Двенадцать курсантов стояли перед зданием тренировочных комнат. Всё это были подчиненные Чхон Ёуна.

Зима была весьма холодной, а ночной воздух лишь добавлял остроты кусающему морозу. Все старались держать руки поближе к огню либо отогревались с помощью концентрации ци, хоть это было очень энергозатратно.

– Неужели командир и сегодня пропустит ужин? – пробормотал О Чжон, держа руки над факелом.

Уже несколько дней они с главой пересекались лишь за завтраком. Ёун сообщил подчиненным, что ему нужно срочно отработать новые приемы, поэтому не стоит его ждать в другое время.

– Чему ты удивляешься? Разве он не ест раз в два дня? – Хо Бон ответил вопросом на вопрос.

Ванхыль закивал.

– Да, в столовой его вчера было не видать, так что, возможно, сегодня он порадует нас своей компанией.

В отличие от остальных кадетов, которым нужна была компания, Чхон Ёун предпочитал посещать столовую в гордом одиночестве. Поэтому встреча с ним могла быть приятной неожиданностью, а не чем-то запланированным.

– Вот-вот. Если мы поторопимся, то у нас есть шанс разделить ужин с командиром!

Но они все еще ждали Хо Санхву, Пэк Ги и Чжин Гука.

Их не было достаточно долго. Мун Гю уже совсем замерзла и потирала ладони в надежде хоть немного согреться. От ее сосредоточенного вида Го Ванхыль ухмыльнулся.

«М-да, а ведь сначала командир Чхон не нравился этому кадету. А теперь вот предан почти так же, как Хо Бон… Порой мне даже кажется, что Мун Гю смотрит на него с восторгом».

Хо Бон был первым и ближайшим помощником командира Чхона, поэтому не мог не заметить подобное излишнее внимание со стороны наследника высокопоставленной семьи Мун Гю. Ему и вправду начинало казаться, что Мун Гю особо выделяет Ёуна. Хотя он продолжал убеждать себя, что это не так.

«Вот взять Мун Гю. Спору нет, в бою кадет бесподобен. Но вот фигурка… хрупковата. Я бы даже сказал, слишком женская».

Хрупкие запястья Мун Гю и миниатюрность лишь подчеркивали женственность.

«Тьфу, о чем это я вообще сейчас думаю? Женщина! Еще чего!»

Он резко замотал головой, пока не сказал лишнего.

Вскоре из тренировочной комнаты вышла Хо Санхва, затем показался и Чжин Гук, последним – Пэк Ги.

– Опять опаздываешь, – проворчала Мун Гю.

Это был не первый раз, когда его ждали дольше всех, и она отчитывала его на протяжении всего их пути в столовую. Хо Бон уже избавился от привычки опаздывать, лишь бы избежать ее нотаций.

– Да я даже быстрее, чем вчера. Хватит уже, пойдем лучше есть.

Теперь, когда вся компания была в сборе, они двинулись в сторону столовой. Как вдруг внезапно Го Ванхыль остановился, и его лицо резко переменилось. Остальные шесть Мечей замерли вслед за ним, почувствовав что-то неладное.

– Что здесь происхо… А!..

В момент, когда Чжин Гук собирался закончить свой вопрос, из здания напротив выскочили штук двадцать кадетов и преградили компании дорогу. В огне факелов можно было рассмотреть лица. Возглавлял ораву Кык Син.

«Кык Син? Значит…»

Это были подчиненные Чхон Муёна. Раньше им не приходилось сталкиваться, однако вид вооруженных до зубов кадетов не предвещал ничего хорошего.

«Западня».

* * *

Тем временем четверо кадетов преградили путь Ёуну, который после плотного перекуса остреньким маратаном направлялся в общежитие.

«Хм…»

Чхон Ёун хорошо их знал. Перед ним стояли Кёнпхё из клана Меча, Хан Ючжик из клана Звука, Пу Янган из клана Клинков и Пэк Чхольгу из клана Ядов.

«Разве вас не вышвырнули из Академии?»

Еще месяц назад Чхон Ёун в схватке раздробил грудину Кёнпхё, поэтому Седьмой думал, что тот покинул Академию вслед за Чхон Кёнуном, который потерял в подобном поединке руку. Не хватало лишь выходцев из клана Тьмы и клана Скрытого Удара – тогда бы здесь собрались представители всех шести сильнейших кланов, но увы.

И несложно было догадаться, чего они хотят.

Чхон Ёун спокойно окинул их холодным взглядом.

– Ну и что привело вас ко мне?

