Наиболее болезненные реформы 1992 года, включая либерализацию цен, ограбление вкладчиков сберегательных касс, приватизацию части предприятий, а также фактическое разрушение различных систем социальной защиты, было решено проводить быстро, исключив полностью народ и общество из процесса обсуждения и решения этих якобы рыночных реформ. Еще осенью 1991 года Президент России Борис Ельцин был наделен чрезвычайными полномочиями, и его указы, которые он начал подписывать один за другим, сразу же обретали силу закона. Б. Ельцин просил тогда у народа потерпеть «полгодика или, в крайнем случае, годик», и немалая часть граждан России ему поверила. Правительство России было сформировано тогда из почти никому неизвестных людей, и сам Егор Гайдар говорил о своей команде новых молодых министров как о команде камикадзе. Так именовались японские летчики-самоубийцы времен Второй мировой войны. В помощь этому правительству на главных направлениях финансовой и экономической политики были созданы группы молодых иностранных специалистов, формированием которых занимались в западных экономических центрах в 1989–1990 годы для проведения реформ в странах Восточной Европы. Теперь, в конце 1991-го и в начале 1992 года, эти десятки американских, британских, шведских и иных молодых экономистов и менеджеров были готовы принять участие и в российских капиталистических реформах. Понятие «шоковой терапии» было сформулировано именно этими людьми, и оно использовалось при разработке и проведении экономических реформ в Польше и Чехословакии. Теперь эта команда спешила перебраться из Варшавы в Москву.

Уже в ноябре 1991 года правительство Г. Бурбулиса – Е. Гайдара начало формировать в Москве обширный «главный штаб по проведению либеральных реформ», руководящую роль в котором играла группа иностранных экономистов, финансистов и дипломатов-советологов во главе с Джеффри Саксом, Андерсом Ослундом, Джоном Хеем и другими. Именно эти люди разрабатывали большую часть правил, директив и проектов указов президента, копируя анонимный стиль работы аппарата ЦК КПСС. Показательно, что офисы главных западных советников размещались с декабря 1991 года и до марта 1993 года в зданиях бывшего ЦК КПСС на Старой площади. Эти люди получали за свою работу очень большие деньги и не претендовали на славу или гласность. Шведский профессор и дипломат А. Ослунд, который работал в 1970-е годы в Посольстве Швеции в Москве и с которым я тогда был лично знаком, так объяснял позднее принятую «главным штабом» стратегию российских реформ: «Масштабы возможных структурных реформ в Восточной Европе были огромны, но в России предстояла еще более масштабная структурная перестройка, и я предполагал, что падение промышленного производства в стране составит от 35 до 40 процентов, то есть больше, чем в Польше. Необходимость быстрого проведения такой перестройки объясняется многими причинами. С точки зрения политики, было лучше принять крупный пакет радикальных мер, пока в обществе преобладает чувство растерянности, а различные заинтересованные группы еще не могут полностью оценить, что они приобретут или потеряют. Нужен был массированный и быстрый удар»[644].

Этот массированный удар и был нанесен по российской экономике и по российскому народу. Однако он был отнюдь не быстрым. Остро болезненное состояние в жизни народа и общества продолжалось не несколько месяцев, как обещал Б. Ельцин, а несколько лет. Приходилось дополнять «шоковую терапию» чем-то еще из проверенных временем политических манипуляций.