Дорога между Тавиринией и Перьяндаром, Боевой материк

— А вот это роща дикого зверобоя. Тавры принимают его перед боем, чтобы стать беспощадными и наполниться храбростью, — громко и уверенно рассказывает Булграмм Великогорыч. — Очень рекомендую попробовать.

Булграмм стоял на опушке леса и с видом знатока рассказывал группе журналистов из Русского Царства о местной растительности. Высокие стебли дикого зверобоя с мелкими желтовато-красными цветами качались на ветру, создавая живописную картину.

— Эти растения содержат какие-то экстракты, дурманящие мозг? — с любопытством спрашивает миниатюрная журналистка. Без рогов, но весьма симпатичная — с пышной фигуркой, которой Великогорыч любовался временами.

— Нет, — с ленивой усмешкой отвечает воевода. — Просто, когда жуёшь, ни о чём не думаешь. Листья у зверобоя почти как резина, долго жуются. Воин ведь должен быть сосредоточен. А тут — занят и не отвлекается ни на что.

Чтобы подкрепить свои слова, он срывает один из листочков, кладёт его в рот и начинает жевать. Журналисты вокруг переглядываются недоуменно, кто-то уже нацеливает объектив камеры.

Вокруг стояли джипы экспедиции, неподалёку уже разбили палаточный лагерь. Журналисты с энтузиазмом снимали местную флору. Они направлялись в Перьяндар, чтобы взять интервью у короля Павлинарха. Путь был неблизкий, и Булграмм великодушно решил совместить сопровождение с экскурсионной программой.

Тем временем принцесса Айра уже отправилась на Остров некромантов. Миссия её началась на удивление удачно — Айре удалось наладить контакт с «фанатиками смерти» там, где сам Великогорыч совершенно споткнулся. Всё-таки она не просто девка, а Избранница конунга. Булграмм честно признавал, что дипломат из него хреновый, да и терпение к переговорам отсутствует напрочь.

— А это что такое? — внезапно спросил один из журналистов, заинтересованно указывая на огромный, яркий цветок размером с хороший пивной бочонок.

— О, это Семицветный лотос, — пояснил Булграмм, с профессиональным интересом разглядывая растение. — Редкий экземпляр. До такого размера обычно не доростает. За кучу «бычков» можно спихнуть на рынке в Давирисе.

Журналист немедленно приблизился к необычному растению и восхищённо наклонился, чтобы получше его рассмотреть.

А в это время Булграмм, неспешно отвернувшись, добавил:

— Некоторые, кстати, зовут его Ядовитым капканом…

Слова прозвучали немного запаздало. Воздух пронзил громкий крик, и лепестки гигантского цветка резко схлопнулись, крепко захлопнув беднягу по пояс. Остальные журналисты в ужасе замерли на месте, не зная, что делать и как помочь несчастному коллеге.

— Вы… вы же вытащите его? — заикаясь, обратилась фигуристая милашка к Булграмму, ища поддержки и помощи в лице крепкого тавра.

— Конечно, конечно, — великодушно и спокойно ответил воевода. — Да вы не волнуйтесь. Этот капкан выделяет яд, который полностью растворяет жертву где-то за два месяца. Сейчас для него это скорее лёгкий пилинг.

С этими словами Булграмм неспешно направился к стоявшему неподалёку автомобилю — доставать свой верный топор.

— А пока предлагаю полюбоваться вот этим кроликом, — весело объявил Булграмм, указывая на невероятно милое создание, возникшее буквально в нескольких шагах от группы. Пушистый зверёк с белыми лапками выглядел так, словно сошёл с праздничной открытки. — Его называют Крошкой-белолапкой.

— Какая прелесть! Нужно снять его поближе! — восхищённо воскликнула молодая журналистка, уже подбегая с камерой к животному.

— Правда, ещё его называют Саблезубой Бесятиной, — невозмутимо добавил Булграмм.

