когда-то

в подземелье у Бездны

Китеж, 2004 г

– Мурка, отстань. Мне ко второму… – мотал Жорик головой, чтобы избавиться от шершавого языка на своих щеках. Хотел было смахнуть кошку, но рука не шелохнулась. Что-то ее держало. Сама рука неприятно покалывала.

Он распахнул глаза и только тогда осознал: ни в какой он не кровати. Никакая это не Мурка!

Вздрогнул: прямо ему в лицо пялились два янтарных глаза. При этом руки и ноги Жорика что-то сковывало. Пара кристаллов в воздухе блекло освещали пещеру.

Он проглотил ком в горле и, стараясь не дышать, вгляделся в скрытого сумраком зверя. И тут же облегченно выдохнул: тонкие хваткие пальцы, кошачьи глаза – детали сложились в знакомый образ. Это всего лишь коргоруш! Жорик хорошо их знал: они не питались неудачливыми юными магами.

В Еловце шумная стая коргорушей жила недалеко от колодца. Они, как и другая мелкая нечисть, часто забирались во двор семьи Жорика, таскали вовремя не убранные припасы и переворачивали мусорные баки. Но больше продуктов их интересовала ворожба – артефакты, ведовские и колдовские амулеты и даже произнесенные заклинания волшебников и магов. Отец говорил, что остаточная магия от сработавших заклинаний – их любимое лакомство. Если это так, понятно, почему их много живет под гимназиями.

Коргоруши вырастали раза в три больше кошки, с некрупную обезьяну. И позой, длинными пальцами на лапах и длинной выразительной мордочкой больше всего напоминали южных мартышек. Только двигались с кошачьей грацией. Это были ночные существа с густой темной шерстью, хищными глазами, длинными кроличьими ушами и парой стрекозиных крыльев за лопатками.

И вот один из них расселся на Жориковой груди и перебирал тонкими пальцами плотные веревки, которые стянули его тело. Еще один коргоруш сидел у ног Жорика и дергал шнурки на кедах. Цокот когтистых лап слышался и вокруг. Правильно, они никогда не обитают поодиночке.

– Может, вы меня хотя бы развяжете? – спросил Жорик.

Сидевший у Жорика на груди коргоруш вопросительно повернул голову и затопорщил уши. Крылья затрепетали, он чуть подпрыгнул и вновь приземлился обратно. Веревки совершенно перестали его интересовать.

Жорик попытался дергать руками и ногами, чтобы ослабить путы. Без толку. Посмотрел по сторонам, наткнулся взглядом на свой ксифос в форме жезла – вдалеке от алтарей Бездны, ближе к одному из коридоров. Шагах в десяти от Жорика в пятне кристального света.

– Ну а ксифос? Передайте мне ксифос, – с безнадеги взмолился Жорик.

Коргоруши так и продолжали ходить вокруг. Кто-то принялся перебирать его волосы, один уже грыз мысок кеды, остальная стая не обращала на него особого внимания. Жорик вздохнул. Как ему высвободиться без ксифоса? Он помнил десяток освобождающих заклинаний… И каждое из них могло сработать и без ксифоса. Но нельзя.

Любой ведич мог ворожить без ксифоса. Но без преобразователя и фильтрующего камня в нем ведичи за каждую ворожбу платили годами своей жизни. Магия разрушала их сердца.

Произнесешь заклинание без ксифоса – умрешь еще раньше. Закон. И мама, и учителя много раз повторяли его, описывали страшные муки, рассказывали, что остаток жизни придется провести на укрепляющих зельях после единственного заклинания, произнесенного без ксифоса. Да и сам помнил скрючившегося от боли соседа в Еловце, остановившего без ксифоса падающее на голову дерево. В общем, строгое табу. Которое даже Жорик ни разу в жизни не нарушал.

Не собирался Жорик нарушать его и сейчас. До ксифоса еще можно добраться. Перекинул связанные ноги набок, подтянул корпус и аккуратно перевернулся на живот. Коргоруши вокруг оживились, заугукали. Жорик поморщился: руки в запястьях заныли сильнее. Теперь он лежал прямо на них, крови поступало все меньше, они, давно связанные, начинали неметь. Надо поспешить.

Он пополз к ксифосу аки гусеница: поднимал тело ногами, подтягивался плечами. Сдвигался сантиметров на десять за раз: ксифос медленно, но верно приближался. Раз, два. Раз, два. Раааз. Два. Раз. На спину вскочил кто-то увесистый. Жорик не удержался и клюнул носом прямо в холодный каменный пол. Взвыл.

