Кит ещё вечером договорился с папой, что утром они съездят на строительный рынок за камнями. Папе понравилась идея альпийской горки и то, что можно будет сделать сюрприз для мамы.

Они вместе выбрали три больших светло-жёлтых валуна и решили, что для первого раза достаточно. Решили, что обязательно приедут сюда ещё раз, уже вместе с мамой.

Пока папа ходил оплачивать покупку, Кит слонялся среди высоких камней, среди штабелей плитки для дорожек и для облицовки домов. Было жарко. Всё вокруг казалось белым и сверкающим. Тени почти не было. Кит подобрал несколько плоских камешков, которые было удобно пускать по воде, и сел у входа в контору, рядом с каменными львами. Вскоре папа вышел. Они погрузили камни и поехали домой.

По дороге Кит сказал, что его сегодня пригласили на день рождения.

— Только там… это… вечером все собираются. Типа на всю ночь. Можно я тоже? А утром приду, как раз к маминому приезду…

Папа неожиданно не стал возражать.

— Хорошую ночь выбрали! Как раз самое время прыгать через костры и искать в лесу цветок папоротника.

Про то, что эта ночь какая-то там особенная, Кит вообще не знал. Полез в телефон смотреть и сильно засомневался в том, что Яника или Марат пойдут куда-то искать цветущий папоротник. И уж тем более Тихон Карлович.

Потом он съездил в Раменское. Купил пару красивых альбомов и золотые фломастеры. Для подарка. Потом на электричке поехал на почту. Надо было успеть до праздника отвезти на сортировочный пункт накопившиеся письма и посылки и забрать всё пришедшее.

Пока ехал, слушал, как на соседнем сиденье ругались две тётки.

— Вот представляешь, Кать, и нескольких дней новая избушка не простояла. Мы всем посёлком скинулись, поставили на детской площадке горку, качели, песочницу. А потом кто-то поставил ещё маленький деревянный домик для игр. Нет, мы не ставили. Просто на днях там появился домик. И что ты думаешь? Сегодня утром иду — его нет.

— Его же так просто не унести?

— Вот и я думаю, как уносили-то? Изверги. Он же из дерева.

— Наверняка машину подогнали…

— Ну вот это кем надо быть, чтобы украсть с детской площадки избушку?

— А у нас однажды в Москве тоже странный случай был на детской площадке. Поставили там новую горку, такую, знаешь, пластмассовую, как сейчас модно, в форме ракеты…

Киту было интересно послушать дальше, но электричка уже подошла к Кратову и раскрыла двери.

Кит выскочил на станцию в последний момент.

«Избушка, избушка… кажется, Волк-Лесовский говорил, что у них пропала недавно избушка. Может быть, как раз она… гм… сейчас пропала второй раз?»

Кит без приключений слетал на сортировочный пункт. Вернулся. В ангаре никого не было, ни Марата, ни Харлампыча. Только на столе лежала куча винтиков и шестерёнок. Кит погладил Гуся-Лебедя, угостил его печеньем. Потом взял мешок и пошёл раскладывать посылки.

— Ну наконец-то, молодой человек, — за столом у окна в зале для посетителей сидела Кира Никандровна.

Кит никогда раньше не видел, чтобы она приходила на почту. Кира Никандровна подошла ближе, и Кит заметил, что она выглядит так, как будто за ночь постарела на много лет. Или даже на много десятилетий. Глаза у неё были красные, заплаканные.

— Мне срочно надо с вами поговорить.

Кит положил мешок.

— Я разберу! — Эльвира Игоревна встала с места, подойдя ближе, шепнула: — Что от тебя хочет старуха? Кира Никандровна на почту никогда не приходила! Ни разу за всё время, как я здесь работаю!

Кит пожал плечами и вышел в зал для посетителей.

Кира Никандровна оглядела зал.

— Давайте выйдем на улицу! Здесь слишком много народу!

