Еще в 1980-е годы власти страны смогли оценить важность такого амортизатора социального напряжения, как огородничество и садоводство. Уже к началу 1986 года число горожан-огородников увеличилось в стране почти до 10 миллионов. Отмена ограничений по устройству и строительству на садово-огородных участках дала сильный толчок к их развитию. Весной 1991 года Верховный Совет РСФСР принял закон, разрешающий оформление всех дачных и садово-огородных участков как частную собственность граждан. Выделение таких участков населению производилось местными сельсоветами бесплатно. К концу 1995 года число садовых и огородных участков или наделов, принадлежавших рабочим, служащим и пенсионерам, превысило 30 миллионов. Это означало, что небольшой земельный участок в пригороде получила практически каждая городская семья или, во всяком случае, все те, кто этого хотел. В эти же годы рядом указов Б. Ельцина владельцам пригородных участков были предоставлены различные льготы, в том числе и по проезду на пригородном транспорте.

Небольшой сад или огород в пригородной зоне выполнял сразу несколько функций. Для одних это была полезная смена труда, отдых и даже увлечение. Для других – важная прибавка к семейному столу и бюджету. По подсчетам экспертов, с каждых шести соток в средней полосе России собиралось в 1990-е годы около 540 кг картофеля и овощей и до 250 кг фруктов в год[647]. Общая стоимость этой продукции по рыночным ценам 1997 года почти в два раза превышала размер средней годовой пенсии того же года. Доля продукции личного хозяйства в объеме совокупного дохода городской семьи составляла в среднем около 20 процентов, уменьшаясь у жителей крупных и более обеспеченных городов и увеличиваясь до 50 процентов в маленьких и бедных провинциальных городах. Огороды и сады имели огромное значение для выживания нескольких десятков наукоградов и разного рода небольших закрытых спецгородов в Московской области, Горьковской (ныне – Нижегородской), Саратовской и Калужской областях.

Превращение, хотя бы временное и частичное, рабочих и служащих в мельчайших собственников земли изменяло в чем-то существенном и психологию городского жителя. Весной, летом и осенью миллионы горожан устремлялись в выходные и праздничные дни на свои огороды, затрудняя проведение выборов и любых других политических кампаний. В любом случае люди получили какие-то реальные жизненные блага и возможность работать на себя и свою семью.

Еще в конце января 1992 года, стремясь разрядить стремительно нараставший протест против быстрого роста цен, Борис Ельцин издал, по совету Егора Гайдара, указ о полной свободе торговли. В первые месяцы действия этого указа в стране можно было продавать и покупать что угодно и где угодно; всякий контроль за уличной торговлей был временно снят. Позднее уличная торговля была упорядочена, появились лотки, ларьки и лавочки, навесы и прилавки. В городах были выделены места для больших вещевых и продуктовых рынков и ярмарок, появилась система оптовых и розничных рынков. В рынки были превращены почти все стадионы, включая «Лужники», «Динамо» и «Олимпийский» стадион в Москве. Позже торговля передвинулась на площади перед станциями метро, в подземные переходы, на улицы и площади вокруг вокзалов, в пригородные поезда. Меняя формы, такая торговля продолжалась до конца 1990-х годов. Обедневшие интеллигенты продавали книги из своих библиотек, пенсионеры нанимались продавать сигареты, булочки и водку. В электричках продавались детективы, шоколад, носки и перчатки, любые домашние мелочи. На вещевых рынках можно было купить всё.

Для приобретения товаров были фактически открыты границы со всеми соседними странами. Миллионы граждан России от 25 до 50 лет включились в «челночную» торговлю – они везли товары из Турции и Китая, из Арабских Эмиратов и из Италии, Польши и Японии. Аэрофлот предоставлял «челнокам» специальные рейсы, все таможенные правила были упрощены. Громадная сеть мелких магазинчиков и ларьков, а также огромных вещевых и продуктовых рынков – все это не только приблизило товар к покупателю и безмерно расширило ассортимент, но также дало на много лет оплачиваемую работу не менее чем 12–15 миллионов человек, главным образом из молодежи и пенсионеров. Только к концу 1990-х годов государство начало постепенно укрупнять и реформировать системы розничной и оптовой торговли, регистрировать бизнес и взимать налоги с доходов.