Текст выступления 9 мая 2019 года в Вашингтоне, округ Колумбия, на мероприятии по представлению Blue Moon, лунного посадочного модуля Blue Origin.

Вlue Origin – самая важная работа, которой я сейчас занят. Я глубоко убежден в этом, основываясь на простом аргументе: Земля – лучшая планета.

Главный вопрос таков: зачем нам лететь в космос? Мой ответ отличается от обычного аргумента «плана Б»: Земля погибнет, и нам придется переместиться куда-то еще. Меня подобное не мотивирует. Когда я учился в средней школе, то написал: «Земля конечна, и если мировая экономика и население будут продолжать расти, космос – единственное место, куда можно отправиться».

На вопрос «какая самая лучшая планета в Солнечной системе» ответить легко, потому что мы послали роботизированные зонды ко всем остальным планетам. Некоторые зонды пролетели мимо, но мы проверили все планеты. Земля – лучшая из них, но это еще не все. Она действительно хороша. Мои друзья, кто хочет переехать на Марс? Я говорю: «Сделайте мне одолжение. Сначала поживите год на вершине Эвереста и посмотрите, понравится ли вам там, потому что это райский сад по сравнению с Марсом». И даже не начинайте говорить мне про Венеру.

Посмотрите на Землю. Она невероятна. Джим Ловелл, один из моих настоящих героев, сделал нечто удивительное, когда кружил вокруг Луны в миссии «Аполлон-8». Он поднял большой палец и понял, что, держа его на расстоянии вытянутой руки, может закрыть им всю Землю. Все, что он когда-либо знал, он мог прикрыть большим пальцем. И он сказал нечто удивительное. Вы знаете старую поговорку: «Я надеюсь, что попаду в рай, когда умру». Он сказал: «В тот момент я понял, что ты попадаешь в рай, когда рождаешься». Земля – это рай.

Астроном Карл Саган был еще более поэтичен: «В этой голубой точке все, кого вы знаете, и все, о ком вы когда-либо слышали, и каждый человек, который когда-либо существовал, прожили свою жизнь. Очень маленькая сцена на огромной космической арене». На протяжении всей человеческой истории Земля казалась нам большой, и на самом деле, в самом правильном смысле, она была большой. Человечество было маленьким. Теперь все уже не так. Земля отныне не так уж велика. Человечество огромно. Земля кажется нам большой, но она конечна. Мы должны осознать, что есть неотложные проблемы, вещи, над которыми нам нужно работать, и мы работаем над ними. Они очень срочные. Я говорю о бедности, голоде, бездомности, загрязнении окружающей среды, избыточном вылове рыбы в океанах. Список неотложных проблем очень длинный, и над ними нужно работать срочно, здесь и сейчас. Но есть и долгосрочные проблемы: над ними тоже нужно работать, и на их решение уходит много времени. Вы не можете ждать, пока долгосрочные проблемы станут неотложными, чтобы заняться ими. Мы можем сделать и то, и другое. Мы можем работать над сиюминутными проблемами здесь и приступить к долгосрочным проблемам.

Мы хотим отправиться в космос, чтобы защитить нашу планету. Вот почему компания названа Blue Origin – в честь голубой планеты, откуда мы родом. Но мы не хотим столкнуться с цивилизацией стазиса, что станет реальной проблемой, если мы просто останемся здесь.

Фундаментальная долгосрочная проблема состоит в том, что у нас на Земле закончится энергия. Так говорит арифметика. Это обязательно произойдет. Будучи животными, люди используют 97 ватт энергии – из-за метаболизма, – но как члены развитого мира, мы используем 10 000 ватт энергии. И мы получаем большую пользу. Мы живем в эпоху динамизма и роста. Вы живете лучше, чем ваши бабушки и дедушки, а ваши бабушки и дедушки жили лучше, чем их дедушки и бабушки, и большая часть этого обеспечивалась изобилием энергии, которую мы смогли получить и использовать для нашей пользы. Применяя энергию, можно сделать много хорошего. Когда вы попадаете в больницу, то тратите много энергии. Медицинское оборудование, транспорт, развлечения, которыми мы наслаждаемся, лекарства, которые мы используем, – все требует огромного количества энергии. Мы не собираемся прекращать использовать энергию. Но наш уровень ее использования провоцирует неустойчивость окружающей среды.

