– Я один это вижу?

– М-да… Вот это, конечно, интересно…

Ванхыль и другие наконец подоспели и теперь не верили своим глазам. Слова подобрать они тоже смогли не сразу.

На земле в славной кучке лежали девятнадцать израненных кадетов, на которых не было живого места. Туда их любезно, каждого по очереди, оттащил добродушный юноша.

– Хо Бон?

– Что, черт побери, здесь произошло?

Чжа Умин негодовал сильнее всех. Остальные тоже были в замешательстве и еще переводили дух, так как спешили сюда, опасаясь, что могло произойти нечто ужасное. Но подобного поворота событий не ожидал никто.

– О! Вон Мун Гю!

– А там? Кто это?

Вдалеке виднелись два силуэта: Мун Гю с кем-то радостно разговаривала. Это был молодой человек с довольно длинными волосами и даже слишком бледной кожей, на которой, однако, проступал легкий румянец. Возле их ног лежал парень с отсеченной правой рукой, которую кто-то заботливо обмотал куском старой тряпки. Лицо его утопало в кровавой луже и было настолько обезображено, что не разобрать, кто это был на самом деле.

– Не-неужели?!

– Да быть не может!

– О-о-о-ох!

Взгляды были прикованы к фигуре с длинными волосами, а на лежащего на земле никто даже и не смотрел. Прошло три года и два месяца, но команда сразу признала в бледном молодом человеке своего господина. Это и вправду был он, Чхон Ёун, которого все так долго ждали.

– Господин! – громко вскрикнул раскрасневшийся от волнения Ванхыль и первым бросился в сторону Ёуна. Подбежав к нему, он опустился на одно колено.

Другие последовали его примеру. Ванхыль склонился так низко, как только смог, и прокричал:

– Я, Первый Меч, приветствую вас, господин! Я к вашим услугам!

Мун Гю вдруг осознала, что все рядом с ней склонились, и тоже упала на колени:

– Второй Меч к вашим услугам!

Третьим Ёуна приветствовал Пэк Ги, однако он остался стоять.

«Значит, вот как можно измениться всего за три года…»

Пэк Ги теперь был настолько силен, что, даже находясь с выдающимися мастерами боевых искусств – инструкторами Академии, – выделялся своим уровнем подготовки.

Но стоило Пэк Ги взглянуть на Ёуна, как он ощутил всепоглощающее чувство силы, исходящее от Седьмого. У Пэк Ги даже перехватило дыхание. Он уже испытывал такое, но лишь раз, когда впервые встретился в Академии с главой курса Ли Хвамёном. К тому же обычно по мере того, как воины улучшали боевые навыки, их кровеносные сосуды, расположенные возле акупунктурных точек – центров концентрации энергии ци, – набухали и становились отчетливо заметными. Однако Ёун выглядел довольно бледным, и с его лицом не произошло ничего подобного, это поражало. Пэк Ги почувствовал, что Ёун достиг уровня наивысшей степени мастерства.

«Ёун, ты и вправду…»

Хоть Пэк Ги и присоединился к команде Ёуна, характер волка-одиночки никогда не позволял ему всецело подчиниться чьим-то приказам и уж тем более признать кого-то сильнее. Однако сейчас про́пасть между ними была настолько огромной, что ему не оставалось ничего, кроме как сдаться и принять всё как есть.

Бух.

Внезапно для всех Пэк Ги упал на колено и громко закричал:

– Третий Меч Пэк Ги к вашим услугам!

Члены команды впервые видели его таким. Всеобщим вниманием теперь завладел Пэк Ги. Было странно наблюдать, как резко переменился человек, который раньше лишний раз не проявлял должную вежливость, а теперь отдает дань уважения командиру, стоя на коленях. Этого не ожидал никто.

Хо Санхва улыбнулась, а затем продолжила:

– Четвертый Меч к вашим услугам!

– Пятый Меч Чжа Умин к вашим услугам!

Остальные кадеты тоже по очереди поклонились и поприветствовали Ёуна. Глаза блуждали по сторонам и наполнялись слезами радости от всего нахлынувшего – сказалась долгая разлука с командиром.

Ёун обвел взглядом присутствующих, сложил руки на груди и затем произнес:

– Спасибо всем за ожидание.

Толпа взорвалась криком и громкими аплодисментами.

– У-у-ура-а-а! Господин вернулся! Вернулся!

Было и правда нелегко, пока Ёун тренировался в закрытой комнате, поэтому его возвращение так много значило для всех.

