Первое такси, обычная желтая «Волга» с шашечками, всплыло у трамвайной остановки, как только Алекс надавил на кнопку вызова. Он тут же распахнул дверцу и незнакомым, не ждущим возражений голосом произнес:

– Узнал?

Жорик заметил, как сидящий за рулем упырь приосанился.

– Довезешь моих друзей до моего дома в Константиновке. Не к воротам. К пересечению с Саврасова. Где калитка. Все понял? Денег не брать. И передай там своим: вторая машина нужна большая. С животными буду.

– Слушаюсь, господин Вампилов, – едва слышно пробормотал упырь. Он будто выглядел даже мертвее прежнего: глаза остекленели, кожа стала еще белее.

Алекс того даже кивком не удостоил, только к темным обратился:

– Езжайте. Мы следом.

Вика и Данил покосились на Алекса. Рома занял место на переднем сиденье, как нечто само собой разумеющееся.

Жорик же пялился на друга с раскрытым ртом: командует так запросто, а упырь его слушается, как какого-то важного взрослого. И только когда такси провалилось под землю, болезненно сморщился: нельзя было Рому пускать в машину! Он же собирался об этом заговорить!

Алекс, меж тем, выправляя перекошенные пуговицы кителя, провожал напряженным взглядом провалившуюся под землю желтую «Волгу».

– Почему упырь тебя слушался? – спросил Жорик. – Подчинялся! Будто ты…

– Личи ставят на своих… хех… человеческих детенышей… клейма, – сказал Алекс, поднес часы-ксифос, не показывавшие времени, к лицу, поморщился, отбросил руку. – Поэтому все упыри, даже не принадлежащие родителям, меня слушаются. Типа родовой договоренности между семействами личей. Ну, и все, кто ее рассмотреть может, не только упыри, поймут, что трогать нельзя: у личей разрешенное право на кровную месть. Да где же машина?

Он ткнул еще раз в кнопку экстренного вызова такси. И тихим голосом спросил, не поворачиваясь к Жорику:

– Как Марина? Ты же видел ее у Бездны… Держится?

– Без сознания. Как кукла, – покачал головой Жорик, поморщился от воспоминаний, которые так старался отогнать от себя.

Алекс кивнул, замолотил по кнопке. Без темных под боком он уже не казался собранным и уверенным. Выглядел нервным до измождения, отчаянья.

– Ну и урод же этот Кузар! – рыкнул Сережа, тоже непохожий на себя обычного.

– Ну, наконец-то, – буркнул Алекс и запрыгнул на заднее сиденье громадного внедорожника, который выплыл из-под земли. Выскочивший из-за руля упырь в идеальном черном пиджаке услужливо открыл просторный багажник для собак.

Жорик проводил взглядом Азу и Барса. Не рвущихся, так синхронно выполнявших команды Сережи. Он только кивал головой, а они понимали, что делать. Во дает, а. Аза Марину и то гораздо хуже слушалась. А тут – ну точно служебная овчарка при исполнении.

– Жорик, Серега, скорее!

Жорик покосился на коргоруша за пазухой: ну что, идем? Как тебе такой способ передвижения?

Коргоруш высунул нос из-за воротника кителя. Убедился, что собак рядом нет, тут же спрыгнул прямо на сиденье такси и внюхался в обивку, обследовал Алекса. Тот нахмурившись, отдернул руку.

– Подвинься, – с усмешкой сказал коргорушу Жорик. Сел рядом. Место осталось и для Сереги.

– На пересечение с Саврасова, – коротко повторил Алекс упырю и уже Жорику: – Зачем ты его взял с собой?

Машина провалилась под землю и понеслась по тоннелю. Коргоруш, забравшись на колени Жорику, принялся было обнюхивать Сережу, но чихнул, сморщил мордашку и потер лапой нос. Фыркнул и заозирался по сторонам. Покрутился, затормошил пуговицу кителя, явно намереваясь избавить Жорика от этой блестяшки.

– Коргоруш может пригодиться. Кто угодно может пригодиться. Но вот Рому…как его там… Новака, думаю, с собой тащить нехорошо, – прошептал Жорик, глядя только на зверька. – Он еще под проклятием.