Кит обернулся. У окошка, за которым сидела Мила, двое молодых людей запихивали в коробку огромного ярко-синего игрушечного лося в горошек, за ними Деметра Ивановна подписывала маленькие полосатые коробочки. Рядом с ней о чём-то спорила компания весёлых старушек.

— Да, на улице как раз есть скамейка, ну, перед обычной почтой.

Скамейка была тёплой и пыльной, но Кира Никандровна, кажется, совершенно не заметила этого. Она опустилась на скамейку, поднесла к глазам чёрный кружевной платок.

— Николенька пропал!

— Как пропал? — удивился Кит. — Вчера, когда я уходил, он улыбался в зеркале. Мы же с вами вместе видели!

— Да, Лика сразу же стала кричать, что это вы виноваты. Это было бы просто и даже отчасти понятно… Но нет, я точно знаю, что, когда вы уходили, Николенька был дома… а потом… потом… — Старуха снова всхлипнула и поднесла к глазам платок.

— Что потом?

— Потом оказалось, что кто-то снял ключ от его зеркала с шатлена…

Кит вспомнил про странную тень, которая дымным клубком окутала связку с ключами, но промолчал. Потом спросил:

— А олень пришёл?

— Нет, тоже не вернулся. Но олень сам разберётся, а вот Николенька…

Кит совершенно не представлял, чем он может помочь старухе. Не напишешь же в какую-нибудь организацию, ну, из тех, что занимаются поиском пропавших детей: так, мол, и так, пропал мальчик, глаза голубые, волосы светлые, на ногах полосатые носочки, жил в зеркале…

— Кит, привет! Мы решили зайти за тобой, пора уже! — Марат и Яника подошли к лавке. У Марата в руках был большой пакет.

— Яника решила переодеться в платье!

Кит поднялся с лавки.

— Да, нехорошо будет, если мы опоздаем.

Старуха неодобрительно посмотрела на подошедших.

— Простите, Никита, что я вас задержала. Если вы вдруг где-то встретите Николеньку, скажите ему, что мы все его ждём… И любим…

Кит попрощался с Кирой Никандровной, зашёл на почту за рюкзаком и вместе со всеми пошёл на Седьмую линию.

У калитки стоял Илья. На этот раз на нём была широкополая шляпа и чёрный плащ с алой подкладкой, какие рисуют на картинках с вампирами. На вампира румяный и рослый Илья был совершенно не похож, но плащ ему шёл.

— Проходите, проходите. Палатки с костюмами направо, если у вас есть транспортное средство — налево.

— Почему он сказал про транспортное средство, мы же так пришли? — удивилась Яника.

— Ну мало ли, вдруг кто-то пригнал и решил поставить, чтобы оно потом его отнесло домой. У меня дядька так делает, когда идёт в гости. Говорит, очень удобно.

На участке Яника сразу замахала рукой знакомым девочкам, выхватила у Марата пакет и убежала. Кит с Маратом пошли к другой палатке.

Чего там только не было! На одной длинной, как в магазине, вешалке сверкали искусственными камнями камзолы, золотые драконы и красные фениксы порхали по восточным халатам, висели строгие костюмы и пёстрые рубашки из прошлого века. На столе лежали шляпы, которые носили в разные века и явно в разных странах. На соседней вешалке разместились строгие плащи и мантии.

— Проходите, проходите, молодые люди! — У стола со шляпами стоял Эдуард Омутов в непривычном для Кита китайском наряде из тёмной ткани. В руках у него был сложенный веер. — Выбирайте, что кому нравится! Мы с Милой решили немного помочь сегодня Тихону Карловичу с его гостями и всем этим театром! Мила помогает барышням и дамам, а я здесь работаю! — Омутов сделал широкий жест веером, обводя помещение, и Кит заметил белого тигра в цветочек, который мирно спал в углу на куче каких-то тканей.

Марат подошёл к вешалке, уверенно выбрал зелёный камзол, взял со стола шляпу и пошёл переодеваться.

— В саду встретимся!

