Увернуться мне ничего не стоит. Даже без магии. Пьяный увалень швырнул файербол как попало. Удивительно только как не запустил в своих собутыльников.

За моей спиной вспыхивает фигурный куст. Огонь вычерчивает из тьмы шатающиеся фигуры.

— Думаешь, Горнорудовым всё позволено! — орет пьяный огневик, и в его руке вспыхивает пламенная кривая палка, видимо, стрела. Но больше похоже на кочергу. — Думаешь, Кожевниковы — ваши рабы! Надули нас с рудником, и теперь можно ноги о нас вытирать⁈

— Я не Горнорудов, дебил, — рычу я, напрягшись.

— Ты — прихвостень Настьки! — он размахивается «огнепалкой». — Из их своры! Давите его!

Ко мне со спины подкрадывается один из собутыльников. Я просто двигаю локтем назад и вверх, хлюпает разбившийся нос, и парень с чавкающим звуком падает на спину.

Тут же пригибаюсь, пропуская над головой стрелу. Загорается опавшая листва. В отсветах пламени лица напавших пьяниц выглядят опухшими и тупыми, как у неандертальцев.

Да уж. Пора заканчивать эту клоунаду. Не хотел я применять телепатию против дворян лишний раз. Да что же делать? Не руками же бить эту кучу «синяков». Все костяшки о них сотру.

— Прекрати, — гаркаю, и Кожевников-младший опускает снова нагревшуюся было руку. Его и без того туманные глаза окончательно стекленеют, и этот мудак застывает статуей. Сам виноват. Ума совсем нет — без щитов кидаться на телепата.

— Он одурманил Толю! — пьяно взвизгивают собутыльники.

Парочка бросается на меня. Я не выдерживаю и бью кулаком одному в рожу, другого мощным фронт-киком в грудь отправляю в кусты. Остальная банда застывает, вжав головы в плечи.

— Всех переломаю, — рычу. — Только суньтесь.

По моему приказу Толик не двигается, стоит смирно, руки по швам, грудь колесом. В такой позе его и застают выбежавшие из дома Егор с Настей.

— Даня⁈ — хлопает глазками барышня, подбегая ко мне.

— Что здесь происходит⁈ Что за безобразие⁈ — басом возмущается Кожевников-старший, быстрым жестом руки потушив пожар. — Толя, расскажи!

Я отпускаю наследника из-под ментальных щупов, и он вертит головой приходя в себя. Замечает главу, хрипит с бодуна:

— Батя…бать…отец… Телепат этой сук…этой Горнорудовой напал на нас ни с того ни с сего…

Егор сжимает кулаки и яростно смотрит на меня:

— Значит, вот так вы благодарите за гостеприимство?

— Да, ба…отец, эта Горнорудова совсем не держит своего пса на поводке, — со страхом и яростью Толик смотрит на меня. Похоже, от этого коктейля чувств он даже протрезвел.

Барышне совсем не нравится тон придурка.

— Я твоя двоюродная сестра, Анатолий, — хмуро отчитывает его Настя. — Помимо того, что дочь барона. Какая я тебе «эта»? Разве так ты со мной должен разговаривать?

— Не будем привязываться к словам, Анастасия, — защищает сына Егор. — Толя на взводе после нападения. И виноват в этом твой слуга.

— Даня не мой слуга, — обрубает Настя. — Он здесь по единичному контракту.

— И всё же контракт заключен с Горнорудовыми, — усмехается Егор. — И ты взяла его с собой в мою усадьбу. Значит, ответственность за действия своего партнера несешь именно ты, Анастасия. Ну и твой отец соответственно. Как будете компенсировать нападение на моего сына?

Короче, это опять развод. Не исключено, что Егор сам сказал сынку накинуться на меня. Выбить бабки за столом не вышло, грязные методы не сработали, и теперь пошли в ход совсем уж дерьмовые.

Уверен, Настя тоже это понимает. Девушка хмурится.

— Вы выслушали только одну сторону конфликта, дядя, и уже делаете выводы, — замечает она и обращает взгляд больших глаз на меня. — Даня, что случилось?

— Эти пьяные судари первые напали на меня, а я пока даже никого не убил, — пожимаю плечами.

— Вранье! — вскрикивает Толик. — Этот невежда сам набросился на меня! Я только отбивался…ик! И только то, что гость моего бат…отца, не сдерживало меня от справедливой расправы!

