Кайден

Спустя неделю

Помню каждую деталь нашей последней ночи со Стейс. Только кому от этого легче?

– Ты пьяная. – Заключаю я, глядя на вид Рейвен сзади.

Красное бикини. Сучка любит стринги. Она поворачивается и усаживается на мои колени.

– Нет. Я не пьяная. Я очень счастливая. – Твердыми сосками кобра трется об меня.

На утро верх купальника я нашел на вешалке в своей ванной. Оставила его невзначай типа, да?

Похороны отца пролетели, как в тумане. Пришел – ушел. Сердце дрогнуло только в момент, когда у Стейс случилась истерика. Я удержался, чтобы не сорваться к ней. Если бы поступил иначе – это значило бы только одно: я на ее стороне. Хорошо, что память хранит в головном отсеке и плохое. Видео с Берном стало поводком, удерживающим от ошибки.

Я не сошел с ума от Рейвен. Свои планы на девушку помню.

У меня была идея забрать все у семейки Рейвен. Взвесив все за и против, понял, что неразумно так поступать. По этой причине я не забрал их дом и предложил выгодные условия Джонатану. Рейвены смогут еще на пару лет задержаться в Ванкувере и спокойно жить по соседству с Ригханами по одной причине – я еще не закончил со Стейс. На девушку у меня особые цели. Я расшатаю ее нервную систему так, что останутся одни щепки. После меня смерть для Рейвен покажется раем.

Не ценила то, что было? Получит то, что заслужила. Мелкая потаскушка!

Я устал быть добряком, хорошим мужчиной. До последнего ведь верил в честность других, порядочность. Какая к херам в мире может быть порядочность, когда женщины прыгают на других мужчин? Когда партнеры, с которыми мы работаем на общий успех, предают? Мир пробивает очередное дно.

Я не боюсь смерти с момента убийства Дороти и заключения в психушке родным отцом. Тогда моя вера во что-то лучшее пошатнулась. Я мог верить только себе. Потом появилась Стейс. Такая хорошенькая, ангел воплоти. С ее появлением моя жизнь стала другой. Я держался за девушку, как за шанс на новое. Рейвен вызывала столько эмоций, столько чувств…

– Джонатан у себя? – Прохожу мимо охраны, но останавливаюсь, замечая своего приятеля.

Я пришел без предупреждения.

– Привет, Кайден! Немного задерживается, можешь подождать в гостиной.

Я киваю в знак благодарности. С Домиником мы вместе играли в хоккей, еще в младших классах. Улыбаюсь сам себе, вспоминая, как Стейс была озабочена моим первым визитом в ее дом. Доминик помог.

– Только не переходи грань. Я отвечаю за эту девчонку, Ригхан! Если что-то пойдет не так, мне отрубят голову. Но перед этим будут издеваться самыми…

– Заткнись! Я сказал, все будет в норме. Значит так оно и будет.

Я вхожу в гостиную и моментально цепенею. Теплые воспоминания смывает, как разрушительной волной в шторм. Перед глазами сидящая за столом и хохочущая над шутками водителя Рейвен.

Кто-то решил поиграть с моей игрушкой?

Только я имею права наслаждаться Рейвен. Играть, трахать, любить, ненавидеть, причинять боль.

Он посягнул на мое.

Паренек улыбчиво вешает лапшу на уши, заставляя резвиться Стейс. Он вселяет в нее уверенность на лучшее будущее. Идиот.

Я пришел пораньше, чтобы перехватить Рейвен на разговор. Моя месть продолжается. Расшатать нервную систему бывшей не составит труда и в этот раз. Она слишком доверчива. Слишком любит меня. Я же просто исполняю роль бумеранга. Восстанавливаю баланс. Возвращаю то, что должно достаться девушке. Унижения. Боль. Истерики. Бесконечные слезы.

Да, мои чувства под сомнениями. Я уехал из Ванкувера, потому что готов был простить Стейс. Захотел нарушить свое главное правило – относиться к людям так, как они относятся или когда-то относились ко мне. Мной ничего не забывается. Чертенок на моем плече досконально ведет запись.