Кит немного побродил, всё рассматривая. Совсем переодеваться ему не хотелось. Он взял широкополую шляпу с перьями, первый попавшийся плащ и вышел на улицу. Ни Яники, ни Марата не было видно. Он решил пройтись немного, осмотреться.

Слева от калитки стояло несколько летающих рыб незнакомых Киту моделей. От остального участка их отделял ряд высоких можжевельников. Кит подошёл поближе, чтобы рассмотреть механизмы. Ближайшая к нему рыбина была похожа на большого сома с длинными металлическими усами. За сомом стояла маленькая серебристая рыбка с розовыми плавниками.

«Наверняка какая-то девушка на ней прилетела или даже девочка». За рыбкой спала большая зеленоватая щука с тёмными матовыми пятнами. Как только Кит подошёл поближе, щука приоткрыла жёлтый глаз. Кит уважительно посмотрел на щучьи зубки, торчащие из пасти.

Дальше стояло несколько металлических птиц, но Кит решил, что все наверняка уже переоделись и ему пора возвращаться обратно к шатрам. И тут ему вдруг стало холодно. Вот очень холодно и неуютно. Он огляделся. Вокруг никого не было. Ни людей, ни животных, ни чего-то странного и непонятного. Ощущение не проходило. Кит сделал несколько шагов в сторону можжевельников и вдруг заметил, что к забору подлетела небольшая избушка. Самая обычная избушка, типа той, какую он видел недавно на детской площадке. Избушка зависла над забором, как будто стараясь пройти сквозь невидимый барьер. Кит сделал ещё шаг назад, в колкое зелёное пространство, пахнущее лесом и теплом. Шляпа упала на землю, но подбирать её он не стал.

Избушка повернулась над забором вокруг своей оси, скрипнула, перелетела через него и тяжело опустилась позади рыб. Несколько секунд ничего не происходило. Потом из избушки вылезло тёмное существо, похожее на тень от большой собаки или волка, но на длинных тонких лапах. Оно немного постояло неподвижно, словно принюхиваясь и оценивая мир вокруг. И вдруг начало меняться. Сначала стало невысокой полноватой женщиной, но женщина быстро растаяла в воздухе, и на её месте оказался худой человек в белом парике. Человек посмотрел вокруг и неторопливо превратился в мальчика лет одиннадцати-двенадцати. Мальчик придирчиво оглядел свой костюм и ноги в полосатых носках. Перевёл взгляд на руки. И топнул ногой от досады.

Кит снова почувствовал странное раздражение, но на этот раз эмоции были не такими сильными, как будто то, что их вызывало, находилось не так близко, как в прошлый раз. Он почти не дышал, стараясь запомнить странного гостя и понять, почему тот чем-то недоволен.

Тени у гостя не было и в этот раз, но что-то в нём неуловимо изменилось. Теперь мальчик был плотнее, материальнее. И количество пальцев на руках у него было почти правильное: на одной пять, на другой четыре.

Мальчик ещё раз топнул ногой, потом посмотрел в сторону шатров. Кит посмотрел туда же. В шатры заходила большая семья с кучей детей разного возраста. Мальчик перевёл взгляд и посмотрел в сторону Кита, потом на землю, где лежала шляпа, прищурился и вдруг неожиданно метнулся к шатрам, затерявшись среди детей.

И только тут Кит вспомнил слова Марата, что избушки так устроены, что не могут летать, если внутри находится кто-то живой. Кто-то живой! Значит, это существо не было кем-то живым! Кит выскочил из укрытия и бросился к шатрам.

— Кит, ты куда? — Марат и Яника стояли неподалёку и улыбались.

Марат был в старомодном бархатном костюме, Яника — в пышном золотистом платье.

— Ты же уже вроде переоделся?

— А где шляпа?

Кит рассказал, что видел, как на праздник прилетел очень странный гость, которого они уже как-то видели. На улице. Неподалёку от участка…

— Ой, ну это же Златогоров, у него бывают разные гости!

— К нему кто угодно может прийти на праздник, хоть живые, хоть мёртвые. Ничего необычного.