– И что? – пожал плечами Алекс, не отворачиваясь от черного тоннеля за окном. – С Вики – она же? – вы тоже проклятие так и не сняли. Я прав? Почему за нее не переживаешь?

– Вика искренне хочет помочь Данилу, этого достаточно, – покачал головой Жорик. – А этот Рома – он ничего не понимает. Он к Председателю на чай, похоже, собирается! Неправильно это. Я могу попробовать его расколдовать, но не знаю, за какие эмоции цеплять. Может, домой его отправим там, в Константиновке, все-таки? Прикажешь упырю увезти его. Или… Или сам расколдуешь? Ты же смог…

– Он бы и без проклятия ничего не понял, – поморщился Алекс. – Но нам надо снять чары эсбешников. Снять аккуратно, чтобы сигнализация не сработала. Может помочь любой маг, тем более темный. Там боевые чары. Боевые – почти наверняка темные. Значит, и снимать их нужно темной. Снимем, потом пусть бежит во все четыре стороны.

Жорик поморщился. Потрепал коргоруша за ушами.

– Я думал, ты не знал, что они под проклятием… Получается, все ты понял! Но это что же, мы его просто используем? Это же как-то…

Алекс пожал плечами:

– Плевать. Этот – выкарабкается. Что бы ни случилось. Сбежит. Или родители вытащат. Да и вообще, как там у вас говорят? Пофиг на него.

Жорик набрал воздуха, чтобы возразить. Выдохнул. Сергей рядом неуютно заерзал:

– Да дай же мне сказать! – хрипло выкрикнул он.

– Но… я и не мешаю, – непонимающе пробормотал Жорик.

– Это он не тебе, – отвернулся к окну Алекс. – Там все поймешь.

– Серега?

– Алекс! – выкрикнул Сережа своим обычным, не рычащим голосом. – Это неправильно! Я согласен с Жориком. Мы не можем решать за проклятых.

– Двое за, двое против, – фыркнул Алекс, скрестив руки на груди. – Так что пусть сам Новак решает. А он вроде не протестует.

– В смысле «двое за»? – заозирался Жорик по сторонам. – Ты про Данила?

– Тогда вообще трое, – буркнул Алекс, вздохнул и повернулся к Жорику. – Рома может помочь. Я помню его с цивильной школы. Он наверняка сильный маг.

– Данил с Викой тоже маги. И про меня ты забыл? Я смогу снять все эти твои чары!

Алекс молчал, лицо его выглядело неприятно непроницаемым.

– Ты решил, что я не справлюсь? – спросил Жорик.

– Ты действительно талантливый маг, – нехотя протянул Алекс и все-таки повернулся к нему лицом. – Самый талантливый. Но… ты же не всемогущий чародей из дурацких сказок! Твой Данил прав: и у нас всех вместе, – "пятерок"! – может не хватить сил, чтобы снять чары лучших боевых магов Китежа. Рома пойдет с нами. До озера. Если нам удастся снять чары, пусть потом уходит. Хоть все уходите.

– Да достал ты уже руки заламывать, – рыкнул Сережа. – Потом позерствовать будешь. Но я согласен: пусть этот напыщенный маг поможет чем сможет, а потом валит.

Жорик покосился на внезапно переметнувшегося Сережу, поджал губы и скрестил руки на груди. Цель оправдывает средства? Сам Жорик не справится?! Ну уж нет.

Так и молчали остаток дороги. Только уже перед выходом Алекс, сам одетый во все черное, напомнил, что неплохо бы и Жорику избавиться от своей парадно-вырвиглазной формы. Жорик ничего не ответил, только пальцем щелкнул, и костюм почернел. Только кеды не трогал, пусть такими же яркими будут.

***

Темное небо, убывающая луна и россыпь звезд – вместо фонарика и осветительных кристаллов. Кеды проваливаются в остатки подтаявших за день сугробов. Будто в лесу – лохматые елки, высохшие лапы каких-то мертвых кустов разнотравья. Ни дорожки, ни тропинки. Совсем глушь, если бы не безмолвная дорога за спиной и не громадная усадьба Вампиловых сбоку.

