Относительно минималистичная музыкальная композиция Дэвида Джулиана состоит из шумов, которые постепенно переходят в нечто более мелодичное: фортепианные ноты передают меланхолию персонажа на фоне непрерывного ритма на заднем плане. Развивающаяся композиция, которая станет основной частью саундтрека «Преследования», передает различные душевные состояния и прежде всего постепенные изменения, происходящие с главным героем.

Подобные гармонические эксперименты можно найти и в саундтреке фильма «Дюнкерк» авторства Ханса Циммера[19], вышедшего в 2017 году, где тиканье часов подчеркивает срочность ситуации.

Различные аспекты фильма Нолана должны быть согласованы в авторском мышлении, и именно их взаимодополняемость – изображение, звук, движение – заставляет сюжет плавно течь и погружает в него зрителей, которые не обязательно находятся в тех же социальных и культурных рамках, что Билл или Кобб. Мы говорим о миметической[20] манере – концепции, разработанной Нортропом Фраем в книге «Анатомия критики»[21], опубликованной в 1957 году, где классифицируются различные способы, с помощью которых зрители воспринимают вымышленного персонажа. В режиме высокой миметики публика видит в персонаже модель (иногда почти обожествляемую или, во всяком случае, сюрреалистическую), на которую хотела бы походить, в то время как в режиме низкой миметики они видят в персонаже человека, равного себе. Большинство нолановских персонажей находятся в низком миметическом режиме, включая почти сверхчеловеческие фигуры, олицетворяющие справедливость, такие как Бэтмен.

Эмоции, передаваемые музыкой, и особенно ее ритм, тесно связаны с этой идентификацией. Когда Билл и Кобб вынуждены бежать после того, как их застала врасплох хозяйка квартиры, в которую они вломились, музыка ускоряется, не теряя своей минималистской темы. Она буквально передает ускоренный адреналином стук сердец главных героев.

В фильме «Преследование» прежде всего важны люди, и все его кинематографические приемы, особенно музыка, служат для характеристики разных личностей. Например, личность Кобба проявляется с первой встречи с Биллом, которого он обманом заманивает в ловушку, заставляя ждать его в кафетерии, потому что знает, что Билл следит за ним.

Когда вор помешивает свой кофе, звяканье ложки в чашке раздражает следящего и вызывает беспокойство у зрителя. Подобно маленькому музыкальному инструменту, она привносит в последовательность элемент напряженности, добавляя регулярное звяканье, которое становится тревожным из-за перспективы внезапного нарушения ритма после того, как наши уши уже привыкли к его постоянству. Это первое взаимодействие с Коббом показывает его скрупулезность и интерес к психологии (иногда на уровне безрецептурных препаратов), которые он продемонстрирует в дальнейшем, особенно во время сцен ограбления, когда он стирает все отпечатки пальцев, объясняя, что взлом нужен, чтобы перевернуть жизнь жертв и сделать ее лучше.

С самого первого полнометражного фильма Кристофер Нолан старается использовать в своей режиссуре как можно меньше впечатляющих эффектов – кроме сбивающих с толку рывков при замедленной съемке толпы, – чтобы максимально приблизиться к исходному материалу.

Минималистичная музыка основана на повторяющейся теме, а многие сцены пронизаны диегетическими[22] звуками, то есть присущими внутренней вселенной фильма.