Наконец, я дома, – поймал себя на мысли Вовка и чуть не рассмеялся. – Дожился, крейсер мне кажется более родным, чем просторная и светлая квартира на планете. В такой он жил последнюю неделю. А сейчас перед глазами снова стальные переборки, и от стены до стены всего пара метров. Каюта больше походила на пенал: шконка, откидывающийся из стены столик и такой же стул. Но зато тут, за пластиковой шторой, был отдельный санузел и душ. Все-таки каюта офицера, не так, как в общей для рядовых десантников. Там и все эти места общие. Кротов помнил, как его впервые ошеломила утренняя помывка совместно с женской частью подразделения. А потом привык.

Они находились здесь уже вторые сутки по корабельному времени. Время практически занимал только обычный полет в космосе от Цессии-2 до района Перехода. Само путешествие через червоточину было мгновенным или, может быть, тысячелетним, никто не знает, как идет время в пространственно-временном тоннеле. Для человека это был просто миг беспамятства. Словно он в одну секунду умер и тут же родился. Сейчас это было уже привычно, а в первый раз напугало. И вот сейчас они опять в космосе, но рисунок звезд вокруг был уже совершенно другим. Вовка никогда не вдавался в эти подробности. Для этого есть Космофлот. Его место действия – планеты. И вскоре он опять забудет об этом очередном путешествии в стальной консервной банке. Но сейчас он радовался этим мелким офицерским удобствам, потому что лететь надо еще сутки. Сначала будет какая-то аграрная планета, а оттуда будут добираться уже до Цессии.

План будущей операции Вовке не нравился. Он ожидал чего-то простого, обычного. Типа: их высадят на Цессии, они организуют базу, и оттуда будут совершать вылазки. Он понимал, что будет по-другому, но не ожидал, что настолько по-другому. Во-первых, никакой Цессии. Когда Вовка просто упомянул главную планету Империи в этом контексте, Глемас посмотрел на него как на сумасшедшего.

– Ты смеешься? Вас собьют еще на третьем, дальнем периметру обнаружения. Это Цессия! После прошедшей войны там очень жесткая директива – сначала сбивают, потом разбираются. Так сейчас над всеми столичными планетами Цивилизованных Миров. И у Кармадонцев, и у Вольного Мира. Была бы не столь важная планета, может, еще дали бы добраться до орбиты.

План выглядел так: крейсер их доставит только до Приграничья. Оттуда на Цессию они отправятся рейсовым пассажирским судном. И, конечно, не в броне. Нечего раньше времени светить армейскими штучками. В Приграничье на них никто внимания не обратит, но чем дальше в цивилизацию, тем меньше людей в бронекостюмах. Поэтому на Цессию они прибудут как гражданские лица. При этом порознь. Одна группа – это Кротов и Роки, другая – все остальные.

Но особенно Вовку убило то, что они с Роки будут изображать молодоженов. К таким путешественникам вопросов всегда меньше. Зато у Вовки сразу возникла куча вопросов. Но слушать его никто не стал. План был детальный, из множества связанных фаз, и переделывать на ходу никто не собирался. Скрупулезная детализация доходила только до Цессии. Дальше шли лишь общие темы: для Вовки и Роки – снять жилье, выбрать и реализовать способ добраться до Гелии; для остальных тоже найти, где разместиться, организовать связь с Кротовым и МРОБ-2. На Цессии все строилось на импровизациях по обстоятельствам.

– Хватит валяться! – сам себе сказал Вовка и вскочил, легко и пружинисто, словно не спал. Голова была чистая и ясная, ничего не болело и не клинило. Не то что на Камгуре или на Эскито. Словно он поспал в медмашине. «Спасибо братишка за такое здоровье», – помянул он добрым словом Сергея. Вовка чувствовал, что со временем организм становится еще более развитым, чем сразу после Серегиного обновления. И это уже не субъективное ощущение. Медмашина показывала улучшение всех параметров и набор мышечной массы. Почему это так, он не знал. Медики Глемаса предположили, что это обычная реакция на отличный метаболизм, тренировки и калорийную пищу. Вовка не думал о таких вещах. Главное, чтобы было на пользу. Он, наоборот, боялся, что Серегин «апгрейд» ненадолго.