Уверенно направляюсь за стол. Для меня не существует Макса (кажется, так его называл Джонатан), вижу только Стейс. Трепка прекращается, когда я сажусь строго напротив Рейвен. Макс через стул от меня. Держит расстояние – хорошо. Я молча наблюдаю за побледневшей говоруньей. Стейс сутулится и облокачивается на стул, отпрянув от стола. Мое присутствие напрягает ее.

Моя собственническая аура витает повсюду с момента, как я вошел в дом. Я кидаю взгляд на появившуюся в комнате Сару, краем глаза вижу, как Макс мнется. Парень покусывает губы. Как девчонка, честное слово.

– Мне пора.

– Я провожу тебя. – Вскакивает на ноги Рейвен.

Тебя? Они перешли на ты? Стейс это серьезно? Может, головой где-то ебанулась?

– Не стоит. – Отмахивается водила.

Ему повезло, что он дал именно тот ответ, который я от него ждал. При другом раскладе случилось бы непоправимое. Стивены – бывшие водители семейки Рейвен уже поплатились. Малышка нехотя опускается на стул и переводит взгляд с парня на меня. Я смотрю на нее. С удовольствием бы намотал сейчас копну на кулак и жестко трахнул.

Она непослушная девочка.

Она заслужила.

Стейси

Я дожидаюсь, когда Макс с Сарой покинут комнату. Задаю вопрос, что крутится на языке последнюю неделю:

– Почему ты остался?

Свет в комнате психа горел каждый вечер. Не могу сказать, что не подглядывала. Сложно не следить за человеком, который поселился в голове и терзает 24/7.

– Не обольщайся. Не из-за тебя. – Кайден растягивает фразы, всматриваясь в мое лицо. – Смерть отца – это не просто погребение тела, но еще и бумажная волокита. Решу дела, уеду. – Еще одно подтверждение, что я нахрен Ригхану не сдалась.

Я никогда и не нужна была ему. Вряд ли он вообще любил меня.

Поднимаюсь со стула, придвигаюсь ближе и смотрю в серые глаза. Он игнорировал каждое мое сообщение те три дня, что я писала ему с момента похорон Рэймонда. Неужели не было минуты, чтобы ответить?

Уголок губ Ригхана ползет вверх. Психопат, не стоящий и минуты моего времени. Он манипулирует мной, играет. А я, дура, ведусь.

Я ухожу из гостиной, не оборачиваясь. Где-то в глубине души надеюсь услышать шаги позади или голос Кайдена. Но ему это не нужно. Ригхан не идет за мной.

Спустя два часа

«Может завтра?»

«Давай»

Любая авантюра ради отвлечения от того, для кого я лишняя.

Ненужная кукла.

Макс предложил завтра сходить в кино. Вышел какой-то боевик. Не люблю этот жанр фильма, но друг очень ждал его выход в прокат. Я решила, что дам шанс чему-то новому в жизни. Не фильму, а Максу.

Вчера он вернулся из отпуска, поэтому я пригласила парня в гости на чай. Мы обсуждали за столом его поездку, как внезапно на нас обрушился смерч по имени Кайден. Я злюсь на него больше, чем показываю.

– Стейси, ты не хочешь поиграть?

– Терри! – радуюсь появлению брата. – Ты вернулся?

Он с отцом ездил в магазин игрушек.

– Да, давно. Папа купил мне железную дорогу. Поможешь собрать?

– Конечно! Подождешь меня в своей комнате?

– Ага.

Я ставлю телефон на зарядку, убираю вещи в гардеробную и отправлюсь в комнату брата. Он живет в другом крыле дома, его комната рядом со спальней родителей.

– Потянуло на кого попроще? – Дорогу преграждает Ригхан.

Меня уже не удивляют его внезапные появления. К ним я привыкла. Не могу только никак смириться с резкими исчезновениями.

Разворачиваюсь, направляясь туда, откуда пришла.

– Прекрати меня терроризировать. Я устала.

– А я повторю вопрос. Потянуло, на кого попроще, Стейс, будущая Ригхан? Не будешь со мной, не будешь ни с кем.

Что за бред? Он издевается?!

– Я никогда не буду с тобой, псих!

Кайд собирается бросить в ответ что-то хлесткое, но его прерывает появившийся Терри.