Но предупреждение прозвучало снова чуть с опозданием. В следующее мгновение кролик широко раскрыл пасть, явив миру огромные саблевидные клыки, которые едва могли поместиться в его крошечном тельце. Хищно клацнув челюстями в воздухе, пушистый монстр бросился вперёд с пугающей скоростью.

Журналистка взвизгнула и в панике понеслась обратно. Остальные члены группы бросились врассыпную, отчаянно крича и размахивая руками, а кролик не отставал, преследуя свою добычу.

— Помогите! — раздавались вопли перепуганных журналистов.

Булграмм неторопливо последовал за ними, на ходу перехватывая удобнее топор. Сам он совершенно не понимал всей этой паники. Ну, откусит кому-нибудь руку или ногу — так ведь для того и взяли с собой Целителя. Главное, чтобы кролик не успел умять откусанную конечность.

— Обожаю крольчатину, — довольно проговорил Булграмм с широкой усмешкой. — А по-другому этого зверя и не поймать, только на живца. Желательно — глупого.

* * *

Тролль бросается на меня резко — громадная серая туша, вся в складках, с брюхом, словно пивная цистерна на толстых, чудовищно мощных ногах, больше похожих на обтёсанные каменные столбы. Он мчится на меня с рёвом, явно намереваясь превратить в отбивную без гарнира.

А в этот момент Багровый Властелин, как ни в чём ни бывало, стоит у старой яблони и задумчиво разглядывает ромашку. Да-да, ромашку. Ну конечно, самое подходящее время любоваться зеленью. Ты ведь в своем саду впервые, не иначе — а не в стотысячный раз.

Первое, что приходит мне в голову — приручить зверюгу ментально. Ага, сейчас! Здоровяк даже не дрогнул, продолжая нести ко мне свои массивные кулачищи размером с небольшие валуны. На груди у него болтается увесистая антителепатическая брошка, подвешенная на толстой кожаной верёвке. Что ж, это ведь личный сторож Багрового Властелина. Неудивительно, что его защитили от любого ментального вмешательства — мало ли каких любителей подчинять чужих монстров занесёт сюда нелёгкая.

Я резко отпрыгиваю назад, и прыжок выходит на удивление длинным — не зря всё-таки я решил оставить себе мускулы, нарощенные за время предыдущих боевых операций. Уменьшать их обратно я не стал, мало ли пригодятся, и вот пригодились. Огромный кулак тролля с оглушительным свистом проносится в опасной близости от моей головы и врезается в землю, выбивая комья земли и дерна. Но тролль, явно раздосадованный промахом, не собирается останавливаться и снова разворачивается ко мне. Здоровенная тварь, но двигается удивительно проворно для своих размеров — совсем не похожа на медлительных боксёров-тяжеловесов.

Конечно, прикончить гиганта я могу без проблем. Но устраивать побоище — сомнительная идея. Всё-таки это сторож Багрового. Да и не хватало ещё испортить клумбы. Просто хрен знает на что он может обидится. А заводить себе в качестве врага древнее и могущественное существо в теле вечно юного подростка я сейчас пока не планирую.

Быстро оценив ситуацию, я резко распускаю за спиной Плащ Тьмы, мгновенно превращая его в нечто похожее на парашют. Легионер-воздушник тут же устремляет поток воздуха и надувает мой тёмный парашют, позволяя мне плавно подняться над троллем и зависнуть прямо у него над головой. Тролль останавливается и в полном замешательстве смотрит вверх, широко раскрыв свою зубастую пасть от удивления.

Парить на одном месте без всяких парашютов для обычного легионера-воздушника — задача практически невыполнимая, это удел настоящих Грандмастеров. И хотя мой собственный накопитель уже огромен, сам я только-только дотянулся до Грандмастерства в своей основной стихии — телепатии. Остальные мои легионеры пока недостаточно прокачаны, чтобы применять в бою техники такого уровня. Поэтому приходится немного импровизировать.

Пока я парю в воздухе, наблюдая за растерянной физиономией тролля, Багровый вдруг почему-то решает обратить внимание на нас.