Пэк Чхольгу из клана Ядов вопрос не понравился, он мгновенно вышел из себя и яростно закричал:

– Чхон Ёун, ты! Мерзавец! Думаешь, тебе сойдет с рук то, что ты сделал с нашим Чжонсомом?! Ты! Ты погубил нашего старейшину! Как ты смеешь еще спрашивать?!

Из всех четверых кадетов именно Пэк Чхольгу затаил на Ёуна самую сильную обиду. После того как Ёун разрушил даньтянь Чжонсома, Чхольгу начал усиленно тренироваться, чтобы однажды отомстить за своего товарища. А затем… Ёун расправился и с дедом – со старейшиной клана Ядов Пэк О. С тех пор Чхольгу ждал удачного момента для мести. Его переполнял гнев.

– Ты решил, что достоин престола? Такая мелкая безродная сошка, как ты? Это место никогда не принадлежало и не будет принадлежать тебе. Ты его недостоин.

К ним подошел Пу Янган из клана Клинков и резким движением достал меч из ножен за спиной. Хан Ючжик тоже достал клинок и двинулся ближе к Седьмому. Лишь Кёнпхё колебался: недавняя рана все еще беспокоила его.

Чхон Ёун по-прежнему оставался спокойным.

– Четверо на одного? Думаете, что силенок хватит?

– Хах, да и одного из нас вполне достаточно, чтоб одолеть такое ничтожество, как ты.

– Значит, вчетвером, да?

Судя по громким заявлениям, Хан Ючжик был весьма уверен в их силах. Никто из них еще не шагнул на наивысшую ступень мастерства. Откуда же в них было столько веры в себя?

«Жалкое отродье ничтожного клана. Наконец-то этот момент настал».

Бледно-желтые глаза Пэк Чхольгу из клана Ядов подозрительно сверкнули. Примерно полчаса назад он лично видел, как Ёун съел целую миску острого супа с особым ингредиентом – сильнейшим ядом, одной капли которого было достаточно, чтобы свалить быка. Он сам его создал. Поэтому Чхольгу сгорал от нетерпения, желая увидеть, как начнет корчиться ненавистный Ёун.

«Ты даже и представить не сможешь, сколько сил я приложил, чтобы разработать такой яд. Тебе бы стало страшно».

Пэк Чхольгу действительно долго готовился. Он знал, что в боевых искусствах Ёуну нет равных, поэтому решил, что проще будет его отравить.

«Думаешь, что сможешь отравить его?»

«Но как же?!»

Ни Пу Янган, ни Хан Ючжик не были уверены, что Чхон Ёуна вообще возможно отравить, ведь именно он смог пережить самую мощную ядовитую атаку Отравителя – старейшины клана Ядов Пэк О. Однако такой план нравился им гораздо больше настоящего боя, поэтому они поддержали идею с ядом.

«Понятия не имею, как тебе удалось остановить яд старейшины с помощью внутренней энергии уровня хвагёна, но… Что ты будешь делать, если яд проникнет прямиком в твое тело и сразу распространится по всем акупунктурным точкам?»

Пэк Чхольгу тщательно проработал свой план и приложил много усилий, чтобы подговорить работника кухни. Он пообещал повару несметные богатства и покровительство клана Ядов, за что тот согласился приготовить пряный суп с ярким ароматом специй и пахучим маслом, чтобы этот букет смог перебить даже самый стойкий запах яда.

«Половник, которым зачерпнули суп. Вот где и был яд, а Ёун ничего и не заметил».

Даже великий Чхон Ёун не заподозрил, что повар, разливающий ужины уже столько лет, мог быть с кем-то в сговоре, а суп в его половнике с подвохом. Когда Ёун обмакнул кончик палочек в суп и замер, Чхольгу подумал, что Седьмой что-то заметил и все накрылось тем самым железным половником. Однако дальше Ёун принялся выхлебывать суп до последней капли, и Чхольгу пришел в восторг – кажется, все удалось.

Принцип действия яда, который разработал Чхольгу, был весьма интересен: через пятнадцать минут после попадания в тело жертвы он разрушал внутреннюю энергию и в течение следующих трех часов не позволял восстановить ее. В это время активировался второй компонент яда. Он медленно разъедал меридианы и внутренние органы, после чего следовала такая же медленная и мучительная смерть.

Если не принять противоядие сразу же, то последствия будут необратимыми. А это означало, что ловушка Чхольгу захлопнулась.

«Получилось!»

Незаметно выскользнув из столовой, он поспешил порадовать товарищей.

