– Это не люди… Они настоящие чудовища!

– Спасайтесь кто может!

Воины клана Тьмы пытались дать отпор, но безуспешно. Для двух хвагёнов они были словно добыча для голодных хищников.

Несколько человек попытались бежать, чтобы как-то спасти свои жалкие жизни, но были схвачены и убиты воинами клана Летающего Оборотня, окружившими всю территорию дворца клана Ядов.

«А-а-ах… Ёун… Чхон Ёун… Чтоб тебя!»

Нескончаемые крики воинов клана Тьмы подсказывали госпоже Му, что ее черед уже близко. Ее сердце сжималось от мысли, что, когда все стихнет, она тоже умрет.

– Кха-а!

– Ыгх…

– Ай-а-а-а-а!

Ее чувства было невозможно описать. Ей оставалось лишь надеяться, что предсмертные вопли подчиненных и близких людей никогда не прекратятся. Ведь чем дольше длятся их страдания, тем дольше она проживет. Она сходила с ума.

Но вот все вокруг стихло, и во внутреннем дворе дворца клана Ядов наступила поистине мертвая тишина.

– Со всеми покончено.

Услышав это, Чхон Ёун бросил ледяной взгляд на женщину, которая валялась у его ног. Вот и настал ее последний миг, но сначала он должен закончить одно дело.

– Одиннадцатый старейшина?

– Да-а, юный господин?

– Люди клана Летающего Оборотня могут обыскать здесь все? Пусть найдут хранилище ядов и зальют всеми ядами, что найдут, тела воинов клана Тьмы.

– Хо-хо…

Стоило Чхон Ёуну произнести это, как Ли Хвамён и Хван Ы расплылись в улыбке. Они прекрасно понимали, что задумал молодой господин. Он заметал следы и делал это искусно: хотел подстроить все таким образом, словно воины клана Ядов до последнего сражались с людьми клана Тьмы и применили на них все, что было в арсенале. Так Ёун убивал двух зайцев: избавлялся и от тел, и от трупов. Никто не смог бы найти истинных убийц, ведь растворенные ядами тела скрыли бы и все остатки внутренней энергии, и следы боевых техник. Ёун был умен, очень умен.

– Прекрасный план. Хо-хо-хо, – сказал Хван Ы и исчез за воротами внутреннего двора.

Тем временем Ёун наклонился к госпоже Му, вынося ей смертный приговор.

– А теперь… ты.

От этих слов обессиленное тело госпожи Му дернулось. Внутри она кричала. Ее сердце стучало как бешенное, а вся она заливалась холодным потом.

«Нет, нет, прошу! Я не могу вот так умереть… Пожалуйста! Нет!»

– Ты будешь каяться и молить мою мать о прощении до тех пор, пока твоя мерзкая душа не попадет в ад, а тело не истлеет и не превратится в пыль.

Острая и тупая боль пронзила ее шею, госпожа Му мгновенно провалилась в ледяную бездну.

* * *

На следующий день крепость Демонического Пути облетела неожиданная весть. Члены кланов, проживающие в подчинении владыки во дворце, а также их семьи были уведомлены о случившемся, и новость оказалась настолько шокирующей, что все с трудом могли поверить в реальность произошедшего. Мир словно разделился на до и после. Сообщалось, что клан Ядов, который едва ли держался на плаву из-за последних стычек, полностью истреблен.

Главные улицы гремели от разговоров.

«Что? Неужели это правда?»

«Стерли с лица земли один из шести великих кланов?! В одну ночь? Вот те на…»

«Во имя богов! Взять и вырезать целый клан?!»

Но больше потрясало то, что совершили это люди клана Тьмы. Более двух сотен погибших воинов клана Тьмы обнаружили во дворце клана Ядов. Их тела изувечили и до неузнаваемости изуродовали разными ядами. Во внутреннем дворе дворца лежали кучи безликих трупов.

Всю эту картину обнаружили ранним утром торговцы, имевшие с кланом Ядов договор: те должны были поставлять свежие продукты и ингредиенты для различных отваров и ядов в оговоренный срок, в обмен на это клан обязывался оказывать им свои услуги. На место произошедшего прибыл девятый старейшина.

«Это уже не шутки…»

«Хо… Это правда пугает. Шесть великих кланов на то и великие… Клан Ядов стоял до конца».

«Представляете, что будет, когда весть о случившемся дойдет до главы клана Тьмы?»

