Зато сидевшая на троне женщина не скрывала своей радости. Она разглядывала вещи в своих руках и зловеще улыбалась. Иногда, ведьма переводила взгляд на стоявшую на столе кружечку, и тоже улыбалась. 'Чему она радуется', - думала Марианна. Из этой кружки она столько раз пила морс.

Тут Зерги заметила застывшего у стола Арагуза, он так и стоял, держа в руках раскрытый мешок и не зная, что делать дальше.

- Вы оба, - она надменно глянула на поникшего Сельфовура и находившегося в эйфории орка. - Можете уйти, получите свою награду позже. Подождете в пещере.

Она нетерпеливо махнула рукой, показывая, чтобы они убирались. По всему было видно, что она торопится. Однако, что ведьма задумала, девочка, конечно, не знала. Но догадывалась, что ничего хорошего им от этого точно не будет.

Сельфовур так и не подняв головы быстро пошел к выходу - отдав свой медальон, он словно потерял уверенность в себе. Следом постоянно оглядываясь, словно не в силах оторвать восхищенный взгляд от ведьмы, шел шаман. Зал был очень большим и шли они целую вечность. Камень опять отъехал, открывая проход в темноту. Маг уже вышел в пещеру, когда орк не выдержал - он развернулся, упал на колени и горячо стал просить:

- Великая Гоосар Каххум, не гони своего преданного раба! Разреши побыть при рождении новой Зерги! Я готов отдать и душу, и тело Нижнему Миру, чтобы увидеть это.

Он протянул руки к колдунье и умоляюще смотрел на нее.

Зерги несколько мгновений колебалась, но похоже, мольба будущего слуги и его преданность, чем-то задели её. Она выпрямила голову и милостиво сказала:

- Хорошо. Вернитесь оба. Но стойте там, у входа. Когда все закончится, поможете гоблинам убраться.

Радость озарила лицо орка, он несколько раз благодарно поклонился колдунье и так и застыл на коленях. Сельфовур же не выразил никаких чувств, он молча вернулся и встал рядом с Арагузом. В то время, пока шел весь этот спектакль, в открытую дверь прошмыгнул черно-серый зверек с вытянутой зубастой мордой. Незамеченный, он прокрался к боковой арке, где обычно прятались гоблины и скрылся там.

Камень со скрежетом вернулся на свое место, и все стихло. В воздухе повисло напряжение. Марианне даже показалось, что кожу начало покалывать мелкими иголочками. Она поняла, что сейчас произойдет что-то важное, наверное, то, ради чего их и притащили сюда. Она оглянулась - похоже, это почувствовали и остальные. Все молчали, даже Енек перестала плакать. Взгляды пленников были устремлены на Вогалку на троне. Соболь, до этого все время бесполезно пытался встать, но несмотря на то, что на нем не было никаких веревок, он лишь дергался, словно спутанный. Сейчас он тоже затих, только приподнял голову и смотрел туда же. На секунду взгляды Марианны и Радана встретились, юноша попытался улыбнуться девочке и что-то прошептал. Марианне показалось, что она поняла, что он хотел сказать - держись, все будет хорошо.

На секунду девочка почувствовала себя старше Соболя - он еще сопротивляется, верит во что-то, а она уже поняла, что все - больше им уже не повезет, что пришел конец всему. Она вспомнила, что такое же ощущение у нее было когда-то давным-давно, тысячу лет назад, когда она из кустов глядела на плачущего эльфенка. Тогда она посчитала, что хуже чем то, что произошло с ней уже и быть не может. Знала бы она тогда про все, что произойдет потом, про сегодняшний день. Сейчас, то положение, в котором она оказалась тогда, казалось ей безоблачным счастливым временем.

Её отвлек звон, разлившийся по всему залу, словно стукнули по волшебному колокольчику. Марианна быстро повернулась к колдунье - звук шел от странного ножа, находившегося у нее в руке. Девочка сразу поняла, что нож не из металла - полупрозрачное ярко-красное лезвие, переливалось волнообразными разводами. Похоже на цветное стекло, как в окнах замка князя. Ведьма опять легонько стукнула пальцем по пылающему лезвию и чарующий звон снова поплыл в полумраке зала.

Девочка залюбовалась игрой пламени в смертоносном клинке, но вдруг до нее дошло, что ведьма не стала бы доставать нож просто так. Что она задумала?

Зерги оторвала взгляд от своего оружия и по очереди оценивающе посмотрела на детей. Её взгляд остановился на Марианне.

- Ты. Ты будешь я.

Девочка не поняла эту странную фразу, но почувствовала такой страх, что ноги её подкосились и она опустилась на пол.

- Эй, вы, - колдунья повернула голову в сторону арки ведущей в соседний зал. - Где вы там? Идите сюда, нужна ваша помощь.

Однако прошло несколько секунд, а никто так и не отозвался. Ведьма нахмурилась, и её фигура чуть-чуть размылась. Однако, она быстро нашла выход, похоже, любая заминка уже не устраивала её.

