В самом деле, никакого благородного лаконизма форм тут и подобия не было, варварское великолепие здания достигалось изобилием башен и башенок, множества куполов на барабанах и шестигранниках, с резьбой и без резьбы, многоуровневыми ярусами, вставками с мозаикой, изразцами и цветовыми переходами, колоннами и апсидами; особенно много было странного вида закомар, похожих на сложные порталы - многокилевых, раковинных, со звёздчатыми кокошниками и без.
Однако ещё большее впечатление храм производил изнутри. Свет из окон, окошек и высоких пёстрых витражей открывал целую площадь, мощёную плитами, куда выходили арки приделов и галерей, и в центре которой, окружённый канделябрами с толстыми свечами, был круг из дикого камня, и в нём - массивный железный столб с чем-то наподобие ассиметричной короны наверху. Дерек покачал головой:
- С нами крестная сила... это ещё что такое?
То, что возникло между ним и Элисон, росло как на дрожжах, они улыбались, переглядывались и перешёпывались, но теперь, у границы каменного круга, Элисон вновь вернулась к официальному тону; кроме того, рядом, почти вплотную, многозначительно встали трое почтенного вида старцев в большущих чёрных беретах с пряжками и с квадратными седыми бородами. Давешняя истеричная тётка с космами тоже приплясывала рядом, и окружающие относились к ней с явным уважением - церковь всё больше заполнялась людьми.
- Великий Провидец, Глас Божий Клиффорд Янг оставил нам знание о Вестнике, который откроет нашему народу новый путь. Незадолго до кончины он, в своей неизреченной мудрости, отдал созданный им Скипетр Власти под охрану Железному Стражу и заключил его в этот ковчег. Родерик Гортхаур, если ты и вправду тот, кого мы ждём, возьми Скипетр, прими подчинение Стража, и скажи нам твоё слово.
- Я несколько смущён, - заметил Дерек - Я всё-таки чужестранец, а это святыня... Я не оскорблю ваших религиозных чувств?
- Таков обычай, - Элисон убавила торжественности в интонациях и даже едва заметно улыбнулась. - Не волнуйся, за последние пятьдесят лет на твоём месте стояли многие авторитетные маги - никто и близко не подступился к разгадке, считается, что это вообще невозможно, и перед нами просто символ веры.
- Ну, если вы настаиваете...
Гарри оглянулся - простор исчез, всё, до крайних проходов и приделов, было съедено бесчисленной шевелящейся толпой:
- Дерек, ты того, поаккуратнее, их тут уже человек пятьсот, если не больше...
- Чёрт, уже обед, я есть хочу - пробормотал Дерек, вглядываясь в столб.
Гарри смотрел во все глаза, ожидая каких-то чудес, но поначалу нничего необычного не происходило. Но вот он заметил, как по столбу вверх и вниз побежали не то складки, не то морщины, словно тот передёргивал металлической шкурой, а дальше ещё интереснее: из столба одна за другой стали вылетать вроде бы чёрные пчёлы, их становилось всё больше и больше, и скоро весь столб превратился в шаровидный кружащийся рой. Краем глаза Гарри заметил какое-то движение вокруг, оглянулся и растерянно наблюдал, как спешно, один за другим, люди опускались на колени. Внутри роя вспыхивали огни и прокатывались фиолетовые волны. Дохнуло жаром.
- Дерек, ты нас тут только не спали!
- Нет, нет, это таллиевая сборка, ничего страшного, всего одна установка... Аккумулятор классный, сколько лет держит энергию...
Рой начал растягиваться, делаясь похожим на песочные часы, его нижняя часть замедлилась, сгустилась, в ней стали проступать встраивающиеся друг в друга контуры - они слились, обрели чёткость, и перед друзьями выросла здоровенная собака, похожая на гигантскую овчарку, только шире и массивнее; она подошла к Дереку и обнюхала, шерсть отливала металлическим блеском, но зверь был явно живой.
- Это что же такое? - спросил Дерек, машинально почёсывая пса за ухом. - Как прикажешь толковать такое знамение?
- Это Железный Страж, - поражённо ответила Элисон. - Он признал тебя. У Провидца была такая собака...
- Ага. Ага. - сказал Дерек и поскрёб Стража под горлом - для этого ему даже не пришлось наклониться. - Значит, собака... ну и ну. Что-то всё напоминает старинную балладу: "Он шёл по сельской местности..." Ну что, друг, как тебя зовут? Я надеялся, что мне пришлют дракона, но ты тоже неплохо смотришься...
Тем временем верхний вращающийся шар расслоился - наружная оболочка засверкала и заискрилась, а в глубине принялось распадаться на неравномерные части тёмное ядро - его разномерные фрагменты, не прекращая неистового бега по кругу, резко обозначились ("Да это же взрывная схема!" - ахнул Дерек), затем внезапно затормозили, помедлили мгновенье и, бросившись к центру, соединились.