— Болван, прекращай, — лениво бросает Багровый Властелин, повернувшись в сторону тролля. — Болван, ну, кому сказано?

— Может, не стоит его так называть? — уточняю, зависнув над разъярённым великаном, который никак не хочет успокаиваться.

— А как же еще? Ведь его так зовут, — удивляется Властелин, продолжая рассматривать цветочки. — Он, видимо, принял вас, лорд, за вора апельсинов. Болван и одичал от скуки и принял вас за воришку. Всех садовников Болван знает в лицо, а мои вассалы практически никогда не подходят к Молодильному дереву.

Вовсе неудивительно, что никто не подходит. С такой громадиной связываться мало кто захочет. Впрочем, не исключено, что Багровый решил устроить проверку на прочность, посмотреть, как я справлюсь в нестандартной ситуации. Тянуть я долго не собираюсь, но и убивать верного сторожа не стану, как и демонстрировать своих козырей вроде некротики.

Быстрым движением выпускаю невидимые клинки воздуха и перерезаю верёвку на шее Болвана. Антителепаптическая бляшка падает на густую траву, и в ту же секунду я легко беру тролля под ментальный контроль. Болван мгновенно замирает, полностью потеряв ко мне всякий интерес. Снижаю воздушный поток в парашюте и плавно опускаюсь на землю.

— Вы его подчинили? — спрашивает Багровый, приподняв бровь.

— Да. Теперь он совершенно ручной, — спокойно отвечаю я, похлопывая тролля по боку. — Хороший Болван.

Тот стоит послушно, как гигантская статуя.

— Что ж, пойдёмте дальше, — кивает Властелин, без особого энтузиазма направляясь к дереву.

Мы двигаемся по ухоженной дорожке, и Болван послушно топает за нами. Наконец, мы оказываемся рядом с тем самым деревом, увешанным сияющими плодами.

— А это что, и правда молодильные апельсины? — спрашиваю я, присматриваясь к странным плодам, от которых исходит мягкое, но яркое свечение.

— Нет, — усмехается Багровый. — Они всего лишь ускоряют развитие. Если питаться ими регулярно, совмещая с медитацией и целенаправленной практикой, можно заметно быстрее перескочить на следующий магический ран

«Всего лишь усиливают развитие», — мысленно повторяю, разглядывая на сочные апельсины. Ну и ничего себе «всего лишь». Это тебе не деревенские яблоки, где польза только в витаминах. Даже издалека видно, что энергия в них особенная, концентрированная и невероятно мощная. Такое дерево наверняка стоит не меньше, а может, и больше самого дворца, в котором я сейчас нахожусь.

Багровый Властелин неторопливо продолжает:

— Молодильный сад, как я уже упоминал, расположен в дальней Троянской провинции моих владений. Кстати, лорд Данила, я решил подарить вам часть плодов. Возьмите немного — можете сорвать их.

— Сколько именно?

— Сколько сможете унести, — повторяет он с лёгкой, едва уловимой усмешкой.

Я оборачиваюсь к троллю и даю мысленную команду. Болван, послушный моему контролю, сразу же направляется к дереву. Он легко дотягивается до самой верхушки и аккуратно срывает самые крупные, идеально созревшие и сочные плоды, до которых не добрался бы ни один садовник даже с самой высокой лестницы.

Багровый Властелин тихо хмыкает, явно прифигев от моей изворотливости. Особенно он, должно быть, оценил, иронию момента: его сторож помогает мне забирать самые драгоценные плоды из личного сада.

Я оглядываюсь вокруг, думая, во что бы сложить плоды. Взгляд падает на раскидистую пальму, растущую неподалёку. Короткий мыслеприказ — и тролль тут же срывает огромный, плотный лист, ловко сворачивая его в большой зелёный куль. После этого он начинает аккуратно укладывать туда апельсины. Импровизированный мешок выходит увесистым и объёмным, и по моим прикидкам, стоит не меньше, чем приличная коллекция мощных артефактов.

Отлично. Эти апельсины — не просто редкое лакомство. Такая добыча поможет быстрее развиваться не только мне, но и моим жёнам. Прогрессировать с такими плодами будет одно удовольствие.

