За четыре часа до этих событий. Поместье клана Клинка, расположенное на юго-востоке крепости.

У главного здания собралось множество воинов клана, и они в напряжении готовы были атаковать по одному лишь сигналу. В кабинете поместья беседовали двое. Одним из них был глава клана, третий старейшина Бу Чхольён, а вторым – Чхон Ёун. Оба холодно молчали, и атмосфера в комнате казалась тяжелой. В руке у Ёуна была снятая им маска, если бы она была на нем, его и сейчас принимали бы за Хван Ы.

«Отличная система обороны».

Среди шести прочих клан Клинка был одним из трех лучших, достигших своего расцвета. Как только третий старейшина отправил телепатическое сообщение, здание окружила половина всех бойцов клана.

«Как же поступить?»

Даже для Ёуна этот план был авантюрным. Если наследник не сумеет сделать так, как он хочет, то ему не только придется сражаться с кланом Клинка, но и весь план станет бесполезным еще до осуществления переворота.

«Северо-восточное подразделение Школы в провинции Гуандун находится в ведении клана Клинков. Если выйдет хотя бы оно…»

Они смогут помочь Хван Ы, который сейчас выдвинулся в путь с отрядом Негативного Меча. Если отправить войско из Школы за ее пределы, этим можно было бы все испортить, поэтому Ёуну нужна была помощь четырех кланов, у которых были свои силы в каждом внешнем подразделении Школы. Проблема была в том, что у Ёуна были ужасные отношения с кланами.

– Хм-м…

Третий старейшина задумался. Если бы он сначала не выслушал рассказ Ёуна в образе Хван Ы, то без колебаний отказался бы от встречи с наследником или схватил бы его и донес о визите.

«Действительно ли слова наследника – правда?»

У него была причина колебаться. Ведь то, о чем сейчас рассказал Ёун, в последнее время остро чувствовал и он сам, и другие старейшины. После похода ради возвращения Чжэцзяна для Бу Чхольёна это стало ясно.

«Если отбросить личное, в словах наследника есть резон. Если так пойдет и дальше, то стрелы направятся и против нас».

Патриарх вышвырнул даже наследника, которого можно было назвать самой главной силой Школы. Этого совершенно не ожидал не только Бу Чхольён, но и кланы Звука и Скрытого Удара. Если сейчас четыре клана не двинутся в желаемом направлении, то невозможно представить, что будет со Школой.

– У нас мало времени, – сказал Ёун размышлявшему Бу Чхольёну.

До Верховного собрания Патриарха оставалось примерно четыре часа. Подумав какое-то время, Бу Чхольён наконец произнес:

– Наследник, вы же знаете, что, если я доложу во дворец, вы так просто не отделаетесь?

– Это вам решать, – сказал Ёун решительным тоном, и Бу Чхольён нахмурился.

Он несколько раз встречался с наследником и понял, что тот за человек. И чем дальше, тем менее возможным становилось отрицать его упорство и смелость.

– Наследник, а вы знаете, почему шесть кланов, которые можно назвать основой Школы, преклоняются перед родом Чхон? Школа Демона верит в демонического духа Машина и поклоняется огню. Роль Патриарха – общаться с духом, ведь он избрал семью Чхон.

Сто тысяч последователей Школы Демона проводили на небеса Патриарха, который на протяжении долгой жизни общался с духом. Какими бы сильными ни становились шесть кланов, сколько авторитета бы ни завоевывали, они не могли посягать на эту историю, которая была основой Школы Демона. Они знали, что если эта система рухнет, то весь порядок развалится, поэтому не переходили черту.

– То, о чем вы сейчас попросили, равносильно предложению обрушить небо. Ввязываться в войну без причины и морали – все равно что стоять без опоры, – сказал старейшина, несмотря на то что Ёун был потомком семьи Чхон.

Школа Демонического Пути была единственным орденом. Даже если этот переворот удастся, сотни тысяч последователей, разбросанных по всему Китаю, потеряют моральную опору.

– Если упростить, то я не смогу стать центром притяжения?

– Если честно, то да. Даже если на время отбросить наши недобрые отношения, было бы безрассудно следовать вашему призыву… – не успел договорить Бу Чхольён, как черные защитные пластины на запястьях у Ёуна отсоединились и собрались воедино.

– Это же…

При виде блестящего черного меча третий старейшина тут же вскочил с места.

– Господин, что происходит?

Услышав голос Бу Чхольёна, его вассал подумал, будто внутри происходит что-то странное, и отправил телепатическое сообщение. Он был готов ворваться по сигналу. Но в ответ последовала просьба ни в коем случае никого не впускать.

И снова четыре часа спустя.