Вовка приседал и отжимался. Ничего другого в каюте не сделаешь, а спортзала на крейсере нет. Это на десантном транспортнике даже стрелковый полигон есть. Он выкладывался по-полной, ожидая, что хоть сегодня начнет потеть, но так и не дождался. «Наверное, теперь так надо делать целый день, чтобы вспотеть», – подумал он и бросил бесполезное занятие. Пошел в душ. Пора на завтрак, остальные тоже должны были уже подняться. У него впервые была такая команда, где никто не спал до официального подъема. В поместье Гронбергов все они уже обычно сидели за завтраком, когда в сети звучал сигнал подъема. Только Роки пришла в первый день позже, но потом и она исправилась.

Он оказался прав. В столовой уже все собрались. Даже флотские: капитан крейсера и несколько офицеров. Не было только его и его будущей напарницы.

– Как вы сегодня дружно, – улыбнулся Вовка и хотел усесться на свободное место. Но Снежа и Кенич, стоявшие у входа, неожиданно остановили его. Кенич придержал Вовку за руку.

– Чего тебе? – не понял Кротов.

– Секунду подожди, – загадочно улыбаясь, попросил тот.

И в этот момент в овальные двери каюты-столовой впорхнула небесная фея.

– А вот и я! – пропела она голосом Роки и кокетливо подхватила Вовку под руку. Улыбавшийся уже во весь рот Кенич отскочил к стене. Все вдруг поднялись, захлопали в ладоши и хором прокричали:

– Счастья молодым!

Вовка рефлекторно дернулся, пытаясь вырваться, но Роки держалась крепко. До Кротова наконец дошло, что здесь происходит. Он расслабился и засмеялся вместе со всеми.

– Так вот, ты зачем расспрашивала вчера, как на Земле устраивают свадьбы? – он погрозил пальцем Снеже и повернулся к «невесте».

– Ну, хватит…, – начал он и неожиданно запнулся. Это была совсем другая Роки. Всё было то же: короткие белые волосы, большие серые глаза, и рост тот же. Она всё так же была по плечо Вовке, но одета она была сейчас в облегающее белое платье, и это поменяло всё. Она стала как будто выше и стройнее. И ещё она что-то сделала с лицом. Вроде всё то же, но ярче и выразительней. До этого Роки всегда была или в форме, или в деловом костюме, и без всякой косметики. Вовка так давно не сталкивался с женщинами в «боевой» раскраске, что на время потерялся.

Девушка поймала его взгляд, пару секунд ещё улыбалась, а потом вдруг засмущалась и отвернулась. Спасла всех Снежа. Она поймала Кротова за рукав и затормошила.

– Эй, командир, очнись…

Вовка очнулся. Потом быстро выдал придуманную на ходу отговорку:

– Да, извини. Вспомнил кое-что не к месту. По операции.

По глазам Снежи он понял, что она ему не поверила, и по-быстрому постарался завершить шутку:

– Ладно, посмеялись, и хватит. Давайте завтракать. Работы у нас сегодня валом. Скоро высадка.

Он всё-таки освободил руку из пальцев Роки и неожиданно понял, что та обиделась. «Блин, надо было хоть какой-то комплимент сказать. Хоть её наряд похвалить что ли. Но теперь поздно». Уже взявшись за чашку с бульоном, он всё-таки высказался:

– Ну ребята вы даёте! Разыграли так разыграли. Вы бы поосторожнее, а то ведь так и инфаркт можно получить.

Все заулыбались, но Кротов чувствовал разочарование. «Похоже, они ждали, чтобы я им подыграл, а я быстро все обломал», – подумал он. Но тут же успокоил себя: «Все я правильно сделал. Нет времени веселиться». Поняв, что шутка закончена, все флотские ушли. Его команда перестала улыбаться и взялась за ложки. Только Гаэтано не проявил интереса к происходящему. Он сидел за отдельным столом в углу и сосредоточенно уничтожал гору мяса на своем подносе.

– Кротов, тебе бы надо было тоже выйти на завтрак в костюме, – напомнила Снежа. – Пора вживаться. С сегодняшнего дня мы в гражданском.

