Платформа была пустынной. Снег скрипел под ногами редких прохожих, ветер нёс сизый дым от пожара, тянувшегося с юга, со стороны административного корпуса. Там всё ещё тлели архивы. Листы бумаги взлетали в небо, словно пепел. На стенах вокзала висели обугленные обрывки объявлений: «Бдительность — дело каждого» и «Враг не дремлет», покосившиеся от сырости. Керосиновая лампа мигала у входа в зал ожидания, отбрасывая на стены бледные, неровные тени, напоминающие кардиограмму.

Младший лейтенант стоял на перроне, прижимая к себе чемодан. Дешёвый, с облезшей ручкой. На его лице не отражалось ничего. Пустота. Лишь губы слегка дрожали. Взгляд был устремлён на рельсы, туда, где скоро должен был появиться грузовой поезд, не для него, но другого не ожидалось.

Сзади послышались шаги. Лейтенант обернулся. К нему приближался высокий мужчина в старом полушубке. Лицо скрывал надвинутый капюшон. Он подошёл медленно. Наступила пауза.

— Давно ждёшь? — спросил мужчина.

Лейтенант не ответил. Затем коротко кивнул.

— А она? — продолжал мужчина.

— Уехала, — глухо произнёс лейтенант. — Ещё утром. Даже не попрощалась.

— Сказала что-нибудь? — спросил мужчина.

— Ничего. Просто собрала вещи, — ответил лейтенант.

— Ну… — мужчина выдохнул. — Значит, не твоя.

— Помолчи, хорошо? — попросил лейтенант.

— Я молчал. Тогда. Помнишь? — сказал мужчина.

Лейтенант обернулся и внимательно вгляделся. Его глаза расширились.

— Ты… — он отступил на шаг. — Ты ведь…

— Ага, — подтвердил мужчина.

— Но тебя… Тебя же увезли. Я думал, ты… — лейтенант запнулся. — Я не знал, что ты вышел.

— Не вышел, — спокойно сказал Демьян. — Меня выбросила эта система.

Наступило молчание. Затем лейтенант шумно выдохнул, откинув голову назад.

— Чего ты хочешь? Устроить сцену? Поздно. Всё и так развалилось, — сказал он.

— Я ничего не устраиваю. Просто хотел посмотреть, — ответил Демьян.

— Посмотреть? — переспросил лейтенант.

— Да. На результат, — пояснил Демьян.

Лейтенант крепче вцепился в ручку чемодана.

— Ты думаешь, я был заодно с ними? — спросил он.

— Я думаю, ты смотрел в стол, когда на него клали поддельные бумаги. И молчал, когда тебя просили подтвердить, — сказал Демьян.

— Я не мог… Это был кабинет Волкова. Там… — лейтенант развёл руками. — Это не место для обсуждений!

— А для чего тогда? Для молчаливого согласия? — спросил Демьян.

— Ты не понимаешь! Там сидел майор. Два понятых. Папка уже была готова. Мне что, кричать, бить по столу? — воскликнул лейтенант.

— Можно было сказать: «Это не его подпись», — ответил Демьян.

— И что бы это изменило? — спросил лейтенант.

— Мне, может, ничего. А тебе бы изменило всё, — сказал Демьян.

Лейтенант отвернулся.

— У меня был приказ. Я должен был молчать, — пробормотал он.

— А теперь молчи дальше, — сказал Демьян.

— Думаешь, это из-за тебя всё? Что я теперь никто? — спросил лейтенант.

— Нет, — Демьян пожал плечами. — Из-за тебя.

— Ты подделал письмо, — обвинил лейтенант.

— А ты не остановил, — ответил Демьян.

— Ты разрушил мою жизнь! — выкрикнул лейтенант.

— А ты смотрел, как рушится моя. Баланс, — сказал Демьян.

— Баланс? Серьёзно? Ты сравниваешь… — лейтенант замахнулся, но опустил руку. — Ты ненормальный.

— Я — продукт системы. Такой, каким вы меня сделали, — ответил Демьян.

— И что, теперь ходишь и мстишь всем, кто рядом стоял? — спросил лейтенант.

— Нет. Только тем, кто отводил взгляд, — сказал Демьян.

— Я не выбирал, понял? — закричал лейтенант. — Мне было двадцать два. Я даже не знал, что делать! Я думал, это ошибка, что всё решится.

— А теперь знаешь, как оно решается, — ответил Демьян.

— Ты подлец, — прошептал лейтенант.

— Зато честный, — сказал Демьян.

Он подошёл ближе и сунул в карман шинели лейтенанта письмо. То самое. Подделанное. С подписями и печатью. Лейтенант дёрнулся, но не вытащил его. Его руки дрожали.

— Зачем ты мне его дал? — спросил он.

— Чтобы ты знал, каково держать ложь в руках, — ответил Демьян.

Из темноты донёсся гудок. Поезд приближался. Медленно. Без остановки. Грузовой. Платформа задрожала. Демьян отступил в тень. Лейтенант остался один.

Снег хрустел под подошвами. Никто не подходил. Никто не ждал.

Демьян смотрел, как лейтенант опускается на лавку. Как он зажимает лицо руками. Как письмо падает на пол. Его не поднимают.

Гудок раздался снова. Громче.

Платформа осталась пустынной.