Это действительно был не кто иной, как Чхон Ёун. Пока он тренировался, его волосы отросли настолько, что теперь спадали до самой талии, а юношеские черты лица превратились в суровые мужественные. На ребят смотрел сильный возмужавший молодой человек. Кожа казалась особенно бледной, поскольку он непрерывно находился в закрытой комнате, однако она лишь благородно оттеняла холодные глаза, придавая его образу уверенности и немного хладнокровия.

– Господин!

Хо Бон не смог сдержать эмоций, и на глазах выступили слезы. Он видел своего господина впервые за долгие три года.

«Что-то вы припозднились, принц Чхон!»

Лицо Мун Гю тоже прояснилось. А вот Кёнун, наследник клана Меча, выглядел весьма озадаченным.

– Этого не может быть…

Невидимая сила, с помощью которой троих кадетов с легкостью подбросило в воздух, была не чем иным, как Пустынным Контролем Энергии. Техникой, подвластной воинам уровня хвагёна, которую применяют для бесконтактного перемещения объектов с помощью энергии ци.

Если Ёуну под силу на таком большом расстоянии поднять троих кадетов, прошедших пятый экзамен, то его внутренняя энергия просто огромна.

«Нет, точно, это просто невозможно. Неужели он смог достичь наивысшей ступени мастерства?»

Кёнун не мог в это поверить. Ему потребовалось два года, чтобы перейти на вторую ступень, но третья… она казалась совершенно недосягаемой: преодолеть все трудности, с которыми приходилось сталкиваться, чтобы достичь уровня хвагёна, было нереально.

Еще немного покопавшись в мыслях, Кёнун наконец-то смог совладать с собой.

«Полная чушь. Он точно схитрил и нашел какие-то лазейки. Но даже если это так, я не позволю ему прилюдно унижать меня!»

Кёнун покачал головой.

Кажется, теперь все действительно изменилось и началась настоящая борьба за власть. Если Кёнун сейчас отступит, то признает, что он слабее Чхон Ёуна.

– И что вы стоите?! Атакуйте его! – крикнул Кёнун подчиненным.

– Д-да!

– Есть! – еще немного растерянные ребята послушно подчинились господину, снова достали клинки и бросились на Ёуна.

Вжух.

– Кто будет поступать вот так, как крыса?

– Только тру́сы нападают толпой на одного!

Мун Гю и Хо Бон попытались преградить путь атакующим, однако Кёнун им этого не позволил.

– Куда это вы собрались?

Кёнун атаковал Мун Гю с помощью техники Императорского Меча клана Меча. От резкого нападения Мун Гю слегка отскочила и сразу же блокировала удар защитной техникой клана Руки Демонического Дракона. Как и ожидалось от двух воинов второй ступени мастерства, бой был весьма ожесточенным, поэтому Мун Гю пришлось вложить всю свою энергию ци в удары клинком.

– Высокомерная букашка! Такой слабак, как ты, никогда не сможет противостоять нам на равных!

Сим Чжингу, правая рука Чхон Кёнуна, бросился на Хо Бона. Судя по тому, как он обращался с мечом, Чжингу тоже находился на пике мастерства.

«По крайней мере я могу попробовать задержать хотя бы его и облегчить задачу нашему господину», – подумал Хо Бон и вступил в поединок с Сим Чжингу. Мысль о том, что это поможет Ёуну, пробудила в нем решительность, и на глазах у удивленного Чжингу он поспешно применил технику Иллюзорного Меча – боевое искусство третьей ступени. Чжингу был весьма озадачен, когда Хо Бон сумел заблокировать его удары.

Лязгнули лезвия.

– Слабак ли?..

Как только Чжингу понял, что Хо Бон сражается во всю силу, он заметно нахмурился.

Хоть ребята и взяли на себя двоих кадетов, остальные пятнадцать теперь одновременно достали оружие и накинулись на Ёуна.

– А ну, отпусти их! – крикнул кто-то.

Ёун продолжал силой удерживать троих соперников.

Теперь ему угрожала целая свора воинов, достигших пика мастерства, а он и глазом не моргнул. Этот бой его совсем не пугал.

«Как он может оставаться таким спокойным?»

Тут уже назойливое чувство охватило другого приспешника Кёнуна – Кёнпхё, кровного родственника Чжингу. Тревога нарастала. И это было неспроста.

Стоило Ёуну лишь слегка приподнять руки, как лежащие на земле кадеты стремительно взмыли в воздух.

– Уа-а-а-а-а!

Затем все трое оказались прямо перед Ёуном, подобно живому щиту, поэтому остальным пришлось сложить оружие и отступить, чтобы не нанести вред своим же товарищам.

– Да как ты смеешь?!

– Ты просто жалок!

