«Без оружия в городе не выжить. А если вытащишь пистолет, лучше умей им пользоваться».

Выйдя на балкон, Джейн увидела внизу охотницу за головами.

– Карла, что вы здесь делаете? – Удивлению не было границ.

– Пришла, чтобы предупредить, – громким шёпотом проговорила Гутьеррес. – Есть риск, что вас заманили в западню. Я видела…

Что именно Карла видела, осталось загадкой: за спиной скрипнула дверь, и Джейн поспешно вернулась в комнату, не желая выдавать присутствие Гутьеррес. В проёме стоял губернатор.

– Я пришёл справиться о вашем самочувствии, мисс Хантер, – сказал он со всей вежливостью.

«Тёмный дух довёл меня до бессмысленной попытки перерезать ему глотку, охотница за головами намекает, что ваш торжественный приём – ловушка, какое тут может быть самочувствие?» – с мрачной иронией подумала Джейн, а вслух сказала:

– Всё уже хорошо, сэр Перкинс, благодарю. Я готова вернуться в зал.

– Великолепная новость, ведь как раз начинаются танцы! – просиял он.

Спустившись, она увидела, что в центре зала освободили место для танцующих пар. Музыканты заиграли новую мелодию. Патрик, на мгновение отняв саксофон от губ, подмигнул Джейн.

– Не прозевайте возможность пуститься в пляс, леди.

Он так искренне улыбался и с такой отдачей играл, что Джейн не сумела остаться равнодушной, хоть настроения танцевать и не было.

– Если найдётся тот, кто пригласит… – Она поискала взглядом Куану.

«Наверное, он не знаком с танцами, которые приняты на таких приёмах, и всё же я хотела бы ощутить его руки на своей талии, закружиться с ним под музыку, чтобы мы остались одни в этом зале и никто не мешал нам. Куана прекрасно чувствует любую мелодию и наверняка стал бы чудесным партнёром». Тут же обожгло стыдом: ведь совсем недавно она рисовала себе в роли кавалера Уолтера. Пока Джейн пыталась справиться со своими демонами, сэр Перкинс, по-прежнему сопровождавший её, проговорил:

– Вы ведь не откажете мне, мисс Хантер? Не сомневаюсь, вас ждёт ещё множество танцев этим вечером, и мне было бы очень лестно, если бы первый вы подарили мне.

Не ожидавшая приглашения, Джейн неуверенно ответила, не найдя повода отказать:

– Почту за честь, сэр Перкинс.

– Благодарю за снисхождение к старику. – Он подал ей руку.

Повести партнёршу в танце губернатор не успел. В зал ворвался мужчина, незнакомый Джейн, но явно знакомый сэру Перкинсу: по мере приближения нового гостя он становился мрачнее тучи.

– Не ждал тебя так скоро, Вернон, – сказал губернатор холодно, интонацией демонстрируя, что не рад встрече.

«Вернон? Это его сын?.. – растерялась Джейн. Стоило приглядеться к мужчине, как сомнений не осталось: он был иначе сложен – высокий и поджарый, однако в чертах лица прослеживалось отчётливое сходство. – Сэр Перкинс упоминал, что Вернон придёт, и Маргарет представится шанс поговорить с ним… Только, видимо, на самом деле губернатор этого не желает».

Появление Перкинса-младшего ускользнуло от внимания мисс Эймс только потому, что она кружилась по залу в объятиях Уильяма, решившегося пригласить её на танец. Зная Маргарет, Джейн не сомневалась, что вскоре она всё равно заметит Вернона. Сам он выглядел крайне взволнованным и явно не переживал о том, что губернатор раздражён его визитом.

– Отец, ты обещал мне! – выпалил Вернон, даже не потрудившись соблюсти правила приличия и представиться Джейн. – Ты поклялся, что не допустишь беспорядков в китайском квартале и что…

– Замолчи, – приказал сэр Перкинс.

– Не собираюсь! – вспылил Вернон. – Я оставил А Той, но взамен мы договорились о том, что ей будет обеспечена безопасность! Знаешь, что сейчас затевают горожане? Ты должен немедленно…

– За-мол-чи, – по слогам повторил губернатор. От его радушной улыбки не осталось ни следа, в глазах плескался едва сдерживаемый гнев.

– Пока вы беседуете с сыном, сэр Перкинс, позвольте мне украсть даму для танца? – неожиданно к ним подошёл тот самый мужчина, что обвинил Джейн в недопустимом интересе к индейцу.

– Разумеется, мистер Абернети. – Губернатор ухватился за возможность избавиться от свидетельницы неудобного разговора.

Джейн собиралась возразить, но мистер Абернети с силой сжал её локоть, принудительно начиная танец.

– Я не давала вам своего согласия, – прошипела она. В любом другом случае Джейн постаралась бы сохранить видимость вежливости, только не с этим мужчиной, вызывавшим стойкое отвращение.

– Я его и не спрашивал, – усмехнулся он. – Девушка, которая спуталась с краснокожим, не заслужила, чтобы к ней относились как к леди.

Дёрнувшись в его руках, она попыталась вырваться – хватка Абернети оказалась железной.

– Просто повторяйте мои движения, если не умеете танцевать. – Его усмешка стала шире. – Или ждите, пока ваш дикарь спасёт вас.

Джейн посмотрела поверх его плеча, ища взглядом Куану. Его нигде не было видно, Ральф тоже затерялся среди танцующих, не попал в поле зрения и Ривз. Зато Джереми она заметила сразу: он присоединился к музыкантам. Патрик вручил ему бубен, и теперь Бейкер мастерски отбивал такт. «Надо подобраться поближе и улучить момент…» – Задумка ещё толком не оформилась, Джейн действовала скорее по наитию. Происходящее с каждым мгновением всё сильнее напоминало ей абсурдный сон, кошмар, из которого не получалось выбраться, поэтому она действовала как в тумане. Абернети, почувствовав, что девушка больше не сопротивляется, повёл её, кружа по паркету.