«Ну нет. Глава не станет сечь головы покойникам».

Кто-то упомянул посмертную казнь. Этот особо жестокий ритуал уходил корнями в историю. Казнь для преступников, совершивших непростительное злодеяние, заключалась в том, что тело усопшего мерзавца изымалось из могилы и прилюдно подвергалось обезглавливанию. Только такое могло покрыть его тяжкий грех, совершенный еще при жизни. Вот о чем шептались толпы.

«Г-говорят… что там нашли и тело молодого наследника клана Тьмы – Чхон Муёна… Как же так?»

«Стой, разве он не должен был быть в Демонической Академии? В тюрьме?!»

«Я слышал, в стенах школы произошел инцидент… Клан Тьмы совершил вооруженный набег на подземную пещеру, где держали отстраненного Чхон Муёна и сына первого старейшины Му Чжинюна!.. Клан Тьмы помог им сбежать!»

«Погоди!? Они… пробрались в Демоническую Академию?! Ого… Конечно, клан Тьмы был самым сильным во всей Школе, но… Кто дал им право плевать на правила, пусть и негласные?!»

«Да, кого-то из преступников удалось отловить, но ты прав… Стоило владыке покинуть Школу, как начались беспорядки».

«Вот-вот, Патриарху и старейшинам надо возвращаться. Иначе… кто знает, что еще может произойти».

Атмосфера на улицах Школы накалялась. Пролитая кровь воинов шести кланов точно нарушит равновесие, которое достигалось годами. Все хотели, чтобы Патриарх скорее вернулся из своего похода.

В кабинет главы клана Летающего Оборотня то и дело заходили все новые и новые люди с докладами. За тяжелым письменным столом обложенный многочисленными бумагами сидел Хван Ы и работал. Если бы не его ярко-красные одежды с вышитыми узорами бабочек, то его было бы трудно разглядеть за всеми этими стопками и грудами документов.

– Вернулись разведчики, выполнявшие ваше поручение на улице Парящей Сороки. Как вы и предполагали, внимание народа теперь приковано к клану Тьмы. Слухи распространяются молниеносно! – доложил один из подчиненных, зайдя в кабинет.

– Отличная работа, – с улыбкой ответил Хван Ы.

Неудивительно, ведь половина слухов была лишь хорошим расчетом. Люди клана Летающего Оборотня превосходно владели искусством манипулирования народными массами и подчинения их сознания. Именно поэтому многие стали успешными помощниками крупных военачальников или прислуживали при дворце. Ведь им ничего не стоило влезть в самые светлые головы и дергать за ниточки, как марионеток, ради выгоды.

– Как всегда, даже не пришлось доставать мечи из ножен.

– Хо-хо-хо, ну конечно. О каком сражении может идти речь, если у нас нет противника? Помни, мы неуловимы.

Если бы люди клана Ядов или Тьмы узнали о слухах, которые ходили в народе, они бы обязательно предприняли что-либо, чтобы очистить свои имена. Однако клан Ядов истребили почти полностью, люди клана Тьмы тоже не появлялись. И даже если кто-то из бедолаг выжил, то они всеми силами старались остаться незамеченными, чтобы избежать очевидной участи. Правду скрыли и похоронили под толщей отравы из запасов хранилища клана Ядов. Всем было известно лишь то, что два могущественных клана вступили в противостояние и оба проиграли, стерев друг друга с лица земли. Такова теперь была новая правда.

«Как ловко вы это придумали, молодой господин Чхон».

Все прошло согласно его четкому плану. Конечно, для Хван Ы не составило бы труда и самому подменить информацию так, чтобы остаться победителем. Но когда он услышал, что задумал Ёун, его глаза вспыхнули озорным огоньком. Редко у кого-то находились достойные короля манипуляций идеи, но это тот самый случай. Малец Чхон Ёун был смышлен и хитер, подобно мудрой гремучей змее, и совсем не верилось, что он только вышел за порог Демонической Академии.

«Хочу видеть лицо первого старейшины, когда тот вернется. Хо-хо».

Какова будет реакция главы клана Тьмы? Стоило об этом задуматься, как Хван Ы расплылся в улыбке.

В это время Чхон Ёун в компании подчиненных стоял во внутреннем дворе дворца клана Летающего Оборотня. Бессонная ночь, проведенная в раздумьях, отражалась на их лицах. Ёун просил оставить его и хорошенько выспаться. Однако они не могли позволить себе лечь спать, пока их господин бодрствует. Они провели всю ночь подле него, так и не сомкнув глаз.

