- Как как. Обычным топором, что дрова колют. Повезло, не тупой был, с первого раза оттяпали.

  ***

   На шестой день явился де Граф-старший с докладом. Банду похитителей взяли в полном составе при передаче выкупа за Сильвестра. Понимая, что им светит только смертная казнь, преступники чуть ли не наперебой признавались в совершённых деяниях в надежде избежать пыток и получить быструю казнь. Следствие получило информацию почти по двум десяткам эпизодов по всей стране. Действовала банда по одной схеме. Особо не выбирая, похищали ребёнка или подростка из зажиточной семьи купцов, землевладельцев или младшего дворянства. Семье выставляли требование о выкупе, при задержке или упрямстве посылали отрезанные пальцы. Сами в это время продолжали колесить по округе. Получив выкуп, с жертвой работал маг-менталист, блокируя воспоминания так, чтобы дети ничего конкретного о похитителях рассказать не могли.

   Мне же, как обычно, "повезло". Магом был давний знакомый де Старли. Проходя обучение пользоваться своим даром, парень решил заработать. Именно он собрал группу и придумал схему, ни разу не давшую сбой. Но, случайно увидев и узнав меня в придорожной таверне, вспомнил давнюю обиду и разбитую мечту о военной карьере. Потому меня и пытались убить при передаче - я не поддаюсь ментальному воздействию, и банда решила не рисковать. Они бы совсем со мной не стали бы связываться, шутка ли - сын главы тайной полиции и брат лорда-защитника, но сумма выкупа затмила глаза.

   Де Граф признался, что не будь у них в то время второго пленника, банду могли искать много дольше. Описание похитителей слишком общее, а передвижных зверинцев по стране ходит предостаточно.

   Я выслушала доклад, с облегчением узнав, что Сильвестр жив. Мне понравился этот мальчишка, особенно то, как он держался без нытья и плача, уверенный, что отец обязательно его спасёт.

  - Ваше величество, - де Граф прервал воспоминания. - Вы уже думали, как их казнить?

  - Да, - я согласно кивнула. Ещё с первого дня, как лишилась кисти, представляла казни и пытки, которым подвергну похитителей. В фантазиях они были одна другой страшнее, но, чуть остыв, и получив время всё спокойно обдумать, остановилась на всем понятной классике.

  - Четвертовать, оставшееся повесить. Казнь публичная, но, что я в числе пострадавших, не упоминать, - публичные казни в Империи в последнее время практиковались редко. И то, преимущественно пороли, но всё необходимое на площади имели. Хотя, потребуется ещё несколько виселиц, банда не маленькая.

  - Хорошо, - де Граф одобрительно кивнул. - Тогда подпишите указ, а дату, смею предложить, назначить через семь дней.

   Я быстро написала соответствующий текст на гербовой бумаге, поставила подпись и автоматически поднесла руку для печати.

  - Простите, - я растерянно посмотрела на мужчину. - Печать...

   Смертную казнь имел право назначать только Император. И столь важный документ, в отличие от множества остальных, требовал полной подписи. Но перстня у меня сейчас нет.

  - Понимаю, Ваше величество. Я принёс вашу руку, - де Граф указал на тщательно замотанный пакет. - Возможно, удастся как-нибудь снять или использовать перстень.

   Я поморщилась, представляя, во что могла превратиться отрубленная конечность за столько времени без холодильника. Но князь прав, перстень надо как-то достать. Впрочем, у меня есть ещё вариант для постановки печати.

  - Спасибо. Оставьте это здесь, думаю, к вечеру проблема решится.

   В кабинет тихой тенью прошёл лакей. С тех пор, как начала активно работать, исполняя обязанности Императора, штат прислуги значительно увеличился по сравнению с первыми днями моего появления в Анремаре. Привыкнув, я оценила их наличие, хотя до того многолюдства, что сновало в домах благородных особ, замок всё равно не дотягивал.

  - Ваше величество, - слуга низко поклонился мне, - ваша светлость, - поклон чуть ниже князю, - герцог де Старли просит аудиенции.

   О как. Лично явился просить за сыночка, не стал дожидаться приёмного дня или строчить прошения.

  - Веди, - время у меня сейчас есть, подмога в лице де Графа-старшего тоже. Без него, боюсь, сможет разжалобить.

   Через несколько минут, совершив все положенные приветственные ритуалы, тучный мужчина бухнулся на колени. В гражданской одежде он выглядел ещё толще, чем я помнила, или же ещё больше набрал веса теперь напоминая не колобка, а тесто, убежавшее из невысокой кадки.

  - Ваше величество! Молю о снисхождении!

  - О снисхождении? Его уже раз прощали, но он пошёл ещё дальше, не ради карьеры, не ради амбиций, а из-за банального золота!