Его объятия стали мягче, а сальная ухмылка не покидала губ. Джейн же думала только об одном: как подобраться поближе к Джереми. Это ей удалось, когда Бейкер вышел на середину зала, чтобы исполнить соло. Подняв бубен перед собой, он принялся выстукивать хитроумный ритм, срывая аплодисменты, а Джейн, усыпившая бдительность Абернети, выскользнула из его рук и завертелась вокруг, словно разыгрывала представление на площади. Когда все инструменты стихли и остался только бой бубна, она, не переставая сиять улыбкой, шепнула Бейкеру:

– Мы в опасности. Дайте знать остальным.

– Браво, мисс Хантер! Вы прекрасная плясунья! – ответил он громко. Едва заметный кивок дал ей понять, что предупреждение услышано.

Не выпуская бубен из рук, Джереми начал шествие по залу, обходя всех гостей. Абернети опять вовлёк Джейн в танец. Краем глаза она следила за тем, как Джереми, проходя мимо Маргарет и Уильяма, что-то проговорил им на ухо, затем нашёл в толпе Ральфа, затем…

Из холла донёсся грохот.

Кто-то ворвался в дом, то ли обрушив что-то на ходу, то ли устроив пальбу. В тут же поднявшейся суматохе разобрать, что именно случилось, было невозможно.

– Помогите! Это нападение! – закричал кто-то.

Абернети оттолкнул Джейн, бросившись прочь, и на несколько мгновений она потерялась в пространстве, едва не упав.

– Все назад! Осторожно! – возглас Ривза вернул её к действительности. Расссмотреть маршала не удалось: среди гостей мгновенно началась паника, все заметались по залу. Никто не ожидал, что вечер прервётся столь резко, и в то же время люди явно понимали, что даже в доме губернатора над ними могут учинить расправу: в Лос-Анджелесе хватало оголтелых преступных банд.

– Не стреляйте! Спасите! – доносилось с разных сторон.

Музыканты сбились в кучку, побросав инструменты, но Патрик лишь крепче вцепился в саксофон. Быстро справившись с растерянностью, он гаркнул:

– Успокойтесь, не мельтешите!

Патрик объединил усилия с Джереми, оттеснив за спину нескольких вопящих дам. Старые боевые товарищи действовали чётко и слаженно. Джейн ничем подобным похвалиться не могла: ноги будто вросли в пол. Она понимала, что на месте оставаться нельзя: слишком лёгкая мишень, – но всё равно не двигалась.

– Сохраняйте спокойствие! Всё под контролем! – голос губернатора вдруг стал зычным, легко перекрывая гам. В отличие от Вернона, в ужасе вжавшегося в стену, сэр Перкинс не походил на человека, которого застали врасплох. «Не об этом ли предупрежала Карла? Губернатор всё-таки в чём-то замешан?» – Джейн с опасением присмотрелась к нему. Суматоха не прекращалась, не давая оценить обстановку и мотивы сэра Перксина. Раздались новые выстрелы, и какая-то дама вдруг взвизгнула особенно громко.

– Кровь! У неё кровь! Она ранена! – вопили люди.

Никто не рисковал браться за оружие, потому что в таком переполохе легко было случайно попасть в своих. Не выдержав, Джейн метнулась вперёд, к выходу. Ей преградил путь Куана.

– Нет, ты бежишь прямо навстречу бандитам. – Он потянул её назад. – Скорее, на второй этаж!

Сэр Перкинс неожиданно оказался рядом, крепко сжав локоть Джейн.

– Оставайтесь на месте, мисс Хантер.

Предупреждённая Карлой, она сомневалась, что губернатор сказал это из намерения уберечь. Со всей силы отпихнув его вбок, она помчалась за Куаной. Губернатор, не готовый к такому повороту, согнулся от боли. Джейн оглянулась на ходу, шепча про себя: «Лишь бы никто из нашего отряда не откололся, лишь бы все успели!»

Она зря боялась: благодаря её предупреждению Джереми успел оповестить почти каждого. Ральф, Маргарет и Уильям спешили наверх. Сам Бейкер потащил к лестнице Патрика. Ривз стремился защитить гостей и повёл за собой тех, кто ещё не потерял голову от страха и был способен выполнять короткие быстрые указания маршала. Наконец, они добрались до коридора на втором этаже и поспешили дальше. Джейн уже знала, в какую комнату бежать.

– За мной! – крикнула она. – Спустимся через балкон.

– Слишком много людей… Все не успеют спастись, – на ходу констатировал Ральф.

Вслед за ними поднялись многие из гостей, теперь толпящихся в коридоре. Кто-то сбивался с ног и падал, кто-то голосил, кто-то упорно пробивался к кабинету. Куана подбежал к балкону, оценивая шансы: для него такой способ выбраться из дома не представлял труда, тогда как для большинства определённо стал бы рискованным.

– Вряд ли выйдет уберечь каждого, – глухо проронил индеец.

– Мы хотя бы попытаемся! – воскликнула Маргарет.

Паникующие дамы и джентльмены продолжали набиваться в комнату. Джереми громко объявил:

– Кто готов карабкаться на улицу через балкон, сюда! Кто нет, пусть сам ищет другой способ. Мы забаррикадируем вход, чтобы выиграть время для всех, кто выбирается наружу.

Не теряя ни секунды, Джейн подскочила к двери. Она старалась запустить внутрь как можно больше людей. Питер помогал ей. Когда в коридоре замаячили бандиты, стало ясно, что пора закрываться, – в противном случае они ворвутся внутрь, и всё будет напрасно. Джейн в ужасе смотрела на тех гостей, которые не успевали. Её лицо исказила болезненная гримаса.

– Придётся кем-то жертвовать, иначе всех, кто уже здесь, перестреляют, – с горечью сказал ей Патрик.

