Во второй части три сценариста расскажут об отношениях Готэм-Сити с правосудием через триумвират, ответственный за его соблюдение: Джеймс Гордон, единственный честный полицейский, чья работа заключается в обеспечении соблюдения правил на местах; Бэтмен – последняя инстанция, – преступающий границы закона, когда того требует ситуация; и Харви Дент (Аарон Экхарт), прокурор, ответственный за окончательное оформление действий первых двух в суде. Эти разные слои правосудия Готэм-Сити – непосредственный перенос отправной точки макси-серии комикса «Бэтмен. Долгий Хэллоуин» Джефа Лоуба и Тима Сейла, опубликованной в 1996 году. Опираясь на этот ключевой момент оригинального комикса, команда сценаристов модернизировала исходную историю, придав первостепенное значение главному антагонисту фильма Джокеру (Хит Леджер), сконцентрировав в нем все аспекты ситуации после 11 сентября, которые были заложены с момента выхода первой части в 2005 году: городу Готэм-Сити угрожает повальный терроризм, пародирующий тот, что обрушился на США в 2001 году, поскольку действия клоуна не имеют иной цели, кроме как сеять хаос и подталкивать жителей к убийству друг друга. Эта кинотрилогия рассчитана на аудиторию, знакомую с событиями вокруг Всемирного торгового центра, на группу зрителей, которые присутствовали при совершении теракта или узнали о нем каким-либо другим способом. Сценаристы адаптируют основы двух комиксов, опубликованных в 1987 и 1996 годах соответственно, к восприятию XXI века, следуя логике Аристотеля, упомянутой Умберто Эко в 1993 году в книге «Superman для масс. Риторика и идеология народного романа»[104]: «Аристотель прекрасно понимал, что параметр приемлемости или неприемлемости повествования кроется не в самой истории, а в системе мнений, управляющих общественной жизнью». Таким образом, любое упоминание в фильме национальной безопасности или угрозы массового уничтожения служит для зрителя прямой отсылкой к событиям 11 сентября и мерам, которые были приняты для предотвращения возможных будущих нападений. Система взглядов, управляющих общественной жизнью Запада XXI века, включает в себя понятие терроризма и противостояния ему.

Братья Ноланы и Дэвид С. Гойер связывают свои источники вдохновения в единое целое: благодаря тому, что они помещают действие в максимально реалистичную вселенную и основополагающее место отводят преступному миру, «Долгий Хэллоуин» можно считать прямым продолжением комикса «Бэтмен: Год первый» Фрэнка Миллера и Дэвида Маццукелли.

Несмотря на то что Джокер занимает важное место в сюжете и его присутствие на экране систематически привлекает внимание, он остается второстепенным персонажем по сравнению с трио, состоящим из Гордона, Бэтмена и Харви Дента. Сползание последнего в преступное безумие, ставшее кульминацией «Долгого Хэллоуина», здесь точно воссоздано, хотя истоки его травмы – потеря невесты и изуродовавшее его нападение – объясняются как злобой Джокера, так и неспособностью Бэтмена действовать. Как и его предшественник из комикса, «Темный рыцарь» прежде всего, развенчивает образ правосудия, показывая отчаяние, которое испытывают люди, когда их потенциальный спаситель становится заклятым врагом. Вопросы, поднятые в первом фильме, возвращаются: Брюс Уэйн превратился в нечто большее, чем просто человек, став мстителем, но за маской скрывается личность, чья система взглядов определяется его личной историей. Какой бы мифологической фигурой он ни был, каким бы «пророком» ни стал, наш герой все равно остается человеком, который не способен оставаться беспристрастным. Может ли вершить правосудие один человек, который является и судьей, и присяжным, и палачом? Именно этот вопрос лежит в основе второго фильма, суть сюжета которого в том, чтобы, подобно «Долгому Хэллоуину», показать нам, как Харви Дент превратился в Двуликого. Другими словами, как хороший человек превращается в монстра, потому что недостатки, присущие его человеческой природе, заставляют его измениться в драматический момент жизни. Решение Бэтмена в конце фильма публично взять на себя ответственность за преступления Дента, чтобы память о прокуроре осталась незапятнанной, принимается не только для того, чтобы жители Готэма не впали в отчаяние, осознав, что последний бастион законного правосудия поддался коррупции (страх, присущий Человеку-летучей мыши в «Бэтмене против Супермена»), но и чтобы намекнуть зрителям, что этот спуск в преисподнюю – прежде всего провал самого Бэтмена.

Во второй части нельзя было лишить трилогию ее героя, но «Темный рыцарь» показывает пределы возможностей мстителя, который, в конце концов, не всегда добивается успеха. Делая акцент на политических составляющих сценария Джефа Лоуба, братья Ноланы и Дэвид С. Гойер не адаптируют сюжет «Долгого Хэллоуина», который в первую очередь задуман, как поиск виновного, а используют его повествовательный дискурс для создания нового произведения, связывая свои источники вдохновения с источниками предыдущего фильма. В результате второй эпизод наглядно демонстрирует, что сценаристы вдохновлялись не только комиксами, но также подчеркивает их преемственность: фильм, который ретранслирует послание «Долгого Хэллоуина», разделяя диегезис с первым полнометражным фильмом по образцу «Бэтмена: Год первый», доказывает, что, несмотря на разные эпохи и разных авторов, два основных комикса можно воспринимать как одну и ту же историю.