На коленях уже стояли все. Перед носом Дерека завис в воздухе внушительных размеров чёрный пистолет, со всех сторон прямоугольный, оттопыривший назад, над рукоятью, выступ в форме бобрового хвоста. Над каменным кругом угасали последние искры.
- Так, - сказал Дерек. - И что? Подожди, псина, у нас исторический момент...
- Возьми его, - прошептала Элисон. - Теперь он твой. Ты Посланник Неба.
Дерек протянул руку, бестрепетно ухватил пистолет, оглядел со всех сторон, достал обойму и тут же, со звонким щелчком, прокатившимся по всей затаившей дыхание церкви, вставил обратно.
- Ничего себе, девятнадцать одиннадцать, девять миллиметров... Это что, и есть Скипетр? Символ власти?
- Да.
- Хм. Так... Шутник был ваш Клиффорд Янг... Ладно, хорошо... Что дальше? Элисон, на этом церемония закончена? Программа исчерпана? Избави бог кого-то обидеть или показаться бестактным, но у меня интимный вопрос - Элис, вы нас не покормите? Отметим событие, застольная беседа, познакомимся как следует, собачке вот чего-нибудь дадим, она, поди, оголодала ...
- Он попросил хлеба! - вдруг истошно завопила стоявшая рядом косматая тётка. - Пророчество исполнено, к нам пришёл мессия!
Со всех сторон грянул оглушительный рёв, и, словно в песне, "все разом повскакали с мест". А дальше гул затих, и публика вновь, со стуком и хрустом, повалилась на колени и в непонятном ожидании уставилась на Дерека. Впрочем, ситуацию тут же пояснил чей-то крик из глубины:
- Куда ты поведёшь нас, мессия?
Дерек покосился на Элисон, и та кивнула:
- Надо что-то сказать.
Гарри не засмеялся только потому, что вовремя сообразил - в окружении религиозных фанатиков, наделённых недюжинной колдовской силой, да ещё будучи ненавистным "деревянщиком", следует вести себя предельно аккуратно. Но он уже прекрасно знал, что сейчас последует - Дерек, артист и политик, только и ждёт возможности выступить на публике с каким-нибудь трюком или монологом, а тут такой случай! Сейчас он оторвётся по полной программе, подумал Гарри, и точно - Дерек послал ему выразительный взгляд, означавший нечто вроде "Ну, держитесь!" - и приступил к делу.
Он откинул голову, словно читал какие-то письмена на далеком потолке, широко развёл руки - в правой держал за ствол свежеиспечённый символ власти - и медленно всплыл на высоту метров трёх. По храму пронеслось единое "Ааааххх..."
- Сограждане, - проникновенно заговорил он великолепным низким баритоном. - Братья и сёстры, к вам обращаюсь я, друзья мои!
Я прошёл множество краёв и земель, бывал во всех литвах и всех ордах. Что же я искал? Я искал людей, ибо от отца своего я унаследовал огромную цветущую страну, которую должен заселить народом. Но что будет вложено в сердца этого народа? Сие от меня было скрыто. И вот я здесь, и понял, что поиски мои окончены, ибо нашёл я воистину богобоязенных людей, в чьи души вложено стремление и готовность идти по господней стезе! Алилуйя, братья и сёстры, мы обрели друг друга!
На этом месте Дерек взревел так, что Гарри качнуло воздушной волной.
- Я укажу вам путь в царство моего отца! Там бескрайние поля и степи, вековые дремучие леса, бурные реки, бездонные озёра, заснеженные горы, и нет никакой иной власти, кроме вашей, нет другого закона, кроме вашего закона, и нет веры, кроме вашей веры! Лишь только мы будем там хозяевами, и нкто не помешает нам выполнить нашу миссию, завет Клиффорда Янга! Знайте, сейчас он смотрит на нас, сидя в хрустальных креслах господа Бога, и надеется на нас, и ждёт, что мы исполним его предначертания, ибо теперь перед нами открылась земля обетованная, и только от нас зависит, какой ей быть. Но и те, кто останется здесь, дабы нести и защищать свет истины на этой земле, всегда могут придти в ту землю обетованную, и там они получат отдых и награду, и ни в чём не будут знать нужды - эти врата всегда открыты для преданных нашему общему делу!
Мы задумали непростое, и я не обещаю вам лёгких путй. Многие усомнятся, ибо дорога потребует от нас усилий, разума и стойкости духа. Но утешимся, не поддадимся и не посрамим! Сегодня же мы со старейшинами обсудим наши планы, и шаг за шагом приступим к исполнению того, что Клиффорд Янг завещал нам своей верой и мудростью! Аминь!
Дальше начался калейдоскоп, от которого у Гарри в голове остался какой-то сумбур. Их захватила толпа, закрутилась круговерть. Объятия, безумные лица фанатиков, рыдающие от счастья матери с младенцами, вновь подскочили откуда-то растерзанные Клем и Флем, ещё и ещё что-то... В этой толчее и приключился минутный, казалось бы, ничем не примечательный эпизод, однако на нём стоит задержаться и вглядеться в детали, потому что именно отсюда берёт отсчёт то разногласие, которое навсегда развело жизненные колеи Дерека и Гарри Поттера, и судьба Гарри не свернула со всем известного пути.