Стиснув зубы, она попыталась сдержать слёзы. Тем временем Уильям уже начал подтаскивать мебель, чтобы перекрыть вход. Ральф бросился помогать инженеру, за ним и остальные мужчины включились в работу. Совместными усилиями им удалось забаррикадировать дверь. Почти сразу из коридора послышались угрозы и крики, затем – свист пуль. Джейн нащупала индейский амулет. До этого момента она не пробовала молиться духам: слишком быстро всё происходило, а теперь расклад изменился. Маленькая передышка, которую они себе обеспечили, дала возможность сконцентрироваться. «Отгоните тех, кто ворвался в дом и сеет ужас. Пусть их оружие обратится против них же», – мысленно взывала Джейн. Хотя она не знала, кто эти люди и зачем они напали, никакой жалости к ним не испытывала и не собиралась щадить.

– Здесь слишком высоко! – гости теснились у балкона в попытках выбраться наружу.

– Это единственный способ, господа, я бы на вашем месте не капризничал особо, – хмыкнул Джереми.

– Держитесь за этот выступ, нащупайте опору для ног, потом переставляйте сюда, – не проявляя ни тени волнения, объяснял Куана.

Спокойная интонация индейца подействовала благотворно. Некоторым удалось взять себя в руки.

– Осторожно, мисс, я держу. – Ривз подхватил одну из дам. – Аккуратнее, сэр, не расталкивайте остальных!

Он одёрнул кого-то из мужчин, и Джейн узнала Абернети. Тот уже не обращал внимания на Куану, заботясь лишь о своей шкуре.

– Пропустите леди вперёд. – Уильям также старался упорядочить процесс эвакуации.

Поначалу казалось, что из-за суматохи ничего дельного не выйдет, но постепенно поток людей начал редеть.

– Потихоньку справляемся… – Патрик обернулся к Джереми, подкрутив усы. – Вот уж не думал, что судьба сведёт нас, забросив в очередную передрягу.

– Это же мы, Патрик! Ну не может ни одна передряга обойти нас стороной.

Ральф намётанным глазом оценил обстановку.

– Дело идёт на лад, – сказал он. Его бодрый тон вселял уверенность.

Стоило Джейн подумать, что всё и правда не так плохо, как над ухом раздался голос губернатора. Она вздрогнула от неожиданности.

– Блестяще сработано. Скольких людей удалось спасти благодаря слаженным действиям! – улыбнулся сэр Перкинс с завидным оптимизмом.

– Откуда вы здесь появились? – Джейн точно помнила, что его не было в числе тех, кто успел закрыться от бандитов.

– Эта комната соединена с моей спальней тайной дверью. – Махнув рукой в сторону стены, он показал проход, замаскированный гобеленом.

– Тогда его тоже нужно как можно скорее перегородить!

– Да-да, конечно, непременно. – Губернатор тяжело вздохнул, не предпринимая никаких попыток подкрепить слова делом. – Сколько усилий я приложил, чтобы очистить Лос-Анджелес от преступности… И вот, смотрите: отбросы без совести и без чести ворвались в дом самого губернатора.

Его огорчённое лицо обмануло бы любого, только не Джейн: благодаря предупреждению Карлы она не купилась на это.

– Подозрительно, ведь они наверняка знают, кому принадлежит здание.

– Если бы их это остановило! – всплеснул руками сэр Перкинс. – Напротив, угадали момент, когда проходит приём, чтобы ограбить обеспеченных жителей города…

В его тоне звучала неподдельная печаль. Мысль о том, что губернатор притворяется, задела Джейн, ведь куда сильнее хотелось ему поверить.

– Сэр Перкинс, вы, вероятнее всего, сами причастны к происходящему, – решилась она.

Брови губернатора сдвинулись к переносице, придавая лицу такой укоризненный вид, что Джейн на миг усомнилась в озвученном обвинении. Сэр Перкинс с упрёком зацокал языком.

– Только взгляните, мисс Хантер, во что превратился мой дом, что творится с моими гостями!

Всё в комнате было перевёрнуто вверх дном. Испуганные крики не смолкали, просто часть из них теперь доносилась с улицы. В дверь упорно ломились бандиты.

– И в этом хаосе я потерял Вернона, его участь мне неизвестна! – продолжал губернатор. – Какой человек добровольно обрёк бы себя на такое?

– Не знаю, что за игру вы ведёте, – Джейн качнула головой. – Меня предупредили о том, что сейчас происходит.

Щёки губернатора сделались бледнее, глаза приобрели стальное выражение.

– Вы были в сговоре с преступниками?!

– Разумеется, не была! Мне сообщили, что на дом нападут с вашего ведома!

Спутники мисс Хантер настороженно косились на губернатора. Они уже понимали, что происходит что-то недоброе.

– Я вам так скажу, сэр Перкинс, – начал Джереми. – Приём был что надо, наелся я вдоволь, за это, конечно, спасибо. Но… Если вы мутите воду, смотрите, как бы вас и самого не утянуло на дно.

– Разговор будет коротким, – отчеканил Ральф.

– А возмездие – быстрым, – добавил Куана.

Губернатор смерил долгим взглядом каждого из них.

– Прыткие у вас сопровождающие, мисс Хантер, скорые на расправу.

– Лично я в подавляющем большинстве случаев выступаю за мирное решение конфликта, особенно учитывая, что в данной ситуации мы не имеем полного представления об истинном положении дел, – счёл необходимым уточнить Оллгуд.

Питер сделал шаг к сэру Перкинсу и посмотрел прямо в его лицо.

– Леланд, будьте честны. Я знаю, что в политике свои правила, но вы всегда казались мне человеком твёрдых принципов.

Тот несколько мгновений молчал, а затем ответил:

– Да, и я до сих пор на них стою.

Поскольку Джейн напряжённо ловила каждое слово, она не сразу обратила внимание, что звуки за дверью стихли после очередной серии выстрелов. Теперь в коридоре стояла тишина. Зато это сообразила Маргарет.

