Стейси

В восемнадцать я дала себе обещание: «Будет страшно, непривычно. Но я справлюсь». Без понятия, как в той головке родились такие мысли.

Как нашлись силы оставить все и уехать в незнакомый город одной. Я благодарна себе за тот путь, что проделала. Без своей силы у меня не было бы будущего. Даже такого плохого, как сейчас.

Ради той восемнадцатилетней малышки я буду продолжать жить. Когда-то она нашла в себе мужество взять саму себя за руку и уйти от плохого. Я тоже смогу. Кайден ушел, оставив меня одну. Все, как я хотела.

Я мчусь в ванную.

Хочу стереть с себя эту грязь. Отодрать куски гадости, что испытала, мочалкой. Это невозможно. От кусков можно избавиться, только если сжечь себя или облить кислотой, чтобы изуродовать окончательно, покончить с собой.

Не хочу думать о лезвии, что до сих пор одиноко лежит в мусорном ведре, но так или иначе возвращаюсь к низкосортным мыслям. Наскоро принимаю ледяной душ, оборачиваюсь полотенцем, выхожу из комнаты.

– Фостер?

Муж моей подруги сидит на кровати.

– Что-то с Мэделин?

– С тобой, Стейс.

Ригхан послал его присмотреть со мной.

– Поздно. Надо было приходить раньше!

– Стейс, выслушай!

– Фостер, пошел вон! Я не хочу видеть ни тебя, ни твоего друга.

Друг Кайда потирает глаза и чешет ногу через спортивный костюм. Кажется, его оторвали от тренировки. Волосы Рона мокрые. Принял душ и сразу приехал ко мней? Ригхан умеет портить людям жизнь.

– Вон! – Повышаю голос.

Если до него не дойдет, я объясню по-другому. К счастью, крайние меры ни к чему. Рональд уходит. На душе становится небывало легко. Я чуть ли не лечу к гардеробной, где переодеваюсь в пижаму. Сушу волосы, напевая мотив веселой песни.

После разговора с Кайденом я ожидала от себя любой реакции. Но явно не той, что сейчас. Более четырех лет приходилось выживать на судне, бороздить океаны и пытаться найти смысл, почему я здесь остаюсь при морской болезни. Сегодня мое судно пыток причалило к берегу. Может, поэтому я чувствую себя так свободно?

Я уверена, Ригхан жалеет о сказанном и сделанном после того, как я ему рассказала об изнасиловании. Самой легче, что больше не буду скрывать причину своего побега.

Зарываюсь в постель. Цель на сегодня: постараться не испытывать никаких потрясений. Чтобы отвлечься, включаю себе сериал. Чем угодно забью свою голову, только бы не думать о собственной драме. Часы пролетают быстро, а моя семья так и не возвращается. Терри бы обязательно прибежал ко мне поделиться впечатлениями от собранной железной дороги.

– Что ты здесь делаешь?

– Охраняю твой покой. – Поднимается с пола Рон, когда я выхожу из комнаты и натыкаюсь на него.

Он что сидел здесь все это время?

– Хочешь перекусить? Я как раз иду делать бутерброды.

– Не откажусь.

Мы идем до кухни в тишине. Когда я открываю холодильник, Фостер произносит:

– Я не считаю тебя шлюхой.

– Правда, что ли? – Я издеваюсь над ним.

Во мне возродилась потухшая уверенность. Мне по барабану, кем и кто меня считает. Любой похерист ликовал бы! Главное, что я сегодня окончательно поняла, что ни в чем не виновата. Только разве разочарована в своем добром сердце и доверии к людям.

– Я был не прав. Мы с Кайденом виноваты.

– Знаешь, Рон, мне плевать! Какая разница. Ригхан может ехать к Грейс. В мести, вроде как, больше и нет смысла.

– Вам нужно поговорить.

Игнор с моей стороны. Мне больше не о чем говорить с Кайденом.

***

– Я повторю только один раз: Стейс моя девушка! То, что мы когда-то там расстались ничего не гарантирует.

Стоило отойти от Макса на минуту, как Кайден уже появился у ворот моего дома. Две недели прошло с нашего последнего разговора. Он еще не уехал? Грейс, наверное, заскучала уже. Пора жениху и честь знать, возвращаться.

