Он проснулся оттого, что кто-то не очень сильно, но настойчиво тряс его за плечо, и хватка у этого самого трясущего была довольно жесткой.
— А? Что? — Гошка разлепил глаза, увидел прямо перед собой румяную и бородатую физиономию Рамсея и сразу все вспомнил. — Ты! — сказал он одновременно обрадованно и разочарованно. — А я думал, что все это мне приснилось.
— Еще чего! — возмущенно фыркнул Рамсей. — Мне, знаешь ли, даже трудно представить, кто может быть более реальным, чем мы, гномы.
— И мы, вилы, — певуче откликнулась рядом Равина.
Гошка огляделся.
Их дрезина стояла в центре точно такой же по виду станции, как и та, с которой они отправились… когда это было?
— Я долго спал? — осведомился Гошка и крепко растер лицо ладонями.
— Пару часов, — ответил Рамсей. — Мы прибыли, выходим. Дальше — пешком.
Снаружи уже подкрались сумерки. Солнце ушло за громадные ели, которые подступали к самому входу в тоннель гномьей Подземной Дороги; и сразу от входа начиналась довольно широкая, хорошо утоптанная тропинка.
— Может, захватим факелы? — предложил Гошка. — Скоро совсем стемнеет.
— Не надо, — качнул головой Рамсей. — Нас должны встретить.
И действительно. Не успели они углубиться в сумрачный еловый бор и на сотню метров, как впереди, между стволами, мелькнули огни, и на тропу из-за елей выступили тонкие изящные фигуры. В руках они несли на длинных палках светящиеся шары.
Сразу стало светлее, и Гошка, разглядев встречных, восхищенно втянул в себя сырой вечерний воздух, пропахший хвоей.
Несомненно, это эльфы![19]
И Рамсея с Равиной спрашивать не надо, чтобы понять — это они! Кто еще из Маленького Народца (как правильно называл всех сказочных существ К. Саймак) обладает таким изысканным изяществом и утонченной красотой! В глазах каких еще разумных существ может светиться столько мудрости, красоты и скрытой отваги! И в чьих еще голосах, наконец, звучит, переливаясь, и рокот океана, и пение птиц!!
Гошка был очарован мгновенно и навсегда.
Ростом примерно с него самого, эльфы держались так прямо и столько в каждом их движении было скрытой внутренней силы, что они казались гораздо выше, чем на самом деле.
Их одежда…
Гошка сразу понял, что более удобной, практичной и красивой одежды он в жизни своей не встречал, и тут же его верные джинсы и мягкая фланелевая рубаха показались ему неудобными и тяжелыми. К тому же он изрядно пропотел, а от эльфов веяло удивительной свежестью и одновременно сухим уютным теплом.
— Приветствуем вас, достопочтенный гном Рамсей и прекрасная вила Равина, — звучным голосом произнес один из эльфов, выходя вперед. — И тебя, мальчик, приветствуем тоже. Мы уже знаем о твоем столь неожиданном прибытии в наш мир. Назови свое имя.
— Я Игорь Рябинин! — гораздо громче, чем собирался, представился Гошка. — Друзья зовут меня просто Гоша. Позволено ли мне будет узнать имена досточтимых эльфов? (Ого, подумал он, как это у меня получилось?)
— Меня зовут Илувар, — едва заметно улыбнулся эльф. — Мои спутники, — он обернулся и плавно повел рукой, — Эливэн и Менигор (эльфы молча поклонились). Все мы, разумеется, полностью к вашим услугам. Сейчас, однако, прошу вас следовать за нами. Скоро ночь, а нам предстоит пройти еще около… пяти километров.
Тропинка расширилась и постепенно превратилась в довольно широкую и хорошо утоптанную дорожку.
Густой вечерний туман висел среди елей-громадин, цепляясь за их мохнатые лапы. Густо пахло хвоей, и первые звезды остро блеснули между верхушек деревьев.
Чем ближе подступала ночная мгла, тем ярче светились непонятно из чего сделанные шары на палках у эльфов. Впереди шел Менигор, посередине, рядом с Гошкой, Рамсеем и вилой Равиной — Илувар, а замыкал шествие Эливэн. Шли в полной тишине, и хотя у Гоши на языке вертелся тысяча и один вопрос, он сдерживал себя, потому что еще в начале пути Илувар строго предупредил: на подходе к Укромному Месту соблюдать молчание.