Так, апельсины апельсинами, но не просто так же мне показали именно это дерево.

Решаю уточнить:

— Ваше Багровейшество, а что представляет собой остальной Молодильный сад?

— Хороший вопрос. Вообще-то, это не совсем сад, лорд Данила. Скорее, заповедник. Большая магическая роща, почти полноценный лес, в котором произрастают растения, аналогов которым нет нигде больше. Их ещё тысячи лет назад посадила моя первая жена, Диана. Это была её гордость, её дело жизни, она вложила туда всю себя. Теперь этот сад — память о ней, и он важен для меня гораздо больше, чем просто как источник ценных магических плодов. Диана была выдающимся друидом, возможно, сильнейшим из всех, кого я когда-либо встречал. После её смерти лучшие друиды моих земель старались поддерживать этот лес, но с течением веков и они стали бессильны. Растения постепенно начали вырождаться. Каждое новое поколение деревьев и кустов приносит всё меньше саженцев, которые сохраняют магические свойства своих предков. Времени осталось немного, и вскоре сад окончательно утратит свою магию, — заканчивает он, задумчиво опустив взгляд.

На мгновение его лицо и особенно глаза выглядят гораздо старше, в них отражается глубокая тоска и ощущение невосполнимой потери. И хотя внешне ему и шестнадцати нет, сейчас совершенно ясно — передо мной стоит чертовски древнее существо.

Похоже, это хтоническое «нечто» по-настоящему любило Диану. Заповедник для него — не просто источник магических ресурсов, а последняя живая нить с женой.

— И чего же вы хотите от меня, Ваше Багровейшество? — осторожно спрашиваю, понимая, что речь идёт о просьбе очень личного характера. Рассчитывал я, конечно, на другое, а так, выходит, очто теперь на меня возлагаются куда более серьёзные надежды.

Он поднимает голову и серьёзно смотрит мне в глаза:

— Я хочу, чтобы вы занялись моим садом, лорд Данила. Чтобы вы вернули рощу к жизни, восстановили популяцию магических растений и вернули утраченную силу. Особенно надеюсь, что вам поможет ваша главная супруга, принцесса Люминария. Я слышал, что она великолепный друид. В её таланте и ваших силах моя последняя надежда на возрождение сада, в котором когда-то жила душа моей любимой Дианы.

— Моя супруга, конечно же, великолепный друид, — соглашаюсь. — Но стала им относительно недавно. Впрочем, вы, наверное, сами осведомлены об этом.

Багровый Властелин неторопливо кивает:

— Разумеется, знаю. Она — потомственная оборотница, а её превращение в друида произошло при весьма загадочных обстоятельствах. Но копаться в них я не собираюсь, — добавляет он, явно подразумевая, что в курсе гораздо большего, чем хочет показывать.

— Очень мило с вашей стороны, — хмыкаю. Да только попробуй сунуться к моей семье, и я не посмотрю, что ты неведомая хтоническая тварь с крашеными волосами.

Багровый же продолжает:

— Знаете ли, лучшие друиды моего двора уже много раз пытались восстановить магическую популяцию сада. Но все их усилия оказались тщетны. Именно поэтому я готов поставить на тёмную лошадку. На вас. Вы ведь не раз решали нетривиальные задачи. Например, подчинили Золотого Дракона, который, как мы оба знаем, не поддаётся никаким ментальным воздействиям. А ещё уничтожили Лича, сильнейшего некроманта во всём белом свете… ну, по крайней мере, он сам так считал.

Я ухмыляюсь:

— А вы, значит, так не считали?

Багровый Властелин загадочно улыбается:

— Я встречал кое-кого посильнее. Правда, это был Демон.

— Не о Тёмном Попутчике ли идёт речь? — осторожно уточняю я.

Багровый на миг удивлённо приподнимает бровь:

— Хм, интересно. А вы-то откуда о нём знаете? Ладно я, — выгляжу юным лишь внешне, но вы?..