Его собутыльники согласно загомонили. Егор заявляет:

— Анастасия, большинство выступает за версию Толи.

— Может, потому что они его друзья? — фыркает Настя.

— Я устал это терпеть, — показательно гневается Егор. — Вы в моем доме напали на моего сына. А еще требуете от меня помощи даром. Так не годится!

— Уважаемое Вашебродие, — заставляю его прерваться и спокойно говорю: — К чему, простите, трепаться? Я не против полного расследования. Подайте жалобу в земство, судьи привлекут царских телепатов. После просмотра наших с уважаемым Анатолием воспоминаний всё станет предельно ясно.

Егор выпучивает глаза:

— Это…

— Это разумно, — прерывает дядю Настя. — Я предупрежу отца, он поддержит идею, а ты, дядя, можешь пока подавать иск в земство. Если мы, правда, виноваты, отец, конечно, компенсирует моральный и материальный, — она бросает взгляд на пару сожженных кустов, — вред. Но вся эта история, мне кажется, не должна влиять на твое желание вернуть любимую сестру к жизни. Ведь так?

Егор хмурится. Опять этого вымогателя переиграли. Или же нет?

— Кхм-кха, причин нет. — Всё же раунд за нами.

— Отлично, и откладывать не стоит, — решительно говорит Настя. — Значит, прямо с утра, дядя, Даня займется твоим сканированием.

— Я бы хотел заняться сейчас, Анастасия Павловна. — Вставляю. — Вдруг возникнут какие-нибудь сложности. Лучше знать о них как можно раньше.

— И правда, дядя, — Настя пристально смотрит на своего родственника-шантажиста. — Ты не против же?

Аргументов у Егора совсем не остается, и он разъяренно машет рукой.

— Хорошо, так и быть. Но твоему отцу я сам еще пожалуюсь. Сегодня же. — Делает он попытку запугать ее.

— Как угодно, — Настя не спорит. Только я успеваю заметить по ее глазам, как ей надоели эти разборки.

И втроем мы возвращаемся в дом. В гостиной Егор предпринимает еще пару глупых попыток избежать сканирования, но Насте уже осточертели эти выходки, в ее голосе проступает волчье рычание, и дворянин сдается, видно, побоявшись пробудить в девушке яростного хищника.

Настя приносит Жартсерк. Я же, усевшись напротив брата баронессы, принимаюсь за сканирование сознания. Красная матрица в разуме Егора тоже всплыла. И явно произошло это недавно. Похоже, Настя, как и с Геной, опять повлияла как катализатор. Фрагмент сознания пробудился и норовил захватить власть. Но Егор, в отличие от Гены, разумен, и вытеснить чужое самосознание оказалось не так просто.

Мне удается без труда перенести фрагмент матрицы в самоцвет, и камень становится еще темнее, практически черным.

— Готово, — отчитываюсь, вытерев лоб рукой.

— Ура! — радуется Настя, похлопав в ладоши. — Очень быстро, Даня!

— Просто есть должная мотивация, — усмехаюсь, скосив взгляд на Егора.

Девушка понимает меня правильно.

— Думаю, можно отправиться домой прямо сейчас, — соглашается она. — Всё необходимое мы сделали.

— Как прямо сейчас? На улице же темень, — спохватывается Егор. — Останься, Настюшка, побудь с дядей, ну что тебе стоит?

— Боюсь, дядя, нам нельзя ждать, — Настя категорична. — Фрагменты в кристалле недолго пробудут. Дане нужно успеть вернуть маму до того, как они вернутся в тебя и Гену. Да и темнота не страшна моим волчьим глазам, — она оглядывается в окно. — Луна еще большая.

Егор еще пытается что-то возразить, но мы не сильно слушаем. Фрагмент личности баронессы получен, надо спешить. Поэтому молниеносно запрыгиваем в кабриолет Насти и красной молнией уносимся за ворота.

Ехать нам прилично, заезжаем на заправку на трассе и, как только бак наполняется полностью, рвемся дальше.

— Хоть бы у тебя получилось, Даня,- делится Настя своей тревогой, не отрывая взгляда от серого полотна дороги. — Мне кажется, это последняя попытка. Больше шанса вернуть маму не будет.

Решаю промолчать. Хотя, если по-честному, я и сам так же думаю. Похоже, со временем фрагменты баронессы приживаются в гостях, ведь раньше Гена не был телепатом-монстром. Да и отношения с братом баронессы у рода Горнорудовых не очень теплые. Хотя, именно здесь может помочь подаренный родственникам несчастный миллион. Но с Геной ситуация, правда, была тревожная.