Именно что усадьба. Старинная и какая-то чужеземная для Китежа: серая, увитая гибкими стволами и ветками плюща. Без других украшательств. На вид как громадный склеп какого-то европейского кладбища, что по телевизору только и увидишь. Но умиротворенно-мрачной атмосферы не складывалось. К усадьбе примыкал светящийся стеклянный купол зимнего сада, словно волшебный аквариум посреди вымершего мира.

Алекс шагал мимо родового гнезда быстро, чуть ссутулившись. Поднял воротник куртки, будто тот мог его укрыть. Остальная часть команды спасателей молча жалась друг к другу. Время от времени то один, то другой возьмет и повернет голову к огромному старому дому. И тут же отвернется обратно, будто там, из темных окон, их кто-то мог заметить.

И собаки, и скакавший рядом с ними коргоруш уже не обращали друг на друга внимания. Аза с Барсом на бегу обнюхивали дорогу, но не отвлекались на шорохи пустынного парка, будто заколдовал их кто.

Ребята и звери уже минут десять пробирались по, казалось, бесконечному парку, когда шорохи вокруг стали совсем другими. Прошлогодние палые листья шуршали не только под их ногами. Ветки переламывались со всех сторон. Сперва Жорику показалось, что это какие-то звери. Только какие тут могут быть звери? Рядом с этим домом, похожим на склеп. Сперва он решил, что ему мерещится со страха. Но потом остановилась и заозиралась Вика:

– Тут кто-то есть.

– Упыри, – не останавливаясь, сказал Сережа. – Десятка два, пришли со стороны усадьбы.

– Они давно здесь, – кивнул Алекс, тоже не останавливаясь. – Не трогают же. Значит, не стоит внимания.

– Но… зачем они тут? – поежившись, Вика поспешила догнать не останавливавшихся ребят. – Что им надо?

– На чай приглашают, – хмыкнул Алекс. – Поспешим. Со мной вас точно не тронут.

Но просто так им пройти не дали. Сначала Жорик заметил смутные тени, выступающие из-за деревьев. Затем силуэты. Еще через миг дорогу им перекрыли пятеро пошатывающихся, неуверенно ступающих… нелюдей.

В сыром темном лесу. Вдали от оживленных улиц. Живые мертвецы встречали их на дороге. Жорик невольно остановился и потянулся к шее – проверить, на месте ли ксифос. Судорожно вспоминал хоть одно заклинание против поднятых трупов, но их они еще не проходили.

Алекс остановился впереди них, скрестил на груди руки.

– Что ты себе позволяешь, Франциск? – холодно и властно спросил он. – Я спешу.

– Господину Станиславу не понравится, – тяжело растягивая слоги, протянул чуть отекший мужчина в камзоле, Жорик и в темноте заметил его бетонно-серый оттенок кожи и запавшие ничего не выражающие глаза.

– Так что ты его просто не разбудил? – хмыкнул Алекс. – Твоему господину много чего не нравится. Уйди с дороги!

Упырь перед Алексом тяжело задышал. Будто сопротивляясь двум разным порывам одновременно. Пошатнулся в сторону усадьбы, но устоял и сделал шаг к Алексу.

– Господин Александр, – протянул он, и Жорику послышались в его низком неестественном голосе нотки мольбы.

Он хотел сказать что-то еще, даже раскрыл рот, полный гнилых зубов, но Алекс тряхнул головой и закричал:

– Освободите дорогу!

Франциск еще раз качнулся и, склонив голову к земле, поплелся в сторону усадьбы. За ним потянулись и другие упыри.

Алекс глубоко вздохнул и сделал было шаг, как сбоку раздался женский голос:

– Са-шенька…

Он замер. С резко покрасневшими ушами повернулся на звук и подался на зов.

– Агафья? – пробормотал он. – Что же ты тут…

Не договорил. Упырица в синем сарафане с длинной, полностью седой косой, перекинутой через плечо, и неестественно молодым лицом тянула к нему руки. Она заметно прихрамывала, но шла медленно, будто продиралась сквозь невидимую преграду.

