Включив свет в гостиной, Таэко обнаружила, что Сэнкити нет, и почувствовала себя самой несчастной женщиной в мире. Даже свет, с безжалостной яркостью заливавший комнату, казалось, насмехался над ней.

– Выпьете что-нибудь?

Неохотно пригласив своего спутника войти, Таэко отправилась за бутылкой ликера и воспользовалась этим, чтобы заглянуть в спальню. Она включила свет и убедилась, что Сэнкити нет и там. Ее охватило отчаяние. Ей захотелось заглянуть в каждый шкаф, в каждый ящик кухонного буфета – как если бы они играли в прятки и она рассчитывала найти Сэнкити в темном углу.

Все время, пока другой мужчина ждал ее в гостиной, Таэко пыталась собраться с мыслями. Она с надеждой и одновременно с тревогой ждала, что дверь вот-вот распахнется и войдет Сэнкити. Ах, если бы он вернулся сейчас! Если бы он вошел, увидел ее и осыпал оскорблениями, это стало бы ее спасением, расплатой за грех. Тот, кто мог бы услышать ее сумбурные, нелогичные мысли, рассмеялся бы. Какое «спасение»? Какой «грех»?

Известный политик положил руку ей на плечо.

«Ах, если бы Сэн-тян вернулся сейчас, я бы не позволила себя соблазнить!»

Рука политика скользнула к ее груди.

«Ах, если бы Сэн-тян вошел сейчас, он бы сразу выставил этого мужчину за дверь!»

Политик поцеловал ее – медленно, тягуче.

«Ах, если бы Сэн-тян появился сейчас, я бы оттолкнула этого мужчину…»

Безвольно отдавшись на волю случая, Таэко упустила возможность решать, что делать. Ей казалось, что она разыгрывает любовную сцену перед Сэнкити, словно проверяя, как далеко ей придется зайти, чтобы вызвать его ярость.

Совесть ее не мучила. Теперь ее совесть приняла облик Сэнкити, а значит, отсутствовала, ушла куда-то поразвлечься. Мужчина, который был сейчас с Таэко, наверняка считал ее доступной, развратной женщиной.

Оказавшись на грани измены, она перешла эту грань. Таэко была настолько поглощена мыслями о Сэнкити, а его отсутствие причиняло ей такую боль, что у нее не осталось сил сравнивать поцелуи политика с поцелуями Сэнкити или в объятиях другого мужчины представлять себя в объятиях Сэнкити.

А политик был очень привлекательным, даже красивым мужчиной. Устав от девушек из эскорта и женщин из баров, он нашел в Таэко редкую свежесть. Она не могла тягаться с опытными профессионалками ни по возрасту, ни по мастерству обольщения, но ей было приятно, что он видел в ней эту свежесть. Таэко хотела, чтобы Сэнкити услышал все лестные слова, которые этот мужчина шептал, восхищаясь ее телом!