– Ригхан, не порть мне жизнь. Проваливай!

Я пытаюсь быть такой же черствой, как и он в период своей мести. Исключение – бездушие распространяется только на Кайдена.

– Ты не поедешь с ним.

– Мы не в отношениях, чтобы твое мнение хоть что-то значило.

Нарочито иду от бедра в приподнятом настроении. Оно у меня сегодня чудесное, не надо мне его портить. Сажусь в машину к Максу и крашу губы ярко-красной помадой. У меня ужин с другом. Я учусь жить жизнь без манипуляторов.

– Ты очень красивая, – шепчет парень в присутствии Кайдена.

– Ты тоже идеально выглядишь.

Максу очень идет деловой стиль. Странно, что я заметила это так поздно. Друг был в костюме еще в нашу первую встречу. Наверное, моя голова была забита кем-то недостойным, чтобы заметить такого шикарного мужчину рядом.

Стараюсь не смотреть, с какой злостью смотрит на нас Ригхан, стоит Максу завести автомобиль. Мой личный водитель не раскрывает всех секретов вечера. Для меня остается загадкой, в какое именно заведение мы отправимся сегодня.

Чем больше мы сближаемся, тем больше я вижу в себе Макса. А в нем себя.

Оба играем в теннис, обожаем детективы: я люблю читать, а друг – смотреть. В прошлом девушка Макса изменила ему с его лучшим другом. Прямо, как у меня с Деем! А еще парень в раннем возрасте потерял мать. Никто не понимает меня лучше Макса. Иногда я шучу, что он подарен мне Богом. Друг же отшучивается, что не такой идеальный, каким может показаться. Я не верю. Где можно проголосовать, чтобы этого человека причислили к лику святости? Я куплю все голоса!

Нет двух более похожих людей, чем я и Макс. Мы родные души.

Он заботится обо мне, звонит каждый день, куда-то приглашает. Я нечасто соглашаюсь, считаю во всем должен быть баланс. Максимум наших встреч – это полдня, потом я быстро устаю физически, меня клонит в сон. Если часто видеться, быстро надоедим друг другу.

С Кайденом такого не было. Ты была готова жить у него на руках.

– Почему мы выехали за пределы Ванкувера? – Приветственная табличка с названием города остается позади.

– Черт, забыл сказать тебе. Этот Кайден умеет сбить с толку.

Я смеюсь над верно-подмеченной фразой насчет Ригхана.

– Он такой.

– Стейси, мне нужно забрать посылку от брата. По пути из Торонто у водителя, доставлявшего коробку, сломалась машина. Он дал адрес, куда можно подъехать. Ты же не против, если заскочим и заберем?

– Без проблем!

Наверное, там что-то важное, раз Макс так торопится. Я гляжу на спидометр, стрелка пересекла отметку сто сорок. Пальцами впиваюсь в ремень безопасности и вежливо прошу сбавить обороты.

– Прости, – милая улыбка. – Не хочу пропустить ужин с тобой. А, учитывая, как нечасто ты соглашаешься увидеться, наша встреча на вес золота.

– Все нормально. Я не обижаюсь.

Через двадцать минут езды мы оказываемся на пустынной территории. Повсюду какие-то железные конструкции, сложно назвать это зданиями. Скорее, походят на гигантские сараи.

Я выхожу вместе с другом, размять ноги и затекшую задницу. После пятнадцатого звонка от Кайдена мое терпение лопается.

– Что тебе надо? – Отхожу подальше от автомобиля, оставаясь на этом пустыре в одиночку.

– Он рядом?

– Какое тебе дело? – Мне кажется моя жизнь – это больше не дело бывшего.

– Отвечай на вопрос, Рейвен. Макс находится поблизости?

– Пошел ты к дьяволу, Ригхан!

– Держись от него максимально далеко. По возможности беги. – Спокойный голос в трубке и шум дороги на фоне.

Шутка, что ли?

– У нас свидание в ресторане. – Лгу, никакое у нас не свидание. Дружеский ужин, не более. – Дай мне спокойной жизни. Без твоего участия! – груба я.