- Сельфовур и ты, Арагуз. Идите сюда, будете помогать.

Маг, все также молча, направился к трону. Зато радости шамана не было предела.

- Великая назвала меня по имени, - радостно шептал он, и торопливо шагал за магом. - Я буду помогать самой Гоосар Каххум.

- Берите, девчонку и тащите сюда! - голос Зерги стал стальным. Все нотки показной доброжелательности исчезли.

Девочка оглянулась в поисках помощи, и поняла, что никто здесь ей не поможет. Все - и Радан, и Алмаз, и даже мальчишки рвались к ней, но просто не могли сдвинуться с места. Они дергались, кричали, но все было бесполезно - невидимые путы связали их. Маленькая Енек осталась единственной, кто мог двигаться, но помочь она ничем не могла. Не понимая, что делает, Марианна вскочила и бросилась к арке, в голове билась одна мысль - убежать, не видеть ничего этого...

- Ну куда же ты? - почти ласково спросила ведьма, и в тот же момент девочка почувствовала, что ноги схватили две мягкие руки. Она упала, но в панике все равно пыталась уползти. До арки оставалось совсем немного, и девочке казалось, что стоит ей только доползти и спрятаться за колонной, все исчезнет. Колдун и орк догнали её у самого прохода и подхватили за руки.

- Тащите ко мне! - голос Зерги щелкнул как бич.

- Сейчас, сейчас, Великая, - бормотал шаман, со злостью дергая рвущуюся из рук Марианну. Сельфовур же тащил её молча, не обращая никакого внимания на её крики - после того, как колдунья забрала у него камень, он стал как кукла. Ходил и действовал автоматически, словно у него кончился завод.

Они уже сделали пару шагов к каменному трону, когда сзади раздался шум и из полумрака прохода вырвался косматый ревущий зверь. В одно мгновение медведица оказалась возле Марианны и её мучителей. Первый удар могучей лапы отбросил старого шамана обратно к стене. Он прокатился по каменному полу и остановился только уперевшись в стену. Разбитая голова орка застыла под неестественным прямым углом к туловищу. У старика была сломана шея.

Вторая жертва - Сельфовур оказался не таким слабым противником. Он выпустил из рук девочку и мгновенно отпрыгнул далеко в сторону. Приземлился на мозаичный пол уже не человек - расставив лапы и оскалив страшные зубы, против медведицы стоял огромный черный волк. Он тоже зарычал и с ходу кинулся на медведя. Звери сплелись и покатились ревущим и визжавшим комом, оставляя повсюду кровь и лохмотья шерсти. Однако, весь шум и рев перекрыл дикий, воющий голос:

- Гооланд!

Крик ведьмы забрался на невыносимую высоту переходя в тональность, не слышимую уже человеческим ухом. Все - дети, Радан и Алмаз, заткнули уши и извивались на полу, не в силах выносить этот звук. И только звери продолжали кататься по полу и рвать друг друга клыками и когтями.

Марианна, в ужасе от всего происходящего, быстро отползла к стене и уперлась спиной в стену. Она прижималась к холодному камню и бездумно следила глазами за живым кровавым клубком. И вдруг страх отпустил её - девочке стало все равно, что вокруг происходит. Видимо, слишком много она натерпелась за сегодня - орки, вампиры, колдунья, а теперь вот это.

Она безучастно посмотрела вокруг - все её спутники, похоже, понемногу начали освобождаться. Радан уже сидел на полу и пытался встать, правда, это у него еще не получалось. Алмаз была в таком же положении - она крутилась, ругалась, но невидимые путы еще полностью не исчезли. Все это происходило очень быстро - каменная плита которая начала двигаться, как только Зерги закричала, до сих пор еще не открыла проход полностью.

Марианна, все также словно во сне равнодушно, смотрела как Радан, наконец поднялся и, шатаясь, медленно побежал к трону. С каждым шагом он двигался все уверенней, похоже, действие колдовства слабело. Он добежал до ступеней ведущих к каменному креслу, взбежал и бросился к столику, на котором лежала сабля. Соболь схватил оружие и замахнулся на сидевшую Зерги. Не чувствуя никакой радости, Марианна поняла, что сейчас они освободятся от Проклятой, надо вставать.

Она замерла, не в силах оторвать взгляд от сабли Радана. Но прошла секунда, потом другая, а Соболь так и стоял замахнувшись. Он опять не двигался. Колдунья, сидевшая перед ним, даже не пошевелилась, она почти исчезла и стала больше походить на тень. Алмаз, тоже освободилась и бросилась на помощь Соболю, но и она, вдруг, застыла рядом с ним.

