С тех пор как Ёун завершил шестое испытание, прошло уже немало времени. А с момента поступления в Академию – три года и семь месяцев. Из почти тысячи новобранцев осталось всего шестьдесят четыре человека, и это было лучшим результатом за последние сто лет.

Пятьдесят шесть человек прошли четвертое испытание.

Семь человек справились с пятым.

И один смог преодолеть последнее – шестое – испытание.

До выпуска из Академии оставалось пять месяцев. Однако ход битвы за власть и место наследника заметно изменился. Всему виной Чхон Ёун, который не был выходцем ни одного из шести великих кланов. Раньше по завершении пятого испытания чистокровные наследники создавали свои группы, а затем вступали в схватку друг с другом в борьбе за власть. Однако уже пять наследных принцев не смогли завершить обучение и были исключены из Академии.

Первым из наследников, имевшим наибольшее влияние, был Чхон Ючхан из клана Клинков. Но он выбыл из этой гонки. За ним следовал Чхон Кёнун из клана Меча. Он добровольно уступил свое место в борьбе за власть, когда потерял в битве руку. Вместе с ним академию покинули десять его последователей, и в Академии осталось пятьдесят три кадета. Восемь кадетов Кёнуна присягнули на верность и присоединились к команде Чхон Муёна из клана Тьмы, увеличив число его последователей с восемнадцати до двадцати шести, что сделало его группу самой многочисленной и влиятельной.

Теперь остались лишь Чхон Ёун и Чхон Муён. И за пять месяцев до окончания Академии началась их финальная борьба.

На пустыре к северо-западу от главного здания Академии собралось достаточно много кадетов, последователей Чхон Муёна, наследника клана Тьмы. Однако его на встрече не было. Двое влиятельных кадетов – Му Чжинюн из клана Тьмы и преодолевший пятое испытание Кык Син – намеревались обсудить, как им разобраться с самой большой преградой – Чхон Ёуном.

– Разве мы правильно поступаем? Ведь приказа главы не было, – спросил один из кадетов.

Му Чжинюн лишь покачал головой.

– Нам и не нужен указ принца. Чхон Муён поручил делать все необходимое, пока он совершенствует свои боевые навыки. Мы просто исполняем то, что должны.

– Хм-м…

«Глава действительно дал такие полномочия?..»

Воодушевленный успехом Чхон Ёуна в сдаче шестого экзамена Чхон Муён заперся в тренировочной комнате и посвятил все время совершенствованию боевых техник.

Возможно, это было правильно. Чхон Ёун теперь входил в десятку сильнейших людей во всей Школе Демона. За пределами Академии клан Тьмы все еще был самым сильным среди остальных шести кланов, однако Чхон Муён прилично отставал от Ёуна в гонке, поэтому теперь прикладывал много сил, чтобы не уступить в борьбе за власть. И сейчас ему нужно было достичь последней ступени мастерства, а затем сдать шестой экзамен.

– Пока глава занят совершенствованием своих навыков, мы тоже должны подготовиться. Если мы упустим из виду Чхон Ёуна, то у нас не будет даже шанса его одолеть.

А со временем Чхон Ёун становился только сильнее. Если они не победят его до выпуска, то потеряют своего главу в поединке за власть.

– Чжинюн, ты прав: нельзя сидеть сложа руки. Но как помешать тому, кому нипочем шесть сильнейших семей? Тому, кто смог одолеть старейшину клана Ядов? Не лучше ли заняться вербовкой кадетов, которые еще не выбрали сторону?

Все кивнули в знак согласия со словами Кык Сина. Он был прав. Теперь в Академии не было никого сильнее Чхон Ёуна. Его мощь была так высока, что, даже если объединить все силы против, на его теле едва бы остались царапины.

– А кто сказал, что мы сами должны марать руки и сражаться с Ёуном?

– Чего?

– Как насчет его подчиненных? – спросил Му Чжинюн.

– По силе выделяются трое: Мун Гю, Го Ванхыль и Пэк Ги. Про других мы даже не знаем, прошли ли они экзамены, так что точно сказать нельзя. Но, по слухам, среди них есть как минимум трое или четверо на последней ступени мастерства, – ответил Кё Мёнсу.

Он был прав: Хо Санхва, У Сочжон и Чжа Умин достигли второй ступени мастерства, однако оставалась третья. Они еще не были готовы к прохождению пятого экзамена.

– И у нас двое находятся на второй ступени и шестеро на первой, а остальные тоже занимаются развитием своих боевых навыков. Думаю, силы примерно равны, или, я бы даже сказал, у нас есть некоторое преимущество.

Все подчиненные Чхон Муёна были представителями выдающихся кланов, и средний уровень их боевых навыков был явно выше. Сам Му Чжинюн недавно перешел на вторую ступень мастерства, но не успел еще пройти пятое испытание.