Остановка вот на каком месте: двигаясь в бурлящем водовороте почитателей, Дерек откинул край пончо и без особого почтения засунул священный пистолет сзади за ремень джинсов. Мелочь, совершенный пустяк.
Но пустяк может оказаться верхушкой айсберга. Пустяк может быть камешком, катящимся с горы и вызвавшим гибельную лавину. Пустяк может открыть дорогу иным, куда более тревожным симптомам.
Здесь ситуация была и вовсе особенная. Уж не знаю, по каким причинам, но нигде не подчёркивалось, что Гарри Поттер, вдобавок ко всем своим прочим способностям, был ещё необычайно одарённым волшебником. Магические таланты не менее разнообразны, чем любые таланты вообще. Некоторые волшебники наделены уникальным даром заглядывать далеко в будущее. Иные обладают необычайным сродством к магической энергии, и за счёт этого владеют невероятной колдовской силой. Есть необычайно чувствительные к таким взамодействиям и механизмам в природе, о каких не подозревают не только маглы с их примитивными, неуклюжими приборами, но даже и самые изощрённые маги. И так далее, до бесконечности, сколько голов - столько и умов, столько свойств и волшебных умений. В этом отношении - как и во многих других - Гарри сильно отличался от прочих волшебников. Его дарование было странным, малопонятным, и плохо поддавалось описанию. Оно состояло как бы из двух сопровождающих друг друга частей, и первая, словно зажигание, запускало вторую.
Если всё же попытаться передать суть дела словами, то можно было бы сказать, что Гарри владел доступом к безграничному числу форм видения. Одна и та же ситуация представала перед ним и со стороны случайного прохожего, и со стороны лежащего на обочине обломка кирпича, и со стороны разумного головоногого моллюска с планеты Хошь-ни-Хошь, и со стороны давно умершей леди Чаттерлей. Таких точек зрения могло мгновенно набежать несколько сотен, и тут включалась вторая, уж и вовсе загадочная фаза: то ли подсоединялось мировое информационное поле, то ли какие-то сферы ещё более непостижимые, но ему являлась, словно недостающие фрагменты пазла, картина обстоятельств, сопровождающих увиденный факт - происхождение, отрывки прошлого и будущего, на что тот влиял, и что влияло на него, кто и почему был со всем этим связан и что при этом испытывал - короче, как сказали бы теперь, большая часть тоннеля реальности, в который был встроен подвернувшийся элемент - будь это человек, или просто рассказанная кем-то история; случайная ситуация, чей-то жест или мельком вычитанная где-то строка. Как тут не вспомнить воспетого Сашей Приваловым Кювье, который по одному зубу мог воссоздать весь облик животного. Прикладное значение таких ясновидений было невелико, но временами они очень помогали жить - именно на них зиждилось свойственное Гарри удивительное, совершенно недетское хладнокровие в принятии решений в экстремальных обстоятельствах. Разгадать сущность Дерека, скрытую многоэшелонными мерам предосторожности, было не по силам даже его способностям, но то, что именуется "ароматом личности" в ту минуту явилось Гарри во всей красе.
Гарри, замерев, смотрел, как смертоносный символ власти, пропитанный мрачной энергией, нырнул и исчез под краем грубой ткани с нехитрым рисунком - белая верхняя черта, три стопки линий, три ступеньки вверх, три стопки линий, три ступеньки вниз, ещё три стопки, снова три ступеньки вверх, нижняя черта, белая кручёная бахрома, выше - обрезки квадратной спирали над редким шахматным пунктиром... Это путь, подумал Гарри, Дерек идёт по своему пути, и путь этот страшен. Все шутки Дерека, все его сетования, доброжелательность, возмущение - всё это маски безразличия, в лучшем случае - развлечение, театр, который он так любит, а на самом деле, ему всё равно - смеяться, благодетельствовать или убивать. Убивать... эта рука с пистолетом, так небрежно, так привычно ныряющая под откинутое пончо - сколько трупов за этим движением - сотни? Тысячи? Неважно, ничто, главное - цель, прочее - вздор, балаган, игра кошки с мышью...
А ведь можно пойти за ним, довериться, служить и, наверное, получить многое... Но стоит ли оно того? Стоит ли отрекаться от того, что он успел полюбить на за эти годы? Рука, заправляющая оружие под ремень, предлагала ясно и конкретно: пойдём со мной, и я принесу тебе на блюде голову Вольдеморта, власть и силу, не упускай случая! Но какова цена уступки этому соблазну?
А куда иду я? - вдруг подумалось ему. Где и куда проходит мой путь? Тут Гарри придумать ничего не смог, но червь неясного пока сомнения проснулся в его душе.