Долгое нахождение в одиночестве не прошло бесследно, оно стерло добрую половину всех и без того немногочисленных эмоций, которые были доступны Седьмому, всеобщая радость от его возвращения все же заставила неловкую улыбку появиться на его лице.

– Господин, а это… кто? – аккуратно задал давно не дающий ему покоя вопрос Ванхыль.

На земле лежал человек, чье лицо было так сильно разбито, что узнать его было невозможно. Вместо бессмысленных догадок Ванхыль все же решил спросить напрямую.

Но ему ответила Мун Гю.

– Это Чхон Кёнун, наследник Мечей.

– Кёнун?!

Все, включая самого Ванхыля, были удивлены, услышав это.

После сдачи пятого экзамена именно они с Чхон Муёном считались одними из сильнейших студентов Академии. А теперь Кёнун лежал поверженный прямо перед ними.

– Господин, это вы его так?

– Вон то кровавое месиво – это то, что стало с Кёнуном?

Возвращение Ёуна из закрытой комнаты теперь казалось поистине грандиозным. Травмы подобного масштаба точно должны выбить Кёнуна из борьбы за престол.

«Туда его!»

«Фух, наконец-то!»

«Так ему и надо!»

Команда выдохнула с облегчением. Кёнун получил по заслугам за все те выходки, за все уловки, на которые он шел, чтобы переманить кадетов на свою сторону, пока Ёун находился взаперти.

– Ха-ха, это он даже не подобрался на расстояние вытянутой руки к нашему господину! Что бы с ним стало тогда… – гордо распинался Хо Бон.

Го Ванхыль, подобно Пэк Ги, сразу почувствовал изменения силы своего господина, но тоже ничего не сказал, поскольку и его переполняла радость внезапной встречи. Но спустя несколько мгновений все-таки дрожащим голосом спросил:

– Господин, скажите… Неужели вы достигли уровня хва-хвагёна?

Кадеты нервно сглотнули и вмиг уставились на Ёуна, ожидая его реакции.

Он едва поднял на них взгляд, пробежался по каждому и слегка улыбнулся. Затем последовал легкий кивок. И все снова загудели. Еще сильнее, чем раньше.

– Ва-а-а-а-а-а!

– Господин действительно достиг запредельного уровня мастерства?!

– Я сплю?! Ущипните меня, разве такое возможно?!

Все они ужасно волновались из-за длительного отсутствия господина и его затянувшихся тренировок в закрытой комнате. Ведь если Ёун оставался там, значит, он все еще не был доволен своими результатами. А без результатов невозможно было претендовать на престол. Однако теперь они увидели своими глазами, что итогом этих долгих месяцев в добровольном заточении стал уровень хвагёна, а значит, всё не зря. Подобного мастерства в Школе Демонического Пути достигли лишь три стража и двенадцать старейшин.

«Нет, такого не может быть. Как?»

«А я говорил, что господин перевернет всю нашу школу!»

«Уа-а-а! Наш выбор и наш господин не подвели нас!»

В Академии с ее культом силы именно сила была лучшим способом доказать свою значимость и показать себя. Достигнув уровня запредельного мастерства, Ёун укрепил веру своих подчиненных в лидера.

Первое, что они сделали вместе после долгой разлуки, – отнесли Кёнуна и его приспешников в лазарет, а затем, наслаждаясь закатом, обсуждали всё, что успело произойти за эти долгие месяцы.

Возвращение Ёуна поставило на уши всю Академию: им интересовались и простые кадеты, и главы других команд. И действительно, он сделал все, чтобы его появление не осталось незамеченным: в день своего выхода из комнаты он одолел Кёнуна с его командой, а они были одними из сильнейших студентов курса.

«Эй, кажется, он и впрямь станет следующим владыкой…»

«Брось, ты так просто списываешь со счетов первого наследника Муёна?»

«И на что способен твой Муён? Что он сделал? Ничего!»

«Это же просто безумие! Впервые Патриархом Школы Демона может стать кто-то не из шести влиятельных кланов!»

Разговоры кадетов не были пустыми догадками. К этому времени Ёун уже победил пятерых из шести наследников Школы Демона в одиночку. Он уже всем всё доказал.

«А это уже проблема».

Так внезапно Ёун стал угрозой для Муёна, который всё еще был наследником клана Тьмы. Хоть до этого между ними и не было особых конфликтов, теперь всё изменилось. Но Ёуна сейчас не интересовала борьба, его волновало только усовершенствование боевых навыков.

Тем временем в кабинете главы курса на первом этаже Академии.