– Погодите! Слышите, больше никто не ломится в дверь!

– Это наверняка уловка, – предостерёг Ральф.

И вдруг с той стороны раздался голос Карлы:

– Открывайте, господа!

Губернатор побледнел сильнее, но быстро совладал с собой.

– Мисс Гутьеррес? Мы с вами рассчитались, разве нет? – окликнул он её через дверь.

– Ну, вам не мешало бы накинуть мне ещё деньжат, – донёсся насмешливый ответ, – за то, что я перестреляла всех негодяев, которые напали на ваш дом.

Впервые за долгое время сэр Перкинс не сумел подобрать слова, словно язык проглотил.

– Так вы собираетесь меня впускать или нет? – поинтересовалась Гутьеррес.

Маргарет беспокойно втянула воздух.

– А если мы не уверены в том, что вы говорите правду?

Послышался язвительный смешок, потом Карла приказала:

– Отойдите от входа. Считаю до десяти.

Её тон был таким, что никто не посмел возразить. Через десять секунд раздался оглушительный грохот, словно Карла стреляла из нескольких револьверов сразу. Запахло палёным. Через дыры от выстрелов в комнату просочились тонкие струйки дыма. Изрешеченная пулями деревянная дверь разлеталась щепками. Куана встал перед Джейн, а Уильям заслонил собой Маргарет. Верхняя часть двери превратилась в решето, и, когда Карла надавила, доски с треском проломились, образуя прореху. Подтянувшись на руках, охотница нырнула в неё и, ловко балансируя на мебели, сваленной в кучу, спустилась.

На пару мгновений все замерли, не говоря ни слова. Наконец, Джереми выдохнул, отдавая Карле должное:

– Это было впечатляющее появление, сеньорита.

– Других в арсенале не имеется.

В каждой руке она держала по револьверу. На одежде кое-где темнели пятна чужой крови, сливающиеся с алой блузой. Карла взяла губернатора на прицел.

– Объясните этим господам, сэр Перкинс, какого чёрта вы тут устроили. Мне они могут и не поверить, а вот показания человека под дулом револьвера – штука надёжная.

Вклинилась Маргарет:

– Странно, почему бандиты не поступили с дверью так же, как вы.

– У них был приказ взять мисс Хантер живой, поэтому они не рискнули, – растолковала Гутьеррес, закатив глаза. – В этом-то и вопрос: кто отдал такое распоряжение?

Хотя сэр Перкинс догадывался, что Карле ничего не стоило без особых сожалений его застрелить, страха в его голосе не было. Напротив, губернатор старался вести себя так же благожелательно, как и всегда.

– Видимо, следовало заплатить вам больше, мисс Гутьеррес, чтобы вы уж точно уехали из города. Вместо этого вы решили вмешаться в дела, которые вас не касаются…

– Не юлите, отвечайте коротко, – оборвала она.

Он снова вздохнул, покосившись на тех, кто находился в комнате: кроме спутников мистера Ривза из ненужных свидетелей, остался только Патрик Гилмор, никаких высокопоставленных гостей, перед которыми важно сохранить репутацию. Приняв решение, что проще будет выпутаться из передряги позже, чем рисковать головой сейчас, губернатор начал рассказ.

– Если я скажу, что мной двигали добрые намерения, вы поднимете меня на смех. Тем не менее я не соврал.

Обернувшись к Питеру, он проронил:

– Я действительно искал вас, мистер Ривз, хотел помочь, когда над вами сгустились тучи. Я остаюсь верен тому, за что всегда боролся: мирная жизнь для всех без исключения. Просто важно понимать, что мой штат – приоритет для меня. Поэтому, когда люди Норрингтона вышли на связь и предложили сделку, мне пришлось согласиться. Я пообещал подстроить всё так, словно мисс Хантер оказалась похищена грабителями в разгар приёма. Не знаю, зачем она им нужна, но это и не имеет значения, ведь я получил письменную гарантию, что банда Норрингтона не пересечёт границы Калифорнии. Всего одна девушка взамен на безопасность всех вверенных мне жителей.

Не удержавшись, Джейн мрачно перебила губернатора:

– Едва ли одна. Из-за подстроенного нападения пострадало больше людей!

– Всё должно было выглядеть как правдоподобный налёт, – с грустью пояснил сэр Перкинс. – Даже если есть вынужденные жертвы, их количество несопоставимо с тем, которое будет, если Норрингтон начнёт терроризировать мои города. За всё это время никто так и не сумел найти на него управу, а мне представилась возможность уладить вопрос бескровно, разве я имел право её упустить?

Хотя у каждого имелось, что возразить, все взгляды сошлись на Ривзе, который с глубокой горечью смотрел на своего давнего знакомого.

– Это заблуждение, Леланд. Если есть хоть один пострадавший, сделку уже не назвать бескровной, – тихо сказал он.

– Иногда ради всеобщего блага приходится идти на маленькие уступки, – возразил губератор.

Карла жестом велела ему отойти.

– Эти рассуждения – уже лишнее, – процедила она. – Суть мы узнали, теперь пора откланяться.

Пока мужчины растаскивали мебель, освобождая проход, сэр Перкинс обратился к девушке, которой отводилась роль разменной монеты в сделке.

– Я не надеюсь на понимание, мисс Хантер, но…

– Никаких «но», придумайте другой способ защитить ваш штат, – отрезала Джейн.

Один за другим они покидали комнату, а губернатор не мог воспрепятствовать, поскольку Карла не опускала револьвер.

– Прощайте, мистер Ривз, – печально сказал сэр Перкинс. – Я сожалею, что так вышло.

Маршал ничего не ответил.

Джейн выходила последней, не считая Гутьеррес. Из коридора потянуло неприятным запахом крови. «Кто-то из гостей останется в этом доме навсегда, – содрогнулась она, завидев трупы. – И бандитов Карла действительно убрала всех до одного, некому задержать нас». Джейн уже миновала половину коридора, когда позади послышался выстрел, за ним – протяжный мужской стон. Выйдя из кабинета, Карла убрала револьвер и бросила:

– А теперь вам лучше исчезнуть из Лос-Анджелеса как можно скорее.