— Я сделаю всё, что в моих силах. — Говорю то, единственное, что могу. — И не забывай, дочь барона, — усмехаюсь. — Я очень сильно замотивирован стать рублевым миллионером и королем текстильной промышленности.

Настя не выдерживает и улыбается.

— А вы, Данила, оказывается, очень меркантильный человек.

— Я прагматик. И это для вас очень кстати, Ваше сиятельство, — подкалываю девушку, и ее улыбка освещает нам путь до самой остановки у придорожного кафе. До усадьбы Горнорудовых ехать еще несколько часов, и мы, посовещавшись, решаем забежать перекусить.

— Будь я одна, то могла бы быстро сбегать в лес и поймать оленя, — замечает Настя. — Но боюсь, ты откажешься.

— Предпочту более прожаренную пищу, — киваю.

Забегаловка оказывается в такой час отнюдь не пустой. Несколько человек ужинают в сторонке. Молодая компания, там и девушки и парни вперемешку. Мужская часть не отрываясь смотрит на Настю. И их сложно осуждать. Не в обиду их девчонкам, но рыжая барышня уделает красотой любую.

Еду нам приносят довольно скоро. Пока перекусываем, один из парней решительно встает и подходит к нашему столу. Бросаю на него равнодушный взгляд. Весь на стиле: мелированные волосы, серьга в ухе, модный малиновый пиджак. Не думаю, что он закатит драку. Побережет прическу. Да и доходяга он совсем.

— Привет, — небрежно бросает он Насте, хотя выходит как-то криво и неловко: — Я увидел тебя, и ты ничего. Может, дашь свой номер…

— Нет, — недослушав, прерывает его барышня. — Свободен.

Парень не догоняет:

— Мм, но…

— Я не одна, не видишь? — в ее голосе уже гремит недовольство. А скоро могут появиться и рычащие нотки.

Эх, раз и меня привязали как повод, надо бы влиться в роль и подыграть.

— Не тот случай, сударь, — серьезно говорю крашеному денди. — И на будущее — очень невежественно просить номер у девушки, когда она сидит наедине с молодым человеком. Хотя здесь я могу вас понять. К такой красавице грех не подойти. Если не рискнешь — потом всю жизнь будешь себя корить.

Настя одаривает меня довольной улыбкой, а парень, ссутулившись, уходит восвояси, где на него с укором смотрят обиженные девушки. Похоже, в этот раз перекус в придорожном кафе действительно пройдет без драки. Неужели страна меняется и «лихие девяностые» уходят?

Тут с хлопком дверь распахивается, в зал входят трое рослых мужчин.

— Официант — пива! «Ладыгу», девятку! — гаркает самый здоровый и по-хозяйски оглядывает «новую территорию», как вожак стаи. Взгляд его сразу цепляется за Настю, но затем он оценивает размеры моих плеч и решает двинуться к компании парней с девчонками. — Эй, мелюзга, валите! Пока целы!

Молодняк тут же вскакивает и отходит без возражений — явно на опыте. Такова ныне жизнь в Царстве. Если ты не маг, да еще физически слаб и небогат, красиво жить тебе просто не дадут. Братки не позволят.

Парни прикрывают девушек собой, пытаются ускользнуть. Только кто их пустит? «Вожак», оттолкнув намалеванного, властно хватает ближайшую сударыню за задницу, от чего она громко ойкает.

— А ты с подругами останься-ка, крошка, — ржет громила, лапая ягодицы заплакавшей девушки. — Садитесь-садитесь, девчонки… А вы еще здесь⁈ — рыкает он на мнущихся парней.

Я перевожу взгляд на еду. Не интересно. Такое каждый день случается. Либо парни заупрямятся и получат тумаков, либо как трусливый зайцы ускачут. Пятьдесят на пятьдесят.

Настя же продолжает смотреть на разборку. Не обращая внимания, я уминаю гречку с котлетой. Тем временем раздается грохот ударов, крики… Всё же заупрямились.

— Даня, — пораженно смотрит на меня барышня. — Ты разве не хочешь помочь?

— Точно не сейчас. Еда остынет, — закидываю в рот кусочек горячего мяса.

— Но их же побьют, — замечает она. — А девушек вообще… — сударыня краснеет.