Исторически сложившийся уровень потребления энергии в мире растет на 3 % в год. Звучит не критично, но с течением времени суммарный эффект становится экстремальным. 3 % в год эквивалентны удвоению потребления энергии человеком каждые 25 лет. Если взять сегодняшнее глобальное использование энергии, то его можно обеспечить, покрыв весь штат Невада солнечными батареями. Теперь это кажется сложным, но вполне возможным, и в любом случае там в основном пустыня. Но всего через пару сотен лет при 3 %-ной исторической скорости увеличения энергозатрат нам нужно будет покрыть всю поверхность Земли солнечными батареями. Так вот этого не случится. Подобное решение очень непрактично, и мы можем быть уверены, что оно не сработает. Так что же мы можем сделать?

Что ж, единственный вариант – сосредоточиться на эффективности – реально хорошая идея. Проблема, однако, в том, что она уже реализуется. Поскольку мы веками увеличивали потребление энергии на 3 % в год, то всегда фокусировались на эффективности. Позвольте привести несколько примеров. 200 лет назад вам приходилось работать 84 часа, чтобы позволить себе один час искусственного освещения. Сегодня вам надо поработать 1,5 секунды, чтобы позволить себе его же. Мы перешли от свечей к масляным лампам, от ламп накаливания к светодиодам и получили огромный прирост эффективности. Другой пример – воздушный транспорт. За полвека существования коммерческой авиации мы наблюдаем четырехкратный рост эффективности. Полвека назад для полета одного человека через всю страну требовалось 109 галлонов топлива. Сегодня, при полете в современном Boeing 787, требуется всего 24 галлона. Невероятное принципиальное улучшение.

Как насчет вычислений? Их эффективность увеличилась в триллион раз. UNIVAC[36] мог произвести пятнадцать вычислений, затратив энергию в одну киловатт-секунду. Современный процессор может сделать семнадцать триллионов вычислений с одной киловатт-секундой энергии. Итак, что происходит, когда мы становимся крайне эффективными? Мы расходуем больше. Искусственное освещение стало дешевым, поэтому мы тратим его много. Воздушный транспорт стал дешевым, поэтому мы пользуемся им много. Компьютеры стали дешевыми, так что у нас даже есть SnapChat.

Спрос на энергию постоянно растет. Даже в условиях повышения эффективности мы будем использовать все больше и больше энергии. Трехпроцентный совокупный темп роста уже предполагает значительный рост эффективности в будущем. Что происходит, когда неограниченный спрос удовлетворяется конечными ресурсами? Ответ невероятно прост: нормирование. Если мы окажемся на этом пути, то он впервые приведет к тому, что ваши внуки и их внуки будут жить хуже, чем вы. Это плохой путь.

Есть и хорошие новости: если мы выйдем в Солнечную систему, у нас будут практически не ограниченные ресурсы. Итак, нам надо выбрать: хотим ли мы стазиса и нормирования или динамизма и роста? Простой выбор. Мы знаем, чего хотим. Нам просто нужно чем-то заняться. Мы могли бы разместить триллион людей в Солнечной системе, а значит, у нас была бы тысяча Моцартов и тысяча Эйнштейнов – невероятная цивилизация.

Каким может быть будущее? Где будет жить триллион людей? Джерард О’Нил, профессор физики Принстонского университета, очень внимательно изучил данную тему и задал очень точный вопрос, который никто никогда не задавал раньше: «Является ли поверхность планет лучшим местом для расширения Солнечной системы?» Он и его ученики принялись за работу и пришли к крайне удивительному для них и противоречивому ответу: нет.

А почему нет? Ну, они придумали кучу проблем. Во-первых, поверхности других планет не так велики. Допустимо говорить в лучшем случае об удвоении площади, а это не так уж много. И они очень далеко. Время полета на Марс и обратно составляет порядка нескольких лет, а запуски ракет на Марс происходят только раз в 26 месяцев, что является серьезной логистической проблемой. И наконец, вы находитесь слишком далеко, чтобы иметь возможность осуществлять связь с Землей в реальном времени. Вы будете ограничены запаздыванием скорости света.