– Брысь! – крикнул он, ворочая плечами. – Никакого толка от вас!

Коргоруш высунулся из-за головы и вверх тормашками изучающе посмотрел в глаза Жорика своими медными плошками.

– Мог бы и помочь! – фыркнул Жорик, снова поводя плечами. – Или хотя бы не мешать.

Тогда коргоруш спрыгнул и в два прыжка оказался у ксифоса. Взял его в длинные пальцы и изучающе повертел. Лизнул сферу жезла, попробовал на зуб.

– Ути-ути, коргорушек! Коргорушечек! Дай мне ксифос! – с ужасом глядя на него, протянул Жорик.

Коргоруш протянул было ксифос Жорику, но тут же зажал его под мышкой и поскакал в противоположную сторону. Заскочил на один алтарь, перепрыгнул на другой и скрылся из поля видимости Жорика. Жорик резко перекувыркнулся обратно на спину и закричал:

– Стой! Куда ты?! Нет! Нет! Не делай этого!

Коргоруш сел у самого края Бездны и свесил в нее ксифос.

Жорик даже сообразить ничего не успел, желания не сформулировал. Просто вскочил на ноги, протянул руку вперед, и уже через миг в нее упал деревянный жезл с резными узорами.

Коргуруш встал на задние лапы и облизнулся, глаза его блеснули. Довольно заугукал, а потом растянулся у края бездны пузом кверху, будто только что отобедал.

Жорик опустил взгляд. У его ног валялись кольца перерезанных веревок. Черт.

Прислушался к себе, схватился за сердце: еще бьется? Сколько лет жизни он сейчас потерял? Где ужасные муки? Сердце билось, часто колотясь о ребра, разгоняло кровь по телу. Что ж… стоит подумать об этом, когда-нибудь потом.

Он размял затекшие кисти, потряс ими и осмотрелся. Бездна, алтари разных форм и два прохода. И Жорик, хоть убей, не помнил, каким из коридоров сам сюда вышел. Посмотрел налево, направо. Снова налево.

– Эники беники ели вареники! – переводя палец с одного на другой сказал он. На «варениках» палец остановился на правом коридоре. Жорик кивнул, кинул в воздух несколько ярких огоньков и побежал.

– Угогроу! – раздалось недовольное сзади.

– Пока-пока, коргоруши, – крикнул Жорик, не оборачиваясь, и тут же пошатнулся, когда один из них вскочил ему на спину, быстро вскарабкался на плечо и крепко вцепился в волосы.

– Эй! Ты вообще-то тяжелый! – возмутился Жорик и попытался скинуть нахала, но тот ухватился только сильнее. – Больно же! Я не против, если ты пойдешь со мной. Только не мешай.

Коргоруш подумал-подумал, спрыгнул вниз – крылья его затрепетали, – и бодро поскакал рядом.

– Тебе тоже не понравился Кузар? – хмыкнул Жорик, продвигаясь все дальше по коридору. Коридор выглядел точно так же, как тот, по которому он пробирался к Бездне. Уверенность в том, что он выбрал правильный путь, росла в нем с каждым шагом.

***

Коридор оказался не тот.

Жорик выглядывал в щель под парившим над головой люком – сфера на ксифосе помигивала, заклинание работало автономно. Жорик видел только черные плиты на полу и полоску стен такого же цвета. На них отражались блики алых кристаллов. Не синих. Черт.

Жорик взлохматил волосы. Ну, он только что выбрался из пут сумасшедшего маньяка, чуть не погиб от заклинания без ксифоса, так стоит ли теперь париться из-за возможного отчисления за случайный визит в гости к темным? Тратить время на дорогу обратно?! Когда Марина и Настя… Он сглотнул ком в горле. Нет, лучше и дальше старательно не думать… Потом. Сначала выбраться.

К тому же холл выглядел совершенно пустым. Может, темные вообще еще спят или спокойно сидят себе на уроках. И никто его не заметит.

Жорик сжал ксифос покрепче, каменная плита поднялась выше, еще выше. Еще немного, и Жорик, не дожидаясь, когда она поднимется достаточно, чтобы подняться по ступеням, переполз на пол, проверил, что следовавшего за ним коргоруша не придавит, вернул камень на место. Коргоруш довольно облизнулся.