Ли Хвамён уже был наслышан о выходе Ёуна из закрытой комнаты. Иначе и быть не могло – мальчишка только завершил тренировки, как сразу расправился с Чхон Кёнуном из клана Меча и его приспешниками, отрубив бедняге руку и отправив всю компанию прямиком в лазарет. Об этом левому стражу уже успели во всех подробностях отчитаться сами лекари. Кроме того, он услышал и кое-что невероятное.

– …Находится на запредельном уровне мастерства… Хм, что ж…

Мужчина средних лет стоял перед столом Огненного короля. Он был ответственным за тренировки в закрытых комнатах и сейчас вел подробный доклад. Поскольку двери в закрытые комнаты открывались только снаружи, инструктор мог наблюдать за тренировками Ёуна. Так он случайно узнал о силе Ёуна и его прогрессе. Инструктор не сомневался в том, что Чхон Ёун достиг уровня хвагёна.

– Это не моя догадка, я полностью в этом уверен. Я видел своими глазами, как студент применил Пустынный Контроль Энергии.

Даже гениальный Хвамён не был готов к такому, его глаз задергался. Он понимал, что Ёун тренируется дольше, чем предполагалось, однако страж ожидал завершения второй, а никак не третьей ступени!

«Значит, хвагён?..»

Эта новость словно молнией ударила где-то глубоко внутри черепной коробки. За всю историю существования Академии никто и никогда не достигал уровня хвагёна до завершения шести экзаменов. А ведь прохождение всех их считалось настолько невозможным, что информацию о последнем испытании даже не упоминали, не говоря уже о переходе на запредельный уровень мастерства. Такое нельзя было объяснить простым природным талантом.

«Кажется, на нас надвигается буря…»

У Хвамёна были некоторые ожидания относительно прогресса Ёуна, превосходящие рамки его воображения, но теперь он был уверен, что это перевернет привычный порядок. Новая сила Чхон Ёуна превышала возможности шести кланов, и с этим надо было считаться.

Удивление все еще брало верх над Хвамёном, и его зрачки расширялись, пока он думал о ближайшем будущем.

Реакция главы курса озадачила смотрителя закрытых комнат, и он спросил:

– Глава, что-то не так?

– Ха, я так и знал!

– Простите?

Ли Хвамён обладал исключительным уровнем силы энергии, благодаря чему ощущал ауры, приходивших в Академию, и чем сильнее были воины, тем отчетливее становились ощущения. Особенно заметны были энергии воинов уровня наивысшей силы мастерства. Если бы не доклад смотрителя закрытых комнат, то Хвамён бы решил, что за дверью его кабинета сейчас поджидает кто-то из старейшин. Ведь сила этого человека была именно такого уровня.

Тук-тук-тук.

– Глава Хвамён, студент Чхон Ёун просит о встрече с вами.

– О! – удивленно вздохнул смотритель закрытых комнат, ведь голос за дверью подтвердил весь его доклад. Ёун действительно вышел и теперь находится прямо у кабинета левого стража.

– Впустите его!

– Есть!

Дверь распахнулась, и в кабинет зашел длинноволосый юноша с удивительно бледным лицом. Его обычно спадающие до талии волосы были небрежно собраны на затылке. Все вокруг были слишком слабы, чтобы почувствовать его уровень, ведь Ёун усердно концентрировался на экономии энергии ци, однако Хвамёну хватило взгляда.

«Да, теперь я вижу: он достиг пика исключительного мастерства».

Ли Хвамён встал из-за стола и, с интересом посматривая на Ёуна, подошел к нему.

– Так-так, Чхон Ёун, ты превзошел все мои ожидания.

– Не стоит.

Ёун был уже не просто ребенком. Его глаза, устремленные на Ли Хвамёна были совсем другими, будто в них скрывалось что-то особенное.

«В нашу последнюю встречу я не смог разглядеть в нем этого, но теперь ясно вижу, и… просто невероятно».

Теперь, когда Ёун был совсем рядом и смотрел Ли Хвамёну прямо в глаза, глава четко видел силу хвагёна, пробивающуюся глубоко изнутри. Если ощущения его не обманывали, то Ёун, без сомнения, находился сейчас на пике мастерства. И это на голову выше того, каким он уходил в тренировочную комнату. Ёун действительно совершил невозможное.

– И зачем ты здесь?

Ёун поклонился Ли Хвамёну, встал в стойку и сказал:

– Я хочу пройти пятое испытание.

Глаза левого стража вспыхнули.

Всего через два дня после завершения тренировок в закрытой комнате Чхон Ёун изъявил желание сдать пятый экзамен.