Тем временем коловерть разворачивалась. Народ, как описывал драматург, нёсся толпой и нёс приятелей. Дерек вполне серьёзно благославлял детей и пожимал руки почтенным старцам. События переместились в громадный дом с громадным залом, где на колоннах висели мечи, рассчитанные на великанов. Дерек пошевелил пальцами, мечи сорвались со своих мест и закружились вокруг него в стальном хороводе.

- Минутку, а почему их восемь? Где девятый? Это же традиционный набор Кухулина.

Элисон пожала несравненными плечами:

- Такой нам эта коллекция досталась от предков.

- Ну, это непорядок... Кого же не хватает? - тут Дерек произнёс несколько названий на неизвестном Гарри языке и наконец воскликнул. - Ну да, классический цвайхендер, у меня такой есть, я вам принесу, пусть будет!

Начался пир. Накрыли стол, показавшийся Гарри бесконечным, народу набилось видимо-невидимо, во главе, между сестёр Тайлер, Элисон и Хэйли - Дерек, друг друга сёстры демонстративно не замечали, зато на Дерека смотрели с любовью и вниманием - тот, совершенно освоившись, обнимался и шутил попеременно с обеими. Гарри усадили рядом, вместе с третьей, младшей - красоткой-зайчихой Энабелл с дырочкой между передними зубами, взиравшей на него со всей нежностью своих откровенно плутовских глаз. Рядом оказались громилы Флем и Клем, проникшиеся к гостю лучшими чуствами и безостановочно подкладывающими ему в тарелку все яства, до каких Флем мог дотянуться лопатообразными лапищами, и так же неутомимо наполняющими все стоящие перед Гарри бокалы и стаканы.

- Это ничего, что ты загремел к деревянщикам! - кричали они, - Дерек говорит, ты наш, да это и видно! Какой деревянщик справится с Вольдемортом! Ничего, мы тебя мигом обучим! Как же ты Вольдеморта!

Над столом, развернувшись с треском и шорохом, зависла гигигантская карта. Перед ней, в качестве указки, летал двуручный меч: Дерек, не отрываясь от еды и талии Элисон, рассказывал о своих владениях - Северо-запад, юг, восток, Кханд, Хардрим, моря, экология, главный упор на неосвоенные и неисследованные восточные земли... Я пока не могу, я студент и учусь, но создавайте комиссию, специалисты по сельскому хозяйству и всякое такое, уже на этой неделе я пришлю своих людей, вам всё покажут, объяснят, и слово за вами! Дальше я заканчиваю учёбу, в Средиземье к тому времени наступит мир, и мы разворачиваемся в полную силу!

- Я прямо сейчас объявляю закон о гомстедах! - сказал Дерек.

Гарри не знал, что такое гомстеды, и ему стало скучновато, тем более, что молва о долгожданном пришествии разлетелась по миру мгновенно, и в самый разгар пира нагрянула австралийская делегация во главе с квадратным толстяком по имени Рассел, и тут закипел уже настоящий военный совет - Рассел требовал, сёстры Элисон и Хэйли открыто переругивались, Дерек стучал пальцем по столу - Гарри, без привычки к спиртному уже слегка захмелевший, рассказывал Флему, Клему и Энабелл, отчаянно строившей глазки, о житье-бытье в Хогвартсе. Неизбалованный вниманием и дружелюбием, Гарри расслабился и почувствовал себя в уюте и безопасности. А дальше ещё интереснее - стол исчез, раздалась музыка, и начался настоящий бал.

Такого Гарри не видел даже во сне - костюмы, не зависящие от законов реальности, когда ты можешь выглядеть как хочешь практически без ограничений. Больше всего было тех, кого можно назвать бабочками - от движущихся крыльев всех размеров и фантастических узоров рябило в глазах. Ещё очень популярны были разукрашенные рога всех видов и размеров. Тройка развесёлых жуков, сцепив руки крест-накрест, подобно маленьким лебедям известного озера, залихватски скакала по периметру зала, ничуть не смущаясь тем смятением, которое они производили. Плыли, едва не сталкиваясь, дамские прически сверхестественных форм и габаритов, разукрашенных подобно витринам ювелирных магазинов. Красавица Элисон предстала в брючном ансамбле из того, что Гарри захотелось назвать "чёрной парчой", и костюм этот, где только можно открывал, а где нельзя - подчёркивал её роскошные формы. Они с Дереком с жаром отплясывали в самом центре, и Гарри машинально отметил, что его друг, так и оставшийся в майке и джинсах, очень здорово танцует.

У самого Гарри по этой части была полная катастрофа - о ритмике и музыке представления у него были весьма отдалённые, научиться такому ему было негде и не у кого, и его охватил неприкрытый ужас, когда перед ним, протягивая обе руки, явилась сияющая Энабелл в обличии морской царицы - корона, жемчуга и синие, переливающиеся раковины с закрученными в штопор верхушками.

- Я не умею танцевать, - с тоской прошептал Гарри.

Но девушка была явно не из тех, кого легко сбить с толку. Кажется, для неё в жизни вообще было мало затруднений.