   Это раздражало больше всего. Семья богатая, магический дар тоже позволял не бедствовать, маги менталисты всегда хорошо оплачивались. Но нет, захотелось быстрых лёгких денег.

  - Да я бы его собственными руками! - вскричал толстяк. - Не за него прошу, за старшего сына. Это же такой позор на всю семью! Я уже стар, Ваше величество, уйду в отставку, уеду в дальнее имение, а ему ещё служить!

   Генерал попытался на коленях подползти поближе. Я брезгливо отошла и вопросительно посмотрела на равнодушно взирающего де Графа.

  - Старший сын, Артур де Старли, служит в армии в чине младшего офицера. Звёзд с неба не хватает, но вполне успешен. Для него публичная казнь брата станет концом карьеры.

   Я отошла к окну и, раздумывая, барабанила пальцем по косяку. Наконец, приняла решение и повернулась к терпеливо ожидающим мужчинам.

  - Отец в ответе за сына, но не брат. Его не повесят, - в глазах напряжённо застывшего толстяка появилось изумление, но, пока он не успел обрадоваться, я продолжила. - Его казнят отсечением головы на тюремном эшафоте и под тем именем, которым звался в банде. Тело можете сразу забрать и хоронить, как пожелаете. А теперь идите. Мне больше нечего вам сказать.

  - Спасибо, Ваше величество, вы так добры, ваше величество.

   Не переставая кланяться, де Старли тяжело поднялся и, пятясь, покинул кабинет. Его радость можно понять - такое решение уводило от семьи позор, к тому же позволяло объяснить смерть молодого человека любой причиной, не только казнью.

  - Не стоит ещё больше портить отношения с дворянством, - тихо объяснила я де Графу причину такой милости. После недавних зачисток от последователей Властелина, слишком много семей лишилось титулов.

  ***

   Закончив со срочными делами, я отправилась решать важную проблему. Приветливо кивнув вставшей на караул при моём приближении страже, спустилась в сокровищницу. В отличие от казны, она больше походила на склад забытых вещей в крупном международном порту и, одновременно, на музейное хранилище. Это в казне все драгоценности аккуратно разложено по сейфам-сундукам, монеты тщательно пересчитаны, векселя и расписки учтены. Здесь же царила анархия. Многочисленные подарки и подношения к праздникам, положенным этикетом поводам и просто, преподнесённые в виде взяток, сносили сюда и хорошо, если отмечали в тетради учёта.

   Перешагивая через рулон дико вычурного ковра, в который раз напомнила себе провести здесь ревизию. На моей памяти она была всего однажды, когда срочно нуждались в средствах и решали, что можно безболезненно продать. Смахнув пыль со столика, добавила заметку загнать сюда пару-тройку слуг с пипидастрами. Или как там правильно называются метёлки для пыли?

   Положив на столик свёрток с рукой, я постучала по небольшому матовому шарику, возлежавшему на бархатной подушечке.

  - Тук-тук! Товарищ Первый, хватит подглядывать за служанками в купальне, дело есть!

   Первый появился через несколько секунд в своём обычном виде человечка в половину локтя ростом.

  - Привет! Я не подглядывал, - сразу заявил он и покраснел. - Что за дело?

   Я молча подняла укороченную левую руку.

  - Ого! Как ты так? - Первый впечатлился.

  - Не важно. Виновные пойманы и будут покарАты... ПокАраты... Тьфу ты, понесут заслуженное наказание. Ты мне вот что скажи, как печать ставить?

  - А что, на правой кольца не появилось? - удивился Первый и растерянно почесал затылок, когда я продемонстрировала отсутствие каких-либо колец на здоровой руке.

  - Странно, обычно день на третий должно появиться, - Первый снова почесал затылок. - Но, были случаи, если клятва верности принесена давно, то приходилось приносить её снова.

  - А ничего, что никакой клятвы я не приносила. Да и кому, тебе, что ли?

  - Да, проблема, ты же Император, второй раз не коронуешь... Слушай! - он оживился от пришедшей на ум идеи. - А если старое кольцо использовать? Я могу их снимать, сам ведь разрабатывал принцип их работы. Не знаешь, где оно?

  - Знаю, - подобное предложение я ожидала, поэтому и пришла со свёртком. - Здесь оно должно быть. На руке, - я пододвинула свёрток Первому.

  - Ну, так разворачивай.

  - Может, ты сам, а? Уже дней десять прошло. Тебе-то что, ты дух бестелесный, запахов не чуешь, - я недоверчиво покосилась на свёрток и, на всякий случай, чуть отстранилась.

  - Вот именно, дух! - парировал Первый, и тоже отодвинулся. - Мне предметы тяжело передвигать, а тут столько наверчено.

   Попрепиравшись немного, всё же сдалась и вскоре в подвале появился неприятный запах. Вроде и размеры небольшие, но для вони оказалось достаточно. Брезгливо придержала уже покрытую пятнами руку через платок, и Первый быстро стянул кольцо с пальца.