Жорик отряхнул руки от мелких прилипших камешков. Окинул себя недовольным взглядом: от белоснежного цвета формы, неестественно чистой после пребывания в подземелье, резало глаза. И только после этого осмотрелся. Тут же встретился взглядом с остолбеневшей девчонкой в черном форменном пальто, с вытянувшимся лицом взирающий на него с лестницы. Волосы у нее были ярко-салатовые, на подоле строгого платья виднелась заплатка в тон прическе.

– Привет, Вика. Чур ты меня не видела, – широко улыбнулся Жорик и помахал ей рукой. – Пока!

И, как ни в чем не бывало, пока она не успела поднять крик, направился к выходу. Дернул за ручку двери, но черная резная махина не шелохнулась. Снова потряс – без толку. Черт. Обернулся: Вика так и продолжала ошарашенно стоять на лестнице.

– Выпустишь меня? Ты меня забыла? Мы на турнире виделись. Я Жорик.

– Глефов, да, – кивнула, наконец, Вика и быстро спустилась вниз. – Что ты здесь делаешь?

Едва она коснулась ручки, дверь беззвучно отворилась, и Жорик тут же выскочил наружу и глубоко вздохнул. Ему кажется, или в темной даже дышится труднее? Он попал в ночь, морозец – сколько же он провалялся внизу? Час? Больше? Перед крыльцом слякоть покрылась тонкой ледяной коркой. Коргоруш прижался к ноге Жорика, уже пустившего кокон тепла.

– Я заблудился, – пожал плечами Жорик и спустился с крыльца, но резко обернулся. – Слушай. Какой сегодня день?

– Воскресенье… – непонимающе протянула Вика, вышедшая следом на крыльцо. Осмотрелась по сторонам и достала из карманов желтые варежки.

– Утро? У вас уроки закончились?

– Вечер. Мы гулять собирались.

– Офигеть! Это сутки получается прошли… О, а ты ведь можешь мне помочь!

– Еще больше? – хмыкнула она, но с крыльца следом спустилась. Коргоруш покосился на нее, облизнулся: давай, ворожи, корми меня.

– Данил. Ты знаешь, где он? Мне он очень нужен. Или я ему. Его сестренка в беде.

Вика растерянно опустила взгляд к часам на запястье.

– Так он выйти вот-вот должен, – Вика махнула рукой в сторону темной гимназии и ткнула в коргоруша. – Мы собирались в город все вместе выбраться. Праздник же. Кто это? И что ты сам делал, там, внизу? Что там такое?

– Бездна, – ответил Жорик, беспокойно притопывая ступней. – Ты не знала? Магию нам дает, песенки напевает… Не всем, вроде.

– Мне Марина говорила, что слышит Бездну, – нахмурилась Вика. – Это она не врала что ли?

– Марина? – встрепенулся Жорик. – О. Ну, она не всегда врет. Дэн! Дэн! – замахал он руками и ринулся на встречу к Данилу и Роме, только вышедшим из гимназии.

– Опять ты?! – отшатнулся Данил. – Я же говорил: оставь меня в покое.

Но Жорик взлетел обратно на крыльцо, схватил за грудки и припечатал к створке двери, подставив жезл к горлу. Коргоруш сбоку предвкушающе заугукал. Вика вскрикнула, Рома сунулся было, но Жорик только мотнул в его сторону голову, и из камней крыльца между ним и Жориком начал расти прозрачный твердый пузырь, ограждая Жорика с Данилом. Не то хрусталь, не то оргстекло – не важно.

– Слушай сюда, – спокойно сказал Жорик, чуть ослабив хватку. – Настя в беде. Не забыл еще сестру? Я ее видел. Вчера! А ты давно? Напрягай извилины!

Данил скукожился, потянулся руками к голове.

– Не смей прятаться за проклятием, слышишь? Настя у Кузара. Помнишь прозвище своего дяди?! Данил! Соберись! Тебе надо спасти сестру!

– Глефов! Да отвяжись ты от меня! – вяло протестовал Данил, отмахиваясь. Жорик продолжал держать его, судорожно соображая, что же делать дальше. Одному бросаться догонять Председателя, как оказалось, все-таки не лучшая идея! А Данил… они с ним через столькое уже вместе прошли! Даже несмотря на то, что в Китеже он ведет себя как последний идиот.

– Вспомни сестру! Она в опасности, Даня! – напирал Жорик.