Зачарованный этим безмолвным движением сквозь сказочный лес, Гошка потерял счет времени. Он не носил часов, потому что обычно чувствовал время с точностью до минуты, но теперь его биологические часы отказали. Ему представлялось, что они идут так уже очень долго и — странно — он совсем не устал и готов был шагать по этой удобной дорожке, поглядывая время от времени на сосредоточенные лица своих спутников, столько, сколько понадобится. Хоть всю ночь и весь следующий день.
Он чувствовал себя очень хорошо.
Неожиданно Менигор свернул вправо на боковую узкую тропку, и Гошка понял, что необыкновенный еловый лес (он никогда раньше не встречал елей такой величины) кончился, потому что теперь тропинка вела через густой подлесок, и приходилось постоянно пригибаться или отводить в сторону ветви орешника, клена и ольхи. Во всяком случае, листья этих деревьев Гошка узнал при свете эльфийских шаров.
Но вот подлесок остался позади, а впереди между громадными гладкими стволами незнакомых деревьев тепло засветились два окошка бревенчатого дома, к крыльцу которого и вела тропинка.
— Ну вот мы и пришли, — нарушил молчание Илувар. — Прошу в дом и… можно разговаривать!
Менигор и Эливэн остались снаружи, а Илувар повел гостей в дом. И первое, что увидел Гошка, когда переступил из прихожей порог большой гостевой комнаты, ярко освещенной такими же шарами, что были в руках у эльфов, но только висящими под потолком, как лампы, это Сашку Уварову и младшего сержанта Романа Березу, радостно вскочивших ему навстречу из-за стола. Стол был обильно уставлен всевозможной снедью и кувшинами с напитками.
За этим же столом сидел еще высокий и тощий тип с длинными седыми волосами до плеч и, как минимум, двухнедельной щетиной. Но Гошка не стал более пристально рассматривать странного незнакомца — он бросился к друзьям.
— Шурка! Роман! Как вы тут оказались?!
Он попытался обнять сразу обоих, но вышло так, что их обоих — его и Шурку — обнял Роман.
— Ну вот ты и нашелся, — с видимым облегчением сказал младший сержант. — Сла… ох, простите, ваше лесничество, чуть не вырвалось…
— Ничего, ничего, — добродушно ухмыльнулся длинноволосый тип. — Вы же сдержались. Ну, а в том, что ваш друг нашелся, нет ничего удивительного — ведь я вам говорил, что вы его тут найдете, не так ли?
— Кто это? — шепотом спросил Гошка у Романа.
— А… да… ты ведь не знаешь… Гоша, позволь тебе представить лесного царя, лешего Леса. Это наш друг. Он очень нам помог. Да что там помог! Скажем прямо: что, если бы не он, мы бы вообще вряд ли сумели тебя отыскать.
— О-очень приятно, — ошеломленно кивнул Гошка. (Леший… С ума сойти!)
— А это твои спутники? — спросил Роман, внимательно оглядывая Илувара, Рамсея и Равину. — Познакомил бы… (На Равине его взгляд задержался дольше, чем на других.)
— Ох, простите, друзья! — опомнился Гошка. — Познакомьтесь. Это замечательнейший гном Рамсей, который первым встретил меня в этом чудесном мире и помог бежать из вражьего плена, и вила Равина, которая умеет летать и тоже помогла мне и Рамсею. Я, честно говоря, совсем не знаю, кто такие вилы… то есть теперь, конечно, знаю… то есть… я хотел сказать…
— Не трудись, Гошенька, — мелодично засмеялась Равина, приседая в легком реверансе. — Мы, вилы, существа гораздо более редкие и малочисленные по сравнению, скажем, с гномами или эльфами, и поэтому о нас мало кому известно на Земле-один. Я думаю, что у нас еще будет время поближе познакомиться с твоими друзьями, — и она одарила младшего сержанта Романа Березу таким взглядом своих чудных зеленых глаз, что у того на секунду перехватило дыхание, как во время первого в его жизни прыжка с парашютом.
— Да, наверное, — непонятно отчего смутился Гошка. — А это… Это высокочтимый эльф Илувар. Он нас встретил и любезно проводил сюда.
Илувар сдержанно поклонился, и его лицо осветила приветливая улыбка.
— А это, — продолжил Гоша, оборачиваясь к Шуре и Роману, — мои друзья. Саша Уварова — мы с ней учимся в одной школе и вообще… и младший сержант воздушно-десантных войск Роман Береза, который очень многому меня научил в моей пока еще недолгой жизни.
— Что ж, — подытожил Илувар, — как хозяин этого дома, я прошу всех к столу. Нам необходимо как следует подкрепиться и обсудить положение. Лес, вы давно прибыли?