Кит не был уверен в том, что к Тихону Карловичу может прийти кто угодно.

— Вон, смотри, даже Игната Васильевича пригласили, может быть, он для него позвал кого-то странного, ну, чтобы показать какие-то места для раскопок.

Кит почти не слушал. Игнат Васильевич в вышитой рубахе, джинсах и с мечом у пояса стоял рядом с шатром и разговаривал по телефону:

— Да, Тихон Карлович, я приехал. Поздравлю То ню, погляжу на ваше сложенное зеркало и назад к своим, а то они у меня народ инициативный…

Кит напряжённо разглядывал выходящих из шатра. Вот выбежали несколько мальчиков в мушкетёрских плащах и со шпагами. За ними появился солидный господин в цилиндре, который сразу же направился к другому шатру и поцеловал ручку у выходящей дамы в белом платье. Вот неторопливо двинулся по дорожке полный человек с тросточкой, за ним вышел худощавый старик в высокой шляпе и с полосатым котом на плече.

«Гость может меняться… Как я его узнаю?» — Кита вдруг охватило отчаяние.

Он не заметил, как к ним подошла Антонина.

Все вокруг вручали подарки, поздравляли, смеялись.

Антонина была в тонком венке из искусственных цветов и простом длинном белом платье, чем-то похожем на то, в котором ходила по зеркальному участку Лика.

— Ампир тебе идёт! — Яника с видом профессионала рассматривала платье. — Но я больше люблю пышное, яркое или с пауками. Я тебе принесла всяких штук для фенечек и летучую мышь вышила, смотри…

Кит помотал головой, пытаясь перестроиться обратно на праздничный лад. Достал из рюкзака свой подарок.

— Я вот, это… Тоже поздравляю. — Кит отдал Тоне подарок. Потом спросил, где можно найти Тихона Карловича.

Тоня страдальчески закатила глаза.

— Вот всегда так! День рождения у меня, а все спрашивают, где найти дедушку! Не скажу!

Она повернулась к Киту спиной и стала разговаривать с Игнатом, Ефимом и какими-то незнакомыми Киту девушками.

— Мне очень надо… Вернее, боюсь, что не мне… ну это… просто может быть важно.

Тоня с усмешкой обернулась.

— Ага, вот все, кто разыскивает деда, так и говорят, что им вот очень надо, что это важно и срочно.

Больше Кит спрашивать не стал.

Всей компанией пошли к дому, Кит плёлся в хвосте, высматривая Златогорова. Но его нигде не было видно.

Возле дома стояли столики с приборами и едой. Гости стали читать карточки с написанными именами, рассаживаться. Было ещё светло, но над столиками горели гирлянды маленьких разноцветных фонариков. Играла тихая музыка, и Кит понимал, что Тихон Карлович, так же как и вчера Кира Никандровна, пригласил музыкантов, а не просто включил запись на каком-то устройстве. Кит ни разу в жизни не был на подобном приёме и чувствовал себя очень неуютно.

— Нам сюда! — Яника махнула рукой ему и Марату.

За их столиком оказались Омутов с Милой и почему-то Игнат Васильевич. Омутов моментально нашёл с Игнатом Васильевичем общий язык и уже увлечённо обсуждал с ним, какие бывают мечи и современные способы их изготовления. Мила рассматривала браслет на руке у Яники и чертила в воздухе непонятные знаки. Марат, как всегда, изучал в телефоне какие-то механические схемы.

Кит с лёгкой паникой посмотрел на стол. Вилок было несколько, бокалов тоже, и он абсолютно ничего не знал про то, какой вилкой и что надо есть и в какой бокал можно налить сок из графина, стоящего рядом.

Неожиданно музыка смолкла.

— Дорогие гости, — раздался громкий голос Златогорова. — Я очень рад, что вы все пришли сегодня поздравить мою младшую внучку Антонину с её тринадцатым днём рождения!

Раздались аплодисменты.

Антонина встала и тоже стала что-то говорить.