Но Данил молчал, жмурил глаза, пытался сбросить хватку. Хоть голова у него явно болела, но проклятие сопротивлялось, не отпускало.

Тогда Жорик попробовал добавить магии. Ну а что? Раньше он пробовал снимать проклятие либо только словами, либо только заклинанием. Может, объединенный эффект лучше сработает.

И он вспомнил самое сильное из известных ему контрпроклятий: “Ума’сти”. Сфера на навершие жезла засияла так ярко, что зажмурился не только Данил, но и сам Жорик.

Когда свет потух, Жорик еще долго пытался проморгаться. Невольно выпустил Данила, пузырь наверняка тоже лопнул. Но получилось ли? Жорик впервые не был уверен в успехе ворожбы. Перед глазами плыли белые и черные пятна.

– Что здесь происходит? – послышался недовольный женский голос. – Это что, драка?

– Простите, Клавдия Михайловна, – среди пятен раздался голос Данила. – Все хорошо. Это мой старый знакомый. Он мне очень помог.

Жорик различил наконец и побледневшего Данила с резко заострившимися чертами лица. И седую женщину в строгом черном платье – она как раз вышла из гимназии, ступила на крыльцо. А чуть в стороне от нее – Рому с Викой, переводящих взгляд с Данила на Жорика. Пузырь лопнул. Коргоруш развалился пузом кверху на ступеньках и довольно икнул.

– А, ну как скажете, господин Длинноносов, – кивнула она с легкими нотками подобострастия в голосе. Окинула подозрительным взглядом Жорика.

– Мы сейчас вернемся, – кивнул Клавдии Михайловне Данил, дождался, когда она снова скроется в гимназии, и повернулся к Роме. – Я не пойду на уроки. Мне надо идти. Моя сестра… – и повернулся к Жорику. – Настя жива? Я не помню, когда видел ее в последний раз… Что с ней?

– Она у Кузара, – повторил Жорик с облегчением в голосе. – Живая, – и добавил про себя: «даже довольная».

– Как ты это узнал? – спросил Данил.

– Кузар забрал Марину. Якобы на персональное обучение. Я попытался, – Жорик снова поморщился и махнул рукой.

– Марину? На персональное обучение? – уточнила Вика.

– Что еще за Кузар? – спросил Рома.

– Брат моего отца, – покачал головой Данил. – Он… он преступник. Психопат. Из-за него мою семью сослали в Еловец.

– Но твой дядя – Председатель! – возразил Рома. – У тебя их несколько? Позвони нормальному дяде, пусть разберется с этим родственником.

– Я же говорил, родство только… ну номинальное, – покачал головой Данил. – Да и тут Председатель точно не поможет. Надо в полицию звонить.

– И попадешь в психушку, как опасный, не поддавшийся проклятию, – возразил Жорик. – По крайней мере, жандармы точно на его стороне. Я все видел. В общем, Дэн. Рассчитывать на полицию – бессмысенно. Даже мой отец не поможет. Он про Настю с Мариной правда не знает, но я с ним сейчас и не свяжусь никак. Надо самим. Идем, я все объясню по пути.

Данил покосился на Рому и Вику, нахмурился и кивнул Жорику.

– Что вы задумали? – спросила Вика, с тревогой глядя на Данила. Она скрестила руки на груди и зябко поежилась. – Может быть… нужна помощь?

Данил покачал головой:

– Возвращайся в гимназию.

Жорик пожал плечами:

– Кузар – страшно могущественный маг. Даже я с ним ничего не могу поделать. Он опасный. Раньше он убивал женщин.

– Так Кузар или Председатель? – снова спросил Рома. – Что-то я ничего не понимаю.

– Так значит, вы вдвоем не справитесь, – дернула плечом Вика, покосившись на Данила. – Я пойду с вами.

– Ммм, это, конечно, хорошо, – кивнул Жорик, не позволяя Данилу вставить и слова, – но ты должна осознавать: возможно для тебя Кузар будет опаснее, чем для нас.

– Я маг. Я пойду, – упрямо сказала она, глядя не на Жорика, только на Данила.

– Вика, ты не понимаешь, – возразил Данил. – Он похитил мою сестру, он преступник, убийца. Это не игры, не шутки.