– Рейвен, услышь меня. Это первая и последняя просьба…

Я пинаю каблуками камешки на земле. Какой же занудный разговор. Тошно! Я помню предупреждение Кайдена о том, что если я не буду с ним, останусь одна. Бывший решил мне насолить? Не выйдет! Почему-то я не препятствую его отношениям с Грейс. Пора бы и ему отвалить от меня, заняться своей жизнью.

– Пошел ты нахрен, Ригхан!

Выключаю телефон и бросаю его на сиденье тачки. Может, у Кайда горячка? В любом случае, разбирается пусть с этим сам. Нечего портить мне настроение подобным бредом. Макс стоит у двери в непонятное здание с каким-то мужчиной.

– Стейси, иди к нам! – Машет друг.

Лысый незнакомец с рыжей бородой улыбается мне в знак приветствия, когда я подхожу ближе. Мужчины, как истинные джентльмены, игнорируют мое нелепое хождение на каблуках. Макс подхватывает меня на руки, когда я в очередной раз увязаю в земле. Проклятые туфли! Они не виноваты, что их владелица приехала сюда. Каблуки предназначались для ресторана, а не этого места.

– Меня зовут Стейси. Приятно познакомиться! – Я протягиваю ладонь мужчине, который на две головы выше моего друга.

Молчание незнакомца, похожего на бандита из девяностых в СССР (о них я узнала в одном из фильмов про Шерлока Холмса), удручает. Таким типам характерно подобное поведение. Я стараюсь не обращать внимание на заминку.

– Хвоста не было? – Осипший голос бандита вызывает неприятные мурашки. Звук его речи, как скрежет вилки по тарелке, раздражающий.

Макс дает отрицательный ответ.

– Девку внутрь. – Велит лысый.

– Макс? – Я оглядываюсь по сторонам, когда водитель нашей семьи, вносит меня внутрь. – Макс?

Блеклые зеленые стены наводят ужас. Из мебели только два стула из дерева без спинки и прожженный диван горчичного цвета. Одиноко висящая лампочка не позволяет разглядеть помещение. Подобное уродство можно увидеть в страшных фильмах, где над людьми измываются психопаты.

Сильный кашель сковывает мое горло из-за мерзких запахов, портящих воздух. Никакой вентиляции и проветривания.

– Что происходит?

Вместе с моим вопросом в комнате появляется новое тело – брюхатый мужик с сальным лицом и ядовитым смрадом. Смело могу предположить, что он не мылся около месяца. Пот, вонючий дым, исходящий от табака, торчащего у него в желтых кривых зубах.

Гвоздь программы пришел не один, а со стулом и двумя лентами скотча на руках.

– Твой папаша натворил дел. Ну что, шлюшка, готова расплачиваться?

Я кричу и брыкаюсь.

– Убери свои грязные руки! – Задыхаясь от зловонности безобразного человека, пытающегося связать меня. – Уйди! Нет! Нет! Макс? Макс? – Меня трясет. Я воплю так, словно меня режут. И что делает друг? Он удаляется. Просто уходит, не оборачиваясь.

Неужели я ничего не значу для него? Мы же столько месяцев провели вместе. Как он может вот так просто уйти? А как же наша неземная связь? Как же ужин, на который Макс так долго упрашивал меня пойти?

Я дура. Это понимание приходит только со временем.

Меня связывают, предупреждая, что кричать бесполезно, и лучше бы мне заткнуться, пока все не стало хуже:

– Будешь брыкаться, Билли вколет тебе препарат. Нам нравятся послушные куклы.

Я сглатываю отчаяние. В глазах витают мушки при упоминании последних двух слов. Качаю головой, не желая вновь повторять тот опыт. Больше не хочу отключаться. Я заставляю себя замолчать, потому что не готова вновь становиться послушной куклой. Самое худшее – это потерять контроль над собой.

Интуитивно поджимаю губы, чтобы из уст не слетел лишний звук. Раздражать людей, в чьих руках моя жизнь – первый шаг на пути к смерти.

Горючие слезы стекают по щекам. Я безуспешно пытаюсь остановить рыдания. Хорошо, что уроды оставили меня одну. Возможно, у меня получится сбежать. Я прислушиваюсь к происходящему и анализирую видимое. Кажется, слышу звук подъезжающей машины.

Внутри поднимается давно осевшая надежда.