- Это очень просто, - сказала она. - Я тебе покажу. Возьми меня за руку. Поворачиваешь плечо, и левой ногой шаг вперёд... Потом назад, другое плечо вперёд и шаг другой ногой. Теперь отпускаешь левую руку - держи выше, поворот - а сам смотри на меня! - поворот обратно, и то же самое с правой ноги! Расслабься, и постарайся держать ритм, вот и всё!

Гарри очень старался, и с пятого или седьмого раза дело пошло на лад. Тут выяснилось, что планы Энабелл шли много дальше обучения танцевальным фигурам.

- Дерек хочет, чтобы мы подружились, - радостно сообщила она. - Я тебе нравлюсь? Он запретил использовать чары, но ведь немножко-то. - она соединила перед его носом большой и указательный пальцы, - немножко-то можно? Ты, наверное, думаешь, что мы все тут упёртые и зацикленные, но на самом деле это не так. Ты очень симпатичный, и такая знаменитость. Теперь многое переменится, многие захотят перебраться в новые места, особенно молодёжь, подальше от стариковского надзора. Я хочу поместье в горах, и ещё одно - у моря. Приедешь ко мне? Может, и себе присмотришь местечко? Где-нибудь поблизости - я бы не возражала. Дерек говорит, за любовь с деревянщиками больше казнить не будут, а просто выселять, и как хотите. Знаю, тебе про меня много чего наговорят, но в действительности я не такая...

Опешивший от подобного натиска, Гарри слегка растерялся, а затем, подсобравшись с мыслями, деликатно поинтересовался, где тут можно вымыть руки и ополоснуть лицо, в чём он ощущает настоятельную потребность. Энабелл, ничуть не смутившись, подробно объяснила маршрут и даже выразила готовность сопровождать до самого что ни на есть места действия, но Гарри, тактично поблагодарив, заметил, что справится сам.

В сверкающем царстве никеля и фаянса, покончив с делами, в которых и впрямь была нужда, опершись о раковину, Гарри уставился на собственную раскрасневшуюся физиономию в зеркале. Мысли странно кружились в голове. Он впервые в жизни серьёзно выпил, но дело было не только в этом - слова Клема и Флема, излияния Энабелл, чудеса Дерека, вся обстановка и события этого дня что-то в нём расшевелили, мир словно повернулся другой стороной.

Да, Хогвартс. Замечательно. Но вот есть же и другой вариант. А может быть, и третий, и четвёртый - он же ничего больше не видел. Да, отец с матерью учились. Да, друзья. А что потом? А вдруг действительно способности, вдруг он способен на большее, вдруг откроется какой-то иной путь? Он же что-то почувствовал, и Дерек говорил... Что-то есть, что-то есть, может, и не надо никакой палочки... Возможно, перед ним шанс, причём с большой буквы...

Гарри прислушался к своим ощущениям и вот к нему что-то пришло: неожиданно, откуда-то появившимся внутренним зрением он увидел схему этого здания. Это было совершенно незнакомое и очень приятное ощущение - по его желанию карта поворачивалась, приближалась, удалялась, расслаивалась на этажи. Он с удовольствием рассматривал её и заинтересовался левым верхним углом - на северо-запад выходило что-то наподобие эркера, в плане похожего на контур древнегреческого шлема или завалившуюся букву G. Приглядываясь, Гарри увеличил масштаб, и то ли по неопытности что-то задел, то ли какой-то механизм сработал сам собой - чёрт разберёт, но в следующую секунду его втянуло в эту самую карту, будто в дневник Тома Реддла. Пронеслись пёстрые смазанные изображения, вытянутые в полосы и линии, и вот уже в подошвы ударил покрытый ковром пол неизвестного сводчатого коридора с ажурными светильниками на цепях под высоким потолком. Гарри распрямился и осмотрелся.

Всё было непонятно. Во-первых - никаких дверей. Коридор был совсем короткий и одним концом упирался в глухую стену с белыми классическими пилястрами и. если стоять к этой стене спиной - как Гарри и стоял - то с левой стороны три арки, перегороженные баллюстрадой, открывали вид на расположенную внизу галерею или зал, до которого было никак не меньше полутора этажей. За арками с обеих сторон шла стена всё с теми же пилястрами, и коридор обрезало громадное, от пола до потолка, окно, увитое густым плетением глянцелистного плюща. По правую руку, не доходя до окна, стоял небольшой диван с бархатными валиками, а слева коридор сворачивал под такой же арочный свод. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы сообразить - он попал в чьи-то личные апартаменты княжеского размаха.