* * *

В городе творилось что-то неладное. Несмотря на позднее время, на улицах было неспокойно. То там, то здесь раздавались гневные выкрики. Вместо пары-тройки ночных гуляк между домов сновали целые группы людей. Маргарет вытянула шею, пытаясь рассмотреть источник шума. Её лошадь беспокойно потряхивала головой. Бурбон ещё сильнее тревожился, всхрапывая и не желая ехать вперёд. Джейн доверяла верному коню, который всегда чуял угрозу, однако найти путь, который вывел бы за пределы Лос-Анджелеса безопасно, едва ли представлялось возможным: судя по всему, не спал почти весь город.

– Такое чувство, что где-то жители устроили процессию, – Маргарет настороженно осматривалась, кусая нижнюю губу.

– Пахнет заварушкой. Сейчас это совсем не на руку. – Карла пришпорила коня.

– Вы уедете? – спросила у неё Джейн.

– Я убила губернатора, – усмехнулась Карла. – Мне нужно скрыться как можно скорее.

– Зачем вы это сделали?! – ужаснулась Маргарет. – Если он правда состоял в сговоре с преступниками, то его должны судить!

– И он вышел бы сухим из воды, неужели не ясно? – в голосе Гутьеррес слышалось раздражение. – Есть одно важное правило: не оставлять за спиной предателя.

– Так нельзя. – Ривз посмотрел прямо на Карлу.

Она вернула ему тяжёлый взгляд.

– Сами ведь знаете, что сэр Перкинс заслужил это, пусть по закону вы всё равно обязаны меня арестовать. Разберитесь сначала с Норрингтоном, маршал, а там сочтёмся.

Хлестнув лошадь, она рванула прочь, не прощаясь. Преследовать её никто не стал: так или иначе, путников сейчас больше заботила собственная участь. Джейн встревоженно всматривалась в темноту. Фонари освещали улицу недостаточно ярко, а вот где-то впереди, если ей не почудилось, мерцали отблески факелов.

– В той части города живёт бедная китаянка, верно? – насторожился Ральф, предчувствуя дурное.

– Надеюсь, это не очередные погромы! – Маргарет прижала ладони к сердцу.

– Что за погромы? – Ральф помрачнел ещё сильнее.

– Около пяти лет назад в Лос-Анджелесе жители устроили страшную резню[16], – объяснила журналистка. – Об этом писали многие газеты. Люди напали на выходцев из Китая, жгли дома, где те ютились…

Ральф стиснул зубы.

– Китайцев считают здесь людьми второго сорта, так?

– Как вы – индейцев, – сухо откликнулся Куана.

Ответив ему нечитаемым взглядом, Лейн натянул поводья.

– Я не повторю прошлых ошибок.

На его лице проступила суровая решимость. Оллгуд с некоторым сомнением подъехал к капитану.

– Если в городе начались погромы, мы вряд ли чем-то поможем: нас слишком мало. Необходимо обратиться к стражам порядка, тогда…

– Мы сбежали из разграбленной резиденции губернатора, оставив там его труп. – Джереми воззвал к голосу разума. – К представителям закона нам лучше не соваться.

Со стороны китайского квартала показался мужчина, в отчаянии заламывающий руки. Вскоре Джейн разглядела, что это Вернон, сын сэра Перкинса.

– Вы! – вскричал он, завидев их компанию. – Я видел вас на приёме у отца!

Путники переглянулись, опасаясь, что каким-то образом спасшийся Вернон подозревает их в преступлении, однако у него на уме было совсем другое.

– Умоляю, помогите, помогите мне!

– Что случилось? – взволнованно спросила Маргарет.

Перкинс-младший попытался рассказать, но постоянно путался и сбивался. Его глаза блестели от слёз, пальцы дрожали.

– Так не пойдёт. – Подъехав ближе, Патрик положил ладонь ему на плечо. – Выдохните и давайте заново, по порядку.

– Мне стало известно, что готовится погром в китайском квартале… Отец обещал не допустить и не сдержал слово… Я силился достучаться до него – тщетно… На резиденцию напали, он вывел меня. Почему-то бандиты не причинили мне вреда…

«Ещё бы, ведь сэр Перкинс сам их нанял», – подумала Джейн, не прерывая рассказ, по-прежнему весьма бессвязный.

– Я не знал, что делать: то ли остаться здесь, то ли мчаться на помощь ей… – Хотя он не назвал имени, все невольно предположили, что речь об А Той. – Гости бежали прочь, только мистер Абернети задержался, заметив меня… Я сказал, что мне нужна помощь, что одна женщина в опасности, и он отправился со мной…

Вернон сбился, вцепившись в кудрявые волосы.

– Абернети сделал ещё хуже! Он не попытался успокоить людей, он… Он…

Куана и Джейн переглянулись. Короткого знакомства с Абернети им хватило, чтобы составить мнение о том, как этот человек может относиться к китайским приезжим.

– Медлить некогда, – коротко сказал Ривз. – Вперёд!

Не рассуждая больше, отряд двинулся в сторону китайского квартала. Стенающий Вернон остался позади.

Спустя несколько минут всадники уже были на месте. Здесь и правда оказалось больше всего людей. Толпа стекалась к дому, около которого путники в прошлый раз встретили А Той. Подстрекающие выкрики звучали всё громче. В нос ударил неприятный терпкий запах, и Ривз вдруг изменился в лице.

– Это… – пробормотал он с нескрываемым ужасом.

Его дрогнувший голос настораживал сильнее, чем злобно настроенная толпа. Хотя Джейн не догадывалась, о чём речь, она ощутила, как по коже пошли мурашки. Оллгуд проронил, побледнев:

– Они собрались линчевать кого-то.

