Наступило новое утро мая. Максим спал у себя дома на своем любимом диване, повернувшись лицом к стене. Лучи утреннего солнца играли на стенах, с улицы доносилась несмолкающая птичья трель. Макс повернулся на спину, потянулся и, улыбаясь, открыл глаза. Он хорошо выспался этой ночью, мрачные сны его не одолевали, никакие посторонние звуки не мешали спать. Он смотрел в потолок, а мысли его безмятежно летали где-то за окном, вместе с беззаботными птицами, радуясь новому теплому дню.

Он не помнил, как вчера лег спать, да и какая разница, ведь он же дома в тепле, и ему так хорошо, зачем забивать голову какими-то воспоминаниями? «А вообще, какой сегодня день недели? Не нужно ли мне вставать на работу? – спросил Макс сам у себя. – Если опоздаю, то Бухов опять будет искры метать». Максим начал хмуриться. Воспоминания все-таки вклинивались в его безмятежное утро. Куда-то подевалось пение птиц. Сознание разгонялось, как ротор, набирая обороты. «Искры, искры, искры… – повторял про себя Максим. – Что-то с искрами связано… Искры – это огонь, а огонь – это…»

– Огнива! – встрепенулся Макс, поднявшись на локтях.

Она сидела на диване рядом с ним и широко улыбалась.

– Хочешь меня обидеть? – спросила она лукаво. – Ты вспомнил обо мне через своего неприятного начальника. – Огнива сморщила аккуратный носик. – Где Бухов, а где я. И как вообще ты смог забыть вчерашний день? Мы так хорошо провели время вместе, а тебе хватило одной ночи, чтобы все забыть.

Максим упал на подушку и прикрыл глаза рукой.

– Привет, Огнива. Я ничего не забыл, тебя вообще невозможно забыть. Просто еще просыпаюсь, собираюсь с мыслями.

– Ага, слушаешь щебетание птичек, ловишь взглядом солнечные лучи.

Видно было, что Огнива в хорошем настроении – улыбается, подтрунивает. Макс же, наоборот, стал серьезен. Он пытался вспомнить, как закончился вчерашний день, но в голову ничего не шло.

– А как я попал домой? Мы же вчера с тобой были в больнице?

– Ой, Макс, как хорошо, что с нами был таксист. – Огнива интонацией и гримасой сыграла легкое удивление. – Тебе вдруг стало плохо, возле медсестер ты потерял сознание. Врачи сказали, что ничего страшного не произошло, просто небольшое переутомление. И наш друг Фархад любезно согласился донести тебя до машины и отвезти домой.

Теперь уже Макс полностью проснулся, и мысли его пришли в порядок. Он вспомнил весь вчерашний день, вплоть до того, как был в больнице и как разговаривал с медсестрами.

– Странно, никогда еще не терял сознание, – задумчиво произнес он.

– Ничего страшного, такое бывает. Не бери в голову, – Огнива махнула рукой, показывая, что это сущий пустяк. – Организм молодой, растущий…

– Возможно, – ответил Макс и пожал плечами.

Оглядев комнату, он увидел в кресле близнеца Леху. Тот сидел, как каменное изваяние, уставившись в телевизор с выключенным звуком, и не обращал внимания на проснувшегося Макса.

– А где же второй брат-близнец? – поинтересовался Макс у Огнивы.

– Да вон он, в соседней комнате. С Петром Леонидовичем играет в шахматы. – Огни небрежно махнула головой в сторону соседней комнаты. – Дед твой неугомонный. Постоянно просит играть с ним. Не спали всю ночь.

– Да-а-а-а, – протянул Макс, – это он может. Если его не остановить, он будет сутками играть. Ну хоть выигрывает?

– Пока что ничья – 2:2.

– Я не думал, что близнецы способны играть в такие сложные интеллектуальные игры.

– Раньше не могли, – Огнива подмигнула Максу, – но мое благотворное влияние на них дало позитивные результаты.

По телевизору началась программа утренних новостей, в которых показывали торговый центр, а потом и магазин электроники, в котором работал Макс.

– А можно звук включить? – обратился Максим к близнецу.

Леха, не двигая телом и не глядя на Макса, нажал кнопку на пульте.

Послышался голос дикторши на фоне сменяющихся картинок:

«Мы продолжаем наш репортаж с разных мест событий, случившихся накануне в Северо-Восточном округе Москвы. Итак, что известно на данный момент: вчера в первой половине дня двое неизвестных ворвались в магазин бытовой техники, избили директора, Игоря Бухова, и скинули его из окна второго этажа. При падении Бухов повредил одну из машин, припаркованных у торгового центра, и с тяжелыми травмами был отправлен в отделение реанимации. По непроверенным данным, при повторном осмотре, который провели сегодня рано утром, на теле Бухова врачи не нашли ни одного ушиба или синяка. Также сегодня утром нам сообщили в службе информации сто двадцатой больницы, что Игорь Бухов был переведен из реанимации в отделение психиатрии.

В переделку также попал и охранник магазина Алексей Гадков. Он вступил в неравную схватку с двумя громилами и получил телесные повреждения, однако от госпитализации он отказался, сославшись на крепкое здоровье. Известно, что он получил травму головы, многочисленные ушибы тела и гематомы на лице. Врачи говорят, что его здоровью ничто не угрожает, с ним работают следователи.