– Не хочется рушить твои надежды… однако ты ошибаешься, это не так работает, – перебил его Ки Чхан, который раньше ходил под началом Чхон Кёнуна.

Он своими глазами видел, как Чхон Ёун одолел девятнадцать кадетов и даже Чхон Кёнуна, хотя тот был одним из сильнейших в их команде. Слова Кё Мёнсу были красивыми, но далекими от реальности. Для силы средние значения были не важны.

– Ты так говоришь, потому что кого-то однажды ударили? Ах, вот бедняжка…

– Да ты же сам видел на шестом испытании, что он просто чудовище!

– Он, бесспорно, монстр. Для этого и нужен план. Мы должны переиграть его и уничтожить.

Уверенность Му Чжинюна поразила остальных. Еще три дня назад у него не было идей, однако теперь он уже все продумал.

– Прежде всего, как и сказал Кык Син, нам нужно заполучить колеблющихся. И если не удастся завербовать их всех, то как минимум нужно постараться уговорить Сама Чхака из клана Небытия и Хван Я из клана Летающего Оборотня. Это уже будет успех и огромное преимущество!

Эти двое были из высокопоставленных кланов. Их отцы – девятый старейшина Сама Ы и безликий одиннадцатый старейшина Хван Ы.

В отличие от Чхон Ючхана или Чхон Кёнуна, Чхон Муён раньше не агитировал других вступать в его ряды, у него не было такого опыта. Но теперь все изменилось.

– Их поддержка поможет нам одержать победу.

– Сама Чхак еще куда ни шло, но вот этот Хван Я… Он же полный идиот… – нахмурился Кык Син.

Действительно, Хван Я был из высокопоставленного клана, и тому, что он все еще не состоял ни в одной команде, были причины. Отталкивающая внешность и темная зловещая аура пугали, поэтому никто так и не осмелился ему это предложить.

– Кык Син, мы не в том положении, чтобы водить носом…

– Понял…

– Я слышал, что Чхон Ёун снова закрылся в тренировочной комнате, чтобы освоить какую-то новую боевую технику. Даже на ужин не выходит.

– А ты подготовился.

– Предупрежден – значит вооружен.

– Это наш шанс! Отсечем Ёуну его руки помощи, а затем доберемся и до него самого.

Такие жестокие слова ошарашили Кык Сина и остальных. Даже если они смогут разобраться с подчиненными Чхон Ёуна, это будет все равно что сунуть ладошку в клетку с тиграми.

– Ты в своем уме?! Двое наследников уже лишились рук, хотя даже не прикоснулись к его команде. А Чхон Чжонсом напал на Пэк Ги… И что с ним стало?! Он потерял все свои силы!

Слухи о Чхон Ёуне распространялись молниеносно. Те, кто с ним сталкивался, лишались конечностей, его сила ошарашивала. Ёуна боялись все. Даже Кык Син.

– Да ты же сам в ужасе! – сказал Чжинюн.

– Чего?

Кык Син изменился в лице.

– Говорят же: «Господствовать над варварами, используя их самих».

– Чего? Предлагаешь натравить одних идиотов на других?

– Именно. Нам необязательно сражаться с этим демоном!

– Ну и кто же выступит против Ёуна?

Кык Син почти улыбался.

Даже левый страж Ли Хвамён не решился бы сражаться с Ёуном.

– Хо-хо-хо. Есть аж четыре человека, которые точат зуб на Ёуна.

Когда Му Чжинюн произнес имена, кадеты, включая Кык Сина, удивились. Они знали, что все перечисленные еще не выбыли из Академии, однако то, что они ненавидели Ёуна… это было неожиданностью.

– Ха! Если это правда так, то, кажется, у нас может появиться шанс!

– Пока он там сидит в закрытой комнате и в ус не дует, мы быстренько избавимся от его гаденышей.

– Да, это сильно облегчит нам задачу. Когда приступим?

Все, что не касалось Чхон Ёуна, радовало Кык Сина. Он был уверен, что способен одолеть любого. И больше всего он хотел сразиться с Го Ванхылем. Они встречались раз два, но дикое желание победить его не угасало.

– Срок – завтрашний вечер. Я уже со всеми договорился. Будет идеально, если в первую очередь сможем заполучить Сама Чхака и Хван Я.

– Тогда нам стоит разделиться.

* * *

Вечер следующего дня. Середина часа Обезьяны. Тренировочная комната Академии.

Восемь дней назад Чхон Ёун изучил техники, оставленные Демоническим Мечником, и обнаружил отметины меча Бога Клинков в тайной сокровищнице под библиотекой. Он был безмерно счастлив обладать техникой, по могуществу равной Силе Меча Небесного Демона. Но не все было так гладко. Следы клинка не хранили информацию о правильном контроле над ци. А без этого невозможно воссоздать технику идеально. Кроме того, в описании техники Устремленного Вперед Нового Демонического Меча, которую оставил Демонический Мечник, не было сведений о правильном положении клинка.