Увидев, что старейшины окружили Ёуна в защитное кольцо, Патриарх не мог сдержать гнев. Главы кланов тоже не ожидали, что старейшины станут сражаться с воинами охраны, чтобы защитить Ёуна.

«Что это, черт возьми, значит?»

«Старейшины защищают наследника?»

«И что делать?»

Главы кланов приготовились атаковать Ёуна, Марагёма и Ён Мухву по приказу Патриарха, но все как один замерли. Ведь ситуация приобрела странный характер. Красными от лопнувших капилляров глазами Патриарх уставился на старейшин.

– Как вы смеете нарушать приказ Патриарха?

Разъяренный Чхон Ючжон источал неистовую энергию. От его ужасающего гнева у всех присутствовавших перехватило дыхание и побледнели лица.

– Какая энергия…

Больше половины глав кланов были воинами высшего уровня, но противостоять энергии хёнгёна здесь могли только старейшины.

«Я слышал, что он еще не до конца восстановился, но это…»

В присутствии энергии другого уровня лица старейшин посерьезнели. Патриарха не зря называли одним из пяти лучших воинов Китая.

«Справится ли наследник?»

Лоб главы клана Звука и пятой старейшины Хан Сою покрылся холодным потом. Хоть она и решила помогать Ёуну, но ей было страшно лично противостоять невероятной энергии Патриарха.

Ючжон снова заговорил:

– Вы что, предатели?

Казалось, что стоит им неверно ответить на этот грозный вопрос, на них тут же обрушится кара. Старейшины молчали, прикусив языки, и лицо Патриарха стало страшным. Он чувствовал их страх и злился из-за стойкости.

– Так вы предатели…

– Это не предательство, – перебил его Ёун.

Патриарх от возмущения открыл было рот, как вдруг черные защитные пластины на запястьях у Ёуна отделились и сталь слилась воедино. Меч идеальной формы сиял черным и являл собой несравненное произведение искусства. Удивительное, неведомое зрелище привлекло взгляды Патриарха и всех присутствовавших в зале.

Все увидели на лезвии отчетливую гравировку «Меч Небесного Демона», выведенную знакомым почерком. Он был схож с тем, что был запечатлен на камне у входа в крепость, который оставил Основатель Небесный Демон.

– Меч Небесного Демона?

– Что это значит?

– Почему это написано на мече наследника?..

Ничего не понимающие главы кланов растерянно смотрели на черный меч. Внешне клинок был очень похож на оружие Патриарха, но его отличали блеск и полностью черное свечение.

«Как этот щенок?..»

В глазах Патриарха застыл испуг. Чхон Ючжон не мог не узнать черный меч, о котором услышал, когда стал Патриархом, из завещания Основателя. У него в роскошных ножнах на поясе был Меч Небесного Демона, но то была фальшивка. Ведь на протяжении сотен лет никто из Патриархов не обнаружил настоящего Демона, оставленного Основателем.

«От меча исходит чудовищная демоническая энергия».

Нельзя было отрицать, что он настоящий. Патриарх был так растерян, что забыл о гневе.

«Так вот почему эти мерзавцы перешли к нему», – понял Патриарх.

Принять, что меч в руках у Ёуна настоящий, равносильно признанию наследника Великим Небесным Демоном.

– Нет, этого не может быть. Это не он, – отрицал Патриарх, мотая головой.

И тогда он услышал чей-то голос:

– Если признаете меч, всему конец. Докажите, что меч ненастоящий, иначе вам не выбраться из этой ситуации.

Удивленный, он посмотрел туда, откуда послышался голос. Из тени от огромной колонны за местами для старейшин на брата смотрел Однорукий, незаметно пробравшийся в зал.

«Ючжун! Когда ты вошел?»

Он приказал ему не входить во дворец, но тот пришел.

– Вам сейчас не обо мне надо беспокоиться. Если не примете меры, то ваше положение окажется шатким. Сломайте меч.

От совета Ючжуна растерянный Патриарх перестал дрожать. Брат был прав. Как только Патриарх признает, что меч Ёуна настоящий, власть рухнет. Ючжон взглянул на Ёуна и протянул руку.

– Я… хочу взглянуть на меч.

«Что?» – чуть не вздрогнув, удивились старейшины и замотали головами в знак того, что нельзя давать ему меч.

Хоть наследник и продемонстрировал всем меч, но старейшины не знали, что могло произойти, если дать оружие в руки Патриарху.

– Убедитесь сами.

Несмотря на советы старейшин, Ёун поднял меч на ладони и протянул Ючжону. Патриарх поднял руку и попробовал притянуть меч к себе при помощи внутренней энергии. Однако, несмотря на усилия, приподнявшийся над ладонями Ёуна меч непоколебимо висел на одном месте.