Столик, за которым сидел Кит, был очень далеко от столика Златогорова и Тони. Поэтому Кит решил дождаться окончания праздничного ужина и тогда подойти к Тихону Карловичу. Он внимательно рассматривал сидящих за столиками гостей в причудливых карнавальных платьях, официантов, которые бесшумно двигались между столиками и разносили разные блюда или разливали напитки.

— Сомневаюсь, что незваный гость сел за столик, — Марат оторвался от телефона и приступил к еде, взяв первую попавшуюся вилку. — Все места за столиками были подписаны. Даже если оно и примет чей-то облик, я сильно сомневаюсь, что кто-то сможет сидеть рядом с таким странным существом, типа как мы тогда видели.

Кит присмотрелся снова. Да, все спокойно ели, раздавался звон бокалов, возгласы «С днём рождения!», стук вилок, смех, обрывки разговоров, и над всем вместе с хором вечерних кузнечиков плыла весёлая летняя мелодия, которую где-то играли музыканты. Никто в ужасе не вскакивал, не охал.

Наконец официанты перестали сновать между столами.

— А теперь приглашаю всех на площадку для игр и танцев! — раздался спустя какое-то время голос Тони.

Гости встали и начали двигаться в ту сторону, откуда раздавалась весёлая танцевальная мелодия. Некоторые остались за столиками, разговаривая и допивая лимонад.

Яника с Маратом побежали танцевать.

Кит пошёл за ними.

Сбоку от большой поляны размещалась двухэтажная беседка, на верхнем этаже которой играли музыканты. Тихон Карлович с Тоней вышли в центр площадки и стали танцевать. К ним присоединялись всё новые и новые пары. Кит стоял в стороне, напряжённо следя за танцующими.

Когда танец был окончен, Златогоров подошёл к Игнату Васильевичу, и они вместе пошли по дорожке обратно к дому. Зазвучала новая мелодия, но Кит её уже не слушал. Он тоже шёл к дому. Таинственного гостя нигде не было видно. Но Киту казалось, что тот точно где-то рядом.

У дома Кит остановился. На ступенях перед входом стоял Илья. Кит спросил его, не знает ли тот, когда вернётся Тихон Карлович.

— Скоро, наверное. Он сказал, что только покажет гостю какую-то диковину, потом проводит его и вернётся.

Кит сел рядом с одним из суровых каменных львов, стоявших у входа, и стал ждать.

Не прошло и пятнадцати минут, как Тихон Карлович появился. Игнат Васильевич шёл рядом и размахивал руками.

— Но это же удивительная находка! Это должно быть изучено, исследовано…

— Да, возможно, возможно, — Тихон Карлович убирал какой-то небольшой предмет в карман пиджака, — но место нахождения предмета иногда бывает не менее важно, чем сам предмет, и вы это прекрасно знаете…

— Вы так просто положили его в карман! Это же неправильно, ненаучно!

— Ну, что-то мне подсказывает, что у меня есть ещё один гость, которому… гм… мне хотелось бы это показать.

Кит пошёл за ними.

У шатра Игнат Васильевич снял рубаху, под которой оказалась обычная футболка. Отцепил меч. И пошёл к калитке.

— Хороший у вас реквизит! Очень правдоподобно сделано! Жду вас с вашими студентами через пару недель! Не забудьте!

Тихон Карлович закрыл калитку за своим гостем, потом обернулся к Киту.

— Почему вы шли за нами, Никита? Вы же сейчас должны вместе со всеми танцевать и веселиться.

Хотя Тоня, кажется, немного обиделась на вас, вот, говорит, один из твоих мальчишек хотел с тобой поговорить, не со мной…

— Я это… Нет, я с ней говорил, ну то есть поздравлял. Но мне важно было поговорить с вами. Срочно. Понимаете, у вас лишний гость…

— То есть?

— Ну, я думаю, что одного гостя, который прилетел сегодня, не было за столиками… И он это… не знаю, как сказать, но явно неживой!