецом. А так они смогли умереть достойно – не стали роботами, воюющими против своих, и еще утащили с собой в ад десятки врагов. И он знал, что прав. Если бы он смог дать им в руки оружие, вместо нечеловеческой силы, офицеры так же бросились бы в бой. И так же погибли бы. Но даже твердое ощущение своей правоты никак не помогало. Он только что заставил умереть сотни людей.

– К черту! – опять выругался он. Хватит развешивать сопли. Надо спасать своих людей. А потом начинать спасать мир.

Та часть зала, где находились Гелия и делегации, не пострадала. От страшного действа их отделяла сплошная, в несколько рядов, стена из мертвецов. Нифлянцы не могли допустить, чтобы этот странный бунт сорвал их план, и мертвецов не жалели. Даже превратившиеся в берсерков офицеры не смогли пробиться через эту стену. Здесь лежало множество трупов. Зато за этой ощетинившейся игольниками живой стеной находился другой мир. Вовка с изумлением смотрел на то, что там происходит. Всё было чётко, красиво и празднично. Словно совсем рядом только что не было никакого апокалипсиса. Нифлянцы не дали сломать свой план – Империя начинала обычную жизнь. Жизнь после обретения нового правителя – Императрицы Гелии Первой.

Всё выглядело так, как должно было выглядеть при нормальной передаче власти. Императрица сидела на троне и что-то говорила, а у подножия её внимательно слушали главы делегаций. Всё выглядело бы ещё лучше, если бы не одна деталь – справа от трона в своих огромных креслах расплылись три зелёные аморфные фигуры. От этого вся торжественность момента исчезала, и всё превращалось в абсурд.

Вовка ожидал этого. Они здесь ничего сейчас сделать не смогут. Нужно уходить, зализывать раны и готовиться к новым боям. Вот хрень! Когда же это кончится? – невесело подумал он. Но раскисать нельзя – люди ждут его команды.

– Уходим. Скоро мертвецы начнут зачищать тоннели. Нам нужно добраться до основного города, там мы наверняка сможем спрятаться.

Они не успели. Нифлянцы словно ждали, когда Вовка упомянет про зачистку. На голограммах сразу нескольких входов в технологическое подполье показались фигуры в броне.