– Ты пытаешься провести меня? – недовольно спросил Патриарх.

Ёун улыбнулся и заставил меч переместиться к отцу по воздуху. Патриарх взял рукоять Меча Небесного Демона левой рукой. Он собирался сначала направить энергию в меч, ослабить его, а затем энергетическим мечом в правой руке разрушить оружие. Однако…

– Аы-ы! Ч-что такое?

Как только он дотронулся до меча, ладонь обожгла боль. Патриарх в изумлении отдернул руку, на которой остался красный след.

– Как этот чертов меч посмел? – гневно закричал Патриарх и замахнулся правой рукой с энергетическим мечом на парившее в воздухе лезвие, как вдруг случилось нечто странное.

– Куа-а-а!

Откуда ни возьмись появился огромный черный дракон и заревел, широко разевая пасть. От испуга Патриарх попятился и только так смог уклониться от чудовища. Однако, отойдя шагов на пять, Ючжон вытаращил глаза.

«Как такое возможно?»

Дракон, которого он явственно видел, исчез, как фантом. На том месте, где был монстр, парил Меч Небесного Дракона, источавший яркое черное сияние. Ёун широко улыбнулся, поднял руку и притянул к себе меч.

Оттолкнувший руку Патриарха Меч послушно лег в ладонь Ёуна.

– М-меч Небесного Демона.

– Точно он! – выкрикнули некоторые главы кланов.

Это были главы самых древних кланов Школы, поэтому они с детства слышали легенду о Мече Небесного Демона. Этот чудесный предмет был создан из костей и крови черного дракона и сам выбирал себе хозяина.

– Меч Небесного Демона избрал хозяином наследника! – закричал Го Ванхён, глава клана Демонического Кулака.

И тут главы кланов зашумели. Владелец Меча, выбирающего себе хозяина, наследовал звание Великого Небесного Демона и становился истинным хозяином Школы Демонического Пути.

«Черт…»

От растерянности Патриарх прикусил губу. Он собирался разрушить Меч, но, наоборот, продемонстрировал, что это настоящий артефакт Небесного Демона.

«Время пришло!»

И тогда склонивший колено Марагём поднялся, вынул из кармана зеленоватую нефритовую подвеску размером с ладонь, взял ее обеими руками, чтобы было видно главам кланов, и прокричал:

– Последователи Школы Демона, преклонитесь перед Печатью Небесного Демона!

– Это Печать Небесного Демона?

Главы кланов с удивлением посмотрели на подвеску. На ней четко было выгравировано ее название. Печать изображалась на всех законах Школы, поэтому не было человека, который бы не знал, как она выглядит. Главы кланов разом припали к полу в поклоне. Никто не мог стоять в присутствии Печати, олицетворяющей абсолютную власть Основателя Школы. Старейшины тоже склонили головы.

– М-марагём, мерзавец! – лицо Патриарха исказилось от гнева.

Однако Марагём, не обращая на него внимания, продолжил:

– Я, Марагём, хранитель Печати Небесного Демона, передаю ее наследнику.

– Школа Демона! Живи тысячи лет! Живи тысячи лет! – хором крикнули все присутствовавшие в главном дворце.

Марагём продолжал:

– Передаю звание Небесного Демона наследнику Чхон Ёуну, который получил Меч Небесного Демона, пройдя испытание правителя.

Ёун почтительно преклонил колено перед Печатью.

– Я, кровный потомок основателя Школы Демона Чхон Ёун, принимаю Печать Основателя Небесного Демона.

Присутствовавшие в зале зашумели. На их глазах появился Великий Небесный Демон, титул которого не передавался сотни лет. Это было трепетным событием для Школы Демона.

– Ура!

– Да здравствует Небесный Демон!

– Школа Демона! Живи тысячи лет! Живи тысячи лет!

При виде того, как главы кланов ликуют и выкрикивают лозунги Школы, лицо Чхон Ючжона на этот раз исказилось печалью.

«К-кр… Как? Как?»

Но эта печаль тут же сменилась гневом. Его лицо покраснело, и он посмотрел на Однорукого, стоявшего за колонной. Из-за его вмешательства ситуация разрешилась так печально. Беззаботно прислонившись к колонне, Чхон Ючжун покачал головой и с издевкой сказал:

– Вы проиграли ничтожной пешке. Больше я не смогу вас защищать, брат. Хи-хи.

– Как ты смеешь! Мерзавец! Насмехаешься над правителем? – раздался громкий крик Патриарха, и в зале тут же стало тихо.

Все подняли головы и посмотрели на Патриарха, а он с красным от гнева лицом вглядывался в сторону колонн и тяжело дышал. Зрачки Ёуна и старейшин дрогнули. За колонной, куда смотрел Патриарх, никого не было.