– Что. Же. Ты на-де-лал, – тяжело растягивая слоги простонала она. – Они не по-щадят те-бя.

Упырица дошла до застывшего Алекса и провела ладонью по его щеке. Жорик от этого жеста невольно отшатнулся. Заметил, что и ребята рядом поморщились, даже Рома не выглядел сейчас глупым болванчиком.

– Как вырос, – донесся до Жорика ее шепот.

– Я все сделал правильно, – тихо сказал Алекс. – Ты же меня всегда так учила. Иди, Агафья. И… лучше бы тебе снова заснуть.

Он резко отвернулся и быстрым шагом направился вглубь парка, не оборачиваясь.

Жорик проводил взглядом хромающую упыриху. Рома стоял, как болванчик крутил головой по сторонам. Остальные смотрели на удалявшихся нелюдей.

Внутри что-то саднило, зародилась новая тревога. Не пощадят, это как? Дикость какая. Кинулся было за ним, спросить. Но его опередил сорвавшийся с места Данил. Лицо его перекосилось от злости.

Он добежал до Алекса и дернул его за плечо на себя.

– Так тебя упыри слушаются?! – воскликнул он. – Великий Велес, так зачем ты их прогнал? Ты должен был их повести за нами!

Алекс сбросил руку Данила с плеча и смахнул невидимую пыль.

– И что, по-твоему, будет, когда упырей поймает охрана председателя? – устало спросил он. – Их развеют.

– Так ты печешься о своих упырях? – воскликнул Данил. Он сжимал руки в кулаки, и Жорик видел – едва сдерживается, чтобы не ударить.

– Ты дурак?! Сейчас мы просто заблудившиеся дети! А упыри Вампиловых – это уже политика!

– Дань, ну что ты, – опередила Жорика Вика и схватила его за рукав пальто.

– Моя сестра у маньяка! А этот только командует!

– Ты пожалел упырей, но не жалеешь Рому? – ошарашенно произнес Сережа обычным голосом.

Данил попытался сбросить руку Вики со своей, но она только крепче ухватила его за рукав и судорожно закачала головой. Жорик смотрел на них и не понимал, что делать. С Данилом он был согласен – ну почему было не отправить упырей? Хотя бы на подмогу Эмманилу.

– Мы могли отправить упырей! Ну, развеет их – плевать! Они и без того мертвые!

– Если нелюди, то и убить не жалко? – резко переменился Сережа и, будто даже зарычав, подскочил прямо к Данилу.

– Успокойтесь, мальчики! Мы ведь все тут, чтобы спасти сестренку Данила, – лепетала Вика.

– Что это вы тут на наших наезжаете? – подключился Рома.

– Вот именно – сестру! А что нужно тебе, Вампилов? Провел и вали к своим мертвецам!

Алекс что-то крикнул в ответ. Данил ему. Собаки залаяли. Коргоруш верещал и скакал вокруг. Вика просила не кричать, чтобы их никто не услышал. Жорик на автомате махнул рукой, огораживая их шум от всего мира. Все кругом кричали, махали руками – пока что в воздухе. Жорик переводил взгляд с перекошенных злобой лиц.

– Что вы делаете? – тихо спросил он, но на него никто даже не посмотрел.

Вот Данил замахнулся рукой, явно целясь в Алекса.

– Да что же вы творите? – пытаясь перекричать их, крикнул Жорик.

Алекс ушел от удара и перехватил руку Данила.

– Да вы с ума сошли! – крикнул Жорик. Пробился в самую гущу склоки и развел руки, выпуская из них тепло и волны энергии, мечтая о спокойствии.

Темных и светлых раскидало по разным сторонам. Они рвались обратно, но Жорик только сильнее напрягал руки.

– Вы злитесь и напуганы, – сказал он спокойным голосом, глядя то на светлых, то на темных. – Это нормально. Мы разные и у нас разные мотивы – это нор-маль-но! – он оттолкнул воздух вокруг себя, и все повалились на землю. – Мы объединились, чтобы пробраться к Кузару. Ты, – ткнул он в Алекса, – сам мне еще в такси твердил, что одни мы не справимся!