– Вы что, ругаетесь?

– Нет. – Единогласно отвечаем мы, переглядываясь.

– Стейси, мы уходим.

– Куда?

– К Линдси. Они позвали нас в гости. Я возьму подарок папы с собой.

– А Роза?

– Мы посадим ее в инвалидную коляску и повезем с собой.

– Я с вами! —Только бы не оставаться с Ригханом. С меня хватит его ненормальности.

– Останься! – Просит Кайден.

Он делает шаг ко мне и шепчет, что хочет поговорить. Да неужели! Каждое его действие выводит меня из себя! Я мешкаюсь. Стоит ли вообще давать ему шанс? Поджимаю губы, смотрю в глаза Ригхана, пытаясь принять решение. Его плещущаяся мольба во взгляде не оставляет меня равнодушной. Хорошо, пусть этот вечер расставит все на свои места. Окончательно. Раз и навсегда. Я соглашаюсь.

Вскоре вся моя семья разъезжается. Кайден выключает свет в моей комнате и заставляет сесть на кровать. Сам садится на подоконник.

– Что бы ты не говорил мне, я не люблю тебя и не собираюсь быть с тобой. – Обида на Ригхана свежа.

– Не забудь об этом, когда будешь смотреть другим мужикам в глаза и вспоминать только мои.

Я опускаю голову. К чему все это? У него есть девушка.

– Ты гребаный псих!

– Кобра, ты говоришь мне это с самой первой встречи!

Я подхожу и со злости залепляю Кайду пощечину. Котел с эмоциями накаляет мою восприимчивость, заставляя не думать о последствиях. Я стучу по груди Ригхана кулаками, но это его только забавляет. На моем лице расцветает улыбка. Точно псих, не иначе! Кайден выглядит так, словно в него вселился Джокер. Из-за безумного злодея я начинаю сомневаться в собственной адекватности.

– Все ради твоей безопасности!

Пугать моих потенциальных парней?

– Моя безопасность – это твое исчезновение с планеты, Ригхан! Будь так любезен, – кривлю рожицу, изображая максимальное отвращение к мужчине, – избавь меня от дурной компании в обличии тебя.

Он мотает головой, не собираясь оставлять меня в покое.

С губ слетают острые ножи в виде слов. Надеюсь, они оставят глубокие порезы в его душе. Я не хотела этого говорить до последнего, но у кое-кого проблемы с восприятием:

– Моя жизнь сразу же пойдет в гору, если ты исчезнешь. Оставь меня в покое! С твоим появлением той ночью все начало только усугубляться. Из-за тебя моя жизнь трещит по швам.

Я закрываю рот рукой, не желая верить в то, что все это сказала. Твою ж мать! И кто меня тянул за язык? Кайден не двигается… Ну, и чего же ты молчишь? Давай! Набросься на меня, прижми к стене, прошепчи угрозы, запугай меня, сделай так, чтобы из моего грязного рта никогда не вырвались подобные вещи.

Я не хочу, чтобы он уходит. Но боюсь сознаться себе, что это и пугает. Мечтаю, чтобы Кайден остался со мной, продолжал тайно следить, навещать меня, угрожать и испытывать настойчивостью. Я хочу сдаться ему, но меня совсем не так воспитывали. Я и это чудовище? Простите, но нет! Это произойдет только в его фантазиях.

Я путаюсь окончательно. Так чего же я хочу? Отношений без игры в горячо-холодно и недосказанности. Хочу, как раньше, четыре года назад.

– У всего есть причина. По какой причине ты, Стейс, хочешь, чтобы я держался подальше?

Вопрос Ригхана эхом раздается внутри, проникая в отдаленные уголки сознания. Кайден присаживается передо мной на корточки и затаившись смотрит в глаза. Больше всего меня пугает молчание. Он довольно спокойный человек, но его эмоции легко читаются для меня. Страшнее всего, когда Ригхан сдерживает их. Лучше не знать, почему.

– Ты изменился. Я перестала понимать тебя, Кайден.

Ригхан приподнимает мой подбородок, заставляет смотреть в глаза.

Мне нужен план по избеганию его влияния!