Вика хотела еще что-то добавить, но Жорик опередил:

– Дэн, ты не можешь решать за Вику. Я даже этого парня, – тыкнул он на коргоруша, – не отговариваю. Кто угодно может помочь. Поодиночке мы точно не справимся. А в единстве – сила. Я бы за своими светлыми пошел, но… это чертово проклятие! У меня даже нет идей, каким крючком переживаний его можно пошатнуть, прежде чем добавлять магию.

А еще Жорик не знал, можно ли на «своих светлых» здесь и сейчас рассчитывать. На Дэна можно. На саму Марину – оказалось можно. А Алекс с Серегой… Мало того, что прокляты. Чем они помогут против могущества Кузара? Скромный, замкнутый Серега, который наверняка давно дома с родителями. И порывистый Алекс, который даже простых заклинаний собрать не может.

Да и вообще, старый друг лучше новых двух.

– Я с вами, – серьезно кивнула Вика.

– Вика! – отчаянно протянул Данил. – Не надо! Ты же даже не знаешь Настю. Не любишь Марину.

– Но зато я знаю тебя, – спокойно сказала она и нервно поправила челку.

– Не понимаю, что вы задумали? – спросил Рома.

– Пойти в гости к Председателю, – усмехнулся Жорик. – И забрать сестру Дэна домой. Ну и Марину.

– О, так это в гости к самому Председателю? – загорелся Рома. – Тогда и я с вами.

– Нет, Рома. Стой! Я же говорил, мы с ним совсем-совсем никогда не виделись. И он… не вполне тот, за кого себя выдает. Мы идем к моему сумасшедшему родственнику. Это опасно.

Рома характерно потер лоб, поморщился. Любопытно, как странно работает проклятие! Без агрессии… Проклятому что, все равно, что его Председателя практически прямо называют убийцей? Лишь бы не захватчиком власти?

– Ну и что, – пожал плечами Рома. – Ты решил напугать меня опасностью? Вот еще. Ты родственник главы Китежа. Глефов – уже звезда гимназий. Если вы что-то затеваете, такое пропускать нельзя. Вы вдвоем идете, и все лавры вам одним? Куда идти, Глефов?

Вот тут стоило отправить Рому в гимназию, домой – куда угодно. Вика, несмотря на проклятие, осознает опасность хоть немного. Этот, похоже, рассчитывает на веселую прогулку и какое-то связанное с ней внимание. Но он задал слишком важный вопрос, который Жорик не мог пропустить. И не знал, что ответить.

Действительно, куда идти? Штурмовать Кремль? Попробовать воспользоваться «племянником Председателя» как пропуском? Пробираться тайно? Или все-таки позвонить отцу?

Не успел Жорик решить, что именно ответить темным, как ночной воздух пронзил крик:

– Жорик?! Жорик! Это ты?!

Первым среагировал коргоруш. Вскочил на лапы, крылья его затрепетали, и он с громким визгом приземлился на голову Жорика, снова больно вцепившись в волосы.

Кричал Серега. Без шапки, не подпоясанный. С двумя собаками на поводке. За ним, чуть подотстав, Алекс. Лохматый, запыхавшийся. С пальто нараспашку, криво застегнутыми пуговицами кителя.

– Мы думали, тебя тоже схватил Кузар! – воскликнул Серега. – Где ты был? Все в порядке?

– А где Марина? – еще на бегу крикнул Алекс.

Жорик хотел было ответить, но его опередили собака. Аза сорвалась с привязи, с перепуганным лаем принялась скакать вокруг, дыбила шерсть и громко лаяла. Коргоруш верещал еще громче. Барс прыгнул было, но, покосившись на натянутый поводок, остановился, не спуская напряженного взгляда с коргоруша. Звери друг другу не понравились.

– Фу, Аза, успокойся, – крикнул Сережа, та резко замолчала и отошла на пару шагов назад.

Жорик снял с головы коргоруша, засунул за пазуху и только рот успел открыть, как услышал:

– Велес меня побери! – ошарашенно протянул Роман сбоку. – Вампилов? А я-то думаю, куда ты делся…

Алекс тут же остановился. Его живое, взволнованное лицо будто вмиг окаменело, но он тут же поморщился, и отмахнулся:

– На что не пойдешь, чтобы с тобой в одном классе не учиться, Новак, – и снова повернулся к Жорику, – Знаешь, где Марина? Где ты был? Тут вся гимназия на ушах. Твои родители тебя обыскались. Ты знаешь, что Кузар забрал Марину?