Я пожимаю плечами:

— Люблю почитать кое-что по истории, — отвечаю неопределённо. Видимо, Багровый не в курсе, что Попутчик вернулся в наш мир. А мне, признаться, совсем не хочется делиться такой информацией непонятно с кем. — Что ж, выходит, тот самый год, который я вам задолжал, пойдёт на восстановление магической популяции вашего сада.

— Не только восстановление, Данила Степанович, — мягко поправляет меня Властелин и усмехается. — Сейчас сад охраняют собратья этого тролля, но, скажем так, делают они это с весьма переменным успехом, — Багровый Властелин небрежно кивает в сторону здоровенного тролля, который до сих пор терпеливо держит огромный куль, полный сверкающих, наполненных магией апельсинов. — Так что вам придётся заняться и безопасностью моего леса. Надеюсь, вы справитесь с этим, как и с выращиванием редких магических деревьев.

Он усмехается, будто только сейчас осознав ироничность ситуации, где его собственный страж помогает мне уносить его же плоды:

— Вам предстоит не только заняться кропотливой культивацией редких растений, но и значительно усилить защиту моего сада. Последние несколько лет попыток воровства участились — слишком многие охотятся за столь ценными плодами. Но если вам удастся восстановить и приумножить популяцию магических видов в заповеднике, я отдам вам пятую часть всех новых саженцев. И это, поверьте, будет весьма щедрое вознаграждение.

— Действительно щедро, — кратко отвечаю я, мысленно уже прикидывая, насколько велика будет выгода. Даже один подобный саженец стоит целого состояния, а если их будет несколько десятков или даже сотен — настоящее сокровище, способное вывести моё семейство на совершенно иной уровень.

— Щедро, потому что задача почти невыполнима, —с грустью замечает Багровый. — Отсюда и соответствующая мотивация. Итак, когда сможете приступить?

— Только после того, как завершу первичную реабилитацию своего нового народа — альвов, — отвечаю, глядя ему прямо в глаза. — И окончательно сравняю с землёй Южную Обитель, монахи которой угрожают самому существованию моего рода.

Багровый Властелин на секунду задумывается, затем снова легко пожимает плечами и отвечает с лёгкой ноткой иронии:

— Что ж, вполне понимаю. Род и семья — это, конечно, святое. Но, надеюсь, и вы понимаете, что я не готов ждать вечность, даже несмотря на то, что проживу столько.

— Не волнуйтесь, Ваше Багровейшество, — я улыбнулся уголком рта, — полагаю, ждать вам придётся недолго

Багровый удовлетворённо кивает и долго смотрит на апельсиновое дерево. Возможно, он вспоминает свою жену-друида и её волшебную рощу такой, какой она была раньше — наполненной магией, цветущей и живой.

Невольно вздыхаю: чего я только не делал за последние годы — воевал, интриговал, вел переговоры. Но вот садоводом я ещё точно не был. Что ж, в очередной раз придётся освоить новую роль — посмотрим, каким я окажусь садовником, да ещё и магическим.

* * *

Дворец Багрового Властелина, Та Сторона

В зале льётся мягкая, переливчатая музыка. Лорд Дамар неспешно направляется к месту, где возле изящной мраморной колонны стоит Настя, ведя непринуждённую беседу с леди Яриэль и лордом Заром. На лице Дамара блуждает нахальная улыбка.

Подойдя ближе, он едва склоняет голову, словно больше кивает, и сомнительной вежливостью обращается к Насте:

— Какая же недурная красавица досталась этому человеку… Значит, и люди порой умеют производить на свет нечто достойное взгляда. Думаю, всё же приглашу вас на танец.

Настя хмурится. Леди же Яриэль едва не фыркает. Она прекрасно заметила, с каким выражением зависти Дамер провожал взглядом уходящих лорда Данилу и Багрового Властелина, направившихся в знаменитый магический сад.

Лорд Зар замечает:

— Любопытно, лорд Дамар, ещё минуту назад вы отчаянно пытались выставить лорда Данилу в дурном свете перед Его Багровейшеством. А теперь, не успел он скрыться из виду, уже приглашаете его супругу на танец?