Алекс поджал губы и упрямо задрал подбородок. Но в драку лезть прекратил.

– Ты, – ткнул Жорик пальцем в Данила, – Вместо того, чтобы, как всегда, лезть с кулаками, попытался бы объясниться! Говорение вообще сильно облегчает жизнь! И не доводит до конфликтов.

– Говоришь, прям как тетя Галя, – хмыкнул Данил и тоже потупился.

– Я не пожалел упырей. Они нам не помогут. Поймите, упыри принадлежат личам, – устало проговорил Алекс. – Если мы приплетем упырей и попадемся, то соберется вся свора личей Китежа. Будут страшные разборки. И тогда нас так просто не отпустят.

Жорик кивнул. Посмотрел на Данила. Тот, нехотя, кивнул в ответ:

– Надо поспешить.

– Тогда идем, – сказал Жорик. – Далеко нам еще?

– Почти на месте.

Еще до того, как Алекс наконец остановился, Жорик осознал: дошли. Вот этот белый овал за расступившимися елками – пруд подо льдом. На его противоположном берегу и елки другие – невысокие, голубые, более пушистые. Ухоженные (в теории должны прятать ребят от взглядов из окон). Очищенные дорожки между ровных рядов посадок. А за ними – светящаяся громада дворца, рядом с которым старая усадьба Вампиловых уже казалась невзрачной старой избушкой.

Дворец, похоже, был в форме… нет, не коробки, но похоже. Во! В форме крепостных стен, соединенных почти целиком, только с перемычкой между двумя крыльями в виде кованых ворот. В отличие от крепости, внутри стен никаких новых построек не видно. Что там, какой-то двор или сад? Пока не важно. Главное, где-то там похищенные девчонки, и – сердце гулко ухнуло – сам Кузар, с которым Жорику не удалось справиться.

Он обвел взглядом друзей и случайных соучастников и впервые задумался о том, на что же они рассчитывают? Может, если сейчас они не смогут снять охранные чары, которыми пугал Алекс, это будет не так уж и плохо?

Жорик брезгливо поморщился на собственное малодушие и спросил, разминая пальцы:

– Значит, охранные чары тянутся посередине пруда?

– Да, вот тут, – провел Алекс рукой вдоль заснеженной поляны. – Основной узел охранных чар где-то на пульте управления в резиденции, там же элемент питания. Если ошибемся, тут же сбегутся охранники.

Все ребята вокруг молча продолжали смотреть в заснеженный пруд. Только Сережа кивнул собакам, и они принялись сосредоточенно обнюхивать землю. Нет, все-таки какие-то нездорово послушные собаки. Так разве бывает? Жорик для этого даже заклинаний не знал. Он поморщился, потряс головой и посмотрел на коргоруша. Тот вполне нормально, деловито прогуливался чуть вдали от них.

– Вы это слышите? – воскликнул Сережа.

Жорик, напрягшись, вслушивался в звуки вокруг. Где-то хрустнула ветка. А откуда-то издалека, из-за дворца, послышался неразборчивый гул.

– Там лешие и краснали! Кричат: «отпускай».

Как он этот гул разобрал?

– Значит, пока кричат, все внимание охраны будет к ним, – сказал Алекс. – Надо действовать быстро. Животных держите! Жорик!

Это коргоруш уже поскакал к пруду, слишком близко к границе между участками. Жорик махнул рукой, и вопящий зверек снова оказался у него на груди. Вика от крика рядом вздрогнула и сдавленно взвизгнула, Рома захлопал глазами. Жорик погрозил коргорушу пальцем.

– Ничего не скажешь, отличный план, – буркнул Данил. – Как-нибудь вместе снимем чары! И как к ним вообще подступиться? С чего начать?

– Председатель там живет, да? – беззаботно спросил Рома. – Даня, может, ты его просто позовешь?

На Рому никто не обратил внимания, Жорик поморщился. Ох, зря он здесь. Надо его скорее домой отправлять.

– Тут не самые сложные охранные чары, – рассеянно повторил Алекс. – Нужно только это плетение рассмотреть.