Может, Макс передумал? Да, он точно спасет меня! Наверное, сам пожалел, что оставил меня. Кто-то громко включает музыку. Это такой ход, чтобы привлечь внимание бандитов и вытащить меня отсюда?

Узнаю по звучанию From Ashes! Я слушала ее на протяжении последних недель в своей комнате чуть ли не на всю громкость. Макс запомнил! Кажется, он подает мне знак.

Все же будет хорошо, правда?

– Какого хрена? – Хрипло взрывается амбал, связывающий меня. – Ты, что устроила мелкая потаскуха?

Ходячая мерзость замахивается и со всей дури заряжает мне по лицу. Я ору. Чувство, словно дали раскаленной сковородой по коже. Все лицо горит от боли. Вот-вот и кожа слезет вместе с последующими пощечинами.

Я никогда в жизни так не кричала.

Вскоре сбиваюсь со счету, какой идет удар. Сил на слезы не остается. Удары изматывают, высасывают живость. Я опускаю голову и немного поворачиваюсь в сторону, куда с хохотом входят два других монстра – другое название я им не могу придумать.

– Что за веселье, Юджин?

Этот Юджин, избивший меня до потери сознания, тянется к ширинке на грязных штанах. Я понимаю, что сейчас будет (не до такой степени отключилась). Морального насилия им мало, пора добавить больше физического.

Я закрываю глаза, уже не соображая. Слышу только много голосов и движения мужчин. Что сделали с моим слухом? Это какой-то усилитель мощности звука действует мне на нервы?

Глухой стук. Что-то упало или кого-то ударили? Мучаю себя, пытаясь разлепить глаза.

«Нельзя спать», – напоминаю себе.

Мне страшно. Боязнь, что ситуация прошлого повторится, берет надо мной верх. Берн чем-то напоил меня. Я закрыла глаза, а потом уже не смогла быть такой, как прежде.

Помню мало из того вечера. Почти все крохотными урывками. Мое тело двигалось непослушно, будто больше не принадлежало мне. А еще мне безумно хотелось секса. Берн показался мне Кайденом, дальше туман. Хоу накачал меня чем-то, я поняла это лишь утром, когда обнаружила себя в его постели. Я запаниковала, сбежала от Берна. Он не успел проснуться к моменту моего ухода. Зато потом прислал подарок – видео в честь незабываемой ночи, с его слов.

Открываю глаза. Еле-еле, но что-то все же вижу.

Нет. Это был не глухой стук. Никто не барабанит, никого не ударяют. Убивают. Показавшиеся стуки оказываются выстрелами.

Три тела лежат в кровавых лужах у моих ног. Сейчас настанет моя очередь. Зажмуриваюсь, прощаясь с жизнью. Я следующая.

Наверное, перед смертью у людей что-то проносится в голове. Они вспоминают близких, какие-то запоминающиеся моменты. Смех любимого человека, первый поцелуй, крепкое отцовское плечо, запах мамы, воссоединение после долгой разлуки, объятия лучшей подруги, в которых радостно утонуть.

Я не вспоминаю ничего. Меня не преследует страх или сожаление. Вообще ничего подобного. ПУ-СТО-ТА.

– Стейс, – зовет знакомый голос.

Его я узнаю из миллионов других. И принадлежит он Кайдену. Господи, я уже на том свете? Слышу его и начинаю рыдать. В раю не стыдно плакать. С Ригханом не страшно быть слабой.

– Малыш, открой глаза.

Сильные руки мужчины касаются моих рук, высвобождая из цепких оков. Кайд режет плотный скотч на ногах.

– Стейс, моя девочка, – просит он и плачет вместе со мной.

Я обхватываю слабыми ладошками шею Ригхана, когда он помогает подняться.

– Кайд, я…

Мужчина предупреждал меня, просил держаться подальше. Какая же я наивная дура. Думала, что Макс вернулся спасти меня. Я ошиблась во всем, в чем только можно было. Кайден спас меня. Страшно представить, что было бы, если не он.

Я хотела держаться от Ригхана подальше, однако без него все время попадаю в неприятности.

– Пойдем, – он помогает мне идти. Я медлю, оборачиваясь на тела позади нас.

Что теперь будет? Кайда снова заберут у меня? Я не смогу без него.