Дамар резко фыркает, убирая руку за спину и выпрямляясь с ледяной надменностью:

— Мои дипломатические шаги и банальные приличия никак не связаны между собой, лорд Зар. Мои дела с неким лордом Данилой не имеют никакого отношения к тому, с кем я желаю провести этот вальс.

Леди Яриэль прищуривается и приходит на подмогу своему мужу:

— Ах, вот оно как? Не уверена, лорд. Может, всё дело в вашей зависти? Неужели так задело, что именно лорда Данилу Багровый Властелин пригласил на личную аудиенцию в его легендарный сад? Кажется, вас туда давно не звали.

— Чушь, — резко отсекает лорд Дамар, раздражённо сверкая глазами. — Чистокровный дроу никогда не станет завидовать какому-то человеческому выскочке.

— И тем не менее, именно человеческую женщину вы приглашаете на танец, — мягко и коварно улыбается Яриэль, не упуская возможности насладиться замешательством собеседника.

— Прекратите этот бред! — резко и зло бросает лорд Дамар. Он поворачивается к Насте и, словно игнорируя присутствие других, резко и настойчиво протягивает ей руку. — Я приглашаю вас на танец. Согласно этикету, вы не можете мне отказать.

Лорд Дамар уверенно протягивает Насте руку — затянутую в безупречно белую лайковую перчатку, как того требует этикет. Но ближайшие дроу внезапно замирают, переглядываясь с плохо скрываемым изумлением.

Гости, словно по негласной команде, синхронно переводят взгляд на его ладонь. Сам Дамар, почувствовав неладное, медленно опускает глаза… и удивлённо хмурится.

Посреди ладони — рваная дыра. Перчатка будто прогрызена.

Настя не делает ни малейшего движения к руке дроу — наоборот, приподнимает подбородок.

— Боюсь, что еще как могу!

Леди Яриэль тут же напирает на лорда:

— Лорд Дамар! Никогда бы не подумала, что вы способны на такую неряшливость. Никто не имеет права говорить о правилах этикета, если сам является на приём к Его Багровейшеству в испорченной перчатке. А уж тем более предлагать такую руку даме. Это оскорбительно. В первую очередь — для вас самого. Это унижение, которое вы сами себе устроили.

— Да я без понятия, как это вышло… — теряется Дамар.

Но Яриэль уже отворачивается от Дамара с показным презрением:

— Леди Анастасия, не принимайте руку этого господина. Ваша репутация не обязывает вас на подобные компромиссы. Вы имеете полное право отказать.

Настя улыбается благодарно. Она спокойно, без театральности отвечает:

— Конечно, леди Яриэль. Я не стану с вами танцевать, лорд Дамар, уж извините.

И в тот же миг из-за колонны, будто в подтверждение её слов, доносится тихое, ехидное:

— Тяв!

Настя даже не оглядывается — ей не нужно. Это был Ломтик. Конечно, Ломтик. Кто ещё мог столь ловко прогрызть дыру у Дамара под носом?

Значит, Даня рядом. И не доверил ее безопасность ни лорду Зару, ни кому-то еще, а предпочёл заботиться сам.

* * *

Мы возвращаемся в зал — я и Багровый Властелин. Кулёк с апельсинами я оставил на балконе у слуг — не таскаться же с ним, да и светить перед другими гостями не хочется — еще попробуют потом ограбить, а мне пока что хватает легионеров. Заберу фрукты позже, когда закончится этот странный бал.

Дамар, к моему неудивлению, исчезает из зала. Видимо, пошёл менять перчатки — ну да, поздновато, друг мой. Думал, потанцуешь с моей женой? Хрен тебе. И апельсина тоже не получишь.

Багровый, бросив дежурное прощание и какое-то ленивое пожелание «развлекаться, как следует», плавно растворяется среди гостей. Видимо, его интерес к светской части вечера исчерпан.

