- Голубиная галерея.

Необычное название привлекло внимание и заставило тщательней присмотреться к обстановке. Вроде нет ничего такого, что могло привести к птичьему названию, и цвета пастельных тонов никак не ассоциировались с этими сизыми летающими крысами. Картины в простенках между окнами изображали юношей и девушек в фривольных и двусмысленных позах, но находились в рамках приличия. Противоположная стена почти полностью задрапирована плотными портьерами.

- За каждой из них, - Крис отодвинул одну из портьер, - небольшая ниша. Во время балов и приёмов почти во всех можно было встретить парочку. Как голуби на крыше, всю галерею занимали, - с явным неодобрением пояснил блондин. - Иные и на подоконниках пристраивались.

Я заглянула внутрь. Небольшая, но с на вид удобным широким диванчиком, крошечным столиком и лампой-бра на стене. Всё для удобства преданию разврату. Подоконники тоже широкие и закрывались длинными шторами.

- Предыдущий император со свитой не отличался чистотой нравов, - осуждающе прокомментировал де Граф. Я согласно кивнула, вспомнив статую, обнаруженную в спальне в самый первый день и инцидент с представителем свиты Сорок первого в первый месяц моего пребывания в Анремаре.

Галерея закончилась большим холлом с лестницей на второй этаж, выходом во двор с парком и несколькими дверьми.

- Розовая гостиная, - Крис указал на дверь рядом с галереей. - Из неё проход в малый банкетный. Дуэльный зал, - мужчина распахнул большие двустворчатые двери, ведущие в круглое помещение. Пол широкими ступенями понижался к центру, образуя своеобразную арену, огороженную низким барьером и засыпанную мелким песком.

- Редкий бал или приём обходился без пары дуэлей. Насмерть сражались редко, но крови здесь пролилось очень много.

- Ну да, - я не удержалась от комментария, пробурчав его себе под нос, - прошёл раз по голубиной галерее и получи с десяток поводов на защиту чести и достоинства.

Не торопясь мы обошли весь первый этаж, полукругом обхватывающий внутренний двор с сейчас неработающим фонтаном и выходом в сад. Левое крыло почти полностью отражало правое, только вместо дуэльного зала находился тронный. Хоть мой предшественник и не любил работать, но принимать делегации приходилось.

На втором этаже располагались личные покои и гостевые комнаты. Туда решили не ходить и возвращались к выходу. Что хотели, уже узнали. Дворец содержался в относительном порядке, но никак не на ту сумму, что выделялась из бюджета. И, если так продолжится, скоро начнёт ветшать без качественного присмотра. Эрик шёл впереди, Крис чуть задержался у очередной картины.

- Ну, а что, прибраться, сделать косметический ремонт, убрать откровенную пошлость и можно использовать по назначения, - я сообщала де Графу своё мнение по поводу дворца. - Что такой красоте зря пропадать? Три-четыре бала в год не разорят, на содержание сейчас больше тратится. А так и аристократия на виду, и тайной канцелярии легче - можно пригласить нужных людей, а не подгадывать, где и как с ними встретиться.

- А средства на ремонт откуда возьмёте? - брюнет не разделял моего оптимизма.

- Вот кто отвечает за содержание, тот пусть и платит! Три года деньги просто так в карман складывал, так пусть отрабатывает!

Де Граф что-то ответил, но я его не слышала. Эрик открыл дверь из гостиной, где мы были, и оттуда выбежал паук. Огромный, только тело с хорошую суповую тарелку, он деловито двинулся в нашу сторону. Меня будто парализовало. Забыв как дышать, я в ужасе смотрела на приближающегося членистоногого. До меня ему оставалось метра четыре, и сворачивать монстр явно не собирался. Совершенно неожиданно для себя я взвизгнула и отскочила под защиту широкой спины де Графа. Паук остановился и раскрыл свои челюсти.

Очнулась я на диванчике. Первое, что увидела - взволнованное лицо Криса. Осторожно села, огляделась. Всё та же гостиная. В изголовье дивана стоит де Граф, Эрик в паре шагов за Крисом. Придвинулся ближе, видя, что я пришла в себя. А на руках, подобно кошке, возлежал тот самый паук, свесив ноги. Мир снова сузился до его одного. Все звуки приглушились, вопросы неразборчиво доносились сквозь вату. Эрик же, не понимая, что происходит, ещё и поглаживал шестиногий ужас по выпуклой спинке. Мне показалось, что паук самой большой парой глаз смотрит прямо на меня. Сердце бешено заколотилось. Пак моргнул.

С визгом и в панике я отскочила назад и вцепилась в лорда-защитника, снова скрываясь за его спиной. Но теперь не стала выглядывать, наоборот, зажмурила глаза, чтобы не видеть этот кошмар.

- Что случилось? - без наблюдения источника ужаса, смысл вопросов начал доходить до разума.

- Кажется, я боюсь пауков, - я ещё сильнее вжалась в мужскую спину. - Уберите его, пожалуйста.