В это время, в дальнем углу зала, там, куда укатились схватившиеся звери, все стихло. В полумраке из кучи, порыкивая, поднялась лишь одна фигура. Она встала на задние лапы, и Марианна поняла, что это медведица. Она вглядывалась в нее, боясь поверить своим глазам - неужели это Лесная? Медведица, вдруг, помахала лапой девочке, потом развернулась и скачками понеслась к трону. Сердце Марианны на миг остановилось, а потом забилось быстрее - она ожила. Все! Раз Хазимай здесь, значит все наладится. Она всегда выручала их: и в первый раз в лесу; и в корчме на берегу реки; и Енек она спасла. Хазимай их счастливый амулет.

Её радость прервалась неожиданно - с трона, навстречу медведице, вдруг прыгнула темная тень. Они встретились и зверя окутала темная пелена. Черные рваные клочья тумана, сначала медленно, а потом все быстрее закружились вокруг медведицы. Лесная сначала замедлилась, а потом вообще остановилась и присела на задние лапы. Зверь обиженно заскулил и лишь качал головой не в силах выбраться из этого, пахнущего смертью хоровода.

В тот же момент в открывшийся проход из темноты пещеры хлынули те, кого призывала ведьма. Первым ворвался высокий Голанд, за ним темной волной остальные. Старший вампиров сразу сориентировался - он бросился к танцующему черному вихрю, кружащему возле медведицы. Марианна прикрыла глаза, она не хотела видеть, как Хазимай сейчас разорвут на куски. Ей опять стало плохо - жизнь только что улыбнувшаяся, опять повернулась к ней своей страшной стороной.

Однако, все случилось совсем не так, как ожидала девочка. Вместо рева битвы все вокруг, наоборот, стихло. Марианна приоткрыла глаза и увидела, что вампиры остановились вокруг медведицы, не переступая границы кружащих черных хлопьев.

- Что смотришь? - с трона донесся змеиный шепот, наполнивший все подземелье. - Разорвите её, Голанд.

Вогал повернул свое серое лицо к Проклятой:

- Она Лесная, мы не можем.

- Неет! - злобно завизжала та. - Можете! Вы уже не Вогалы, вы вампиры!

- Но она из первых, - неожиданно, не подчинился вампир. - Она как мы.

- Ты идиот, мой дорогой! Ты не видишь, что я еле держу её? Она действительно из первородных, но она пошла против меня! Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром?

- Мы схватим её, но убивать не будем, - Голанд упрямо стоял на своем. - Убери свое колдовство.

- Ладно, - сдалась Зерги. - Я сама разберусь с ней, когда обрету силы.

В её голосе прозвучала скрытая угроза. 'Наверное, она разберется не только с Хазимай, но и с ними тоже. И с нами', - обреченно думала девочка.

Туман вокруг Лесной собрался опять в одно чернильное пятно и скользнул обратно к трону. Там он быстро окружил колдунью и тут же исчез, словно впитался. Вогал скомандовал и медведицу тут же облепили десятки вампиров, опять началась схватка, но в этот раз перевес оказался не на стороне Лесной. Несколько раз темные серые фигуры отлетали из кучи, но тут же бросались обратно. Невозможно убить тех, кто и так мертв. И, вдруг, все прекратилось - вампиры расступились, посреди их серой толпы стояла миниатюрная фигурка Хазимай.

Марианна страдальчески сморщилась - лицо и голые руки девушки все были в порезах и кровоточили. Лицо было разбито, а верхняя губа порвана. В это раз волк сумел изувечить Лесную, гораздо сильнее, чем в прошлые встречи. Почуяв кровь, вампиры невольно тянулись к Хазимай, но ни один из них не прикоснулся к девушке. Марианна не все поняла из разговора Голанда и Зерги, но смысл уловила - даже измененные Вогалы почему-тоне могут убить Лесную.

Голанд что-то выкрикнул и толкнул двоих крупных вампиров. Те убрали когти и отворачивая лицо повели девушку к дальней стене.

- Подождите, - голос Зерги остановил их. - Я кое-что придумала. Голанд, сейчас её убьют, а вы будете не причем. Я не могу заняться главным делом, пока она жива. Она может помешать, первородные непредсказуемы. Ты видишь, что она сделала с Сельфовуром - а ведь он был сильным магом, даже по старым меркам, а она всего лишь Лесная и, значит, никакой магии для убийства не использует.

'Что она опять придумала, и почему она так хочет убить Хазимай?' Девочка в кровь искусала губы, переживая за дорогих ей людей, за этими переживаниями, она на время забыла о собственной судьбе. Что ожидает её саму?

То, что придумала Зерги - было настолько гнусно, что девочка даже подумала, что ослышалась. Но нет - все происходило в действительности.

- Иди! - приказала ведьма, и Радан, до этого стоявший словно истукан, послушно развернулся, спустился по ступеням и направился к Хазимай. Сабля, зажатая в его руке, подрагивала при ходьбе и поблескивала, отражая огни свечей. Марианна не могла отвести глаз от клинка - неужели Соболь сделает это? Ведь он же любит Хазимай. Только сам Соболь не понимал этого, а Алмаз и дети давно это заметили.

Однако, он целенаправленно шел к девушке. Вампиры вытолкнули Хазимай навстречу.