— Минут за пятнадцать перед вами, — откликнулся леший, усаживаясь на прежнее место. — Ваши эльфы, досточтимый Илувар, проводили нас сюда и велели ждать. Правда, чего именно ждать, они не соизволили сообщить, но мы догадывались, что их неразговорчивость связана с необходимостью соблюдать осторожность, и не обиделись.
— Да, — кивнул своей красивой головой Илувар, — мы вынуждены соблюдать осторожность. За последние несколько сотен лет наш мир забыл это слово. Мы, эльфы, неоднократно предупреждали всех… и что теперь? Вот вам печальный результат — враг вторгся в наш дом и творит в нем все, что пожелает.
— Кто знал, — пожала великолепными плечами вила Равина, и крылья за ее спиной встрепенулись. — Если вы, эльфы, так мудры, как хотите казаться, то почему не предвидели вторжение или не сделали сразу же все, чтобы уничтожить захватчиков?
Илувар нахмурился, и в его громадных, чуть ли не достигающих висков глазах метнулось темное пламя, но тут вмешался Лес:
— Друзья, друзья! — пророкотал он. — Зачем же ссориться? По-моему, Совет назначен на завтра, так ведь? Вот на нем и обсудим наши дальнейшие действия. Ты, Равина, не забывай, что именно эльфы созвали Совет, как наиболее организованные из нас. Без них мы бы так и продолжали сидеть по своим лесам и горам. И вообще. Не знаю, кто как, а лично я изрядно проголодался. Высокочтимый Илувар, позволено ли будет вашим гостям приступить к трапезе или мы продолжим препираться?
— Ох, прошу прощения, дорогие гости, — Илувар крепко провел по лицу ладонью, как бы стирая усталость и гнев. — В особенности прошу прощения у тебя, прекрасная Равина. Я был несдержан, и мне нет оправдания. Последнее время пришлось очень мало спать… впрочем, я уже сказал, что мне нет оправдания. Садитесь за стол, прошу вас. Садитесь и угощайтесь.
— Да! — подхватил Рамсей, усаживаясь одним из первых и протягивая руку к изящному кувшину. — Замечу, что мы, гномы, являемся знатоками по части приготовления эля, но эльфийский эль… это, поверьте, нечто особенное! Должен признать, что он ничуть не уступает нашему, гномьему элю, как по части…
— Не уступает! — фыркнул Лес. — Скажи лучше: намного превосходит!
— Ну-у… — начал было Рамсей.
— Друзья! — Илувар поднялся, держа в руке серебряный кубок, наполненный драгоценным элем. — Я приветствую вас в стенах этого дома и надеюсь, что гостеприимство эльфов не омрачится тенью той беды, которая так внезапно обрушилась на наш мир. Я пью за ваше здоровье, за процветание ваших домов, вашей страны и вашего мира, — он поймал взгляд Романа, с сомнением скользящий по Гошкиному и Шуркиному кубкам, и добавил: — Не беспокойтесь, Роман. Детям эльфийский эль только на пользу, так же, впрочем, как и эль гномов. Мы, Маленький Народец, вообще не делаем напитков, содержащих алкоголь. Пейте смело, друзья.
Позже ни Гошка, ни Роман, ни Шура так и не могли толком припомнить, что же именно они ели в тот раз за эльфийским столом. Было необыкновенно вкусно и сытно — это да, это они помнили. Мясо? Возможно. Рыба? Очень может быть. Фрукты? Почти наверняка. Но как и с чем было приготовлено мясо? Рыба жареная или запеченная, да и рыба ли? Какие именно фрукты? Эль — да. Вкус эльфийского эля они запомнили очень хорошо.
После первого кубка ушла из мышц тягучая усталость. После второго стала светлой и легкой голова. После третьего они почувствовали, что их души, тела и разум достигли, наконец, той самой гармонии, к которой стремились всегда.
Это было восхитительное ощущение, и Гошка даже на какую-то минуту совершенно забыл, зачем и почему они сидят за столом со всеми этими сказочными существами и как вообще они здесь оказались. Ему было просто очень хорошо и покойно.
Однако Роман, как вскоре выяснилось, не забыл ни о чем. Произнеся в ответ по-военному краткий и учтивый тост за хозяев и поблагодарив присутствующих за оказанный прием и помощь, он вежливо осведомился, как и когда они, хозяева, намереваются отправить гостей обратно в их родной мир.
За столом неожиданно стало тихо.