Эту-то собранную впопыхах разношёрстную компанию и окрестили - сколь высокопарно, столь и загадочно - "Орденом Исстари". По прибытии на место они должны были вступить в контакт с силами местного Сопротивления - Кирданом Корабелом, Галадриэлью, Элрондом, а также лидерами помельче - и общими усилиями направить борьбу с мировым злом в идеологически верном направлении.
Саурон насупил брови. Трогательное родство судеб сочувствия не вызвало, зато порядком насторожили перспективы появления валарской инспекции. Его ничуть не беспокоили изощрённые стратегические планы эльфийских воителей, подсказанные их заморскими наставниками - давно канули в прошлое времена, когда воинственные полчища нолдоров сокрушали владычество Моргота; еще меньше Саурона пугали мстительные замыслы снедаемого жаром честолюбия отставного министра - все сюрпризы Сарумана были ему заранее известны наперечёт. Но была в этом издевательском списке фигура, внушавшая более чем серьёзные опасения - Олорин, он же Митрандир, он же, чуть позднее - Гэндальф. Саурон хорошо его знал ещё по Валинору, и прекрасно отдавал себе отчёт, как жестоко ошибаются те, кто считает Олорина безвредным книгочеем. У того был великолепный аналитический ум, зоркий взгляд, и весьма нестандартный подход к вещам. Нрава он решительного, дотошен и скрупулёзен, обмануть его практически невозможно, и самое главное - Манвэ тоже знает ему цену и к его докладам прислушивается, а сам Олорин-Митрандир своим служебным продвижением дорожит. Тут есть над чем задуматься. Политические ветра на Таникветиле переменчивы, и что завтра стрельнёт в голову владыке валаров - одному Эру ведомо. На прямое вторжение он вряд ли решится, но изрядно напакостить исподтишка - это сколько угодно, тут уж держи ухо востро, так что Митрандир - угроза вполне конкретная. Не в первый раз Саурон ощущал, как в реальности зыбко и непрочно его могущество - хочешь, не хочешь, но надо как-то извернуться и заколотить последний гвоздь в крышку гроба этой осточертевшей валинорской истории.
Нет, все равно мысли путаются. Саурон потряс головой - попробуем по-другому: чего я на самом деле хочу? Заниматься делом. В привычных масштабах. Независимо ни от чего. Планов - море. Но для этого все равно нужна власть. Надо править. Как? Что ж, во во многих человеческих поселениях его почитают за Бога. Может быть... но нет, Бог это слишком утомительно. Бог получается с серьезным валарским ароматом, а валары для следующих поколений - пустой звук. Да и вообще - трудно быть богом. Бог не ошибается, бог все предвидит и всем управляет. Это надо быть самоубийцей, чтобы вот так взять и громогласно объявить: "Я отвечаю за все" - всех собак будут вешать. Персонализация божества превращает любую ересь - а ереси уже появились, и еще больше на подходе - в откровенный терроризм, а всемогущество и вездесущность начисто лишают свободного времени. Нет, правителю лучше оставаться за сценой, а на сцене, на виду, пусть будет монархия или какая-нибудь демократия. Другими словами, нужно государство. Но такого опыта нет. Надо поездить, посмотреть и поучиться. Вот первый конкретный вывод.
Вторая очевидная вещь - с Сауроном договариваться никто не станет. Слишком одиозная фигура, как выразился бессмертный классик: "Большую ты, брат, память по себе оставил". Как бы ни обернулись события, проект "Саурон Гортхаур" надо закрывать. Зловещий приспешник Моргота, ужасающий наместник Ангбанда должен неоспоримо и, по возможности эффектно, умереть. Но при этом власть, богатство и авторитет надо исхитриться уберечь. Непростая задача: умереть - но остаться в живых. Потерять все - но сохранить достояние неизменным.
Что ж, такой способ существует, и он далеко не нов. Этот трюк называется "наследник". Тут Саурон даже засмеялся от удовольствия. Да-с, оказывается, у Саурона был сын - златокудрый херувимчик, невинный младенец, ни в каких черных делах не замешанный...
Нет, нет, нет. Что за вздор. В упавшего с неба ангелочка Митрандир, само собой, не поверит, нюх у этой валарской ищейки собачий. Нужен нормальный парень, выросший у всех на глазах (ничего не поделаешь, придется потерпеть), скажем, эгоистичный гуляка, бездельник, но! - добродушный и ничего страшного не совершивший. С отцом не в ладах - тут потребуется очень аккуратно распустить слухи - образованный, а злодей-папаша знай гоняет непутевого сынка с поручениями по всему миру, и жизни ему не дает. Пусть этот Саурон-младший познакомится со всеми, пусть даже эльфы знают его в лицо - избави бог, никаких смертей - и, когда он придет к власти, никто особенно возражать не станет.