Налетчики думали, что Ёун использует кадетов для защиты, но они нужны были для других целей.

– Если они вам нужны, то забирайте.

– Что?!

Ёун хлопнул в ладоши: тела кадетов полетели в противников, подобно пушечным ядрам.

– Осторожно!

– Не стойте, ловите же их!

Они попытались поймать товарищей, но те летели так быстро, что угнаться было почти невозможно. А тех, кто все-таки был к этому близок, откинуло назад с огромной силой.

– Ауч!

– А-а-ай!

Кх-кха.

Теперь налетчики могли лишь едва шевелиться, а от полученных травм вдобавок еще и плевались кровью. Так из восемнадцати противников из боя выбыло сразу шестеро.

«Неужели… он действительно смог достичь уровня хвагёна?»

Трудно отрицать, что за столько лет Чхон Ёун действительно изменился, и теперь его сила была поистине невероятной. Уже просто находясь рядом, можно было почувствовать его превосходство. Казалось, что даже десяток кадетов, сдавших пятый экзамен, не могли ему противостоять, настолько теперь он был силен.

Стоило Ёуну сделать всего шаг, как все вздрогнули. Теперь от страха никто не мог пошевелиться.

«Безумие! Даже если мы выступим против него вместе с наследным принцем Кёнуном, то нас ждет провал. Мы не сможем совладать с этим… монстром».

Кёнпхё, член клана Меча, был убежден, что любые попытки противостояния обернутся неудачей. Ему казалось, что никто из присутствующих здесь сейчас не смог бы стать достойным противником Ёуну. Даже он – выходец из шести значимых семей, с высоким уровнем мастерства – не мог найти у Ёуна никаких слабых мест. Сама идея боя казалась Кёнпхё бессмысленной.

«Пока на этом лучше закончить. Мы должны отступить».

Он всё же пришел к логичному умозаключению, а затем прокричал:

– П-принц Чхон! Хватит. Признаем, мы проиграли.

– Считаете, что можете сначала заварить кашу, а потом сбежать, когда вам вздумается? – едва слышно проговорил Ёун.

Он не собирался так просто прощать тех, кто угрожал его подопечным. Тем более приспешников Кёнуна.

– Ах, этот ублюдок решил довести дело до конца?.. – нахмурившись, пробормотал себе под нос Кёнпхё, которому явно не нравился тон Ёуна. – Если вы не оставите нам выбора, то все готовы положить здесь свои жизни… Ох!

Прежде чем он успел договорить, перед ним возник Ёун. Никто даже не заметил, как он так быстро переместился оттуда, где стоял.

«Вот это скорость…»

Кёнпхё успел только спохватиться и потянуться к мечу, но опоздал.

– Как же много ты болтаешь.

– А-а-а-а-а.

Бах.

Кулак Ёуна ударил его в грудь. Кёнпхё вскрикнул, а затем его тело отбросило далеко назад так, что слышно было, как хрустнули ребра. Ему хватило сил сосредоточить всю свою энергию ци в области груди и направить ее на защиту, но было уже поздно.

– Кх-кха… нгх-х-х…

Бух.

Кровавые пузыри запенились в уголках его губ, после чего Кёнпхё потерял сознание. Ёуну потребовался всего один удар, чтобы одолеть правую руку Кёнуна, хотя тот и находился на пике мастерства. Остальные кадеты застыли, разинув рты от удивления. Внезапно всё изменилось – и они сами стали добычей для хищного зверя.

– Ваша очередь, – низко проговорил Ёун и в тот же миг бросился в сторону кадетов с такой мощью и скоростью, которую можно было сравнить лишь с демонами.

Кёнун становился всё мрачнее. Он беспрерывно размахивал мечом и сменил уже более двадцати различных приемов, но так и не смог добраться до Мун Гю. Дело в том, что она использовала всё новые и новые техники. Казалось, противостояние никогда не закончится.

«Как тебе, хрупкой девчонке, удается применять столь сильные приемы?»

Мун Гю действительно была более миниатюрной, чем парни-кадеты, но это не мешало ей превосходно владеть боевыми искусствами, и в этом деле ей не было равных. А уж техниками своего клана Руки Демонического Дракона она владела в совершенстве.

«Стоит ли мне использовать энергию ци?»

Казалось, что ему удастся выиграть, только если он сосредоточится на техниках более высокого уровня и задействует внутреннюю энергию. Однако тогда придется вложить в эти три подхода все свои силы, потому что такие техники расходуют слишком много ци. После них он просто не сможет продолжать бой. Но чтобы победить Ёуна, необходимо было сначала разобраться с Мун Гю.

«Сама виновата! Я предлагал биться за нас, но ты выбрала Ёуна. Я здесь ни при чем… Все было предрешено».