Мужчина задирает футболку и достает из заднего кармана оружие. Чего? Я бешенными глазами смотрю на него, пытаясь осознать, что он задумал. Пистолет, как из того тира, где он с легкостью продырявил каждую из мишеней.

– Закончим все сегодня, хорошо? – звучит его дикое предложение.

– Что закончим?

В ногах ощущается дрожь. Дыхание перехватывает, как на самой страшной американской горке, когда ты еще мало соображающий ребенок.

– Выстрели, если не любишь. Убей меня, Стейс, если я не важен.

Слова Кайда порождают гул, в ушах стоит неприятный писк. Что за гребаное решение проблемы сейчас прозвучала из его рта? «Убей меня» – он вообще вменяемый предлагать такое?! Я срываюсь на психа. Снова.

– Ты манипулируешь мной, Ригхан! А не пойти ли тебе прочь?

– Стейс! – Мужчина пытается привести меня в чувства.

Кайден заставляет взять в руки оружие и направляет в область своего сердца.

– Одно простое действие расставит все по местам. – Он пугающе спокоен. Что, если я нажму на курок? Он не боится попрощаться с жизнью? – Любишь? Опусти оружие. И выстрели, если ничего не чувствуешь ко мне.

Как он может ставить меня перед таким выбором? Кем он себя возомнил? Чертовым Богом?! Придурок без мозгов!

Ригхан играл мной в прошлом. Измывался самым настоящим образом. Он рвал на мне коллекционные платья в порывах страсти. Неистово трахал. Заставлял любить его до потери пульса. Он пользовался мной, моими телом и душой. Кайд Ригхан влюблял, вознося на небеса. И бросал на землю, таща за волосы в ад, когда ему не хотелось, чтобы его любили.

Я ухмыляюсь. Нет, Кайд. На этот раз ты не получишь ничего, касающееся меня.

– Ненависть – единственное чувство, которым я преисполнена по отношению к тебе.

– Если пистолет выстрелит я навсегда от тебя отстану.

На губах чувствуется что-то соленое. Боже, я плачу перед ним. Я толкаю его в грудь, ближе к окну.

– Стреляй! – Кричит на меня псих.

Я захлебываюсь в своей истерике. Он подносит свой палец к моему, лежащему на курке, вновь требуя выстрелить.

«Я… Я не готова. Не хочу с тобой прощаться», – слова застревают в горло, так и не успев выбраться наружу. Ригхан жмет на курок. Я зажмуриваюсь и закрываю одной рукой ухо, чтобы не слышать пронзительный выстрел.

Он уже произошел? Почему я ничего не слышу? Слышу только отголоски биения своего сердца. Не знаю почему, но я прощаюсь со своей жизнью. Она мне больше не нужна.

Я рискую открыть глаза и вижу идиотское выражением лица Кайда. Он улыбается.

– Я ненавижу тебя! – срываюсь на крик.

Цепляюсь ногтями его вещи и разворачиваю на сто восемьдесят градусов. Псих приземляется на кровать, с маниакальным удовольствием наблюдая за мной.

– Нахер! – Заканчиваю я, окончательно опускаясь на него и целуя в губы.

Пальца бывшего скользят по телу, изучая каждый изгиб. Наше дыхание – одно на двоих – становится поверхностным. Я глажу Ригхана по волосам, в ответ он крепче сжимает меня. Собственнические объятия – в стиле Кайдена. Не в силах оторваться, испускаю тихий стон. Во время поцелуя псих игриво теребит мою нижнюю губу и поддается чуть вперед. Я провожу ладонями по предплечьям Ригхана и убыстряю движение губ, делая поцелуй более интенсивным.

Тело взрывается на тысячи искр блаженства.

Идеальное слово, описывающее наши отношения? Мазохизм.

– Я не дам тебе спокойной жизни. Ты будешь одна вечность. – Уверяет Кайден, когда я прошу его прекратить доставать меня.

Его слова – не конец моего падения. Оно еще ждет впереди.

– А ты? Ты любишь меня? – Моим чувствам он удостоверился при помощи пистолета. Время выяснить его.

– Тебе показать? – Издевательская ухмылка.

Пряжка ремня на его штанах отскакивает.