– Если бы можно было рассматривать заклинания! – усмехнулась Вика.

– Это возможно, – покачал головой Алекс. – У жандармов, например, есть специальные очки, в которых можно видеть плетения…

– Но у нас-то их нет! – воскликнул Данил.

– Ты сам сейчас не видишь их? – спросил Сережа Алекса.

– Не получается, – хмуро и совершенно непонятно отозвался он.

– Видеть заклинания? Очки? – задумчиво пробормотал Жорик. – О, Серег, давай свои очки! Я сейчас попробую на них что-нибудь наложить такого, чтобы они тоже заработали. О! Или может быть, сразу на глаза, а?

– Побереги глаза, – хмыкнул Данил. – Помню я, чем твои эксперименты заканчиваются.

– Очки мне тоже еще пригодятся, – возразил Сережа. – А кто-нибудь из вас может какого-нибудь дыма наколдовать? – он помолчал, пристально всматриваясь в пустоту озера и будто принюхивался к воздуху, точно Барс к снегу. – Плетение чар должно быть… м-м-м… густым. Думаю, дым обозначит его контуры распространения. Хоть какая-то визуализация.

– Это можно! – отозвался Жорик. – Я так уже контрольную по физике отменял – надымил под самой пожарной сигнализацией. Пока разбирались, пока то, се… Дху’ма! В общем, вот.

Из ксифоса заструился ручеек патлатого дыма. В нос ударил приятный запах горящих хорошо высушенных дров.

– А направь вдоль линии берега, – заинтересовавшись, предложил Данил. – И поддерживай его. Кажется, да – контур! Есть!

– Похож на сетку, – со вздохом протянула Вика. – И не перепрыгнешь.

– И не пролезешь между… Мелкая, – покачал головой Алекс. – Аккуратней, Жорик! Не давай дыму подниматься. Охрана заметит.

Жорик задумчиво разглядывал сгустившиеся завитки вокруг длинной рабицы невидимого забора. Высоченного – от земли и на три метра вверх в дыму.

– Я могу попробовать снести эту сетку, – задумчиво протянул Жорик, почесывая подбородок обратной стороной работающего ксифоса. – Ветром или взрывом.

– Ты такое можешь? – восхитилась Вика.

– Не годится, – отрезал Алекс. – Прорыв заметят на пульте управления. Пока краснали и лешие шумят, надо действовать незаметно.

– Почему бы не зайти с парадного входа? – засунув руки в карманы, сказал Рома. – О, или вы решили устроить сюрприз господину Председателю?

– Да-да, сюрприз, – рассеянно кивнул Данил. И обратился к Алексу, – Это же нереально! Даже если нам удастся снять это заклинание, что не факт… нас заметят жандармы. Что бы мы ни сделали, нас заметят жандармы.

– Не обязательно, – задумчиво сказал Алекс. – Я читал… Мне Олег рассказывал, как жандармы с чужими охранными чарами работают. Один из способов: как бы вклиниться в плетение, повторить чары и изменить какой-то один фрагмент сетки. Мы проберемся, а на пульте сигнализации в худшем случае незначительные колебания энергии отобразятся…

– Великий Велес! И как это сделать? – воскликнул Данил. – Среди нас есть хоть кто-то, кто прошел полную жандармскую подготовку? А не только сказок от дяди наслушался?

– Можно… – не обращая внимания на слова Данила, пробормотал Алекс. – Магу нужно сотворить заклинание типа укола, и ввести энергию тонким потоком точечно, в одну ячейку. Наверное, запасов силы одного будет недостаточно. Тогда остальные, того же типа магии, должны будут передать энергию своих резервов основному. Один маг подает энергию, второй, не касаясь плетения, увеличивает ту самую ячейку, растягивает ее. И поддерживает форму. До размера, чтобы мы могли перебраться на другую сторону.

– Ну, передать свою энергию мы можем, – кивнул Данил. – Но вот ввести ее точно в чужое плетение…

– Я попробую! – вызвался Жорик.

– Нет, – одновременно сказали Алекс и Данил.