Незнакомое слово ничего не проясняло.

– Что это значит? – пролепетала Джейн.

Ответом стал очередной рёв толпы. Кто-то заорал: «Побольше дёгтя! И перьев не жалейте!»

– Это самосуд… – глухо произнесла Маргарет. – Когда люди набрасываются на того, кого считают преступником, придумывают позорное наказание или…

Она осеклась: жертва разъярённых жителей предприняла отчаянную попытку прорваться на свободу. Это была А Той.

– Силы небесные… – только и вымолвил Джереми, рассмотрев китаянку.

Кожа А Той, покрытая горячим дёгтем, сморщилась и пошла ожогами. Сверху налипли перья, из-за которых китаянка выглядела как пугало. Искажённое от боли и страха лицо едва можно было узнать. Она захлёбывалась в слезах:

– Я ничего не делала… Не делала!

– Она воровка! Они все здесь ворьё! – заверещала какая-то женщина в толпе. – Уже выгоняли их, а они опять тут как тут, скоро весь город займут, если не изжить! Ничего, вытравим, на этот раз всех до единого! – подхватил кто-то.

Куана, яростно сверкнув глазами, направил коня в сторону горожан.

– Прекратите! – громыхнул он.

– А вот и защитник нашёлся. – Из-за спин других выступил Абернети. – Давно не виделись.

Ухмыльнувшись во весь рот, он обратился к горожанам:

– Господа! Я предложил вам линчевать китайское отребье, но, как вижу, в нашем городе полно и других выродков…

Несмотря на очевидный намёк, против Куаны выступить никто не решился. Измазать в дёгте рослого крепкого индейца – совсем не то, что издеваться над хрупкой слабой женщиной. Тонко почувствовав настроение толпы, Абернети указал на Джейн.

– Вот эта леди решила, что краснокожий – лучший кандидат в любовники. – Он низко рассмеялся. – Покажем ей, чего заслуживает тот, кто делает неверный выбор?

Куана мгновенно оттеснил Джейн назад. Джереми развернул лошадь так, чтобы встать плечом к плечу с Патриком и Ральфом. Завидев тех, кто накануне проявил к ней толику жалости, А Той предприняла ещё одну попытку спастись.

– Помогите! Пощадите! – зарыдала она, пробуя пробиться к ним.

Ужас, охвативший Ривза, сменился яростью.

– Расступитесь! Пропустите её!

– Мы только начали, – нагло ответил ему Абернети.

– Что вы собираетесь делать? Разве дёготь и перья – этого вам мало, изверги?! – вскричала Маргарет.

– Вздернём эту паскуду! Или подожжём! – заревели в толпе.

Ральф горько усмехнулся, покосившись на Маргарет.

– А говорили, что в вашем времени не сжигают ведьм…

Такая чудовищная, несоразмерная жестокость потрясла Джейн. То, что гнев толпы по указке Абернети перекинулся на неё, не напугало девушку, а вот вид несчастной А Той разбил сердце. Даже если китаянка действительно воровала, она не заслужила такой казни. «Я не позволю тем, кто возомнил себя вершителями судеб, растерзать эту бедную женщину!» – Она подстегнула мустанга.

– Вперёд!

Хотя Бурбона пугали вспышки факелов и выкрики озверевших людей, он не подвёл Джейн и ринулся в гущу людей. Сразу за ней подоспел и Ральф. Мужчины, удерживавшие А Той, отпрянули. Вырвавшись из лап мучителей, китаянка кинулась к Ральфу, инстинктивно чуя в нём защитника.

– Спрячьте, господин… Уведите их подальше отсюда! – она прошептала с надрывом: – Там, в доме, моя кроха! Если они ворвутся внутрь…

Тем временем Уильям без особой надежды обратился к жителям, пылавшим жаждой крови:

– Это немыслимо, господа, остановитесь! Ваши действия противоречат как законам штата, так и законам любого цивилизованного общества!

Но в глазах людей читалась лишь животная ненависть. Распалённые грядущей расправой, они не хотели лишаться зрелища. Кто-то попытался схватить китаянку снова, кто-то рискнул сдёрнуть Джейн с коня – безуспешно, поскольку мустанг этого не позволил.

– Не суйтесь в наш город со своими правилами, – закричал кто-то из жителей.

– Ещё один шаг – и вы пожалеете о том, что родились, – пригрозил Ральф, доставая револьвер. Остальные тоже держали оружие наготове. Куана, подскакав к Джейн, мимолётным касанием дал понять, что будет сражаться до последнего, но не даст причинить ей вреда.

Беснующиеся горожане, вспышки факелов, дикие выкрики – всё слилось в многоголосый хаос. Перед глазами Джейн мелькали пёстрые точки, всё размывалось. Она вдруг с пугающей ясностью ощутила, что каждый из них может умереть здесь и сейчас. Присутствие маршала ничем не помогало: сейчас правда была за тем, кто в большинстве.

Джейн не хотела проливать кровь – ни свою, ни чужую. «И всё равно сделаю, что должно. – Сжав губы, она направила оружие на ближайшего к ней жителя. Старый, видавший виды револьвер, может, и не внушал страха, зато глаза Джейн сияли так, что мужчина попятился. – Я не мастер стрелять, но не промахнусь». Загораживая А Той, путники подъехали вплотную друг к другу, образуя круг. Патрик, занявший место рядом с Джереми, с усмешкой заметил:

– Вместе на пороге битвы, как в старые и не очень добрые времена, да, дружище?

– Встряхнём этот городок, – криво усмехнулся Бейкер.

Наткнувшись на презрительный, вызывающий отвращение взгляд Абернети, Джейн выстрелила первой. Она намеренно целилась так, чтобы пуля пролетела над головами людей, надеясь обойтись без жертв. Даже одного раза хватило, чтобы остудить пыл горожан. Люди, собравшиеся вершить суд, не сомневались в собственной безнаказанности. Никто не ожидал встретить отпор и уж тем более не думал, что у А Той найдутся заступники. Теперь же многие попятились, не решаясь вступать в противостояние. Только несколько мужчин, войдя в раж, выхватили револьверы.