- Вы про мышелова? Но они же безобидные, - в голосе Криса прозвучало удивление. Но по звуку шагов я поняла, что Эрик всё-таки вынес паука из гостиной и прикрыл дверь, чтобы тот не вернулся. Только тогда я отпустила де Графа и смущённо отошла от него.

- Извините.

- С такой реакцией на мышелова, могут быть проблемы, - заметил князь, поправляя смятый камзол и потирая руку в месте, куда я со всей дури вцепилась.

- Это весьма модное и полезное животное, - пояснил Крис. - Едва ли не в каждом втором доме их держат домашними любимцами.

- А в замке? - Пусть я их там ни разу не видела, но живо представила, что могла встретить подобного монстра.

- Там мышей нет, а питомцем... вроде держать некому, - с сомнением произнёс блондин.

- Всё равно проблема остаётся. На балы некоторые дамы могут приезжать с любимцами. И визиты наносить придётся с осторожностью, - возразил брюнет.

Они обсуждали меня, будто я не стою рядом и их не слышу. Опять из-за меня у других дополнительные заботы.

На следующий день я подошла после завтрака к Эрику с предложением съездить в город. После того, как он узнал о моих "осведомителях", нужда в потайном ходе отпала, парень сам с удовольствием и с интересом слушал городские сплетни.

На этот раз, ещё не доезжая до обычного места встречи, я, немного смущаясь, попросила.

- Эрик, сходи, пожалуйста в салон, где этих мышеловов продают. Возьми какого-нибудь поспокойнее.

- Вы что-то задумали?

- Да, надо приучать себя к ним. Не дело на стены прыгать от их присутствия.

- Вы уверены?

- Да, это лечится. Первую неделю в общаге девчонки на каждого таракана визг поднимали, потом привыкли. Или визжать надоело.

Домой мы возвращались с двумя клетками. В одной, побольше, и прикрытой тканью, Эрик вёз паука. Сказал, что все были спокойные, поэтому выбрал посимпатичней. Не знаю, как у этих монстров симпатичность определяется, и знать не хочу. Вторую клетку везла я. В ней за мелкой ячейкой сетки копошился корм для мышелова - с десяток белых и рыжих мышек. Милые создания, не то, что некоторые.

В коридоре замка, как всегда некстати, столкнулась с Люси. После того, как она начала посещать балы и общаться с большим количеством людей, с ней даже стало возможно поговорить без желания немедленно прибить или сбежать. Но, всё равно, долго её выдержать получалось с огромным трудом.

Первой "жертвой" её активности стал идущий чуть впереди Эрик. Без малейшего сомнения Люси подскочила к нему и заглянула под ткань, покрывающую клетку.

- Ой, какая прелесть! - от восхищения девушка даже захлопала в ладоши. Если у всех эти пауки вызывают подобную реакцию, то я со своими прыжками - белая ворона. На одной клетке Люси не остановилась. Решив, что я тоже несу мышелова, она наклонилась и уставилась на мышей. От визга у меня едва не заложило уши. Девушка не осталась на месте, а быстро убежала, как только перевела дыхание.

- Что происходит? - на шум выскочил де Граф.

- Мыши, - подняла клетку, показывая перепуганное содержимое.

- И зачем они?

- Его кормить, - указующий жест на Эрика. Вернее, на клетку с пауком, но вышло двусмысленно.

Де Граф перевёл взгляд на парня, затем на клетку с мышами. Опять на парня. Посмотрел на меня взглядом "совсем с ума посходили" и, развернувшись, ушёл, ничего не сказав. Ну вот, опять выставила себя альтернативно одарённой.

Ненавижу балы. Сначала половину дня тебя к нему готовят - одевают как куклу, сооружают пышную причёску, под которой голова постоянно чешется и из-за которой боишься лишний раз наклониться. Потом ехать полтора-два часа до Лесного Каприза, где этот бал проводится. За отсутствием рессор поездка очень неприятна, и на мощёной мостовой трясёт неимоверно, не спасают даже многочисленные подушечки. И на самом балу тоже ничего хорошего. Ходи, улыбайся, да чтобы всем поровну, никого не выделяя и не обделяя. За разговорами внимательно следи, не давая повода думать, что что-то пообещала. Хорошо ещё, что можно не оставаться до конца, вот и воспользовалась этим, слиняв часа на три раньше.

Карета неторопливо ехала по спящему городу. Ночь уже почти закончилась, и город постепенно просыпался, не дожидаясь рассвета. На улицах уже встречались не только старательные дворники, но и булочники, спешившие испечь хлеб к первым покупателям. Пару раз проезжали мимо патрулей стражи, нас тоже обгоняли спешащие по службе курьеры.