Я возвращаюсь к Насте. Да только на полпути ко мне подходит высокий альв в вычурном бледно-желтом костюме.

— Лорд Данила, — с лёгким поклоном произносит он. — Я — лорд Некрошль. На этом вечере я представляю анклав бывшего королевства Золотой Полдень. Лорд, я слышал, что вы восстанавливаете это королевство. Скажите, это правда?

— Правда, — подтверждаю. — Мы возвращаем Золотой Полдень. Я женат на принцессе Люминарии, и Феанор, Воитель, работает со мной над этим.

— Даже Феанор?.. — его голос чуть дрожит. — Тогда это всё правда. Вы — тот, кого некоторые называют Новой Надеждой Золотого Полдня.

Ну и имечко, хм, аж в четыре слова. Лучше уже лаконичное «Филин».

А Некрошль, между тем, тараторит растерянно:

— Но что нам делать, лорд? За прошедшие века мы присягнули Багровому Властелину. Нам нужно было как-то выживать. Мы не предавали нашего короля, мы просто подстраивались как могли…

— Главное — не то, что вы сделали раньше, а чего хотите сейчас, — перебиваю его спокойно. А то распережевался, разложил совесть по тарелкам. — Вернуть вас я смогу. Вопрос в другом: хотите ли вы сами быть возвращёнными?

Некрошль смотрит на меня с настоящим сомнением и ужасом одновременно.

— Вы пойдёте против Багрового Властелина ради нас?

Я приподнимаю бровь, глядя на него чуть холоднее:

— Поосторожнее с такими формулировками, уважаемый. Особенно здесь.

— Простите, лорд, — быстро отзывается он.

Небрежно отмахиваюсь:

— Я не говорил, что собираюсь идти против кого-то. Я сказал: «верну вас». А это далеко не всегда одно и то же, хоть одно часто не исключает другого, — добавляю с кривой усмешкой. — Подумайте. Обсудите с другими лордами и леди вашего анклава. А когда будете готовы — дайте знать.

— Хорошо, лорд, — кивает он, всё ещё ошарашенный.

А я спокойно удаляюсь. Кто он такой — пока не знаю. Надо будет потом спросить у Лакомки, может, она что-то накопала. Вполне возможно, этот парень вообще чей-то подосланный — проверить, не сорвусь ли, не ляпну ли чего лишнего против Багрового Властелина. Но даже если так — ничего лишнего я не сказал. Ни одного слова, за которое можно было бы зацепиться, только обтекаемый фразочки.

И, как по команде, из-за группы гостей появляется Дамар. Уже в новых перчатках.

— Лорд Данила, — сразу ко мне спешит остроухий. — Предлагаю сыграть в одну игру.

— В какую ещё игру, лорд? — вздыхаю. Этот Дамар явно напрашивается.

— Обычное светское развлечение, — отвечает он, будто между прочим. — Ничего обязывающего. Правила просты.

— Ну если светское… — пожимаю плечами. — Тогда почему бы и не поиграть. Только вопрос: на что играем?

— В смысле, на что? — хмурится он.

— Ну я же не бесплатно с вами в игрушки играться буду, — замечаю рассудительно. К нам как раз подходят Настя, Зар и леди Яриэль, и троица застывает рядом, слушая. — Моё время дорого стоит. Всё-таки я конунг, лорд и граф в одном лице.

— Мое время тоже недешево! — резко бросает Дамар.

— А оно мне и не нужно, — искренне удивляюсь его заявлению. — Это ведь вам хочется со мной поиграть. Но, ладно, так и быть — готов поставить что-то со своей стороны. К примеру, апельсин с Молодильного дерева.

Тут я удивил всех, даже Зара и Яриэль. Только Настя глядит на меня с лёгкой улыбкой, не вполне понимая, что в этом апельсине такого особенного.

— Вы шутите! — рявкает Дамар. Тут он молодец — не во лжи меня обвиняет, что было бы оскорблением, а в шутке. Хороший ход в теории, да только сейчас мне плевать что он несет. — Его Багровейшество не мог дать вам плоды с любимого дерева! Покажите плод!