– Даже не пытайтесь, – предупредил маршал.

Кто-то всё-таки начал палить в ответ. Выстрелы перемешались с криками. Джейн опять выстрелила в воздух, чтобы отпугнуть разошедшихся жителей. В ответ просвистела пуля, чудом не задевшая её.

– Если мы не хотим сегодня же отдать концы, пора делать ноги, господа, – с весёлой улыбкой, не коснувшейся глаз, заметил Джереми.

– Не бросать же здесь эту несчастную! – Ральф подхватил китаянку, перекидывая её через седло.

Толпа взревела, но ещё несколько выстрелов отрезвили людей.

– Нет, нет, там осталась моя кроха! – горестно причитала А Той.

Куана и Джереми обменялись быстрыми взглядами.

– Сейчас нам не прорваться внутрь этой лачуги – я вернусь за твоим ребёнком позже, – сказал китаянке Бейкер.

Та, рыдая, замотала головой. Страдания А Той резали сердце Джейн по живому. Оставалось надеяться, что слова Джереми не были пустым сотрясанием воздуха или обманом, чтобы просто успокоить китаянку. Куана отрывисто бросил Ральфу:

– Вези её на окраину города, туда, где тихо.

– Да, надо найти какое-нибудь неприметное убежище! – Маргарет решила сопровождать Ральфа, чтобы не бросать А Той без поддержки. Уильям в замешательстве оглядел озлобленных горожан, которые наблюдали, как их жертву уводят из-под носа.

– Они будут преследовать… – тихо проговорил он.

– Не будут. Мы прикроем, – пообещал Джереми.

Они с Ривзом, Куаной и Патриком развернули коней так, чтобы сомкнуть ряд снова. Джейн направила оружие на тех жителей, что сгрудились ближе всего к ней. Под прицел попал и Абернети. В его глазах плескалась ненависть, однако он больше не осмеливался ничего предпринимать. Утихли и остальные: как люди ни злились на чужаков, из-за которых сорвалась расправа, пыл заметно поутих. Горожане чувствовали, что незнакомцы будут стоять до последнего.

– Вы пожалеете, – прошипел Абернети.

– Ты этого уже не увидишь, – ответил Куана.

В последний момент Джейн успела остановить его, удержав за плечо. Когда-то она видела, как индеец обошёлся с обидичком сестры, и не сомневалась, что Абернети подписал себе приговор.

– Сегодня пролилось уже достаточно крови, – сказала она, не желая, чтобы Куана брал на себя это убийство. Его глаза, совсем чёрные во мраке ночи, отражали вспышки факелов и незамутнённую ярость. Благодаря вмешательству Джейн этот огонь удалось погасить, пусть и не сразу. Выхватив факел у одного из мужчин, Куана направил его на Абернети.

– Прочь, – приказал он, добавив хладнокровно и непоколебимо: – Или я спалю тебя.

И тому пришлось подчиниться.

* * *

За все месяцы, проведённые на Диком Западе, Джейн ещё не встречала в придорожных гостиницах или постоялых дворах библиотек. Последняя остановка на пути в Бейкерсфилд внесла приятное разнообразие. Путники переночевали в небольшом частном владении, чей хозяин сдавал дом в аренду путешествующим, и в доме среди прочего имелась библиотека внушительных размеров. Бродя среди стеллажей с книгами, Джейн отрешённо водила пальцем по корешкам фолиантов. Сейчас она с удовольствием погрузилась бы в любую выдуманную историю, чтобы отвлечься от пережитого в действительности. «Стоило нам очутиться в Лос-Анджелесе, как всё завертелось с бешеной скоростью… Иногда я не успевала не то что подумать – даже просто вдохнуть! – слабо улыбнулась она. Джереми шутил, что это обычное для здешних мест дело: если перестрелка не завязалась днём, завяжется вечером, не завязалась вечером – завяжется ночью. – Одним словом, невольно начинаешь ценить мгновения тишины».

Ни одна из книг так и не привлекла её внимания, поскольку мысли то и дело возвращались к минувшим дням. Вспыхивали отрывочные воспоминания: то трогательное прощание Джереми и Патрика, то всполохи огня в ночи, превращавшие лица жителей в жуткие гримасы, то вопли обезображенной А Той, то оскал Абернети, то улыбка сэра Перкинса, искренняя, душевная, и его добродушная интонация… Джейн вздохнула и направилась к выходу, поняв, что не сумеет сосредоточиться на чтении. На пороге она столкнулась с Ральфом. Брови удивлённо взметнулись вверх.

– Признаться, я не рассчитывала, что ты заглянешь в царство книг.

На это Ральф лишь хмыкнул. Подойдя к одному из шкафов, он принялся задумчиво рассматривать тома, расставленные аккуратными рядами.

– Ну конечно, я же только и умею, что шпагой размахивать.

Лейн ответил беззлобно, не горюя о том, что у Джейн сложилось такое мнение. Постепенно Ральф приучал себя к мысли, что они лишь друзья и ему нет нужды искать во всём одобрения. Между бровей наметилась складка, когда он добрался до полки с историческими романами.

– У родителей была огромная библиотека, и отец полагал, что я должен много читать, чтобы блеснуть при дворе…

– А ты вырос сорванцом, – подмигнула Джейн.

– Да, меня больше интересовали занятия, при которых не требуется сидеть неподвижно, уставившись в текст. И всё же это не значит…

– Я понимаю. – Джейн встала рядом. – О чём именно тебе сейчас хочется почитать?

Лейн пожал плечами.

– Мне подумалось, что интересно узнать, как нынешние люди описывают наше время, – сказал он. – Каким предстаёт для них прошлое?