Кайден ласково просит меня встать. Когда мои пятки касаются пола, Ригхан произносит то, от чего я теряю дар речи:

– А теперь отсоси, как положено шлюхе.

– Ч-что?

– Шлюшки сосут члены. Что из этого ты не поняла? Совсем отупела? – Псих ударяет меня по лицу. Пощечина несильная физически, от нее не больно. Больно от поступка Кайда. Он унижает морально.

Я стискиваю зубы и смотрю на того, кого когда-то любила. Сейчас будто спали эти розовые очки, что я нацепила перед приездом в Ванкувер. Реальность оказалась невыносимой, лучше бы эти очки намертво приклеились!

– Ты предала меня, кобра. – Пользуясь моим замешательством, продолжает Ригхан. – Ты заставила меня пасть. Ты поставила меня на колени. Ты поиграла со мной, а после нашла замену. Новую игрушку. Вышвырнула, будто я ничего для тебя не значил. Впрочем, с тобой итак было скучно. Но не отомстить я не могу. Не прощу.

Это правда слова того, кто клялся мне в любви четыре года назад?

– Я играл.

Когда же ты поймешь, дура, что никому нельзя открывать сердце?

– Ты противна мне, Рейвен. Я даже не могу тебя толком касаться. Ты еще не догадалась, почему я тебя не трахнул? Раньше я был реще, быстро брал свое. Ну, Стейс, напряги голову.

В носу неприятно щекочет. Я поднимаю взгляд к потолку в надежде, что глаза не будут предавать меня. Плакать это одно, но рыдать перед Ригханом – унизительно втройне. Когда я думаю, что хуже быть уже не может, Кайд продолжает:

– Наверное, тебе вытрахали весь мозг. Понимаю.

– Но ты… в том тире. – Заикаюсь я, как в детстве. – Ты сказал, что любишь меня.

– Сказал и пожалел моментально. После твоего возвращения я ничего не обещал, Стейс.

Он обманывал меня. Позволял иногда целовать себя, обнимать, но лишь на время. Для плана? Мне приходили мысли, что это месть. Но как видите, розовые очки спали поздно. Я до последнего верила ему.

Порываюсь уйти, но Ригхан жестко отчеканивает:

– Я еще не закончил, Рейвен!

Моя фамилия из его рта вылетает с особой брезгливостью. Он не любил меня. Никогда не любил!

– Мне противна ты!

Я. И тот факт, что я была с Берном.

Россыпь бабочек, свою татуировку я набила в честь того, чтобы вечно чувствовать живость. Иногда она напоминала мне не хоронить свою жизнь раньше времени. Я готова была испытывать, что угодно, только не предсмертную пустоту. Моя татуировка имеет для меня весомый смысл. Когда я смотрю на нее, вспоминаю, что должна порхать, несмотря ни на что!

Серый омут глаз, который я заметила в нашу первую встречу, продолжает тянуть меня на дно.

– Ты хуже Берна. – Я остаюсь стоять на месте. Говорю спокойно, игнорируя разрушительную бурю внутри. Вот-вот и меня прорвет…

– Ты думаешь, что знаешь о чем говоришь? Ни тебе меня судить, если не прошла путь в моей шкуре!

Он чиркает зажигалкой. Раз, два. Не курит, снимает напряжение «игрой».

Кайден

– Каждую ночь просыпаться из-за кошмаров или не спать вовсе. Выберешь бессонницу, Стейс?

Как меня может кто-то вообще судить? Я никогда не судил Рейвен. Я копался в себе, пытался понять причины, почему она ушла к Берну. Может, я чего-то не додал ей? Никогда не сомневался в своих сексуальных способностях, но Стейс пошатнула мой мужское эго. Насадившись на член Хоу, она смешала меня с дерьмом, ткнула пальцем со словами: «Ты херовый мужик! А вот твой приятель другое дело».

Все не мог понять, что я не углядел в произошедшем? Как получилось так, что Берн увел мою девочку из-под носа?

Неужели те несколько дней без слежки за Рейвен (по возвращении в Ванкувер из морского круиза) порешали исход?

Не так я себе все представлял.