– Да я знаю. Думал, на завтрак схожу и переоденусь.

Больше они не разговаривали. Все знали, что делать. После завтрака начнется суматоха, надо готовиться. Через четыре часа высадка. Первая высадка на планету без брони и без оружия.

***

Атмосферник задержался только на время высадки. Как только они оказались на земле, тот мгновенно рванул вверх и через секунды исчез. Вовка осмотрел свою команду и едва сдержал смех. Он никак не мог привыкнуть к виду своих спутников. Особенно выделялся Зардерец. Воин был одет в одеяние монаха какой-то церкви Империи. Он был полностью закутан в темно-коричневый плащ с капюшоном и подпоясан веревкой с бляшками на концах. Лица под накинутым капюшоном не видно – его закрывала черная мелкая сетка. Темный плащ до пят, капюшон на голове, темная сетка под ним – все это по идее должно было пугать. Как злодей в фэнтези. Но так как Гаэтано был невысоким, но широкоплечим, как два человека вместе, с мощными руками и ногами, то производил впечатление ходячего шкафа, на который накинули безразмерный плащ. Все невольно улыбались. Конечно, если бы кто-то заглянул к нему под сетку, а воин в это время улыбнулся, можно было бы и обделаться, если слабый живот.

Остальные выглядели не так колоритно. В обычных гражданских костюмах. Брюки, куртки, ботинки. Словно горожане на прогулке. Все неброское, незапоминающееся. Но Вовка так привык видеть всех этих людей в бронекостюмах или в тренировочных комбинезонах, что сейчас терялся. Как к ним обращаться – бойцы, или господа? На крейсере, в окружении армейской обстановки, было проще, там солдатское обращение звучало вполне нормально. Но тут, среди бескрайних полей с колосящейся высокой желтой травой, слово «боец» резало слух. Наверняка здесь ни разу не видели человека в броне.

Однако это прошло. Человек легко приспосабливается ко всему. Сначала Кротов просто называл всех по имени, потом стали проскальзывать и «господа».

Атмосферник крейсера высадил их прямо в поле на широкую ровную полосу бетонопласта, убегавшую в обе стороны за горизонт. Транспортер, выкатившийся из катера, мгновенно принял окраску местности и стал желто-черным. Сверху – желтый, как поля, а снизу – черный, как дорога. По местному «автобану» можно было лететь, закрыв глаза. Дорога была прямой и ровной, словно линейка контролера. До космодрома шаттлов они добрались меньше чем за час.

Оперативный отдел МРОБ ел свой хлеб заслуженно: все прошло так, как и планировалось. Они прибыли на порт шаттлов за час до следующего рейса. Полусфера здания пассажирского порта нельзя было назвать даже полупустой. Они не встретили вообще ни одного живого человека. По данным, которые Вовка просмотрел перед высадкой, планета Серер казалась вполне пригодной для жизни. Отличный мягкий климат. Одна и та же температура в течение всего года, всегда солнечные дни, а ежедневный дождь льет в течение пары часов перед рассветом.

Немного похоже на Камгур, но только еще стабильнее. Когда-то здесь, наверное, была разнообразная флора и фауна, но сейчас на всем Серере одна монокультура – тот самый желтый злак, поля которого золотились сейчас вокруг космопорта и через которые они ехали сюда. Остальные растения человек уничтожил, как и вредных животных и насекомых. Законченный образец терраформирования. Теплица в космосе. Весь процесс выращивания, переработки и отправки контейнеров по адресам автоматизирован. На Серере жили люди, но только вахтой и немного. В нескольких рабочих городках по всей планете. Наверное, когда происходила смена вахты, в порту было многолюдно, но сейчас они были одни. Все произошло буднично, словно они тоже вахтовики. Прошли в шаттл, робот-тележка подвез и загрузил их багаж – тяжеленные взрывозащищенные контейнеры с грузом, который никогда не улетал с этой сельхозпланеты. Через минуту планета стала уже удаляться.