«Хах, вчерашние события, наверное, его сильно измотали».

Но никто не осмеливался сказать командиру, что ему пора отдохнуть. С тех пор как он узнал, что ставший ему родным человек в ужасном состоянии и принял страшные муки, Ёун места себе найти не мог, не то что уснуть. Еще вчера на закате Ли Хвамён вызвал главного врача Академии Пэк Чхонмёна, и тот ночь напролет присматривал за охранником Чаном. Все было настолько серьезно, что хотели уже пригласить Демонического Лекаря Пэк Чону, но личный лекарь владыки отсутствовал вместе с хозяином. Когда Ёуну сообщили, что Чан может не дожить до утра из-за сильных повреждений внутренних органов, он совсем помрачнел.

«Охранник Чан…»

На него нахлынули воспоминания. Если бы Чан умер, то оборвалась бы последняя ниточка, связывающая Ёуна с детством.

«Командир Чхон».

Мун Гю не могла смотреть, как мучился Ёун. Принц редко показывал свои эмоции, но сейчас был на пределе. Ей хотелось как-то приободрить его, но она знала, что ее слова ничего не исправят. Все, что оставалось, – просто быть рядом.

Неизвестно, сколько прошло времени, как вдруг дверь со скрипом отворилась и из нее показался измученный Пэк Чхонмён.

– Ох, я без сил…

Всю ночь он не смыкая глаз врачевал охранника Чана и теперь собирался рухнуть на постель и уснуть, как только его тело провалилось бы в матрас.

– А? – Увидев Чхон Ёуна, лекарь поклонился. – Молодой старейшина Чхон, вы все еще здесь?

Теперь, когда у Ёуна было новое звание, Пэк Чхонмён не мог обращаться к нему как раньше. Однако он был очень рад видеть его вне стен Академии.

Не успел он продолжить, как Ёун перебил его:

– В-врач Пэк… Ну что? Как он там? Как охранник Чан?

– Охранник Чан?

Пэк Чхонмён не знал, кого выхаживал всю ночь, ведь его буквально выдернули из постели и привезли в потемках, ничего не объяснив.

– Он… Он был моим охранником, когда я был совсем маленьким.

– А, вот оно что…

Вот почему Ли Хвамён пришел лично и сопроводил сюда Пэк Чхонмёна: дело было действительно важным.

Врач Пэк посмотрел на Ёуна, в глазах которого заметил несвойственное ему волнение. Чхонмён попытался ответить спокойно, чтобы хоть как-то подбодрить его:

– Мне нелегко такое вам говорить, но… Если вы хотите знать правду…

Ёун еще сильнее нахмурился, каждый нерв на его лице напрягся. Пэк подумал, что Чхон Ёун мог неправильно его понять, поэтому быстро продолжил:

– Нет-нет, не настолько… Просто, поймите, у него не осталось зубов, так что, вероятно, придется до конца дней питаться одними отварами и кашами.

– А? Чего? Т-тогда?..

– Сейчас он стабилен. К тому же охраннику Чану повезло – он на удивление крепкий, я уверен, что он выкарабкается.

– А-а… – выдохнул Чхон Ёун. Его лицо мгновенно прояснилось, стоило ему услышать хорошие новости. Все ночные терзания и тревоги как рукой сняло.

Подчиненные Чхон Ёуна, тоже с нетерпением ожидавшие заключения врача, увидели, что командиру наконец полегчало, и пошли к нему.

– Поздравляем вас, юный господин!

– Ко-командир, обошлось же! А вы всю ночь себя изводили…

– Ох, а вы так переживали… Хнык.

От радости у Хо Бона и Мун Гю даже слезы навернулись. Им было невыносимо видеть своего командира таким подавленным, но, к счастью, сегодня ночью охранник Чан не переправился через реку забвения, а значит, шел на поправку.

– Однако хочу вас предупредить: он еще слишком слаб и нуждается в покое. Поэтому попрошу вас не шуметь, а лучше вообще на время удалиться, – достаточно резко ответил лекарь Пэк Чхонмён.

– Поняли!

– Из-извините нас, – потупили головы подчиненные Ёуна. Затем они все вместе отошли от комнаты, где лежал больной.

