Я давно не видела доктора Морман. Ее почтовый ящик был переполнен письмами. Я вынула их и позвонила в соседскую дверь. Пришлось подождать, прежде чем я услышала шарканье, звон ключей, а затем дверь открылась. Пришлось подождать, потому что доктор Морман очень подозрительна. Как вы знаете, у нее на двери куча замков и цепочка. Она так и висела на месте, когда дверь приоткрылась и из-за нее испуганно выглянула бледная, взъерошенная доктор Морман.

– Да? – спросила она, и я протянула ей почту через щель.

– Я беспокоилась, – сказала я. – Давно вас не видела, а ваша почта…

Внезапно доктор Морман сняла цепочку, полностью открыла дверь и предстала в выцветшем голубом халате, из-под которого выглядывала длинная белая ночная рубашка, а на ногах были клетчатые тапочки.

– Вы беспокоились? – спросила она дрожащим голосом.

– Да, – ответила я. – Вы болеете?

Долгое молчание. Она достала из кармана халата носовой платок и высморкалась.

– Никто никогда раньше обо мне не беспокоился.

– Но мы же соседи, – сказала я. – Поэтому вполне естественно, что мы…

– Нет, – перебила она меня. – Это не так. Ничего вполне естественного тут нет. – Она слегка покачнулась, и я быстро схватила ее за руку.

– Вы болеете, я же вижу. Давайте ложитесь обратно в постель, я вам помогу.

И она действительно впустила меня. Я провела ее через коридор, в гостиную и на диван, где лежало шерстяное одеяло. Она села и задрожала.

– Спальня наверху, – сказала она, – но сейчас я не могу подняться по лестнице.

– Ничего страшного, – ответила я. – Здесь очень уютно, ложитесь, отдыхайте.

Я помогла ей лечь на диван и укрыла одеялом. Она закрыла глаза, и я огляделась. Нет, уютно здесь не было. Увядшие цветы, все выглядело обшарпанным и слегка запущенным, здесь давно толком не прибирались. На полках громоздились книги. Неужели это книги доктора Фрица Мормана? Она их сохранила?

– Ботаника, – произнесла соседка, заметив, что я разглядываю полки, – все книги только по ботанике. Я ботаник.

– Вот как, – сказала я, – поэтому вы с ходу называете все растения в саду их латинскими именами.

– Как и врач может назвать все кости, – она кивнула и устало закрыла глаза.

– Лежите, – сказала я. – А я схожу в магазин, куплю вам продуктов. Никаких возражений.

Но она не стала возражать, что для нее было крайне необычно. Я спросила:

– Что купить? Хлеб, апельсиновый сок, пару яблок, яйца?

И она ответила слабым голосом:

– Да.

– Может, вызвать врача? – предложила я.

– Нет, – отказалась она, – лучше не надо. Со мной все будет в порядке. У меня есть таблетки, есть чай, я делаю ингаляции с ромашкой, Matricaria chamomilla. У меня, наверное, грипп.

– Я возьму ваш ключ, – сказала я, – чтобы вам не пришлось вставать. Сейчас съезжу в магазин. Отдыхайте.

Я заглянула в холодильник на кухне, где почти ничего путного не осталось, взяла авоську для продуктов и отправилась на велосипеде в магазин.

Я думала о докторе Морман и о том, что, возможно, она совсем не такой человек, каким я ее считала, и что мы просто живем в совершенно разных мирах, если вы понимаете, о чем я. Можно жить в соседних домах и при этом в разных мирах. И чтобы найти общий язык, нужно быть терпеливым – терпеливым и терпимым, – понимаете? Терпимость означает что-то вроде великодушия. Возможно, я забыла об этом – думаю, она тоже, – и есть такая поговорка:

Или что-то в этом роде. В общем, я купила много вкусных и полезных продуктов и готовую еду, заполнила холодильник и сразу же разогрела ей одно из блюд – курицу с рисом. Она ела, сидя на диване, и с благодарностью смотрела на меня.

– Вы так постарались ради меня, – сказала она, – но мой кошелек очень хорошо спрятан от грабителей. Когда вы уйдете, я достану его из тайника и завтра верну вам деньги за продукты.

– Все в порядке, – махнула я рукой. – Это подождет.

Как видите, она была и оставалась подозрительной, но кто знает почему: может быть, однажды ее ограбили?

На следующий день я снова за ней присматривала. Я привязала Густава к ограде сада. Он лаял.

– Вам стало лучше? – спросила я.

И она ответила:

– Да, скоро снова стану прежней.

А я подумала: «О боже, лучше не надо!» Потому что сейчас, когда болела, она была немного мягче, чем обычно. Но она по-прежнему лежала плашмя и выглядела обессилевшей.

– Куплю вам свежих фруктов, – сказала я. – Только сначала надо отвести Густава домой, мы гуляли, он ждет на улице.

И тут она произнесла нечто удивительное:

– Приводите его сюда.

Я не поверила своим ушам и уточнила на всякий случай:

– Густава? Собаку? Сюда?

– Почему бы и нет, – ответила она и посмотрела на меня, немного строго и одновременно… да, умоляюще, и я, ошарашенная, привела Густава к ней в дом. Он возбужденно обнюхивал все вокруг, а она наблюдала за ним.

– Считается, что мопсы умные и дружелюбные, – сказала она, и я кивнула.

– Да, это так, а еще они очень-очень милые. Ну, я пошла.

Я велела Густаву вести себя хорошо, взяла у доктора Морман ключи и отправилась в турецкую лавку, где всегда были самые сладкие фрукты и самые свежие овощи. Вы понимаете, о чем я.

Я вернулась, нагруженная пакетами, и открыла дверь.

Тишина.

– Ку-ку? – позвала я. – Я вернулась.

Нет ответа.

Я заглянула в гостиную: никакой фрау Морман, только наш старый добрый Кимчи сидит на диване, и, что самое ужасное, никакого Густава! Что случилось? Что она сделала? Воспользовалась моментом, чтобы куда-нибудь увезти Густава? В приют для животных?

О, как колотилось мое сердце от страха! Затем я услышала отдаленный шум, тихий, похожий на звук пилы. Две пилы?

Я поставила пакеты и бросилась вверх по лестнице. Может, это они? Да, это они. Заглянув в спальню, я увидела огромную старую двуспальную кровать.

На одной стороне, под толстым одеялом, спала и блаженно улыбалась – блаженно улыбалась! – и слегка похрапывала доктор Морман, а рядом с ее головой на второй подушке, которая, вероятно, когда-то предназначалась для головы доктора Фрица Мормана, лежал, свернувшись калачиком, мой Густав. Крепко спал и храпел так сильно, что стены дрожали, – именно этот звук я слышала внизу. И я вспомнила поговорку, кажется, из благочестивой Испании:

Я долго смотрела на них. Потом прокралась вниз, разобрала пакеты, аккуратно разложила все на столе и очень тихо пошла домой.

Хотя мне ужасно не хватало Густава, я знала, что всегда смогу за ним прийти, но сейчас он был нужнее в другом месте, а именно доктору Морман. Могли ли вы о таком подумать? Вот и я нет.