– Ты ее скорее взорвешь, Глефов, – пояснил Данил.

– И я уверен, что плетение темное, – добавил Алекс. Сощурившись, он вглядывался в завешенную сеть дыма. – Так что даже капля светлой энергии призовет охрану.

– Как ты это понял? – спросил Жорик. Остальные, кроме Сереги, вслушивавшегося в ночь, тоже покосились на Алекса. Жорик всмотрелся в дымовую завесу. Заклинания-то не рассмотришь – как понять, что оно именно темное?

Алекс подошел к сетке вплотную, сел на снег и приблизился к завесе:

– Ооо, – пробормотал он. – Даже сложнее! Ее накладывало несколько магов. Там часть энергии темная, а часть светлая. Темной больше: три к одному примерно. Нужно по аналогии действовать!

– Ты что, прятал все это время очки своего дяди? – спросила Вика.

– Типа того, – не поворачиваясь сказал Алекс. – Значит, надо действовать еще аккуратнее. Но мы справимся.

Он поднялся на ноги, скинул с коленок прилипший снег и протер глаза. Посмотрел по сторонам удивленным, немного восторженным взглядом и сказал:

– Все получится. Главное действовать по аналогии с жандармами, соблюсти пропорцию. С темной, думаю, так: двое магов передают энергию третьему, и он посылает ее и свою энергию в ячейку заклинанием типа укола. Кто из вас троих сможет аккуратнее всех вклиниться и ровным потоком вогнать энергию?

– Он, – сказали одновременно Вика и Данил, показывая на Рому пальцем.

– Рома лучше всех принимает чужую энергию и перераспределяет ее, – пояснил Данил. – Мы с Викой так не умеем.

– Странные какие-то вы вещи задумали, – уже без прежнего энтузиазма протянул Рома, потерев лоб.

Алекс нахмурился, глядя на жест Ромы.

– Рома и в цивильной школе аккуратнее всех действовал! – с преувеличенным энтузиазмом воскликнул Алекс. – Правда, Новак? Первый ученик же. Кто, как не ты, да? Научишь же нас?

Рома отстал ото лба и самодовольно заулыбался:

– Наконец-то ты признал это, Вампилов – тебе до меня далеко! – оживился Рома. – Это элементарно! Да я – да я без проблем! А вот светлое тебе слабо так же самому синхронно добавить?

Алекс потупился, вздохнул:

– Слабо, – кивнул он. – Я слабый маг. Стабильно энергию не проведу. Поэтому…

– Я без про… – начал было Жорик.

– Прости, друг, – оборвал его Алекс и виновато покачал головой, – но я бы предложил тебе другое дело – растягивать ячейку. А вливать энергию – Сереге. Я не сомневаюсь, что ты один мог бы собрать столько же энергии, как мы все вместе взятые. А здесь надо меньше всех. Тоненькой струйкой, как капельницу ввести. Понимаешь?

Жорик нахмурился, нехотя кивнул. Внутри саднило. Вспомнил слова Данила: «чего это ты раскомандовался», мысленно согласился со старым другом, но возражать не стал.

– Тогда приступаем, – кивнул Алекс.

– Хорошо, – согласился Данил и с обреченной улыбкой добавил, – А не сработает, так сюда придут жандармы и уведут нас сами в сторону резиденции.

Алекс кивнул в ответ.

– Держи тогда, – протянул Жорик Алексу коргоруша.

– И за собаками присмотри, пожалуйста. Чтобы не лезли, – поправив очки на носу, сказал Сережа.

Алекс неловко обхватил коргоруша под передними лапками. Тот на него недовольно зашипел и потянулся к Жорику.

– Сиди спокойно, – потряс ему пальцем перед мордой Жорик. – Ты уже вон какое пузо отъел. Потом еще подкрепишься.

Не глядя на Алекса, Жорик повернулся к завесе. Рома и Сережа сели на снег у кромки дыма. Оба обратили ксифосы в рабочую форму.

– Данил, Вика. Начинайте собирать энергию. Серега, Роман – на счет “три”. Жорик – сразу после них подхватывай ячейку. Нечисть, не вырывайся! Действуем быстро. Подача дыма остановится, он быстро начнет разлетаться. Раз. Два. Три!