А мы продолжаем. Эти же двое неизвестных после драки с директором разгромили магазин электроники за считаные минуты. В нашем распоряжении имеются кадры с камеры наблюдения, на которых вы можете увидеть, как двое обезумевших людей уничтожают технику».

Картинка на телевизоре сменилась с цветной на черную-белую. Судя по ракурсу, камера висела над дверью в служебное помещение и снимала весь магазин. В объектив попали касса и вход в торговый зал. На записи видно, как два человека разрушают витрины, кидают товары, отламывают детали от техники и как продавцы в панике покидают магазин.

– Какой ужас, – спокойно сказал Макс. Он, может быть, и хотел, но уже не мог удивляться. – Вы разнесли весь магазин. Теперь понятно, почему оттуда все убегали.

Ответа не последовало, Леха сидел и молча смотрел в экран, а Огнива безразлично пожала плечами.

«Злоумышленникам удалось скрыться, – продолжала диктор. – Сотрудники полиции выясняют все обстоятельства происшествия. На этом странная история в торговом центре не закончилась. В соседнем с магазином техники павильоне расположен спортивный зал для занятий йогой. По словам очевидцев, в тот момент, когда двое неадекватных мужчин громили магазин, в зале йоги происходили не менее странные вещи. А именно, – я подчеркиваю, что это информация от очевидцев и требует проверки, – занимающиеся спортсмены начали ползать по стенам и потолку. В это непросто поверить, но показания всех очевидцев сходятся. Нам сообщили, что записи с видеокамер торгового центра и спортивного зала изъяты, их изучают следователи.

Конечно, сложно поверить в такие чудеса, но не будем делать поспешных выводов, а дождемся окончания расследования и официальной оценки правоохранительных органов. Мы будем следить за продолжением этой истории, а сейчас к другим новостям…»

– Слушай, а ребят-то теперь будут искать, – обратился Макс к Огниве. – Полиция знает, как они выглядят, да еще и есть видео, а это бесспорное доказательство их вины.

– Не переживай, полицейских я беру на себя. Все, что им пока удалось, так это разрушить несколько машин, – спокойно ответила Огнива.

– Это хорошо. А что с Буховым случилось, почему его перевели в психиатрию?

– Видимо, он испытал сильный стресс. Мне пришлось показать ему, с кем он имеет дело. И он оказался в прямом смысле в центре событий. Но ты за него не переживай, ничего с ним не случится. Скоро отпустят.

– В центре событий… – тихо повторил Макс. – Интересно каких…

– Со временем узнаешь, – ответила Огнива.

Громила-близнец нажал кнопку на пульте, переключая канал. Картинка на экране сменилась: на синем фоне с едва различимым абстрактным рисунком в правом верхнем углу горела надпись «прямой эфир», диктор собирал в аккуратную стопку лежащие перед ним листки бумаги.

– Вы смотрели передачу «Парламентский час», – объявил он, одарив зрителей теплой улыбкой.

– Ничего мы не смотрели, – возмутился Леха, – чего ты врешь?

Глаза диктора забегали, а на лице появилось удивленное выражение. После неловкого молчания мужчина деланно прокашлялся и продолжил:

– Вы смотрели «Парламентский час», всего вам хорошего…

– Я тебе говорю, что мы ничего такого не смотрели, – начал злиться близнец.

Диктор в недоумении покрутил головой, поправил бордовый галстук и спросил кого-то за кадром:

– Ты слышишь? Кто это говорит?

Судя по всему, ему что-то ответили в наушник. Диктор кивнул и улыбнулся.

– Передача «Парламентский час» закончилась, всего вам доброго и до свидания, – с еще более теплой интонацией, чем в первый раз, сказал он.

– Ишь ты, выкрутился, хамло, – парировал Леха.

– Нет, так работать невозможно! – не выдержал диктор. Он ослабил галстук. – Кто это говорит? Хватит влезать в мою программу.

– Так ты не обманывай людей, никто тебе мешать не будет.

– Позвольте, в чем это я обманываю?

– Ты говоришь, что мы смотрели, а мы не смотрели. Я только что переключил канал и не смотрел никакой «Парламентский час».

Удивлению диктора не было предела. Он не знал, что ответить. Потом собрался с мыслями и все же произнес:

– По техническим причинам мы вынуждены экстренно закончить нашу программу. Всего хорошего и до свидания. – После секундной паузы он скроил хитрую мину и ехидно поинтересовался: – Ну что, съел?

В следующую секунду диктор пропал и на экране появилась заставка окончания программы.

– Не, вы видели, до чего дошли на телевидении? Прямо открытым текстом с экрана обманывают, – обратился Леха к Максу, а может, и к Огниве.

Все это время Максим улыбался, молча наблюдая за тем, как здоровяк пререкается с ведущим.

– Вот я ему сейчас покажу – «съел», – близнец сурово погрозил телевизору кулаком.

– Как говорится, докопался, как пьяный до радио, – с усмешкой сказал Макс Огниве, – только в нашем случае это «докопался бугай до телевизора».

– Не обращай внимания, ребята развлекаются, – сказала Огнива и, повернувшись к обиженному на диктора Лехе, сказала: – Отстань от телевизора. Займись лучше делами. Она уже здесь.