– Наверное, таким же, как и современные им события, – предположила Джейн. – Битвы и сражения, борьба за власть, поиски лучшей доли, противостояние бедных и богатых, угнетение одних народов, превосходство других.

Его взгляд, обратившись к ней, сделался печальным.

– Ты говоришь так, словно всё беспросветно.

– Нет, просто, если вдуматься, из века в век повторяется одно и то же. Пожалуй… Жизнь действительно трудно назвать безоблачной.

– Её делают такой люди, – мрачно откликнулся Ральф.

В чём-то Джейн могла согласиться, в чём-то нет. Настроения на долгую дискуссию у неё не имелось.

– Ладно, если мы примемся рассуждать о таких материях, до книг ты точно не доберёшься, – усмехнулась она, развернувшись к выходу. – Оставлю тебя наедине с трактатами.

Однако ей не суждено было покинуть библиотеку так просто. Раздалось знакомое насвиствывание, и в дверях нарисовался Джереми.

– Вот и вы! – он улыбнулся Джейн и хлопнул Ральфа по плечу. – Мистер Оллгуд подсказал, где вас найти, хотя, кажется, он едва верит в тот факт, что наш доблестный капитан когда-либо держал в руках книгу.

«Доблестный капитан» раздражённо фыркнул, а Джейн встретила Джереми радостным удивлением:

– Вы уже вернулись, мистер Бейкер!

– Разумеется, – бодро ответил он. – Долго задерживаться в Лос-Анджелесе после того, что мы там устроили, крайне рискованно. Мне моя шкура ещё пригодится.

Поскольку он выглядел вполне довольным собой, Джейн предположила:

– Вам удалось помочь А Той?

– Без ложной скромности скажу, что провернул всё идеально, – отчитался Джереми. – Проник в прежнее жилище А Той, отыскал её маленькую дочку, привёз ребёнка матери и всё это проделал, сумев остаться незамеченным.

– Вот и славно, – выдохнула Джейн. Улыбка, появившаяся на губах, не задержалась надолго. – Хотя А Той всё равно не сможет жить спокойно, как и другие китайцы: рано или поздно за них возьмутся снова…

– Боюсь, что это неизбежно, – согласился он, помрачнев. – Но мы уже и так потеряли время, застрять в Лос-Анджелесе – не вариант.

Они помолчали. Хотелось переступить через болезненную тему, перелистнуть страницу поскорее, и в то же время сделать вид, что ничего не произошло, никто не сумел. Наконец, Джейн сжала локоть Бейкера.

– Как бы там ни было, я рада видеть вас целым и невредимым. Без вас в команде как будто…

– Тухло и уныло? – подсказал он.

– Я хотела сказать «чего-то не хватает», но и так тоже можно.

– Значит, буду и впредь возвращаться целым и невредимым, – заверил Джереми, ухмыльнувшись.

– Вы нас искали, чтобы сообщить о благополучном завершении миссии, или есть что-то ещё? – поинтересовался Ральф.

– Конечно, есть что-то ещё! – выражение лица Джереми стало лукавым.

Покопавшись в дорожной сумке, он аккуратно извлёк пустой прямоугольный лист картона. По крайней мере, так казалось поначалу, пока Бейкер не развернул его другой стороной. Тогда Джейн с Ральфом увидели фотографию, запечатлевшую весь отряд.

– Как?! – изумилась Джейн, разглядывая чёрно-белое изображение.

– Фотограф, приглашённый на приём губернатора, покинул вечер раньше нас всех, как только закончил снимать портреты. Когда я снова очутился в городе, мне на глаза попалась вывеска его ателье… – Джереми, довольный, произведённым эффектом, улыбнулся шире. – И я заглянул туда, чтобы получить обещанный нам сувенир. В конце концов, нас заверяли, что без фотографии не отпустят.

– Едва ли кто-то ещё вернулся за портретами после того, что случилось на приёме… – проронил Лейн.

– Не пропадать же добру, раз уж подвернулась возможность забрать причитающееся, верно? Только полюбуйтесь нами! – Бейкер по очереди ткнул пальцем в каждого, запечатлённого на фотографии. – Лица, конечно, малость странные, как всегда на таких карточках, глаза остекленевшие. Зато все вместе! Я бы сказал, великолепная семёрка.

– Звучит как название какой-нибудь легендарной банды, – улыбнулась Джейн, обведя пальцем границы фотографии: бережно, чтобы не повредить бумагу. – Я бы хотела оставить её себе.

– Само собой, для кого же она ещё! – Бейкер возвёл глаза к потолку. – С вас завертелась вся эта история – вам и хранить сувенир.

В груди потеплело. Джейн аккуратно убрала фотографию в дорожную сумку. Покинув библиотеку, она решила найти Куану – не сомневалась, что искать стоит за пределами дома, на природе. Проходя мимо гостиной, заметила, что комната не пустует: у камина стояли Маргарет и Уильям.

– Размышляя о том, сколько бед принесла наша поездка в Лос-Анджелес, я… – Оллгуд запнулся, подбирая слова. – Я пришёл к одному важному выводу.

– Горя мы повидали много, и всё-таки мне не хочется опускать руки, – негромко призналась Маргарет. – Если жить без надежды на лучшее, то в чём смысл?

– Вероятно, вы предполагаете, что мой вывод пессимистичен, однако это не соответствует действительности. – Преодолев робость, Уильям коснулся её запястья. – Он заключается в том, что терять время, когда каждый день рискует стать последним, непростительно. В связи с этим я позволю себе спросить вас о том, о чём не решился бы заговорить ещё неделями, если не месяцами…

Джейн улыбнулась, подметив, что щёки Маргарет раскраснелись, и едва ли дело было в жаре, исходившем от камина. «Наконец-то мистер Оллгуд набрался смелости сделать шаг ей навстречу!» – искренне обрадовалась Джейн. Не желая выдавать своё присутствие и нарушать важный момент, она прибавила шаг и вскоре выскользнула за порог.