Кёнун сконцентрировал всю свою энергию и направил ее на лезвие меча, отчего тот вспыхнул синим цветом.

– Собрал энергию ци в меч?..

Когда Мун Гю увидела синее свечение, исходящее от меча, то быстро отступила, шагнув назад. Она вполне могла остановить лезвие голыми руками, но меч с энергией ци был слишком опасен даже для нее.

Мун Гю уже достигла уровня мастера, но ей до сих пор не хватало внутренней силы энергии ци, поэтому она могла совершить всего один прием.

«Надо попытаться увернуться от удара…»

«Думаешь, что сможешь избежать своей участи?»

Кёнун резко бросился вперед и подобрался совсем близко к Мун Гю. С движением меча и силой ци, обрушившейся на нее, у Мун Гю не было другого выхода, кроме как сконцентрировать собственную силу ци и направить ее в свои руки, наполняя их голубым свечением.

Вжух. Хрясь. Бдыщ.

От столкновения двух настолько выдающихся техник земля вокруг Кёнуна и Мун Гю пошла трещинами. Это была такая мощь, что даже каменный склон не выдержал и тоже затрещал. И после первого приема Кёнун сразу перешел к следующему.

– А-а!

Мун Гю побледнела. Она израсходовала столько внутренней энергии, что силы начали покидать ее. Синее свечение от ее рук постепенно становилось слабее. Стоило Кёнуну заметить это, как его глаза хитро сверкнули.

– С тобой все кончено! Так и быть, за достойный поединок я сжалюсь и отрежу тебе лишь одну руку.

Его полный энергии ци меч уже замер над правой рукой Мун Гю. Как вдруг внезапно…

Вжик.

– Он что… спятил?! – ругань мгновенно сорвалась с губ Кёнуна, и тот даже этого не заметил.

Появившийся из ниоткуда Ёун остановил меч голой рукой.

– Принц Чхон! – радостно вскрикнула Мун Гю, увидев своего спасителя.

Рука Чхон Ёуна, державшая меч, была окружена синей энергией.

– Что с моими людьми?

Кёнун попробовал высвободить меч из цепкой хватки Ёуна, однако попытка не увенчалась успехом – не удалось даже слегка сдвинуть его.

«Откуда в нем столько чертовой силы?»

Даже физическая подготовка Ёуна была просто чудовищной.

– Ты про тех отбросов? – Ёун указал левой рукой себе за спину.

Когда Кёнун перевел взгляд, то увидел, что все его девятнадцать подчиненных распростертые лежат на земле без сознания. Были сломаны руки или ноги, выбиты зубы – потрепало каждого.

– Хо-хо…

Хо Бон нашел себе занятие, которое его весьма раззадорило, – он перетаскивал кадетов Кёнуна одного за другим в аккуратную кучку, подобно мусору на свалке.

«Всех их… за такое короткое время? Как ему удалось стать настолько сильным?»

Кёнун был так потрясен, что потерял дар речи. Ему хотелось бы верить в то, что всё это просто привиделось, однако это была суровая действительность.

– Получается, ты и вправду достиг уровня хвагёна? Оу…

То-о-онг.

Именно в тот момент меч Кёнуна, наполненный энергией ци, пошел трещинами. И через них виднелись яростные глаза Ёуна.

«Пора… убираться отсюда».

Столкнувшись с такой абсолютной силой, Чхон Кёнун потерял всякое желание сражаться, в страхе бросил сломанный меч и обратился в бегство.

– Отступ… А-а-а-а-а!..

Прежде чем он успел завершить последнюю атаку и пуститься наутек, его правую руку словно обожгло огнем. Кёнун с криком упал на землю. Боль была настолько сильной, что он не сразу осознал, что… лишился руки.

– Рука! М-м-моя рука! А-а-а-а-а-а!

Хрясь.

– Ыкха-а-а!

Пока Кёнун катался в агонии, Ёун наступил ему на грудь, прижимая сильнее к земле. Затем он холодно взглянул на него и сказал:

– Позарившись на чужое, стоит помнить, что у всего в этом мире есть своя цена. И рано или поздно приходится платить по счетам.

Кёнун вдруг понял, что рука была только началом. Его охватил животный ужас, и он побледнел.

– П-пожалуйста, п-прошу! – начал было молить о пощаде Кёнун, но тщетно. Ёун со всей силы безжалостно ударил его по лицу.

Бдыщ.

* * *

Спустя полчаса в лазарете Академии.

Последние три года и два месяца здесь царила нерушимая тишина, однако сейчас одного за другим доставили на носилках аж двадцать тяжелораненых студентов.

Главный врач Академии Пэк Чхонмён окинул эту картину взглядом, и уголки его губ поползли вверх, затем он тихо пробормотал:

– Кажется, он наконец вышел.