Но счастье не может длиться вечно. Большой-и-вкусный закончил осматривать щенка и вернул в загон. Человек-кормилец подал ему следующего. Шилка опёрлась передними лапами об ограду и тянулась к большому, продолжая неистово вилять хвостом.

   - Непохоже, что болеет, - заключил большой, осмотрев остальных щенков. - Скорее всего, просто взрослеет, характер проявился. Вон, у них и зубы пошли на смену. Проследи ещё несколько дней на всякий случай.

   Большой перегнулся через ограждение и потрепал по голове тянущуюся к нему Шилку.

   - Кажется, общество людей она любит больше, чем соплеменников. Стоит из неё воспитать компаньона-телохранителя.

   Люди ушли, а Шилка ещё долго смотрела им вслед. К ней пришло осознание, что, то непонятное томление и желание неизвестно чего, связано с этим Большим-и-вкусным. Ей хочется быть рядом с ним, и всё это время тянуло к нему, но, пока этот человек не пришёл, она о нём не знала.

   Прошло несколько дней. Большой-и-вкусный больше не приходил, и Шилка начала действовать сама. Пока однопомётники носились друг за другом по вольеру, она рыла подкоп. Плотная земля поддавалась с трудом, но упрямство в достижении цели сделало своё дело. Под ограждением появился узкий неглубокий лаз, в который щенок едва смог протиснуться ползком, оставив немного шерсти на стенках.

   Направление, куда двигаться, ощущалось слабо и в общих чертах. Шилка вышла из открытой двери и замерла. Перед ней открылся огромный двор, в несколько раз больше вольера, где подрастал её выводок. Нос заполнился множеством запахов. Большинство из них и раньше попадало в вольер, но сейчас они стали интенсивнее. В одном из них щенок уловил знакомый запах Большого-и-вкусного.

   Не умея разбирать направление следа по изменению запаха, Шилка пошла в ближайшую сторону, где он ощущался. Нос привёл к зданию с рядом одинаковых комнат-вольеров. В каждом стояла огромная странная собака.

   Нет, не собака, эти существа пахли не хищником. И лапы оканчивались не пальцами, а одним большим тупым когтем. Одно нагнулось к щенку, заинтересовавшись гостем. Шилка тоже обнюхала его морду. Нет, точно не хищник. От пасти пахло травой и сеном. Существо громко фыркнуло и всхрапнуло, слегка испугав юного волкодава.

   Шилка обиженно вышла из конюшни. Большого-и-вкусного человека она там не нашла, а обитатели, хоть и интересны, но слишком огромны. Выбрав на перекрёстке другую запаховую дорожку, щенок отправился на дальнейшие поиски.

   На большом дворе, вымощенном камнями, несколько человек занимались своими странными делами. Мужчина равномерно размахивал палкой с прутьями на конце, гоняя ими пыль и мусор по двору. С другой стороны женщина развешивала на верёвки какие-то тряпки. Большая корзина с ними стояла на земле у её ног.

   Заинтересовавшись корзиной, Шилка направилась к ней, игнорируя остальных людей во дворе. Сунув в бельё нос, она почувствовала слабый знакомы запах, исходящий от одной из вещей. Стирка и мыло не смогли его полностью убрать. Схватив ткань зубами, щенок потащил добычу в сторону, даже не зная, зачем она ей, и что с ней делать.

   Прачка закончила расправлять простыню на верёвке, нагнулась взять следующую вещь и заметила воришку.

   - Ах ты, пакостник, что творишь? А ну, отдай! - она схватила рубаху, которую Шилка не успела далеко утащить, и крикнула куда-то в сторону. - Лизка! Бегом за Алихадом! Чего это его подопечные без присмотра хулиганят?

   Шилке игра в перетягивание рубахи понравилась. И схватить ткань можно удобней, чем кусок верёвки или мосол, с которыми играли щенки. И кричит тётка так азартно, воодушевляюще.

   Через несколько минут прибежал человек-кормилец. С его появлением Шилка бросила рубаху и переключилась на игру в догонялки. Так весело ей давно не было. Щенка ловили всем двором, пока не загнали в угол, и Алихард не подхватил её на руки.

   Немного повырвывавшись, Шилка обиженно затихла.

   - И как же ты выбралась?

   Алихад вернул щенка в вольер и осмотрел ограждение. Подкоп нашёл быстро, повезло, что остальные не заинтересовались возможностью побега и не разбежались изучать поместье вслед за Шилкой.

   Рабочие споро ликвидировали подкоп и вбили вдоль ограды дополнительные колья. Теперь, чтобы выбраться из вольера таким образом, излишне активному щенку придётся копать яму в полметра глубиной.

   - Ничего, скоро плотно займутся вашим воспитанием, - произнёс Алихад, обращаясь ко всем щенкам, собравшимся смотреть на необычную людскую деятельность. - Сразу силы на всякое хулиганство пропадут. Жаль только, господин завтра уезжает в столицу, не сможет контролировать.