Останавливаюсь. Поднимаю ладони к мужскому лицу. Мои любимые серые глаза. Хочу смотреть в них вечность. Ригхан выглядит помятым, но все таким же дурманящим мой разум. Он смотрит в ответ с печалью.

Я хочу его кое о чем попросить.

– Руки вверх! – Зычный ор.

От внезапного выстрела я вскрикиваю. Не успеваю повернуть голову в сторону стрелявшего (он пришел оттуда, куда уходили три мужика), как раздается новый оглушительный звук выстрела. Незнакомый падает замертво. Кайден убил его.

Нахожу серые глаза. Ригхан не смотрит на меня. Его взгляд устремлен куда-то вниз. Пистолет мужчины падает на пол, ноги Кайда подкашиваются. Я чувствую, что он тянет меня за собой. Вниз.

– Нет, нет, нет.

В области сердца большое пятно.

– Кайден, посмотри на меня. Моя любовь, пожалуйста!

Я улыбаюсь, когда он наконец находит мои глаза своими.

– Моя любовь. – Прикосновения такие ласковые, что хочется мурчать. Последний раз меня так гладила мама. Прошло уже столько лет, что страшно от цифр. – Стейс? Малышка?

– Моя любовь? – Мне нравится обращение. – Спасибо за идею. Буду так называть своего мужа.

– Пообещай, что всегда будешь со мной.

– Стейс я не…

– Заткнись, Ригхан! – Сердце сжимается так, словно я вот-вот потеряю мужчину. Не зная меры, впиваюсь в Ригхана, оставляя на его губах отпечаток помады и крови. – Пообещай, никогда не оставлять меня!

Лицо жжет от слез.

– Пообещай, Кайд! – Я молю его и падаю на колени первой.

Псих опускается вслед за мной. Наш тандем… он же не рушим.

Взлетит Кайден – взлетит Стейс.

Разобьется Ригхан – разобьется Рейвен.

Все не может закончиться вот. Ригхан не может умереть на моих руках. Несколько минут назад я не боялась потерять свою жизнь. Мне было все равно, что со мной будет. Теперь на моих коленях лежит голова любимого человека. Мои руки красные, потому что я пытаюсь остановить кровотечение. С каждой секундой крови становится больше. И сейчас я больше всего на свете боюсь потерять Ригхана.

Это выше любви, я жизнь за него готова отдать.

– Где твой телефон?

Ему нельзя спать, а мне нужно молниеносно что-то придумать.

– Кайд, Кайд, – шепчу я, видя как он закрывает глаза и больше не открывает их. – Вернись ко мне, Кайд!

Слезы капают на любимого. Правой рукой я надавливаю на рубашку, превратившуюся из белоснежной в ярко-алую. Левой тереблю лицо Ригхана.

– Не оставляй, только не сейчас.

От страха зуб на зуб не попадает.

– Просто поговори со мной! – Сквозь хлыщущие рыдания, я продолжаю говорить с ним. – Мне… мне так это нужно, Кайд. Я прошу тебя.

Я впиваюсь ногтями в его плечо в надежде хоть так успокоиться и прогнать дрожь, сковавшую тело. Ригхан сильный, он должен справиться. Мы не имеем права потерять все на такой ноте. У нас же впереди целая жизнь.

Он – мой самый главный человек. Я не готова сейчас его отпускать. Да, и вряд ли буду. Только, если он станет старым вонючим дедом. Но это же случится так нескоро. Лет так через семьдесят! Семьдесят лет нам хватит, чтобы насладиться друг другом? Когда возраст Ригхана достигнет века, я подумаю о расставании, но не сейчас.

Я оставляю Кайдена в здании и бегу к машине. Резко поворачиваюсь к проезжей части, откуда доносится зов серен. Это бригада скорой помощи! Мне нужно остановить их, чего бы это не стоило. Они должны спасти мою любовь.

Никто не должен нас разлучить!

Нельзя так издеваться над теми, кто любит. Я буду бороться до конца.

Бегу так, как никогда не бежала. Босая, по земле. В ноги вкалывается всякая херня по типу веток, камней. Плевать! Я вылетаю на дорогу. Скорая едва успевает затормозить.

– П-помогите, мой муж… он…

Черт, соберись, Рейвен!

– У него ранение. Я не знаю. О-огромное пят-тно у-у-у сердца. П-пожалуйста.