– Так, – собрался Жорик. Решение того, куда должен выдвигаться их спасательный отряд, пока можно отложить! – Я видел Кузара. Получается… вчера. Марина у него. Я побежал за Кузаром, спустился к Бездне. Там он держал ее. И сестру Данила – знакомьтесь, кстати.

– У Бездны? – не посмотрев на Данила, спросил Алекс. – У Бездны… он убивал…

– Нет-нет, все в порядке! Он увел их обеих оттуда. Куда-то. Говорил, что не причинит им вреда. Я пробовал вытащить их, но ничего не вышло: Кузар меня одним щелчком связал, и я там целые сутки провалялся. К Бездне они не возвращались. Если… Если Кузар и задумал совершить что-то такое, то у Бездны он больше не появлялся. Я только выбрался оттуда. А как вы? Вы же еще вчера ничего не помнили!

– Алекс снял проклятие, – объяснил Серега, пристегивая Аза на поводок, строго посмотрел на нее, та виновато потупилась. – И с себя. И с меня.

Жорик удивленно покосился на Алекса: как это он так смог? У него самого вон только-только получилось с Дэном.

– Потом, – отмахнулся Алекс. – А вы все что? Тоже собираетесь к Кузару? – все закивали. И этот непонимающий Рома тоже, черт. – Можете присоединиться ко мне, – и собранным тоном добавил. – Вот что мы узнали. Кузар редко появляется в Кремле, засел в резиденции Председателя, в Константиновке. Он держит пленников там. Мы знаем, что у него в плену два ребенка. Думали, второй – Жорик, но, значит, твоя сестра.

– С чего вы взяли, что он именно там? – спросил Данил, скрестив на груди руки. Он крайне недовольно смотрел на Алекса, как будто тот ему с ходу не понравился.

– У нас была одна… догадка, – сказал Алекс, стрельнув глазами на Серегу непонятно зачем. – Главное, что ее удалось проверить. Эмманил – Лихо! Через дерево! Вы видели когда-нибудь, как лесовики через деревья общаются?! – он откинул челку со лба и снова продолжил серьезным, немного слишком взрослым тоном. – Темные лесов… лешие из числа окружения Кузара подтвердили, что двое детей с ним в резиденции в Константиновке, на Саврасовой. Туда уже выдвинулись наши нелюди – Эмманил с Флорой, Ясь с теть Касей – все! К ним должны присоединиться и другие лешие и краснали. Не только из-за девочек только. Лешие узнали, что Кузар не будет давать свободы… Возможно, твой отец тоже будет там, Жорик.

– Если он выйдет на связь, – добавил Сережа. – Эмманил сказал, что его с утра вызвали на Сибирский тракт. В дом с орлами.

Жорик непонимающе нахмурился.

– В штаб жандармов, – пояснил Алекс. – Думаю, тут тоже все скоро наладится: я отправил сообщение своему дяде. Он поможет.

– Но… Алекс, – потрясенно перебил его Жорик. Отец там! Рассеянно почесал за ухом сомлевшего от тепла коргаруша. – Жандармы на стороне Кузара. И они не под проклятьем! Я сам слышал!

Алекс нахмурился и кивнул, соглашаясь.

– Предателей много. Но только не Олег. В общем, рано или поздно к Саврасовой могут прибыть твой отец и нормальные жандармы. Но пока на них рассчитывать не стоит. Значит, на встречу к Кузару отправились в лучшем случае десяток леших и до пятидесяти красналей.

– А Эмманил нам сказал вернуться в жилые комнаты, – явно не в первый раз напомнил Сережа. Алекс скривился.

– Ну и возвращайся, – устало буркнул он. Как будто это был их не первый спор за последнее время. – Я собираюсь проникнуть в резиденцию сам. Потому что нелюди не будут ее штурмовать, если хотят жить.

– Алекс! Но они сказали…

– Серега, ты сам не понимаешь, что ничего они не добьются?! Видел, как они долго спорили, что делать? Они боятся. В лучшем случае, они устроят пикет. Привлекут внимание эсбешников. И все. Ведь прессы у нас, по сути, нет. Резиденция – на отшибе. Никто о пикете даже не узнает. Жандармы, вы сами говорите, на стороне Кузара. Значит, и полиция, скорее всего, не поможет, а только арестует нелюдей. Олег и нормальные жандармы тоже пока молчат. А время уходит. Поэтому я пойду сам: я все продумал.