Теперь оставалось только ждать, когда яд подействует и Ёун потеряет контроль над ци и ослабнет. А пока они приступили ко второй части плана – засаде.

«Это так, на всякий случай. Засада никогда не помешает. Тем более с таким монстром, как Ёун».

Под действием яда Ёун должен был так ослабнуть, что с ним можно было расправиться даже в одиночку. Однако Чхольгу сомневался – все же он впервые применял свое творение на ком-то, кто достиг уровня хвагёна. А еще была вероятность, что яд будет распространяться медленнее из-за высокой силы контроля внутренней энергии, поэтому они и решили напасть вчетвером. У Чхон Ёуна не было шансов остаться живым после этой встречи.

Пэк Чхольгу из клана Ядов ехидно начал свой рассказ, чтобы поиздеваться над Ёуном, который все еще не понимал, что тут происходит:

– Дорогуша, расслабься. Может, тебе даже посчастливится увидеться со своими подчиненными в лазарете. Если ты, конечно, выживешь, Чхон Ёун.

– С подчиненными?.. – при упоминании его людей Ёун прищурился.

Седьмой думал, что главной целью этой компашки был он, но никак не ожидал, что они нацелились и на его людей. Но… если эти мерзавцы явились полным составом, то кто собирается напасть на его товарищей?

«Неужели придурки связались с кланом Тьмы?»

Очевидно, раз четыре выходца из разных кланов смогли объединиться, то им ничего не мешало встать на сторону и клана Тьмы.

«Если здесь замешан Чхон Муён, все может закончиться плачевно».

Спокойствие на лице Ёуна вмиг испарилось, он помрачнел. Чхольгу торжествовал – ему удалось напугать самого Чхон Ёуна!

Вжух.

Ёун молниеносно достал из-за спины клинок Белого Дракона. Времени на бессмысленную болтовню не было.

– У меня нет желания возиться с вами. Покончим с этим.

– Да что ты говоришь?! Покончим? Ах ты заносчивый ублюдок! Ты отрезал руку моей сестре! Что ж, теперь я отрежу обе твои руки! – закричал Хан Ючжик из клана Звука и бросился с мечом на Ёуна.

Когда он замахнулся и нанес резкий удар, появились два энергетических вихря, сбивающие противника с толку. Это была особая техника клана Звука: поток звуковых волн пробивал барабанные перепонки противника и полностью дезориентировал его. Наполненный белой энергией меч, рукоять которого напоминала пипу[4], устремился к Чхон Ёуну, готовясь отрубить ему руку. Однако…

– Чего?

Глаза Хан Ючжика полезли на лоб. Чхон Ёун, который должен был потерять всю внутреннюю энергию, быстро среагировал на его приемы и тут же легким взмахом меча переломил лезвие клинка Ючжика.

– К-к… как это?..

– Я же сказал: у меня нет желания возиться с вами.

Внезапно Ёун исчез, а затем появился совсем близко к Ючжику и… одним движением меча отрубил ему руку.

– Кха-а-а!..

Сколько бы он ни угрожал, ни кричал о том, что Ёун поплатится и лишится рук, именно Ючжик теперь лежал и истекал кровью. Он бился в агонии на земле, а рядом лежала его отрубленная рука.

– Это… это невозможно! – желтые глаза Чхольгу забегали от ужаса.

Клинок Белого Дракона сиял голубым светом энергии ци. Это ужаснуло собравшихся кадетов даже больше, чем отрубленная в одно мгновение рука Ючжика.

«План с ядом же должен был сработать?!»

«Откуда появилась ци?»

Даже если бы он мог противостоять атакам Ючжика благодаря своей силе и уровню мастерства хвагёна, то использовать внутреннюю энергию, чтобы наполнить ею меч… после яда такое было просто невозможно! Кёнпхё и Пу Янган уставились на Пэк Чхольгу, не понимая, в чем дело.

– Я… я же своими глазами видел… как он прикончил полную миску отравленного маратана…

– Чего? О, ты об этом?

Со зловещей улыбкой Ёун посмотрел на Пэк Чхольгу. Затем он вытянул левую руку над лежащим на земле Ючжиком. Ёун резко сжал кулак, и из него медленно побежала какая-то мерзкая черная жидкость прямо на Ючжика.

– Кх-х-ха-а-а-а!

Жгучая жижа капала на бедро кадета, оставляя после себя едкий пар. Это был чистейший кислотный яд.

– Я-яд?!

Взгляд Чхон Ёуна сделался ледяным, и он словно вынес смертный приговор:

– Думали, что ваша паршивая уловка сработает?