Стейси

Что он несет? Недопонимание между нами становится размером с Марианскую впадину. Его бывшие дружок разрушил мою жизнь, а теперь и Кайд лично занялся моим уничтожением. Я тряпка, прослужившая тридцать лет. Все потрепанная, униженная, грязная. Мое место в попойке. Бесполезно полоскать в чистой воде, от этого я не стану лучше. Как прежде уже не будет.

Тогда я замолчала случившееся. Сейчас жалею, что никому не сказала. Может, не оказалась бы сейчас в такой ситуации. Все могло бы сложиться по-другому, если бы открыла рот и сказала напрямую.

Я достаточно издевок натерпелась за то, чего не совершала. Пусть воплотится мой самый большой страх – пусть меня возненавидят, посчитают грязной, использованной, непригодной девчонкой. Люди могут думать, что угодно! Самое главное, чего хочу я.

Потребовалось более четырех с половиной лет, чтобы понять я – жертва ситуации, моей вины нет!

Не я виновата в том, что наши отношения с Кайденом разрушились!

Не я виновата в том, что меня, твою мать, изнасиловали! Накачали черт пойми чем и трахнули. Да, я стонала. Да, на том видео кажется, что мне нравится процесс. Но Берн не дурак выставлять полное видео изнасилования. Я была под хер знает чем, мне казалось, что мы в моей комнате. Я думала, что Берн – это Кайд. Никто не был в моей шкуре. Никто не знает, каково было мне! Ни один живой человек на гребаной планете ни имеет права топтать меня за то, в чем я пострадала сама!

Пожалуйста, пусть от меня все отстанут. Я хочу остаться одна.

Кайден

– Оставь меня в покое! – Взрывается Рейвен.

Впервые в жизни я пугаюсь от женского крика.

– Разве недостаточно боли между нами? Почему так сложно выслушать? Какую-то мелочь по типу бессонницы ты превращаешь в катастрофу!

– Скачки на чужом члене – это мелочь для тебя? Измена – это не предательство?! – Сам не осознаю, с какой силой сжимаю горло Рейвен.

Она ловит ртом воздух. С надавливаю еще жестче. Злость переполняет меня, и я нахожу утешение лишь в том, чтобы сделать Стейс больно.

– Я не изменяла тебе! – ревет Стейс, толкая меня в грудь.

Ага, это сделал дух разврата, наверное. Ты же такой ангелочек у меня. Конченая шлюха!

Девушка отдаляется на три шага и пуще всхлипывает.

– Тебе ли говорить о предательстве? Берн изнасиловал меня! – Орет кобра, срывая голос. – И что сделал ты? Со скучающим видом выставил меня за дверь!

Рейвен набрасывается на меня и ударяет везде, куда придется. У меня сжимаются легкие от ее слов. Что значит изнасиловал?

– Ах да, забыла! – Стейс бьет себя ладонью по лбу. – Это же мой мир перевернулся, а не твой, Кайден. Это же не твой любимый человек отвернулся от тебя, когда ты хотел наложить на себя руки. Я ненавижу тебя! Никогда не прощу за то, как ты оставил меня, а после измывался! Что бы ты сгнил, сука!

– Стейс… малышка…

Она говорит о мире, который перевернулся одной ночью, сейчас я чувствую что-то похожее. Зову Рейвен, девушка не откликается.

– Проваливай! Я не хочу видеть тебя!

В глазах загорается огонь.

Берн. Я достану сукиного сына прямо сейчас из-под земли. Придушу его и от убийства у меня рука не дрогнет. Вызываю Фостера и прошу приехать к Стейс. Кто-то должен остаться с ней. Меня Рейвен не подпустит в ближайшие недели точно. Она отходчивая. Ей надо остыть, а мне отомстить Хоуку.

Смешно, блядь! Я хотел сделать все по справедливости. Наказать Берна за убийство Дороти через суд. Я запустил этот процесс, хотел закрыть его на вечность. Все эти годы собирал на него материал, все косяки ублюдка у меня на руках. Он не заслуживает отбывать срок в тюрьме. Его место в могиле. Я закопаю живого ублюдка у кладбища, но не на самой территории. Когда Хоу разложится, я выкопаю его и скормлю псам.

Себе наказание придумаю чуть позже.

Меня даже закопать мало.