Мрачный монолитный символ правосудия, Бэтмен часто изображался в кино как неприкасаемый супермен, таящийся во тьме и ловко владеющий технологиями, чтобы навести порядок на улицах Готэм-Сити.

В 1989-м, при его первом появлении в прологе к фильму Тима Бертона, второсортный злодей называет его вампиром, тем самым обесчеловечивая персонажа и превращая его в кошмарное существо, с которым никто не станет себя идентифицировать. В начале своей трилогии в «Бэтмене: Начало», Кристофер Нолан решил изобразить Темного рыцаря совершенно иначе, сосредоточившись на человеке за маской и раскрыв его темное альтер эго ближе к концу фильма. Чтобы вызвать сопереживание и в то же время чувство близости к герою, за которым зрителям придется следить на протяжении трех полнометражных фильмов, сценаристы сделали акцент на происхождении персонажа, а точнее на его детстве и первоначальной травме, побудившей его стать ночным мстителем. В отличие от Бертона или Шумахера, которые едва затронули этот сложный эпизод юности Брюса Уэйна, братья Ноланы и Дэвид С. Гойер посвятили первую половину фильма формированию личности своего главного героя, черпая вдохновение в точном воспроизведении нескольких страниц выпуска Билла Фингера «Легенда о Бэтмене», опубликованного в 1939 году. Их цель – показать, как один человек из многих, хотя и родившийся в богатой семье и наделенный, как можно предположить, высоким интеллектом, должен превратиться в символ справедливости в облике животного, подняться над своим положением и стать чем-то большим, чем просто существо из плоти и крови, чтобы навести порядок в коррумпированном городе.

Хотя на первый взгляд так не кажется, но фильм «Бэтмен: Начало» соответствует идее Отто Ранка, взятой из его книги «Миф о рождении героя» (1909), согласно которой «…трудно признать пророком того, чьи родители нам знакомы». В идеале Бэтмен – пророк в этимологическом смысле этого слова, то есть толкователь божественного слова: он высший представитель справедливости, тот, против кого не может выстоять ни один институт, сколь бы официальным он ни был. Бэтмен – сверхъестественная сила, символ, недоступный простым смертным. Но все же он один из них, скрывающийся под маской. Брюс Уэйн предстает перед нами ребенком в окружении членов семьи, и мы следим за его взрослением, пока он не превращается в Темного рыцаря Готэма. Этот персонаж – проводник, представленный не только как человек со своими сильными и слабыми сторонами, демонами и недостатками, но и с решимостью, которая побудит его придать новый смысл своему существованию. Этот человек не может быть «пророком» в своем нынешнем обличье, и весь дискурс фильма приобретает метафизическое измерение: Брюс должен стать кем-то другим, существом из ниоткуда, чтобы жители Готэма признали его символом, пророком, и прежде всего, чтобы публика признала его культурной иконой. Дабы облегчить процесс идентификации с Брюсом Уэйном, а затем и убедить зрителей в пророческой миссии Бэтмена, авторы предпочли, чтобы их главные герои развивались в реалистичной обстановке, максимально приближенной к целевой аудитории.

Поэтому они черпали вдохновение в первой крупной реалистичной истории, посвященной Бэтмену и затрагивающей вышеупомянутые темы, – комиксе «Бэтмен: Год первый» Фрэнка Миллера и Дэвида Маццукелли, опубликованной в 1987 году.

Как следует из названия, эта история рассказывает о первых годах деятельности Бэтмена в качестве борца с преступностью, а также о приходе в городскую полицию Джеймса Гордона. Тут нет ни человекоподобных крокодилов, вроде убийцы Крока, ни экологических террористов с чудовищными растениями, как Ядовитый Плющ, да и суперзлодеи из бестиария Человека-летучей мыши остались за пределами этой истории, которая прежде всего является детективом, максимально приближенным к реалиям того времени. Антагонистами оказываются коррумпированные сотрудники полиции, среди которых честный идеалист лейтенант Гордон вынужден держаться в тени, и члены мафиозной семьи Фальконе, с которыми Бэтмену приходится бороться. Фильм Кристофера Нолана берет на вооружение именно эти моменты, чтобы сформулировать первую половину своей истории, и даже заходит так далеко, что включает несколько базовых сцен, буквально копии сцен из комиксов, которые кажутся осведомленным зрителям фрагментами работы Миллера и Маццукелли: охота на Темного рыцаря со стороны полиции, которая видит в нем почти сверхъестественную угрозу, использование сонара летучей мыши загнанным в угол Бэтменом, желающим отвлечь внимание, или совершение Арнольдом Флассом (Марк Бун-младший) неправомерных действий по отношению к своему коллеге Джеймсу Гордону (Гари Олдман) во время их ночных обходов.

В результате первая половина фильма «Бэтмен: Начало» выглядит как полноценная экранизация комикса «Бэтмен: Год первый». Но победа над местным крестным отцом Кармайном Фальконе (Том Уилкинсон), которая знаменует первое появление Темного рыцаря в костюме летучей мыши, означает и конец привязки братьев Ноланов и Дэвида С. Гойера к сюжету Фрэнка Миллера. Фильм отделяется от своего первоисточника, устремляясь к противостоянию Брюса Уэйна и его бывшего наставника, Анри Дюкара по прозвищу Ра'с аль Гул (Лиам Нисон). Хотя с этого драматического момента сценарий уже не следует существовавшему прежде сюжету, он тем не менее сохраняет преемственность и остается близким к основам диегетической вселенной, заложенной в правдивой экранизации. Хотя персонаж Ра'с аль Гул – чисто фантастический антагонист, особенность которого в том, что он бессмертен, три сценариста постарались сделать его реалистичным, чтобы как можно эффективнее вписать его в подобный диегетический сюжет. Персонаж существует с незапамятных времен, но только благодаря своему имени: разные люди носили его и представлялись Ра'с аль Гулом на протяжении нескольких веков (как это иногда происходит с Бэтменом в некоторых комиксах, в частности в ограниченной серии «Год 100-й» Пола Поупа). Используя многие элементы из комикса «Бэтмен: Год первый» для создания своей вселенной, а затем отходя от него, чтобы разработать оригинальную историю, братья Ноланы и Дэвид С. Гойер заложили основы реализма, который послужит фундаментом для продолжения их кинотрилогии.

Они включили в нее новые компоненты из уже существовавших историй, чтобы дополнить те сюжеты, что имелись в «Бэтмене: Начало», и привести своих главных героев к развязке их личных линий.