   Шилка человеческую речь понимала. Не полностью, со всеми нюансами, только общий смысл, но и этого хватило заволноваться - её Большой-и-вкусный уезжает куда-то далеко и надолго. Не зря именно сегодня попыталась до него добраться.

   На следующее утро, дождавшись, пока кормилец не заберёт пустые миски от завтрака и не уйдёт, Шилка приступила к побегу. Цепляясь лапами за планки и оставляя когтями глубокие царапины на дереве, она забралась на ограду вольера. Спуститься вниз оказалось намного легче, чем подняться. Щенок просто свалился по другую сторону, не удержавшись на узкой доске. Взвизгнув больше от неожиданности, чем от ушиба, Шилка отряхнулась и уверенно пошла вчерашней дорогой.

   Конюшню она проигнорировала. Свежего запаха туда не вело, а у неё ейчас есть цель важнее знакомства с огромными лошадьми. Хозяйственный двор она пересекла быстро, держась стены, чтобы не привлечь внимание.

   Не зря Шилка торопилась. На другом дворе её Большой-и-вкусный только садился в коробку на колёсах, запряжённую парой лошадей. Щенок замер, вглядываясь в мужчину. Слабый ветер относил запах в сторону, а зрение в силу возраста не позволяло хорошо разглядеть и однозначно признать - он! Тем более, что она видела этого человека всего раз и совсем близко.

   Шилка уже решила подбежать ближе, но её аккуратно подхватили на руки. Увлёкшись, она не заметила подошедшего кормильца.

   - Опять сбежала! - воскликнул Алихад.

   Это же надо, в шаге от победы так попасться! Шилка даже заскулила от обиды.

   - Нечего мне тут возмущаться, - выговаривал ей Алихад, возвращаясь в вольер. - Рано ещё гулять где ни попадя. Интересно только, как ты выбралась? Неужели, калитку плохо закрыл?

   Мужчина тщательно проверил калитку и щеколду на ней. Убедившись, что точно закрыл и в заборе нет подходящих для побега дырок, Алихад ушёл, на прощание пригрозив Шилке пальцем.

   Сделав вид, что снова сбегать не собирается, Шилка даже присоединилась к однопомётникам в борьбе за большой мосол. Через какое-то время, решив, что кормилец уже точно ушёл и не следит за подопечными, она вновь сбежала. Второй раз забраться на забор получилось быстрее. Даже приземление по другую сторону, на этот раз, вышло мягче.

   Двор, ожидаемо, уже опустел, но запахи крепко держались в воздухе. Самый желанный сильно ослаб в том месте, где Большой-и-вкусный сел в карету, и Шилка пошла по следу лошадей. Кованые ворота из поместья никакого сопротивления не оказали. Между прутьями даже не пришлось протискиваться, так широко они располагались.

   Повезло, день выдался тёплый, безветренный и без дождя. Дорога тоже радовала отсутствием развилок, и Шилка весьма бодро следовала по ней, иногда сверяясь с запахом. К полудню щенок растерял бодрость и грустно думал об оставленном вольере. Там сейчас обед... Но упрямо шёл вперёд.

   После сворота к какому-то зданию след резко стал свежее и насыщенней. Шилка даже вернулась назад проверить, не ошиблась ли. Но нос заверил - карета свернула, потом выехала обратно на дорогу. От дома пахло едой и живот просил в него заглянуть. Но, вдруг, Большой-и-вкусный успеет уехать совсем далеко? Поколебавшись, Шилка продолжила преследование.

   К следующему свороту с дороги Шилка добралась уже в густых сумерках. Она едва не прошла сворот, но вовремя заметила, что нужный запах исчез. Пришлось вернуться немного назад и устало брести к большому шумному зданию.

   Тяжёлая дверь, куда вёл запах, отказалась открываться. Щенок поскрёб её лапой, попробовал толкнуть всем телом, но потерпел неудачу. Расстроившись, Шилка решила обойти здание, вдруг, найдётся другой вход.

   На заднем дворе возле будки дремал цепной пёс. Полная миска с едой рядом с ним так и манила к себе.

   На полусогнутых лапах, прижав хвост и уши, Шилка подобралась к миске. Еда была непривычной, со странным привкусом специй, пряностей и очень жирной. Скорее всего, псу выкладывали то, что осталось от людей, если судить по запахам из дома. Шилка не стала брезговать и торопливо начала набивать пустое с самого утра пузо.

   Съесть она успела совсем немного. Сторожевой пёс почуял неладное и открыл глаза. Увидев наглеца у своей миски, он с рыком бросился вперёд. Поджав хвост, Шилка отскочила в сторону. Пёс ещё раз рыкнул и улёгся рядом с миской. Всерьёз драть щенка он и не собирался, удовлетворился просто прогнать от своей еды. Кормили его от пуза, но делиться он ни с кем не хотел.

   Шилка потопталась неподалёку, но, поняв, что здесь ждать нечего, вернулась ко входу в здание. Несколько раз дверь открывалась, впуская и выпуская людей, но щенку не удалось в эти моменты проникнуть внутрь. Зато один из вышедших бросил ей большой кусок от мясного пирожка. Там же у крыльца Шилка и заснула.