Резиденция граничит с усадьбой Вампиловых. Граница участков – пруд. Сейчас подо льдом. Без оград, заборов и колючей проволоки. И что самое главное: по воде идет минимум охранных чар. Я пока еще могу пройти по территории усадьбы. Могу провести с собой несколько человек. И мы можем постараться проникнуть в резиденцию с тыла. Но охранных чар хоть и меньше, они есть. И тут мне пригодится помощь магов, чтобы их снять. Если у нас это получится, и охрана будет занята пикетом, тогда у нас будет шанс пробраться в резиденцию и вытащить Марину и твою сестру.

– Что же ты это Эмманилу не предложил?! – воскликнул Сережа. Собаки рядом зашевелились, выжидательно смотрели на него, будто ждали команды. – Провел бы красналей!

– Потому что, если поймают красналей – их посадят. А если их встретят мои родители – убьют. В лучшем случае. А меня, Вампилова, с друзьями – не тронут. Мы же пойдем всего лишь погулять по парку моей семьи и совершенно случайно забредем не туда. Я уверен, что мы рискуем меньше, чем кто-либо еще. Перед эсбешниками.

– А твои родители? – заметно напрягся Рома. Похоже, он единственный хоть немного понимал, что же это такое – родители Алекса. – Что будет, если они заметят нас у себя дома? Как они еще не прибили тебя за то, что ты – светлый?

Алекс поморщился:

– Это сюрприз для них. Поэтому нам надо спешить. Даже если Станислав с Маргаритой пробудятся, – а личи часто спят неделями, месяцами, – вас они не тронут. Ко мне у них больше… вопросов. Так что это я беру на себя. Все будет нормально.

– А чего ты не говоришь, кто охраняет резиденцию? – снова влез Сережа. – Алекс, я уже говорил: мы – с тобой. Один ты не пойдешь. Это слишком рискованно. Но все должны понимать, на что идут.

– Да кикиморе понятно, что эсбешники охраняют! – раздраженно воскликнул Алекс. Но выдохнул и снова собранно и спокойно продолжил. – Да, ты прав, детали важны. Эсбе – служба безопасности Председателя. В нее входят лучшие боевые маги Китежа. Но я уверен, что для нас это не критично. Встретимся с ними, сразу скажем, что заблудились. Глупые дети, нас все равно только так и воспринимают все. Еще есть вопросы? Или можем ехать?

Жорик заметил, что Данил смотрит на Алекса недоверчиво. Вика переводит взгляд с него на Жорика, как будто ждет, что кто-то из них скажет финальное слово. Рома смотрел на Алекса насмешливо, но с интересом.

Сам Жорик тут же осознал, что слушает своего напарника по срыву уроков с восторгом. Да, рискованно. Да, не идеально. Но как же он успел все продумать! Аргумент на каждое возражение. Уверенно и четко обо всем рассказывает. И это без Алекса Жорик собирался обойтись в этой операции?

Но и что-то кольнуло. Будто в эстафете, в которой даже не знал, что участвовал, неожиданно проиграл – тому, кто, казалось, победить вообще не мог.

– Я согласен с Алексом. Этот план лучшее, что у нас есть, – наконец, сказал Жорик.

– Стой-стой-стой, – потряс головой Данил. – Как ты собрался снимать защитные чары, которые накладывали лучшие боевые маги Китежа? Чем они проще, чем любые другие по периметру?

Алекс кивнул:

– Я примерно знаю, какие используются плетения в защитных чарах – их ревизию проводил Олег, мой дядя из жандармов. Он рассказывал мне, как именно охраняют резиденцию. По озеру чар действительно меньше. Потому что личей обычная защита все равно не остановит, у Председателя есть более эффективное оружие против них. Зато земля Вампиловых защищена магией первых личей. Ее даже чародеи не могли преодолеть в древности. Эту защиту невозможно снять. Она охраняет не только Вампиловых, но и резиденцию Председателя со стороны усадьбы. К Вампиловым не попадет никто без приглашения хозяина. Никогда. Поэтому плетения на пруду – ерунда. Я уверен, есть шанс, что, объединившись, мы их сможем снять. Вот, смотрите.

Он нахмурился, поискал глазами по земле, покачал головой и, поморщившись, достал свой ксифос. Обернул его в тонкий жезл и, как обычной веткой, начертил им на снегу подмерзшего сугроба примерный план: забор, два дома, волнистая линия защитных чар.