Самое главное, что на поверхности других планет нет и не может быть нормальной земной гравитации. Вы застрянете в том гравитационном поле, которое у них есть. В случае с Марсом это 1/3 G. Поэтому О’Нил и его ученики придумали идею искусственных миров, вращающихся для создания искусственной гравитации с помощью центробежной силы. Это растянувшиеся на многие мили гигантские сооружения, в каждом из которых живет миллион человек, а то и больше.

Космическая колония будет сильно отличаться от Международной космической станции. Внутри нее будут скоростной транспорт, сельскохозяйственные зоны, города. Не все станции должны иметь одинаковую гравитацию. Можно создать рекреационную колонию с нулевой гравитацией, чтобы вы могли летать на собственных крыльях. Некоторые из колоний станут национальными парками. Это были бы действительно приятные места для жизни. Какие-то из колоний О’Нила, возможно, захотят дублировать земные города. Они могли бы выбрать исторические города и каким-то образом имитировать их. Появились бы совершенно новые виды архитектуры. Идеальный климат в течение всего года – как в Мауи в его лучший день: ни дождя, ни штормов, ни землетрясений.

Как вообще выглядит архитектура, когда у нее нет основной цели укрытия? Мы выясним. Но колонии точно будут прекрасны – люди захотят жить там, – и они могут находиться близко к Земле, чтобы вы могли вернуться. Это важно, потому что люди захотят вернуться на Землю. Они не захотят навсегда ее покинуть. Кроме того, между ними будет очень легко путешествовать. Перемещение между колониями О’Нила, от одной к другой – навестить друзей, семью, посетить одну из рекреационных зон, – потребовало бы очень, очень небольшого количества энергии для быстрой транспортировки, однодневной поездки.

Профессор О’Нил однажды появился на телевидении вместе с известным писателем-фантастом Айзеком Азимовым. Ведущий задал Азимову очень хороший вопрос: «Предсказал ли кто-нибудь в научной фантастике когда-либо [колонии О’Нила], а если нет, то почему?» Азимов дал очень хороший ответ: «На самом деле никто этого не делал, потому что мы все были планетарными шовинистами и считали, что люди должны жить на поверхности планеты, мира. В моих сочинениях описаны колонии на Луне, как и у сотни других писателей-фантастов. Ближе всего я подошел к искусственному миру в свободном космосе, предложив отправиться в пояс астероидов, выдолбить астероиды и сделать из них корабли. Мне никогда не приходило в голову привезти материал с астероидов на Землю, где условия лучше, и построить там новые миры».

Планетарные шовинисты! Куда приведет нас подобное видение колонии О’Нила? Что будет означать для Земли? Земля в конце концов окажется поделена между жилой зоной и легкой промышленностью и будет прекрасным местом для жизни и прекрасным местом для посещения. Здесь можно будет поступить в колледж и заняться легкой промышленностью. Но тяжелая промышленность и все загрязняющие производства – все то, что наносит ущерб нашей планете, – будут выведены за пределы Земли.

Тем самым мы могли бы сохранить уникальную жемчужину, планету, которая совершенно незаменима. Мы должны спасти нашу Землю, не отказываясь от будущего динамизма и роста ради внуков наших внуков. Мы можем получить и то, и то.

Кто будет делать эту работу? Не я. Это масштабное видение, на реализацию которого уйдет много времени. Сегодняшние школьники и их дети построят целые отрасли с тысячами будущих компаний, охватывающих целые экосистемы. Там будет происходить предпринимательская деятельность, высвобождающая творческих людей, чтобы они генерировали новые идеи использования космоса. Но такие предпринимательские компании не могут существовать сегодня, потому что цена допуска к осуществлению интересных вещей в космосе прямо сейчас слишком высока. Потому что нет соответствующей инфраструктуры.

Я основал Amazon в 1994 году. Вся необходимая тяжелая инфраструктура уже была создана. Нам не нужно было строить транспортную систему для доставки посылок. Она уже существовала. Если бы нам пришлось формировать ее, то потребовались бы миллиарды долларов капитала. Но она уже была и называлась почтовой службой США, Deutsche Post, Royal Mail, UPS и FedEx. Мы должны были подняться на вершину этой инфраструктуры. То же самое можно сказать и о платежных системах. Нужно ли нам было изобретать платежную систему и внедрять ее? На это ушли бы миллиарды долларов и многие десятилетия. Но нет, она уже действовала и называлась «кредитная карта». Нужно ли было изобретать компьютеры? Нет, они уже были в большинстве домов, в основном чтобы играть в игры, но они были. Инфраструктура уже существовала. Нужно ли нам было строить телекоммуникационную сеть, требующую еще миллиарды долларов? Нет, не нужно. Она была создана в основном для междугородных телефонных звонков глобальными операторами связи, такими как AT&T и их эквивалентами по всему миру. Инфраструктура позволяет предпринимателям делать удивительные вещи.