Однако Ёун не был разочарован.

Три года и три месяца тренировок в закрытой комнате преобразили не только Ёуна. Нано после бесчисленных анализов данных, полученных из библиотеки и сокровищницы, сотни и тысячи раз моделировала нужные техники дыхания, которые помогали использовать все боевые навыки с максимальной мощью. Он управлял энергией не так, как это было задумано создателем техники, однако, возможно, это давало даже лучший результат из-за того, что он опирался на анализ Нано.

Клинок Белого Дракона, принадлежащий Чхон Ёуну, двигался под причудливым углом, нанося бесчисленные удары и пронзая воздух с огромной скоростью. Такой стиль сильно отличался от Танца Бабочки, в котором скорость была на первом месте. Для каждого взмаха клинка нужен был свой угол, отличный от последующих, однако можно было разрезать противника пополам всего одной атакой.

– Хух.

Ёун остановился и заметил, что на полу тренировочной комнаты появилась выемка. Он даже не использовал ци. Силы одного клинка было достаточно, чтобы оставить такую отметину.

– Ха-ха-ха, ура, Нано, смотри! Кажется, у меня получилось!

Ёуну не свойственно было выражать эмоции, и улыбка нечасто появлялась у него на лице. Но когда ему наконец удалось все сделать правильно, он был вне себя от счастья. За последние восемь дней он испробовал каждый вариант, смоделированный Нано, и наконец-то отыскал тот, который действительно сработал. Так Ёун смог подобрать стиль, позволяющий ему выполнить первый прием техники Бога Клинков. Если бы Демонический Мечник увидел своими глазами что-то подобное, он был бы поражен.

[Приступаю к анализу техники дыхания, необходимой для второго приема].

Нано занялась следующей техникой дыхания.

Ёун уже в сотый раз повторял одно и то же и сильно устал. Он решил ненадолго присесть и перевести дух.

«Ох… Что-то уже и есть хочется».

Баланс внутренней энергии он восстановил, но голод никуда не делся.

Уже наступил вечер. Близился конец часа Петуха – время ужина, поэтому Чхон Ёун решил прервать тренировку и покинул закрытую комнату.

На дворе стояла зима, солнце садилось рано, поэтому кругом была уже кромешная темнота. Легкой походкой, воодушевленный сегодняшней удачей, Ёун направился в столовую.

Столовую освещали яркие огонечки, но прежней толпы кадетов больше не было, учащихся осталось не так уж и много. Из почти пятисот человек за столами сидела только десятая часть. Неудивительно, что теперь здесь было так тихо. Кроме того, раньше в столовой трудились пятьдесят работников, однако теперь ввиду ненадобности их сократили до двадцати.

Мм.

Когда Ёун зашел в столовую, то сразу почувствовал терпкий пряный аромат специй. Посреди зала стоял огромный чан с горячим красным варевом. Ароматы сочной говядины, грибов, листьев бок-чоя и разных овощей распространились и заполнили собой все вокруг, смешиваясь с запахом горячего потрескивающего на огне масла, острого перца и домашней лапши. От таких сочетаний слюнки текли сами собой. Сегодня подавали излюбленное зимнее блюдо – маратан по-сычуаньски. Особо острый зимний суп, пробирающий до седьмого пота.

«Кажется, на ужин что-то остренькое!»

И это было именно то, чего сейчас больше всего хотелось Ёуну.

Он подошел к молодому работнику столовой, протянул ему миску и подождал, пока тот до краев наполнит ее горячим красным супом.

Др-р-рог.

Руки юноши на удивление сильно дрожали, но виной тому был не разливаемый им суп.

Ёун взглянул на бедолагу – обильные ручьи пота стекали от его лица к шее, руки тряслись, а сам он выглядел весьма нервно и болезненно. Это показалось Седьмому странным.

– С вами все в порядке?

– А, это… д-да, в-всё в полном порядке. Просто тяжело долго стоять над кастрюлей с горячим острым супом. Перец бьет в голову…

С этими словами он вручил наполненную миску Ёуну.

Кастрюля была действительно горячей, и жар вокруг ощущался, но что-то во взгляде этого повара показалось Ёуну подозрительным.

В это время кто-то наблюдал за Чхон Ёуном из дальнего угла столовой. Он сидел неподвижно, лишь неспешно зачерпывая маратан. Однако взгляд его был прикован к Ёуну. Он следил за Седьмым, когда тот шел и садился за стол, и вдруг растерянно уткнулся в миску супа.

«Ха? Неужели… он заметил?»

Фигура с тревогой посмотрела на то, как Чхон Ёун берет палочку и аккуратно обмакивает кончик в бульон, а затем осторожно пробует варево на вкус.

Ёун нахмурился.

Однако спустя всего несколько мгновений он взял миску и жадно накинулся на бульон, пока не пригубил все до последней капли.

Наблюдавший за этим действом улыбнулся.

«Получилось!»