  - Ну что, закончим со всем этим? - Первый попытался надеть его мне на средний палец правой руки, но кольцо никак не хотело налезать. Словно залито чем-то прозрачным и упругим.

  - Что за? - вторая попытка такая же безуспешная. И на другие пальцы кольцо тоже не лезло, сколько не пытался Первый его надеть.

  - Вот и всё, отцарствовала, - я грустно вздохнула. К тому всё и шло: сначала перестал принимать камень души без регулярного вмешательства Первого, затем повалили неприятности и проблемы, стоило только назвать титул. И вот, апогеем всего, потеря символа власти и удостоверения личности.

  - Влада, ты чего? - Первый отреагировал на изменившееся настроение. - Опять расстроилась, что императорские регалии работают не так, как положено?

  - Нет, я уже приняла и смирилась с тем, что занимаю чужое место. Обидно, что об этом постоянно напоминают.

  - Сколько раз тебе говорить? - Первый постучал себе по лбу. - Ты не виновата, что я плохой артефактор. Ну, не предусмотрел все возможные варианты, а сейчас, вообще, слишком грубо поменял направление удерживающих сил в кольце, иначе оно не снялось бы.

  - Наладить можешь? Мне документы заверять надо.

  - Ну... - Первый замялся. - Пока нет. В нём сейчас излишек энергии, начну менять снова, доломаю окончательно. Месяца через три оно само должно наладиться. А печать и сейчас ставить можешь, эта функция не задета.

   Я недоверчиво взяла кольцо. Как и чуть ранее, оно не позволяло себя надеть, но в руки брать не сопротивлялось. Представив, как я ставлю печать, я прижала его к куску упаковочной бумаги. На грубом материале появился хорошо знакомый оттиск императорского герба. Хоть эта проблема решилась.

   Первый тем временем пробежался по сокровищнице и вытащил откуда-то аляповатый кулон на длинной цепочке. В отличие от кулона она смотрелась вполне прилично и нейтрально. Кулон покатился по полу, небрежно отброшенный за ненадобностью, а на цепочке повисло кольцо.

  ***

  - Тено, - отвлёк от десерта голос лорда-защитника. - Мне необходимо отлучиться по личным делам недели на две или три. Вы не будете против?

   Странно, с чего это он спрашивает? Обычно просто ставили перед фактом - я поехал, вернусь когда-нибудь. Затем мозг вычленил ещё одно несоответствие во фразе. Де Граф сказал "по личным делам". С каких пор у него появились личные дела, которые он может поставить выше службы? Разве что это связано с леди де Фронте. В последнее время я часто видела их вместе то в парке, то в музыкальной гостиной, несмотря на то, что Адальвира поселилась в городском доме жениха, а не в замке. Им хорошо, а то, что Император разве что не на стенку лезет от ревности, никто будто и не замечает. Я даже из кабинета почти перестала выходить, чтобы случайно их не встретить и не сказать что-нибудь излишне резко.

  - Раз надо, то не стану препятствовать, - во время блуждания по лесу и возвращения домой, де Граф-старший рассказал о проблеме у рода де Фронте. Помолвка только отсрочила неприятности, и сейчас, видимо, настало время активных действий.

  - Надеюсь, до бала успеете вернуться? Впрочем, - добавила без какой-либо задней мысли, - можете не торопиться, используйте всё время, что необходимо.

   Потянулись унылые дни, заполненные бумагами, прошениями, встречами. Лорд-защитник всё же серьёзно разгружал работу, но сейчас горы дел не страшили, как раньше, скорее, навевали тоску и желание выкинуть всё в окно.

  - Ваше величество, - в кабинете появился слуга. - Господин де Шпиц нижайше просит вас подойти в лазарет, - слуга низко поклонился. Я удивлённо взглянула на него. Последний осмотр был вчера, да и целитель никогда раньше не вызывал, всегда либо я сама являлась к нему, либо он лично приходил с напоминанием. А тут такая, можно сказать, дерзость, коей разве что советники с Эриком обычно грешили.

   В лазарете кроме целителя меня ждали де Вен и незнакомый мужчина профессорского вида. Для завершения образа ему не хватало только очков или, ещё лучше, пенсне. Его мне представили, как целителя, барона де Айдо.

  - Какие-то проблемы? - поинтересовалась я, протянув руку для осмотра. - Вы же говорили, что заживление идёт, как положено. Смысл ей любоваться, всё равно не отрастёт.

  - Вы что, не сказали? - не дав ответить, сам задал вопрос Крис.

  - Не хотел заранее обнадёживать, - ничуть не смутившись ответил де Шпиц, пока второй целитель тщательно, едва не обнюхивая, осматривал культю.

  - Чем обнадёживать? - казалось, только я не понимала, о чём они говорят. Даже третий и тот был в теме.