Колонии О’Нила будут построены сегодняшними детьми, их детьми и внуками. Работа по созданию инфраструктуры для этих колоний начнется с моего поколения. Мы проложим дорогу в космос, и тогда начнут происходить удивительные вещи. Вы увидите предпринимательское творчество. Тогда космические бизнесмены создадут компанию в своей комнате в общежитии. Сегодня это невозможно.

Так как же мы на самом деле собираемся строить колонии О’Нила? Никто не знает. Я не знаю. Будущие поколения разберутся в деталях. Но мы уверены, что есть ворота, через которые нужно пройти, определенные предпосылки, которые нужно реализовать. Если мы не сделаем этого, то никогда не доберемся туда, но очень приятно знать, что на самом деле необходимо, потому что тогда вы можете работать с большой уверенностью, что результаты вашего труда пригодятся. Как бы ни развивались детали будущего видения, две вещи будут иметь существенное значение. Во-первых, мы должны радикально снизить стоимость запуска. Они сегодня слишком дороги. А во-вторых, мы должны использовать космические ресурсы. У Земли очень мощное гравитационное поле, и поднять все наши ресурсы просто не получится. Нам нужно уметь использовать то, что уже есть в космосе.

Названный в честь астронавта Алана Шепарда, первого американца, отправившегося в космос по программе «Меркурий», New Shepard – многоразовая суборбитальная ракетная система Blue Origin, предназначенная для доставки астронавтов и исследовательских полезных грузов за линию Тармана, признанную во всем мире границу космоса. New Glenn, названный в честь астронавта Джона Гленна, представляет собой единую тяжеловесную ракету-носитель, способную регулярно перевозить людей и полезные грузы на околоземную орбиту и за ее пределы.

Меня очень волнует использование New Shepard для получения большей практики. Самые часто летающие аппараты могут летать пару десятков раз в год, выводя на орбиту полезные грузы. Вы никогда по-настоящему не преуспеете в чем-то, если делаете это всего пару десятков раз в год.

Допустим, вам предстоит хирургическая операция. Вы должны убедиться, что хирург делает такие операции по крайней мере пять раз в неделю. Реальные данные подтверждают тот факт, что процедура намного безопаснее, если хирург выполняет ее по крайней мере пять раз в неделю. И поэтому нам нужно часто отправляться в космос в рутинном порядке. Одна из причин, по которой авиация сегодня так безопасна, заключается в огромной практике.

Нам нужно больше миссий. Если ваши полезные грузы стоят сотни миллионов долларов, они на самом деле дороже, чем запуск. Это оказывает сильное давление на ракету-носитель: она должна быть очень стабильной – надежность становится гораздо важнее стоимости. На самом деле тогда вы идете в неправильном направлении – осуществляете меньше запусков дорогих спутников. Как вы видите, так часто происходит.

В Blue Origin мы хотим попытаться войти в тренировочную колею, и поэтому у нас должен быть действующий многоразовый носитель. Ключевым моментом является работоспособность. Космический челнок был многоразовым в самых обескураживающих смыслах. На деле по возвращении космического шаттла НАСА тщательно осматривало его, а затем возвращало обратно. Было бы лучше иметь расходный челнок. Невозможно долететь на Boeing 767 до места назначения, а затем просветить его рентгеном, разобрать все по винтику и ожидать приемлемых затрат. В связи с чем ключевым решением служит повторное использование. Наша цель состоит в том, чтобы снизить затраты, используя возможность многократного использования, и видение состоит в том, чтобы выяснить, каким действительно может быть динамичный предпринимательский подход в космосе.