Две серебристые полоски потекли сначала от ксифосов Вики и Данила к Роме, а следом Рома и Сережа, с задержкой в пару секунд, отправили энергию прямо в сетку. Дым на сетке вздрогнул. Сам Жорик и как будто бы все вокруг замерли.

– Не останавливайтесь! – крикнул Алекс. – Жорик, тяни ячейку.

Жорик застыл. Заметил, как постепенно, по капельке ячейка действительно начала расти. И все было спокойно – сирены не выли, жандармы с овчарками не бежали к ним навстречу. Он выставил вперед ксифос и лишь развел в сторону два пальца, и будто почувствовал, как натянутые струны чужого плетения послушались его жеста, натянулись, увеличились.

– Отлично! Получается! – воскликнул Алекс.

Еще немного, и ячейка стала достаточно большой, чтобы пропустить коргоруша, потом Азу и Барса.

И коргоруш, будто заметив это, закричал, Алекс охнул, и черный зверь через миг уже спланировал на землю.

– Лихо! Стой! – крикнул Алекс. – Жорик, вот нафига?! Нет, стой-стой… Я сам его…

Но коргоруш не подошел близко в сетке. Он, ловко уворачиваясь от рук Алекса, скакал между темными и Сережей с Жориком и жадно запихивал в пасть невидимую добычу.

– Не останавливайтесь! Я… – Алекс прыгнул на коргуруша, тот снова увернулся и упорхнул в сторону, снова что-то запихал себе в рот. Алекс плюхнулся на снег, выругался.

– Да оставь ты его, – буркнул Данил. – Твои крики отвлекают и то больше.

Вика и Сережа кивнули. Жорик с улыбкой заметил, как Алекс скривился, когда коргоруш запрыгнул ему на спину и принялся совершенно по-кошачьи вылизывать заднюю лапу.

Ячейка меж тем растянулась достаточно, чтобы пропустить и человека. Жорик чувствовал напряжение в пальцах, будто чары всем весом (есть у них вес вообще?) повисли на них.

– Жорик, держишь? – спросил Алекс, согнав коргоруша и отряхиваясь от грязи. – Ну что, идем?

– Сначала собак, – возразил Серега. Он опустил ксифос и потряс руку, кивком головы послал Барса и Азу вперед. Они послушались легко, будто понимали не только команды и жесты, но и мысли.

У голубых елей сразу осмотрелись, обнюхали землю и выжидательно обернулись к ребятам.

– Теперь можно идти, – разрешил Сережа.

Жорик развел руки, на них будто повисли своды выросшей из ячейки арки. Он с напряжением смотрел, как сквозь нее проходят темные, затем Сережа и Алекс с крепко прижатым к груди коргорушем. С широко расставленными руками, прошел сквозь образовавшуюся арку сам.

– Я оставлю брешь, чтобы мы могли вернуться, – сказал Жорик. Отпустил арку и направил из ладони сгусток воздуха и энергии. Жорик остановил их в арке, чтобы она не упала на землю, не заставила ненароком сигнализацию сработать. Разогнал дым, замел следы ног и лап на заснеженном озере. Наконец, повернулся к остальным. Все они стояли лицом к дворцу.

– Лихо, – пробормотал Алекс не верящим тоном, – мы пробрались…

– В резиденцию Председателя, – ошарашенно протянул Данил.

– Наконец-то! – снова безмятежным тоном сказал Рома. – Наконец-то познакомимся с твоим дядей, Данил.

Жорик поморщился: черт! он совсем забыл о том, что этого Рому надо было отправить домой! Так сосредоточился на этой ювелирной магии, так засмотрелся на коргоруша, что даже не вспомнил, что с ними идет проклятый болванчик.

– Алекс… Он должен был вернуться, – протянул Жорик.

Алекс повернулся и распахнул глаза, будто тоже только опомнился. Нервно облизал губы.

Данил рядом покосился на Рому и, кивнув самому себе, сказал:

– Я за ним присмотрю. Что будем делать дальше?