— За пять минут ничего с сударынями не случится, — отпиваю я компота. — Не успеют даже раздеть. Тем более, для этого девушек все равно сначала отведут хотя бы из кафе. Не здесь же их будут насиловать.

— А ребят? — смотрит за мою спину Настя вылупленными глазами. Звуки ударов не прекращаются.

— Не думаю, что парней будут насиловать.

— Я про это! Их же бьют!

— Этим полезно по морде получить, — отмахиваюсь. — Мотивационный пинок. Может, потом займутся спасом, обзаведутся огнестрелом, начнут матереть и уже в следующий раз не позволят так скверно относиться со своими спутницами.

— Если не убьют…

— Не убьют, — утверждаю. — В темной подворотне бы убили, а здесь только лишь поколотят. Не то место. Свидетелей здесь хватает. Братки бывалые, шарят. Был бы повод весомый, тогда бы может и не побрезговали замараться, но лишний раз привлекать копов для отмазки — слишком накладно, — я пристально смотрю на барышню. — Меня спрашиваешь, а сама при этом и пальчиком не шевелишь.

Она смущается:

— Я же волчица. Увлекусь и загрызу. А стоят ли они того, никак не пойму.

— Понятно, — я снова оборачиваюсь на концерт.

Потасовка завершилась. Изукрашенные парни уползают прочь. Мда, совсем не герои. Ускользают тихо, стараются даже не хлопать дверью.

Плачущих девчонок же братки усадили на места у стены и загородили собой, чтобы не убежали. Официант принес «Ладыгу» в запотевших стаканах, а также мясную закуску. Братки довольны. Сидят, пьют, ржут, щупают девок за мясистые места. Ну прямо хозяева жизни.

— И полиции не боятся, — Настя шокирована.

— У них всё схвачено. Уверен, с местными копами у них есть общее дело.

— Даня, ты же можешь щелчком пальцев это остановить? — умоляюще смотрит на меня Настя.

— Да, сейчас. Я просто дал девушкам возможность узнать, насколько надежны их защитники.

— Ни хрена они не надежны, — с презрением говорит Настя, оглянувшись на дверь. — Тряпки.

Девчонок к тому времени уже совсем затискали. Ладно, надо спешить, пока у них нервный срыв не случился. Я посылаю команду в головы бандитам и удивленно приподнимаю бровь. Да ладно! У «вожака» щиты стоят. Кустарная ерунда, но всё равно удивительное дело. Ну ок. Разберёмся с ним по остаточному принципу.

Двоих верзил я отправляю топать в лес до тех пор, пока хватит закладки. Сто километров точно пройдут. Оставшийся «вожак» удивленно крутит головой и кричит им вслед:

— Вы куда, болваны⁈ Вашу мать, крышей поехали что ли⁈ Я же вас на ветчину…

— Не стоит их винить, — тихо говорю. — У твоих напарников нет щитов в отличие от тебя.

«Вожак» замирает и смотрит на меня пристально. Его большая голова быстро варит:

— Телепат, значит?

Я молчу. А он расплывается в ухмылке:

— Хорошо, что мы к тебе не подсели. Бог уберег.

— Скорее, инстинкт самосохранения, — усмехаюсь в ответ.

— Показалось, что вы дворяне, вот и не сунулся, — объясняет и делает паузу. — А щас чего к парням моим пристал?

— Девушек обижаете, — киваю на забившихся в углы «мышек». — Нехорошо.

— Рыцарь, выходит? — удивляется он. — А за парней ведь не вступился.

— Так то парни.

— Резонно, — соглашается и молчит, смотрит исподлобья. — Отпустишь подобру-поздорову?

— Иди, — вальяжным жестом разрешаю.

«Вожак» встает и бочком топает к выходу, косясь на меня, как на заряженный автомат. Девушки глазами-блюдцами смотрят на уходящего громилу, не веря своему счастью. Только у двери бандит решается спросить:

— А моих парней куда дел, если не секрет?

— В лес. Будут топать пока не свалятся от усталости.

— А, ну это не страшно, — выдыхает с облегчением и скрывается в ночи.

— Ты доела? Тоже пойдем? — предлагаю Насте.

— Ага, — она кокетливо наклоняет голову набок и одаривает меня улыбкой. — Жду-недождусь, когда мы приедем домой.

Я тоже. Ведь меня ждет завершение задания и миллионы баксов…тьфу, то есть царских рублей.