Я невероятно горжусь удивительным прогрессом команды Blue Origin в создании многоразовых ракет-носителей с New Shepard. У нас было одиннадцать посадок подряд. Мы использовали два ускорителя. Один летал пять раз подряд, другой – шесть. Между рейсами почти не было восстановительных работ. Именно так снижается стоимость запуска. Вам нужны многоразовые транспортные средства. До сих пор мы использовали ракеты-носители один раз и выбрасывали их. Нет смысла иметь псевдо-возможность повторного использования, когда вы возвращаете шаттл обратно, а затем проводите крупный ремонт, что также очень дорого. Невероятно захватывающе, что скоро мы будем людьми, летающими на New Shepard.

Когда мы строили его, суборбитальный корабль, предназначенный для космического туризма, то приняли несколько очень любопытных технологических решений. Прежде всего, он работает на жидком водороде, самом высокоэффективном ракетном топливе, но с ним взаимодействовать сложнее всего. Он не нужен для суборбитальной миссии, но мы выбрали его, потому что знали, что корабль понадобится для следующего этапа. Мы хотели попрактиковаться с самым трудным в использовании, но высокоэффективным топливом. Мы приняли такое же решение с вертикальной посадкой New Shepard, хотя другие механизмы посадки в случае с ним тоже сгодились бы. Самое замечательное в вертикальной посадке – то, что она очень хорошо масштабируется. Это очень нелогично, но чем больше корабль, тем легче становится вертикальная посадка. Она похожа на балансирование метлой, удерживаемой на кончике пальца. Вы можете балансировать метлой, но попробуйте балансировать карандашом. Момент инерции карандаша слишком мал. С самого начала мы хотели построить систему, рассчитанную на человека, и были вынуждены серьезно думать о безопасности, надежности, системах эвакуации – обо всем, в чем, как мы знали, нам нужно будет попрактиковаться, чтобы построить следующее поколение транспортных средств. Так что все дело в практике.

New Glenn – старший брат New Shepard, достаточно большой, чтобы New Shepard поместился в грузовом отсеке New Glenn. Это крупный корабль, с 3,9 миллиона фунтов тяги. Время от времени мне задают крайне интересный вопрос: «Джефф, что изменится в ближайшие десять лет?» И мне нравится играть с ответом. Отличная тема для беседы за ужином. Но есть еще более важный вопрос, который мне почти никогда не задают: «Что не изменится в ближайшие десять лет?» И он также важен, потому что вы можете строить свои планы вокруг подобных тем. Я точно знаю, что клиенты Amazon и через десять лет захотят низких цен. Это не изменится. Клиенты захотят быстрой доставки. Им понадобится большой выбор. Таким образом, вся энергия, которую мы вложили в бизнес, будет продолжать приносить дивиденды. Невозможно представить себе клиента, который придет ко мне через десять лет и скажет: «Джефф, мне нравится Amazon, но я просто хочу, чтобы вы доставляли заказы немного медленнее» или «Я всего лишь хочу, чтобы цены были немного выше». Такого не случится. Когда вы сможете понять, что останется неизменным почти при любых обстоятельствах, тогда сможете вложить свою энергию. Мы знаем, что останется неизменным для New Glenn: стоимость, надежность и своевременные запуски. Каждый из факторов нуждается в улучшении, прежде чем мы сможем достигнуть следующей фазы реального выхода в Солнечную систему, но я знаю, что они стабильны. Мы не хотим, чтобы через десять лет к нам пришел пользователь New Glenn и сказал: «Джефф, я бы хотел, чтобы ракета просто, знаете ли, терпела аварии чуть чаще» или «Я бы хотел, чтобы полет стоил дороже или чтобы вы перенесли мои даты старта». Кстати, доступность и своевременный запуск – действительно важные проблемы, недооцениваемые большинством людей, которые непосредственно не связаны с космической отраслью. Задержки реально все усложняют и дорого обходятся собственникам. Так что указанные вещи не изменятся. Мы собираемся вложить в них энергию. Вся конструкция построена вокруг них.

Многократное использование – универсальный ключ к радикальному снижению затрат на запуск. Люди иногда задаются вопросом, насколько дорого топливо и является ли оно проблемой. Сжиженный природный газ стоит очень недорого. Несмотря на то что New Glenn потребляет миллионы фунтов топлива, стоимость топлива и окислителя составляет менее 1 миллиона долларов – ничтожно мало на общем фоне. Необходимость выбрасывать оборудование – вот причина, по которой запуск на орбиту сегодня так дорог. Все равно что поехать на машине в торговый центр, а потом выбросить ее после единственной поездки, – тогда посещение торгового центра стало бы очень дорогим.