***

Все, с этой минуты они жених и невеста. Эта мысль заставила ее снова взглянуть на сидевшего рядом мужчину. Роки Шерд усмехнулась, представив, что было бы, если бы это оказалось правдой, и снова отвернулась. Ее глаза невидяще глядели в обзорный экран над проходом, а она невольно начала вспоминать, что привело ее к такому странному союзу.

В ее жизни, как она считала, не было ничего интересного. Роки родилась двадцать пять лет назад. Обычная жизнь обычной девочки, девушки, женщины среднего класса Великой Звездной Империи. Она выросла на развитой планете, совсем недалеко от метрополии, так что семья позволяла себе летать на выходные на Цессию. Поэтому она не знала тягот жизни первых колоний Приграничья или отсутствия возможности получить хорошее образование в дальних уголках Империи. Все у нее было, а если чего-то не было, то родители быстро старались сделать так, чтобы это появилось у любимой дочери. Она была красива и талантлива и рано осознала это. Поэтому видела себя в жизни только на самом верху, там, где люди ежедневно сталкиваются с принцессами и принцами.

Это не редкость в многомиллиардной Империи: тут миллионы таких девушек, красивых и талантливых. И по меньшей мере половина из них видела себя в юности точно так же, как Роки – на самом верху. Но законы природы гуманны: большинство из них, взрослея, избавляются от иллюзий детства и юности. Однако некоторые из претенденток на счастье более упорны и ищут самые разные способы, чтобы взлететь. Иногда очень странные. Роки была умной девочкой и понимала, что на самый верх обычным способом – учиться, строить карьеру и лезть по карьерной лестнице – это утопия. Да и в голофильмах о таком никогда не говорили. Самый лучший способ, как ей даже мама советовала, – найти хорошую партию. Это было реально. Подобные истории были на слуху в девичьем обществе. Однако на самом деле этот способ был ничуть не реальнее первого. Слишком много красивых и умных претенденток и слишком мало свободных принцев.

Девушка прочитала и просмотрела все о счастливых судьбах девушек из своего класса, потом проанализировала и вывела для себя странную формулу. Подняться наверх женщине легче всего в армии, особенно на войне. Если бы об этом узнала ее мать, она бы упала в обморок. Но по формуле выходило именно так. Женщин-генералов было совсем немного, и конкуренции тоже. Потому что красивых там совсем не было. Во всяком случае, переглядев кучу женщин в форме с большими погонами, Роки не увидела ни одной красавицы.

Как бы то ни было, и что бы ни говорила мать, дочь на отлично сдала экзамены в Академию Спецназа и с началом нового учебного года надела форму. Учеба ей давалась легко – она действительно была умной девушкой. Кроме того, отличная физическая подготовка и идеальное здоровье тоже давали о себе знать. Закончила Академию Роки с отличием. Ее явно ждала прекрасная карьера. Все шло так, как она и планировала. Но тут началась война. Сначала она даже обрадовалась: теперь все должно было пойти быстрей. Однако судьба распорядилась иначе.

Её никуда не отправили, и не назначили даже командиром взвода. И когда весь её выпуск уже разлетелся в войска и вступил в первые бои с «мертвецами», она всё ещё находилась на Тарантосе. Оказалось, на неё нашёлся особый «покупатель». Девушку забрали туда, где служат только офицеры. Роки Шерд стала телохранителем принцессы Алгалы. Сначала Роки хотела написать рапорт на отказ, чтобы её отправили в боевые войска, но передумала. Ведь теперь она уже получается и так на самом верху. Ну а если что-то пойдёт не так, всегда можно будет попроситься в действующую армию. Война в самом разгаре.

Однако война неожиданно кончилась, и возможность взлететь вновь стала призрачной. Великая Звёздная Империя оказалась где-то там, за схлопнувшейся «кротовой норой», а тут в Империи-2 ни настоящего дворца, ни высшего общества. Для любой другой девушки из её бывших подруг сегодняшнее её положение являлось бы настоящим прорывом. Она входила в охрану самой принцессы Алгалы, которая теперь была равна Императору. Куда ещё выше? Пришло время взрослеть и менять главную цель в жизни на более практичную. Бывшей телохранительнице самой принцессы можно легко найти достойную партию.