А вот этот спортсмен, бегущий намного впереди кареты, выглядит чужеродно в утреннем царстве. В одной лёгкой рубахе и подштанниках чуть ниже колен, зато с мечом в руке, пусть и не наголо, а в ножнах и обёрнутый портупеей, он привлекал к себе внимание. Из переулка, откуда выбежал молодой человек (а, судя по фигуре, человек не просто молодой, но ещё и тренированный), донёсся крик "стой, сволочь, уж я тебе покажу!.." Что крикун хотел показать, осталось неизвестным, он сбил дыхание и не смог закончить предложение.

Бегун представлял из себя классическую иллюстрацию к "возвращается муж из командировки, а любовник - в окно". Во мне взыграла женская солидарность. Это ж кем надо быть, чтобы заметить любовника только под утро? Или сам только-только домой заявился? А преследователь не унимался, всё же крики "стой" постепенно приближались, а спортсмен бежал как раз в том направлении, куда минуту назад свернула стража, не думаю, что он обрадуется встрече.

Я приказала кучеру ускориться и догнать парня. Когда карета с ним поравнялась, приглашающе открыла дверцу. Бегун быстро сориентировался и заскочил внутрь.

- Благодарю, леди, вы спасли меня, - поблагодарил он, едва переведя дыхание. А форма у него и правда неплохая, столько бежал, а почти не запыхался.

- Не за что. Только вот думаю, рано радуешься. Я как раз думаю, сдать тебя Крису, чтобы прочитал лекцию об аморальном поведении или сам проникнешься? - уже в карете я узнала бегуна. Эрик, мой телохранитель, только завтра должен был официально вернуться из поездки.

- Не надо де Вена, пожалуйста, - парень сделал жалостливую физиономию, еле узнав меня в платье, с причёской и ещё накрашенной.

- Тогда пообещай, что подобное не повторится. А если бы он тебя догнал?

- Ну, вызвал бы на дуэль, - Эрик потеребил и без того растрёпанную шевелюру. - Хотя нет, этот не вызвал бы, не то сословие.

На улице, тем временем, всё затихло. Рогоносец совсем затих, видимо, отчаявшись догнать беглеца. Либо выскочил на широкую улицу, но никого не увидел и плюнул на дальнейшее преследование. Стража, тоже слышавшая крики, уже гремела сапогами в том направлении, но останавливать карету с императорскими гербами на дверцах поостереглась.

Осеннее солнце заливало кабинет приятным золотистым светом. Я сидела за столом и изучала сводки и донесения с северных и северо-западных провинций и недовольно хмурилась. Слишком всё тихо и гладко. После рейда сектанты будто никогда не существовали - о них с тех пор не доносилось ни слуха. Северный сосед тоже подозрительно притих. Значительно сократилось количество приграничных конфликтов, а торговцы стали замечать усиление гарнизонов и военных лагерей. Пока в пределах разумного объяснения, но и мы стали потихоньку подтягивать войска к границе. Слово "война" ещё не прозвучало, но что-то такое уже витало в воздухе. Полгода, год максимум, и оно станет реальностью.

Паук лежал на подоконнике и грелся. За лето я привыкла к его виду и даже выпускала гулять по кабинету, хотя для возвращения его в клетку приходилось просить о помощи.

- Тено, - в кабинет вошёл Крис с листом бумаги в руках. - Вы не забыли, что завтра бал дебютантов?

- Забудешь тут, когда каждый день напоминают, - я притворно проворчала. Идею ежегодного бала для вывода в свет молодёжи из отдалённых мест и небогатых родов, не имеющих возможности сделать это самостоятельно, горячо поддержали. Приглашения разослали ещё в начале лета и всё это время Лесной Каприз усиленно готовился к многолюдному балу.

- Я набросал вам приветственную речь на открытие, - советник протянул бумагу. Я пробежала по ней глазами. Витиевато, слегка пафосно, но подходящее к моменту. В этикете, игре слов и подобным многословным речам меня поднатаскали, так что проблем запомнить и произнести не будет. Пока я изучала текст, паук заинтересовался гостем и перебрался с подоконника на стол. Если не присматриваться, то можно представить, то это кошка. Пушистая шестиногая кошка с четырьмя глазами-пуговками. И, всё равно, шаг от стола, куда залез паук, я сделала.

- Вижу, вы смогли справиться со своим страхом, - заметил Крис.

- Да, я уже не прыгаю от него на стены, - с улыбкой ответила, кладя бумагу с речью на стол, стараясь не приближаться без нужды к мышелову.

- Погладить не хотите?

- Страшно, - честно призналась, и покосилась на мохнатую чёрную с белыми полосками спинку.

- Не бойтесь, я буду рядом.

Крис подошёл сзади и встал на одно колено, сравнявшись со мной ростом. Левой рукой обнял за талию, прижимая к себе, правой взял мою руку.

- Закройте глаза и представьте что-нибудь приятное, - тихо произнёс под ухом, поднимая мою руку. Я напряглась, но послушалась совета. С закрытыми глазами, в надёжных объятиях стало спокойно и совсем не страшно. Рука, ведомая Крисом, коснулась мягкойшерсти. Я непроизвольно вздрогнула и попыталась отстраниться.