– Вот тут, – ткнул он на точку между двумя участками, – мы сможем пройти прямо к заднему входу логова Кузара. Пройдем через парк, доберемся до резиденции и постараемся найти открытое окно, брешь в защитных заклинаниях или еще какое-то уязвимое место. Так понятнее?

– Нет, – Данил скрестил на груди руки. – Что это ты командовать взялся?

– Потому что я успел придумать план, – пожал плечами Алекс и хмыкнул. – Хотя я, наверное, пропустил что-то важное, и у вас есть идеи получше.

– Дебильный план, – покачал головой Данил и сделал шаг вперед. – Так и снимем мы защиту. Так и не встретим ни одного боевого мага. Так и найдем брешь в защите резиденции самого председателя. Это бред, а не план.

– Есть лучше – предлагай, – рявкнул молчавший было Сережа. – А боишься, никто тебя не держит.

– Так, ребят, – встрял Жорик. – Успокойтесь. Дэн, у Алекса было время все продумать. Он пробовал связаться с дядей… и, видимо, чему-то успел от него научиться… – недостаточно уверенно добавил он. – У нас будет поддержка красналей и леших. Мы не знаем, как там что повернется. Планировать вообще бессмысленно! Все равно эти ваши планы всегда летят к чертям! Главное, Алекс с Серегой узнали место, где Марина с Настей. Я этого не знал. Так что ты – не спорь, – ткнул он в Данила и повернулся к Алексу с Сережей. – А вы давайте-ка помягче оба. Сейчас все мы – команда.

– А что будет, если мы встретим этого вашего Кузара? – едва слышно спросила Вика.

Никто не ответил.

– Кузар, там у Бездны, уверял, что не хочет причинить мне зла, – пробормотал Жорик.

– Я тоже слышал, как он говорил: детей трогать нельзя, – добавил Алекс. – Он был ректором вашей гимназии, долго преподавал.

– И ученики его обожали, – буркнул Жорик. – Ну что, выдвигаемся?

– Извините, но прошу еще минутку, – с непривычным вызовом сказал Сережа, будто ему кто-то до этого не давал говорить. И недовольно покосился на Алекса. – Мы уже видели, что жандармы не всегда действуют по закону. Они могут забыть о наших правах. Забыть, что кто-то там когда-то любил людей, детей и кого-то еще. Возможно, нам придется защищаться. Как мы это будем делать?

– Кто-то может уже ксифос в боевую форму перевести? – спросила Вика. – Я – точно нет.

Мальчики активировали ксифосы. В теории, ксифос принимал боевую форму легко – по желанию ведича. Так же, как из покоя в рабочее состояние. Только встряхнуть немножко посильнее.

Жорик впервые пробовал обернуть ксифос в оружие. Как-то никогда не интересовался даже. Был уверен, что, конечно, как всегда все получится.

Но он снова ошибся. Ну сколько можно-то? День только начался! Он удивленно смотрел на свой прежде послушный жезл и хлопал глазами. Даже не сразу заметил, что Данил и Алекс встали друг напротив друга – один сжимал в руках палаш, другой – шпагу.

Хм. И вот опять его обошли.

– Фехтуешь? – спросил Алекс Данила, чуть ли не впервые взглянув на него с интересом.

– Нас мой папа учил, – ответил за него Жорик. – Дэн меня часто побеждает.

– Всегда, – поправил Данил и вернул палаш в вид цепочки на запястье. – А сам?

– Что-то получается, – отмахнулся Алекс и добавил. – В крайнем случае, сможем работать в связках. По паре ведичей магической поддержки на клинок. Два темных мага, волшебник и… Жорик. Если против нас будет один предатель-жандарм – шансы отбиться есть.

Данил нахмурился, с сомнением посмотрел на Вампилова, покачал головой.

– Надеюсь, до этого не дойдет. Выдвигаемся.

– Ну, наконец-то! – воскликнул Алекс. – Поспешим!

– Ну и забавные вы, ребят, – легкомысленно сказал Роман и первым пошел за Алексом к выходу с территории гимназии.

За ними потянулись остальные. Жорик зацепился взглядом за Рому, вздохнул и покачал головой: «болванчику» в миссии не место, надо за ним присматривать на всякий случай. Оглянулся, больше никого. Впереди Алекс, Жорик с коргорушем за пазухой замыкал шествие. Пожал плечами: коргоруш, две собаки и шесть подростков. Занятная команда спасения.