— Слушайте, я ничего не буду показывать, — равнодушно отвечаю. — Апельсины на хранении у дворцовых слуг. Хотите верьте — хотите нет. Но тратить время на игру без выгоды я не собираюсь. До скорого, лорд.

Уже поворачиваюсь к Насте, собираясь взять её под руку, но тут Дамар резко окликает:

— Этот перстень! — он достает из кармана кольцо с крупным голубым сапфиром. — Тот, кто его наденет, получает ментальную автонастройку — рукопашный бой.

Мои перепончатые пальцы! Казалось бы, в сфере телепатии меня уже ничем не удивить, но тут дело не в механике — в подходе. В самой идее.

— Правильно я понимаю: надевший кольцо получает навык рукопашного боя, но стоит его снять — и всё забывается? Зачем вообще делать такие артефакты? Почему не записывать знания прямо в память?

— Я не люблю забивать себе голову всякой ненужной ерундой, — морщится Дамар. — Особенно если навык нужен только на время или предназначен для кого-то другого. Передать запрограммированное кольцо гораздо проще, чем возиться с загрузкой памяти.

Ну, какой-то смысл в этом, конечно, есть. Хотя, сомневаюсь, равен ли апельсин с Молодильного дерева этому кольцу. Впрочем, технология интересная, и определённо стоит внимания. Надо будет потом разобраться подробнее.

— Тогда договорились. Где проходит игра? — киваю я.

Дамар расплывается в злорадной усмешке:

— В соседнем зале. Я вас там подожду. А пока предупрежу судью — пусть готовится, — бросает он через плечо и уходит, будто уже празднует победу.

Ну-ну. Пусть готовится.

Яриэль улыбается и гладит себя по точеному локтю:

— Лорд Данила, это было бесподобно. Когда вы упомянули, что Его Багровейшество лично вручил вам апельсин, лицо Дамара вытянулось аж до самого пола!

— Я всего лишь сказал правду, леди, — пожимаю плечами. — Не моя вина, что лорд Дамар воспринял её так близко к сердцу.

— О, это чудесный ответ! — смеется прекрасная дроу. — Лорд Данила, вы замечательно вписываетесь в наш дворцовый круг. Безупречно.

Что-то Яриэль уж слишком развеселилась. Видимо, Дамар не только меня подбешивает.

— Лорд Зар, а что это за игра в соседнем зале? — спрашиваю у своего провожатого.

— Я проведу вас, — сдержанно кивает он.

— А мы с леди Анастасией пока побудем здесь, в общем зале, — с улыбкой перехватывает инициативу Яриэль и, не дожидаясь возражений, берёт Настю под локоть. — Мужские игры слишком шокирующие, дорогая. Лучше я познакомлю вас с местными леди. Влиятельными.

Настя бросает на меня немой вопросительный взгляд.

— Сходи познакомься, — бросаю по мыслеречи. — Связи с местными далеко не лишние.

— Поняла, Даня, — отвечает так же безмолвно оборотница.

Мы с Заром выходим в коридор, и я параллельно передаю Лакомке по мыслеречи полный фрагмент недавнего разговора с лордом Некрошлем. Ответ приходит почти мгновенно:

— Я знала его в свое время, — произносит далекая альва.

— Тоже сватался к тебе? — усмехаюсь, не удержавшись.

— Не без этого, — слышится её тихий смех в голове. — Но он не произвёл на меня впечатления. Впрочем, как и все остальные женихи.

— Интересно, почему же?

— Наверное, потому что я чувствовала: никто из них не сможет защитить моё королевство… так, как ты, мелиндо, — отвечает она неожиданно серьёзно. Без романтической патетики — просто как факт.

А мы с Заром тем временем входим в соседний зал — просторный, с колоннами и высоким сводчатым потолком. И сразу в глаза бросается эпатажный реквизит для игры. Платформа, что-то вроде огромной магической рулетки, алтарные круги, блестящие символы на полу. Похоже, будет действительно весело.