Иван Крупа поспешил ретироваться из этого жуткого места. Больше он никогда не слышал о колдунье Марии и не встречал ее, но случившееся там запомнил навсегда.
Часть проклятья Огнивы сбылась сразу же – все волосы на голове и на теле у него обесцветились. Иван стал альбиносом. Кожа потеряла меланин и стала белой, как молоко. Вокруг зрачков появился едва заметный красный ободок.
Конечно, такие резкие изменения во внешности не могли остаться незамеченными для окружающих. Многие знакомые не приняли новую внешность Ивана и прекратили общение с ним. Вскоре он потерял свою прибыльную работу, покровители тоже утратили к нему интерес. Было заведено несколько уголовных дел по различным статьям: взятки, сутенерство, убийство – ему относительно везло, ни по одному его не осудили. Иван отсидел полгода в следственном изоляторе Бутырской тюрьмы. В 1905 году в Москве началось Декабрьское восстание. Бутырку пытались захватить восставшие, в основном это были железнодорожники и рабочие. Но у них ничего не вышло – конвой отбил нападение. Сам Иван не участвовал в мятеже, но случайно оказался в центре событий, когда заключенных экстренно эвакуировали из камер в сырые подвалы Бутырки. Шальная пуля, влетев в зарешеченное тюремное окно, пронзила грудь Ивана.
Когда стрельба утихла, заключенного Крупу перенесли на носилках в лазарет. Ранение оказалось серьезным, в лазарете не хватало медикаментов и оборудования для лечения таких ран. Врачи давали ему не больше двух дней…
Во время операции по извлечению пули произошло невероятное: тело Ивана отторгало пулю на глазах у изумленных хирургов. Она сама двигалась навстречу скальпелю, будто искала выход. Шли дни, а Иван Крупа не просто оставался жив, но и выздоравливал с завидной скоростью.
Тем временем пришли бумаги об оправдании Ивана то ли в связи со сменой следователя, то ли за недостатком улик. Точной причины ему так и не сказали, просто выгнали прочь из тюремного лазарета. Для врачей так и осталась загадкой причина быстрого выздоровления подсудимого Ивана Крупы.
Спустя несколько лет он оказался замешан в пьяной драке в трактире с поножовщиной. Лезвие ножа вошло ему в живот, точно над пупком, по самую рукоятку. Было безумно больно, а вот крови почти не было. Оппоненты Ивана со страху убежали. Они прихватили с собой нож, наспех выдернув его из тела и сделав надрез еще шире. На удивление оставшихся посетителей, спустя десять минут Иван вышел из трактира на своих ногах абсолютно здоровый. О только что случившейся драке напоминала лишь дырка на рубашке да пыль на одежде.
Так Иван и узнал о действии второго проклятия Огнивы – он не мог умереть. После этого он вступил в банду налетчиков, которая нападала на любые заведения, где можно было чем-то поживиться. Был несколько раз ранен в перестрелке с полицейскими и один раз в разборке между бандами. Тогда он понял, что несмертельные ранения он переживает, как обычный человек: так же чувствует боль, и для заживления раны ему требуется время, как всем людям. А если ранение смертельное, он чудесным образом выживает и тело его быстро восстанавливается.
Шли годы, Иван старился, как и любой человек. Ему становились неинтересны налеты и грабежи, о чем он и сообщил своим подельникам. В банде восприняли эту новость спокойно и не возражали, но в ту же ночь к нему домой ворвались трое бывших товарищей и оглушили чем-то тяжелым. Очнулся Иван в лодке в центре озера, завернутый в сырую мешковину, связанный по рукам и ногам канатом, с кляпом во рту. Бандиты привязали к ногам Ивана большой камень, снова оглушили и сбросили в воду. Что происходило дальше, Иван не знал. Он очнулся на берегу пруда весь промокший, но совершенно здоровый.
Таким образом, выйдя из-под крыла банды, Иван Крупа решил начать новую жизнь, а вернее – встретить спокойную старость. Подделав документы, он устроился на железную дорогу обходчиком вагонов. Работал честно и прилежно, за что был несколько раз удостоен грамот.
Годы брали свое, Ивану уже было сложно ходить по путям, проверять вагоны. Тогда он стал охранником здесь же, в железнодорожном депо. В семьдесят лет его уволили из-за почтенного возраста и отправили на пенсию.
Прошло еще тридцать лет, а Иван все еще был жив. До него дошел смысл проклятия Огнивы – он старел, но не мог умереть, вот она, расплата за лихую молодость и за связь с Демоном. Тело его с каждым годом дряхлело, болезни одолевали исстрадавшуюся плоть, но Смерти на пороге не было видно. Сначала Иван радовался своему бессмертию. Но в старости радость сменилась разочарованием, а воображение рисовало жуткие образы: вот он становится все более немощным, уже высохшим полускелетом, у него больше нет сил встать, но он продолжает жить и умереть не может.
Пока еще не очень трудно было передвигаться своими силами, Иван Крупа пробовал победить проклятие всемогущего Демона. Он обратился к религии, делал щедрые пожертвования, исповедовался, даже пожил несколько месяцев в мужском монастыре, но ничто не приносило успокоения. Наоборот, в голове поселились мысли, что Богу он не нужен, а Дьявол его не забирает, вот и приходится мучиться на этом свете. Иногда Иван размышлял, что лучше бы его забрала Огнива с собой в преисподнюю. Где-то далеко, в самой глубине своего сознания, он жаждал ее возвращения. Она должна вернуться, она обещала… Но будет ли это избавлением от страданий или станет еще хуже?
Годы шли, старость мучила и иссушала его бедное тело, но жизнь в нем не останавливалась.