После сложной ночи охранник Чан принял лекарство, приготовленное Чхонмёном, и теперь мирно спал. Чхонмён продолжал объяснять Ёуну, как важны для Чана сейчас восстановление и покой, а тот кланялся и благодарил его.

Затем Чхонмён хлопнул в ладоши и сказал:

– Не стоит, это мой долг лекаря – спасать жизни. Ох, уже столько времени! Прошу меня простить, работа не ждет!

– Прямо сейчас?

Заметив, что лекарь выглядит так, будто вот-вот рухнет от истощения, Чхон Ёун предложил ему немного перевести дух, но Пэк Чхонмён покачал головой и отказался:

– Все в порядке. Я передохну в медпункте. Не думаю, что мне подвернется какое-то еще занятие. Ха-ха-ха.

– Что?

– Да нет, я так… Сам с собой.

Когда Чхон Ёун учился, койки лазарета вечно были заняты: то переломы, то еще что-то приключалось. Однако после сдачи шестого экзамена и его ухода из Академии стены лазарета пустовали. Новых пациентов не было, и Чхонмён даже немного расстраивался, что теперь совсем без работы.

«Ну что ж, подождем пару месяцев…»

Пэк Чхонмён думал, что сразу после всеобщего выпуска из Академии, который уже не за горами, он сложит полномочия главного врача. За пределами Академии в нем нуждаются многие: он хотел бы помочь всем. Густой запах крови, исходящий от Ёуна, лишь подтверждал, что не только кадетам нужен настоящий лекарь. Но пока он откланялся и удалился в Академию.

Подчиненные Ёуна обступили его, настаивая на том, чтобы тот отдохнул и хоть немного поспал, но получили резкий отказ:

– Нет времени на отдых.

– Почему? Что случилось?

– Осталось совсем немного времени до возвращения владыки…

– Ах…

Возвращение Патриарха. Все слышали, что сказал одиннадцатый старейшина Хван Ы. Согласно весточке от одного из посыльных Военного союза Школы Истины, владыка вот-вот должен вернуться. Сейчас их процессия находится в провинции Цзянсу, поэтому дорога обратно должна занять примерно пять дней. И на это время у Ёуна был четкий план: ему требовалось заполучить еще два одобрения.

«С кланом Тьмы и госпожой Му было просто лишь из-за того, что владыка и сильнейшие старейшины вдали. Стоит им вернуться, как они приложат все усилия, чтобы остановить меня».

Ёун решил, что должен подготовиться, прежде чем они воткнут ему палки в колеса.

Чхон Ёун мог бы получить одобрение от деда Мун Гю – восьмого старейшины Мун Ёна, но тот сопровождал владыку на пути к Великой равнине. Именно поэтому Ёуну пришлось думать о других вариантах.

«Значит, остаются двое…»

Сейчас в Школе находились всего четыре старейшины. Среди них Ёун, который занял место старейшины клана Ядов, старика Пэк О, после победы над ним в поединке, и одиннадцатый старейшина Хван Ы, но он уже отдал свою табличку, поддержав Ёуна в качестве законного наследника и претендента на власть, и поклялся ему в преданности. Однако Ёуну все еще требовалось два одобрения.

– Девятого старейшину будет легко убедить… – предположил Хо Бон.

– Точно, – закивал Ванхыль.

Девятый старейшина Сама Ы – отец Сама Чхака, подчиненного Ёуна. Наверняка он окажет поддержку товарищу сына.

– Командир, тогда мы сперва обратимся к девятому старейшине?

– Нет. Лучше навестим его позже вместе с Сама Чхаком, когда тот залечит свои раны.

Сама Чхак серьезно пострадал от людей госпожи Му и сейчас пребывал в комнате гостевого дома с Пэк Ги: они медитировали, восполняя внутреннюю энергию, чтобы потом с ее помощью восстановиться физически.

– Тогда выбор очевиден.

– Да, мы отправляемся в клан Проникающего Демонического Меча.

Их целью стал клан Проникающего Демонического Меча и десятая старейшина – Ён Мухва. Из всех двенадцати только старейшина клана Звука – Хан Сою – и старейшина клана Проникающего Демонического Меча – Ён Мухва – были женщинами. Ёуна беспокоило то, что Ён Мухва, как известно, имела какую-то связь с кланом Меча и кланом Тьмы. Кто знает, сыграет ли это ему на руку или, наоборот, обернется против него. Без личной встречи с госпожой Ён это не прояснить.