Чертовски мило, но сразу возникают два вопроса: кто будет изображать Саурона-старшего, когда на сцену выйдет Саурон-младший, и кто будет управлять во время его неизбежных долгих отлучек?
Что ж, есть улайры-назгулы - продукт экспериментов по цифровой записи личности. История это длинная, что-то вышло более удачно, что-то менее, но в итоге осталось девять вполне дееспособных цифровых облаков - добровольно сохранивших себя в такой форме королей, князей и полководцев. Создать для них мобильную энергетическую подпитку и путем элементарного клонирования снабдить их более чем пристойными физическими телами, чтобы, по мере надобности, они могли воплощаться и развоплощаться, было делом нехитрым, и вот вам, пожалуйста, команда очень толковых и преданных администраторов, на которых вполне можно положиться.
Погоди-ка. Развоплощаться. Вот и ответ на другой вопрос. Где наш Саурон-батюшка? А он, знаете ли, развоплотился. Витает. Он же маг, чародей, что ему стоит! Неплохо, но какой-то реальный символ все-таки нужен. Может быть, стелу, шпиль какой-нибудь высоченный? Или шар на башне с вращающимися в двух плоскостях кольцами? Мол, начальство хоть и диффузное, но, думаешь, оно спит? Нет, брат, оно одним глазком дремлет, а другим поди уж где видит! Точно. За вами, парни, глаз да глаз нужен! Саурон посмотрел на одну из упрятанных в леса и брезент башен. Глаз! Да не какой-то, а огненный, чтобы ночью издалека было видно! Вольтова дуга меж каменных рогов!
Тут Саурон захохотал от души. Вот ведь дурачьё, такая чепуха как раз для них. Они еще не в то поверят. Дальше понятно. Финальная битва, Саурон убит, орки сметены - да, орками придется пожертвовать - на трон взгромоздился гуляка-ветрогон, ни у кого не вызывающий подозрений, однако все же научившийся чему-то во время странствий, Митрандир отбывает с докладом в Валинор - все спокойно, враг мертв, эльфов практически не осталось, точка, тема закрыта. Война окончена, валары забыли о Средиземье, можно без помех и угроз заниматься делом, и хорошо бы успеть выжать из уцелевших нолдоров хоть какие-то данные на будущее.
Саурон еще раз набил трубку. Да, но умереть придется чертовски убедительно - Гэндальфа так просто не проведешь. Пасть на поле брани и состряпать максимально достоверный труп? Этот придира займется исследованием. Сгореть - так он и пепел сумеет допросить, а если у него есть хоть малейшее представление об информационном поле, никакие клоны его не обманут. Ухнуть в море? Да откуда же в Мордоре взять море! Придется что-то изобретать, плюс еще надо очень тщательно подгадать по срокам - наследник, отъезды-приезды, финал, смерть - все должно произойти вовремя, строго по обстановке, не раньше и не позже.
Однако и это не главная проблема. Есть вопрос посерьезнее. Еще во времена своих былых скитаний Саурон узнал, что государства и цивилизации всевозможных миров и галактик очень любят объединяться в разные федерации, союзы, а то даже и в империи, и на советах избранных, за плотно закрытыми дверям, решать судьбы стран и, как они выражались, колоний. А Средиземье, какие бы маги и волшебники им ни правили - всего лишь дикое лесное захолустье в самом начале развития, и подобным решениям ничего противопоставить не в силах. Нагрянь завтра какие-нибудь цивилизаторы-колонизаторы - и еще пожалеешь о валарах! С другой стороны - и эту сторону он прекрасно знал - без международных связей, без включенности в мировую систему обмена научной информацией никакой дальнейший прогресс невозможен, и прежней торговлей концентратами иридия и осмия через посредников на предмет закупки строительного и лабораторного оборудования тут не обойдешься.
Выход простой - надо как-то умудриться найти способ сесть с Владыками за тот самый стол заседаний, пусть хотя бы и за очень дальний краешек, и начать вникать в суть тамошней механики. Да, пока что ни веса, ни авторитета, но будешь, во всяком случае, в курсе дел, и, вероятно, сможешь приобрести покровителей и союзников. А дальше - тут Саурон тихонько замурлыкал - дальше посмотрим, лиха беда начало. Спешка здесь ни к чему.
Само собой, в подобный клуб с улицы не войдешь - придется пока искать обходных путей, и для этого нужен совет грамотного в этих вопросах человека. С таким человеком Саурон был знаком, и стал собираться в дорогу.