Проклиная всё на свете, изобретая возможные извинения и стараясь ступать как можно аккуратнее, Гарри двинулся вперёд, но буквально через несколько шагов замер в оцепенении. Он увидел и услышал. Увидел он вот что: из-за угла арки выглянул стул - точнее, даже не стул, а лишь резная ножка, потому что всё остальное скрывали складки так хорошо знакомого пончо с мексиканским оррнаментом и спутавшейся белой бахромой. А услышал... Гарри был пока что далёк от радостей всевозможных плотских утех, но современному, практически взрослому парню нет необходимости объяснять, что значат все эти аханья, сопения, дыхания и мычания. Гарри шарахнулся назад, с тоской огляделся и вернулся к проёмам за баллюстрадой - нда, там вниз метров десять, как-то не вызывает желания. Никакие озарения больше не посещали, и оставалось лишь одно горячее желание - как можно скорее провалиться сквозь землю. Он упал на диванчик, запустил пальцы в волосы и принялся ждать неведомо чего.

Тем временем события за углом развивались. Послышался долгий-предолгий полу-стон, полу-вздох, а вернее сказать - выдох, затем - несколько минут невнятного шороха, потом приглушённый смех, и дальше раздался голос Дерека, но слов Гарри не разобрал. Ему ответила Элисон - слека устало и сонно, однако с явным сарказмом:

- Вот всех мужиков на этой почве почему-то разбирает. Господи, ну ты-то должен знать - для женщин это на втором месте. Или на третьем. Или на четвёртом. Кстати, что тебе волноваться, ты же можешь создать любое впечатление.

- Это вопрос вежливости, - отозвался Дерек из глубины. - Ты представить себе не можешь, в каком церемонном мире я вырос. И не хочу я создавать впечатление. Надеюсь, ты позволишь мне быть с тобой до конца натуральным.

Половину ответной фразы Гарри не разобрал - похоже, она ушла куда-то в подушки.

- ...стороны мужчинам не позавидуешь. Это же надо - всю жизнь трястись от страха: получится - не получится, ужас... Вот они, ваши дурацкие самоутверждения....

- Спасибо и на том, - проворчал Дерек. - Слушай, а почему у вас разные фамилии? И все сёстры Тайлер - Каммингс, Эванс....

- Да потому что мы все от разных браков, плюс ещё мы с Хэйли успели выйти замуж и развестись... Слушай, я всё понимаю. Ты на мне не женишься, да и чёрт с тобой. Ты Протей. у тебя сто лиц, ты обманываешь людей - ладно, плевать... Но я хочу. чтобы ты был. Дьявол, мне тебя уже не хватает, и это никакая не магия... Не исчезай, а? А я уж постараюсь... Хорошо, мне надо привести себя в порядок, мы ещё поговорим...

Тут произошли удивительные вещи. Из арки, выныривая из недр своей чёрной футболки, вышел Дерек - он, как ни в чём не бывало, дружески кивнул Гарри и только собрался подхватить со стула пончо, как прямо из стены вылетела огнегривая Хэйли Каммингс - от гнева она и пылала, как факел, пылали её веснушки, а меж бровей залегла свирепая складка. На Гарри средняя сестра внимания не обратила, словно того и вовсе не было.

- Почему? - страшным шёпотом закричала она. - Почему ты пришёл к этой коньюктурщице, а не ко мне? Только я истинная хранительница веры, а фигура у меня в сто раз лучше! Я - надежда общины! Я - настоящая Провидица, потому что у меня Дар, а у Элисон - только интриги!

Гарри замер, ожидая, что вот-вот грянет искросыпительная схватка двух разозлённых магов, однако ничего такого не произошло, а скорее даже наоборот - Дерек сделал некое хореографическое движение: приставной шаг с поворотом, а его левая рука скользнула под левую руку Хэйли и легла ей на талию, словно они собирались сплясать кадриль. Хэйли свирепости не утратила, но против этих эволюций отнюдь не возражала, а Дерек так и вообще посмотрел на Гарри в полном восхищении:

- Гарри, - сказал он. - Ты только посмотри - за один день мы обрели нацию, религию и даже церковный раскол! Джекпот, большего и желать нельзя! Рыжуня, сейчас мы с тобой выясним отношения, и уверяю, устраним все недоразумения. Гарри, подожди меня внизу - нам уже пора собираться - здесь хорошо, но время ехать.

Гарри было открыл рот, чтобы объяснить затруднительность своего положения, но тут гранитные плитки с ромбическим рисунком под его ногами разверзлись, он пролетел сквозь разноцветную мешанину пространств и ухнул на пол того самого коридора, с которого и начались его странствования, причём едва не сбил с ног поджидавшую Энабелл. Та незамедлительно просияла и положила ладони ему на плечи:

- Сейчас будет рэгтайм! Пойдём, я покажу тебе, как танцевать под синкопы!

На обратном пути, когда в сумерках перед ними уже зачернели башни Хогвартса, Дерек сказал:

- Гарри, надо отрегулировать один щепетильный вопрос. Как видишь, мы неожиданно вышли в авторитеты, а значит, нам нельзя заводить шашни с кем попало. Выхода нет, давай делить сестёр. Ты претендуешь на старшую?

- Нет, - в полнейшем замешательстве отозвался Гарри.

- Замечательно. Тогда так - я беру Элисон, ты - Энабелл, Хэйли оставляем в резерве. Ты присмотрись к Энабелл - девка развратная, но добродушная, от тебя в диком восторге... то, что надо. Будем мотаться, я так вообще теперь обязан...