   Утром она снова пропустила отъезд Большого-и-вкусного, банально проспав. Поняв это, Шилка бросилась догонять карету.

   Лапы болели, живот крутило от непривычной еды накануне, но щенок торопливо двигался по дороге. Шилка боялась, что так и не догонит Большого-и-вкусного, ведь лошади бежали быстрее неё, а усталость и некоторая потеря сил из-за проблемной еды, тоже давали о себе знать.

   ***

   - Ваша Светлость, карету починили, - сообщил подошедший слуга.

   Де Граф торопливо, насколько позволяло княжеское достоинство, поднялся и вышел во двор. Поездка его раздражала. Раньше он с небольшим отрядом сопровождения доехал бы до столицы верхом дня за два, а сейчас вынужден больше половины недели трястись в карете, как какой-то старик. Целители рекомендовали ещё поберечь себя, но деятельная натура требовала активности. Около трёх месяцев назад в имение заехал де Вен с хорошей новостью - Её Величество сменила гнев на милость, и де Граф может вернуться в столицу.

   О причине опалы лорд-защитник знал только, что она связана с его отцом. Но на все вопросы получал один ответ - "так лучше для всех". По совету бывшей невесты, леди де Фронте, он послал плюшевого медведя с просьбой о прощении. То, что Её Величество сразу отреагировала, только подтверждала уверенность - проблема в отце, а он просто попал под горячую руку, и требовался любой повод для возможности возвращения.

   После отъезда де Вена приснился первый за много лет кошмар. Подробности в памяти не удержались, но осталось неприятное ощущение, будто рвут на части, и всепоглощающий ужас.

   Де Граф сел в карету и настроился на долгую поездку. Карета проехала всего ничего и резко остановилась. Кучер на кого-то громко и витиевато ругался. Ему отвечали возмущённым тяфканьем. Не лаем взрослой собаки, а неумелыми попытками щенка звучать грозно.

   - Что там такое? - князь выглянул из оконца.

   - Да собака под колёса бросается, на даёт ехать, - пожаловался кучер и громко щёлкнул кнутом куда-то в сторону. Оттуда, возмущаясь, и, наверно, ругаясь на своём собачьем языке, выскочил виновник остановки. Нет, не просто собака, а щенок тагорского волкодава. Проигнорировав кучера, щенок целенаправленно подбежал к карете и попытался дотянуться до оконца.

   - Отставить! - прикрикнул князь на кучера, собравшегося ударить щенка кнутом. Сам открыл дверцу и поднял виновника переполоха на руки. Точно, этот щенок из его псарни, на днях сам его, вернее, её, осматривал. Вон, и клеймо на бедре соответствует. Щенок, как и в прошлый раз, не противился осмотру, а, наоборот, кажется, радовался чему-то. Хвост крутился во все стороны, передавая движение и пушистой попе. За последние дни эта попа схуднула и покрылась пылью.

   Де Граф осмотрел щенка внимательней. Нет, не похоже, что она приехала с кем-то. Слишком пыльная и явно голодная. Алихад, главный псарь князя, придерживался мнения, что правильная собака должна быть слегка голодной, но впалый живот найдёныша подсказывал, что щенок не ел нормально пару дней, как раз с отъезда де Графа из имения. И подушечки всех четырёх лап стёрты почти до крови.

   В таверне и по пути никого из имения или просто знакомых, кто мог бы подвезти щенка, князь не видел. Маловероятно и то, что кто-то похитил дорогостоящего волкодава и поехал той же дорогой одновременно с владельцем, да ещё позволил покраже сбежать.

   Де Граф послал курьера в имени выяснить, что там случилось, и как щенок смог убежать, а сам продолжил поездку.

   - И как же тебя звать-то? - он посмотрел на развалившегося на полу кареты щенка. Он хоть и являлся владельцем питомника тагорских волкодавов, но не особо вникал в тонкости разведения и первоначального воспитания. И, тем более, не знал поимённо всех щенков из помёта.

   Где-то с четверть часа князь перебирал собачьи клички, но щенок ни на одну не отреагировал. В её возрасте уже все отзывались на своё имя, даже если специально не обучали.

   - Ладно, придумаю что-нибудь, - де Граф сдался. Однако, найдёныш подняла голову и завиляла хвостом.

   - Что я такого сказал? - удивился мужчина. - Ладно? - он повторил слово-паразит, прицепившееся от Её Величества. Щенок продолжил активно вилять хвостом.

   - Хм... Ладно? Лада? Точно, Лада, - де Граф потрепал радостного щенка по голове. - Знаю, таких имён у нас никогда не было, но, раз тебе нравится, будешь Ладой

   ***

   Де Вен подошёл к окну и поглядел вниз во двор. Со дня на день в замок должен приехать лорд-защитник, и князь с нетерпением ждал его прибытия, реагируя на все подозрительные звуки. На этот раз его терпение было вознаграждено. Во двор въехала карета с гербом де Графов на дверцах. Слуга споро подбежал к ней, опустил подножку и открыл дверцу.