Вторые врата, через которые нам предстоит пройти, – ресурсы космоса. Мы должны использовать их, и у нас есть подарок судьбы: спутник, называемый Луной. Теперь мы знаем о Луне много такого, чего не знали ни во времена миссий «Аполлона», ни даже двадцать лет назад. Одна из самых важных вещей, которые мы знаем, – то, что на Луне есть вода, невероятно ценный ресурс, в виде льда. Он находится в постоянно затененных кратерах на полюсах Луны. Достаточно с помощью электролиза разделить воду на водород и кислород, и у вас есть топливо. Еще одна замечательная вещь, еще одна причина, по которой Луна является ценным даром, заключается в том, что она находится рядом, всего в трех днях пути. И у вас нет таких ограничений на запуск, как интервал в двадцать шесть месяцев в ситуации с Марсом. Вы можете отправиться на Луну в любое время, когда захотите. И что очень важно для создания крупных объектов в космосе, сила притяжения Луны в шесть раз меньше, чем Земли. Значит, запуская корабль с Луны, вы можете доставить необходимые ресурсы в открытый космос по очень низкой цене. Чтобы поднять фунт чего-либо с Луны, требуется затратить в 24 раза меньше энергии, чем при подъеме с Земли, – огромное подспорье.

Но Луна также нуждается в инфраструктуре. Одним из способов ее создания будет использование таких транспортных средств, как Blue Moon, крупный спускаемый аппарат весом в 3,6 метрических тонны, над которым мы работаем уже несколько лет и который мягко и точно будет приземляться на лунную поверхность. Его вариант весом 6,5 метрической тонны, с вытянутым баком, тоже будет мягко приземляться на поверхность Луны. Палуба спроектирована максимально просто, чтобы на ней можно было разместить и закрепить как можно больше разнообразных полезных грузов.

Джефф Безос показывает лунный модуль Blue Moon Lunar Lander, 9 мая 2019 года (© Blue Origin)

Грузы будут спускаться с палубы на поверхность Луны с помощью системы шлюпбалок, выполненной по образцу морских систем. Шлюпбалки можно настроить под конкретные полезные грузы.

Луна, особенно ее полюсы, – поле для многочисленных интересных научных исследований, и Blue Origin сформировала Совет по научным консультациям, чтобы убедиться, что все делается правильно и мы получаем максимальную отдачу от научных изысканий. У нас также есть клиенты для Blue Moon, и они собираются отправить научные миссии на Луну. Люди очень воодушевлены возможностью мягко приземлять грузы, марсоходы и проводить на поверхности Луны точные научные эксперименты. Сегодня возможности делать это нет.

Вице-президент Майк Пенс заявил, что политика администрации Дональда Трампа и Соединенных Штатов направлена на то, чтобы вновь отправить американских астронавтов на Луну в течение следующих пяти лет. Мне нравится его заявление. Все правильно, и тем из вас, кто занимается арифметикой, подскажу, что стоит дождаться 2024 года. И мы можем помочь уложиться в сроки. Пора возвращаться на Луну и теперь уже остаться там.

Мы должны обеспечить динамичное будущее для наших внуков и их внуков. Мы не можем позволить им стать жертвами стазиса и нормирования ресурсов. Наша задача – проложить дорогу в космос, чтобы будущие поколения могли раскрыть свой творческий потенциал. Когда это станет возможным, когда для будущих космических предпринимателей будет создана необходимая инфраструктура, как для меня в 1994 году, когда я основал Amazon, вы увидите, что возможными станут удивительные вещи. Все случится быстро, я гарантирую. Люди становятся такими творческими, когда их ничто не ограничивает. Если нынешнее поколение построит дорогу в космос, создаст нужную инфраструктуру, то мы увидим тысячи будущих предпринимателей, строящих настоящую космическую индустрию, и я хочу вдохновить их. Видение кажется грандиозным, и так оно и есть. Да, начать нелегко и даже трудно, но я хочу вдохновить вас. Так что подумайте вот о чем: большие вещи начинаются с малого.