* * *
Место, куда направлялся Саурон, называлось Свалка или Заведение Крошки Мю, и находилось в глубоких пучинах космоса. Свалок космического мусора и, соответственно, перерабатывающих заводов, в пучинах немало, все они устроены по одному принципу и выполняют одну и ту же задачу: очистка орбит и путей между орбитами от всевозможной вышедшей из употребления рухляди, остовов и обломков. Однако заведение Мю (хозяйку звали Мюриэл, фамилии же и биографии не знал никто) имело несколько существенных отличий. Первое - размеры. Это была одна из самых больших свалок в этом уголке Галактики. Второе - специфика, Мю владела настоящим островом погибших кораблей, основу которого составляло кладбище крейсеров и авианосцев - инвалидов войн всех времен и народов. И вот отсюда брали начало разные другие удивительные особенности.
Штука в том, что заведение Мю было не столько свалкой, сколько барахолкой. Здесь можно было купить любые запчасти для любой космической техники. Только тот, кто имеет представление, на каких экзотических уродах невероятного происхождения публика порой путешествует по космосу, может оценить масштабы этого бизнеса. Полетел какой-нибудь реверс-контур в дедовском драндулете, снятом с производства еще до войны - днем с огнем, ищи-свищи - давай к Мю, нет там - нет нигде. Но там есть. Более того. Любой из необходимых агрегатов можно просто заказать и не бояться стопроцентной предоплаты - на своей территории Крошка Мю гарантировала честность сделок, и была посредником весьма строгих нравов, царила та самая дисциплина, которая чуть не стоила жизни Джону Уику. Непонятливых здесь не держали - каждый знал, что ни две головы, ни девять жизней не спасут от кары за обман или сорванные сроки - но вот спрашивать о происхождении товара было не принято. Деталь, установленная на положенное место, должна успешно работать, а вот на спиленный номер или срезанный ярлык рекомендуется закрыть глаза.
Легко понять, что при такой постановке вопроса оставался один шаг до иных форм бизнеса, и этот шаг был давно и уверенно сделан. Заведение Крошки Мю являлось известнейшим черным рынком оружия. Порядок осуществлялся прежний - купить можно что угодно и сколько угодно, но вопросы не поощрялись. Очень часто в гостях у Мю бывали представители чрезвычайно солидных кругов и служб, которые по каким-то причинам стеснялись открыто поддержать какой-то не слишком популярный режим в далеких краях, и вот после краткой беседы и компьютерного обмена любезностями с банком, у означенного режима вдруг появлялась столь необходимая ему военная техника. Однако не это было магистральным направлением деятельности Мю.
Еще одной стороной предпринимательства служила теневая торговля программным обеспечением и просто пиратским софтом. Свалка была прибежищем хакеров всех мастей с мощнейшей электронно-фотонной базой, и здешние специалисты знали все о существующих програмах, и почти все о программах, которые придут завтра, и за деньги, которые иначе как безумными, назвать нельзя, могли обеспечить такие чудеса в таких сетях и системах, что только руками разведёшь. Но и эта отрасль была для Мю не главной.
Свой главный бизнес она держала исключительно в собственных руках, и ни одной живой душе не позволяла к нему даже приблизиться. Этот бизнес был торговля информацией. Все ее торговые агенты, все эмиссары, которых она рассылала по всем доступным и не очень сферам жизни, все знакомства и связи работали на выполнение одной задачи - поиск, добыча и скупка сведений о политике, политиках, войне, мире и всех тех скрытых механизмах, что двигали и движут обществом в мирах и вселенных. По степени осведомленности хозяйка свалки превосходила многие разведки очень серьезных держав. Денег на это Мю не жалела, прекрасно зная, что затраты окупятся многократно. Про нее рассказывали, что никаких записей она не вела, а весь свой необъятный архив удерживала в невероятной, фантастической памяти.
Вообще о Крошке Мю ходило великое множество россказней и мифов - например, бытовало мнение, что это увешанная с ног до головы оружием громадного роста великанша, которая голыми руками может завязать узлом рельс. Происходило это потому, что ее мало кто видел, а если и видел, то вряд ли догадывался, с кем имеет дело, и владычицу невидимой империи такая ситуация вполне устраивала. Очень и очень немногие избранные допускались пред ее очи, и совсем уж единицы бывали в ее личных апартаментах. Одним из таких и был Саурон.
Они познакомились здесь же, на свалке, в те далекие времена, когда незримое могущество Крошки Мю еще даже не зарождалось, а только замышлялось, оба в ту пору были опальными изгнанниками, оба мечтали о будущих вселенских свершениях, и в эпоху Моргота некоторые лихие выкрутасы их судеб удивительным образом совпали. Между ними проскочила искра, произошло немало интересного, отношения то раскалялись, то остывали, услуга шла в уплату за услугу, но взаимопонимание пережило испытание временем, и вот она сидит перед Сауроном в кресле, больше похожем на трон, и из сигареты с длиннющим мундштуком сочится ароматный дым.